Глава 20

Руслан

Не вижу в глазах Мухаммеда желания возвращаться в баню, но Фрол уже звонит Егору Ивановичу.

– Старина, подойди к кабинету, проводи его высочество до парной!

– Что есть «парной»? – спрашивает Мухаммед у Есении.

– Ты был уже, – Есения подбирает нужные слова. – Там очень жарко и бьют… Сухим букетом из листьев.

– О, нет! – закатывает глаза Мухаммед.

Фрол переходит на английский и широкими шагами чапает к двери. Распахивает её:

– Только кальян, Мухаммед, ничего более! Иди к дяде. Я сейчас догоню.

Не очень вежливо со стороны мин херца, но мы за целый день вымотались так, что не до реверансов. Есения подталкивает жениха к выходу. Марго провожает его насмешливым взглядом из-под ресниц. В нём читается вполне понятный маршрут для шейха. Топот и ворчание возвещает о приходе Егора Ивановича. Фрол закрывает за ними дверь и вздыхает:

– Если сегодня ещё хоть кто-нибудь намерится развестись или пожениться – убью.

Он возвращается к столу, и мы в благостном молчании потягиваем коньяк. Прикидываю мысленно, как разместить гостей в доме. Достаю телефон и заглядываю через камеру в детскую.

– Твою ж налево! Мин херц…

– Тсс! – Фрол прикладывает палец к губам. – От тебя сегодня один дискомфорт!

– От меня? Твои макаки куролесят, а я виноват? – вскипаю и кидаю в друга подушкой. Фрол, чуть не перевернув стол, отправляет её коленом в сторону. Мастерство не пропьёшь, и я мысленно аплодирую. Фрол нападает:

– А кто у нас зоркий глаз?

– А кто у нас…

Марго хлопает в ладоши, и мы замолкаем.

– Мальчики, не ссорьтесь. Что ты хотел спросить, Руслан?

Маруся обнимает меня, а я недовольно бурчу:

– Скорее предложить. Арабов я возьму к себе, а вы заберите моих и Лукашиных детей. Соня с Лукой сегодня устроят нам весёлую ночь.

– А дети что, не спят ещё? – Фрол смотрит на часы.

Протягиваю ему телефон.

– Так у тебя и Ташка с Мэтью? – Фрол воет волком на лампу над головой. – Марго! У них там караоке в полный рост. Что они поют? – Фрол прибавляет звук.

Из динамика телефона несётся задорный Ташин голос:

А он мне нравится, нравится, нравится,

И пусть ему пока всего лишь восемь лет…

– Кому восемь? Таша на Романа Руслановича глаз положила? – смотрит Фрол на жену. – Эти-то гномы вообще родственники!

– Спокойно! Слышишь? Эти пока просто танцуют и поют, – заглядывает в мой телефон Марго и роняет мне тихо: – Под контроль всю шайку. – Улыбается Фролу и ловко меняет вектор его возмущения: – Меня больше беспокоит, что не слышно Ксюхи.

Фрол, поперхнувшись коньяком, с подозрением смотрит то на меня, то на жену:

– Я ещё чего-то не знаю? Только не говорите, что в семье ещё перестановки. Кто Ксюхе в душу запал? Бяка? Адамур? Куда барышни сегодня всей тусой собирались? В гарем? – рычит Фрол. Муха ставит лапки ему на ногу и преданно заглядывает в глаза.

Марго хватает ртом воздух. И богиням свойственно ошибаться. Маруся бросается матери на выручку:

– Что ты такое говоришь, пап? Всё хорошо. Детей приведу к вам и уложу. Не переживай. Лукашиных подкину Бяке с Мэл.

Фрол глубоко дышит и чешет Муху между ушей.

– Дружище, если бы знал про твою породу раньше…

– Фрол? Я не поняла? – Марго говорит тихо, но даже Муха оглядывается на неё.

– Я к тому… Что много чихов не бывает. Как и детей. – Фрол набирает Ксюхин номер и включает громкую связь.

– Да, пап? – слышится сонный Ксюхин голос.

– Ты где и с кем?

– В постели с Потапом?

Фрол уточняет:

– С медведем своим?

– В доме завёлся другой Потап? – зевает Ксюха в трубку.

– Вроде нет! – Фрол вопросительно смотрит на меня.

– Других Потапов нет! – крещусь я и, возведя глаза к потолку, складываю руки у груди.

– Спокойной ночи, солнышко! – медоточит Фрол. – Сладких снов!

– Ну что? В баню? – зеваю во весь рот. – И давай разгонять этих шейхов.

Фрол встаёт и целует руку жене:

– Мадам, был счастлив видеть в вашем лице… В вашем лице…

– Скажи просто: «Люблю», – смеётся Марго.

Смотрю на них и обнимаю Марусю:

– Скажи: «Люблю».

– Люблю.

Накинув тулупы, идём с Фролом в баню.

– А куда Адамур девался? – чисто по-пацански сплёвывает в сугроб мин херц. – Не хватает кого-то в вечернем многоголосье.

– В бане. Если Муха для него конкурент, то дядя Ибрагим – выгодная партия. Смотри, не упусти контракт.

Фрол толкает меня плечом:

– Я тебя умоляю. У Адамурки не хватит на такой контракт ни деревянных, ни зелёных.

Арабы с Адамуром и правда засели в баре. Помимо них там ещё и Соня. Надо будет глянуть по камерам, чем тут жена Луки кроме танцев занималась. Сил на кальян уже ни у кого не осталось. Увожу высокочтимых особ с прислугой и Адамура с доченькой. Гуськом идём к калитке. Костюм дяди Ибрагима тоже ещё не высох, и ему приходится нарядится в мои новые трикошки и просторное Марусино платье. Смиренно признаю его своим. Надо же во что-то одеть иностранцев. В калитке сталкиваемся с группой певунов имени Гориных-Молодцовых. Маруся катит в коляске сонных близнецов.

– Спокойной ночи, пап! – чмокают меня Катюня и Ромка.

– Чао! – Таша до сих пор приплясывает, словно перенеслась к нам прямо с бразильского карнавала.

Мэтью очень похож на Фрола, хоть и белобрысый. Даже интонации такие же:

– Спокойной ночи, светлейший!

– Сладких снов!

Бросаю взгляд на окна. По идее дома остались только Лука и наша с Марусей шимпанзе. За шимпанзе я спокоен.