Глава 16

Спать я легла с затаенной надеждой, что мама приснится мне еще раз и этой ночью нам уже никто не помешает. Ей удастся в очередной раз установить контакт, который не прервется в самый важный момент, и мама наконец-таки мне обо всем расскажет.

Назовет свое имя и объяснит, что вынудило ее расстаться с ребенком восемнадцать лет назад. А еще – каким образом я очутилась в другом мире, где прожила до совершеннолетия, не подозревая о том, что моя история началась в Мире Летающих Островов.

У меня было так много вопросов, которые я собиралась ей задать!..

К тому же я хотела у нее спросить не только о своем собственном происхождении. Меня тревожило то место, в котором мы встречались в наших снах.

Мне казалось, что оно…

Хорошо, я все-таки набралась смелости и призналась себе, что это мог быть Алтарь Проклятых.

Правда, эта теория вызывала у меня серьезные сомнения.

Во-первых, я понятия не имела, как выглядело самое страшное оружие этого мира – именно таковыми я считала магические накопители норфолов. Во-вторых, рациональная часть меня постоянно вмешивалась в ход моих мыслей и принималась зудеть, утверждая, что это мог быть всего лишь сон – хорошо, два сна, которые не имеют никакого отношения к действительности.

Поэтому не стоит принимать их во внимание.

Мне просто-напросто приснилась мама, и ничто не свидетельствует о том, что это место существует на самом деле – тот алтарь, затянутое свинцовыми облаками небо и горизонт, заканчивающийся сразу же за холмами.

Все это вполне может быть плодом моего воображения.

Как и то, что я уже придумала, будто бы мою маму зовут Виктория Аллен, потому что она вовсе не погибла девятнадцать лет назад, а каким-то образом уцелела и сумела переправить меня в другой мир.

В безопасное место, тогда как сама до сих пор оставалась в плену у врагов.

Ее имя было еще одним крайне смелым, но ничем не подтвержденным предположением, которым я могла поделиться… разве что со своими друзьями. Потому что они были готовы выслушать любые, даже самые фантастические идеи – после рассказа о моем попадании их вряд ли было чем удивить.

Но сперва меня снова навестил отец – еще до того, как я успела разобрать карточки, присланные с букетами. Сообщил, что он пробудет несколько дней на Прей-Экриле, дожидаясь, пока я окончательно не поправлюсь, после чего хотел бы, чтобы мы снова отправились на Лорейру.

Звал меня погостить неделю до начала учебы, заявив, что мое первое посещение дома вышло не слишком удачным, так что неплохо бы это исправить. Но если я захочу взять кого-то из своих друзей – да хоть всю честную компанию! – он будет только этому рад.

Улыбнулась, заявив, что обязательно обсужу с друзьями, после чего дам ему ответ.

Попрощавшись, отец ушел, но все же намекнул, что мне не помешает серьезно отнестись к намерениям принца Вестии.

На это я закатила глаза, но тут Винсента сменили два усталых следователя со следами недосыпа на лицах. Уселись рядом, достали блокноты, приготовившись задавать мне вопросы и записывать ответы, а я подумала…

Не повезло, снова не разобрала карточки!

Тут следователи заявили, что проработали всю ночь и это утро, но так ничего и не наработали. Из известных им на данный момент фактов – лишь название яда и то, что меня спасли своевременные действия магов и прилет собственной драконицы.

Но на этом все, дальше следствие топталось на месте.

Лакея, который мог передать мне бокал с отравленным шампанским, так и не нашли, поэтому они не отказались бы, чтобы я дала описание…

На это я пожала плечами, сказав, что не запомнила его лица, так что описания не будет. Затем поинтересовалась, чем же таким страшным меня отравили.

Оказалось, этот яд добывали из корней крестоцвета, милого цветочка с красными соцветиями. Правда, с изменением статуса Альянса на небесный на Летающих Островах крестоцвет не прижился.

Зато он вовсю рос на Суше.

Следовательно, отравить меня мог только тот, кто якшался с норфолами, с которыми Альянс не имел никаких связей – ни дипломатических, ни торговых.

Кто этот человек?

– Вы это у меня спрашиваете?! – изумилась я. – Мне кажется, что такой вопрос должна задать вам я, а не вы мне.

Но они тоже не знали ответа.

Вот и я призналась, что понятия не имею, кто мог меня так сильно ненавидеть и при чем здесь норфолы. И нет, сама себе смертельный яд я не подсыпала, потому что травиться была не намерена.

На какой-то миг мне захотелось рассказать следователям о своих снах и маме, но, взглянув в их усталые лица, передумала.

У меня не было ни единого факта, который мог бы подтвердить мои слова, доказав, что это не фантазии. Уверена, они надо мной бы лишь посмеялись или же посоветовали попить успокаивающее и не забивать себе и другим голову всякой ерундой.

Тем временем допрос продолжался.

Может, я кого-то подозреваю в связях с Сушей или контрабандистами?

Никого, если честно.

Те девицы, что бегали за Гордоном… Я сомневалась, что они пошли бы на такое преступление, решив от меня избавиться окончательно. Но рвотное зелье в кашу они мне все же подсыпали.

Назвала их имена – мне не жалко, пусть следствие проверяет!

Что же касается свитка с приглашением в Торговую Гильдию, о котором им уже рассказали подруги, – нет, я понятия не имею, кто его прислал. И отец, насколько мне известно, тоже не смог это выяснить.

Скорее всего, его отправил злоумышленник, потому что насчет тайного поклонника я серьезно сомневалась. До бала ко мне проявлял интерес если только капитан Небесной Сотни Рантар Хардегарт, а больше никто.

Ах, они с ним уже побеседовали, и приглашения он не присылал? Такое не в его компетенции, так как прием организовывали со стороны Прей-Экрила, но господин Хардегарт обрадовался, узнав от лорда Росманна, что я буду на балу…

Именно поэтому он тоже решил его посетить.

Нет же, к нему не может быть никаких вопросов, потому что именно он меня и спас. Он и его брат, Матиас Хардегарт!

Хорошо, давайте вместе разберем карточки, быть может, тот таинственный поклонник прислал мне цветы?

Разобрали.

Первый пышный букет оказался от моих друзей – уверена, Хейди постаралась, отправив близнецов в лавку к цветочнику. К нему прилагалась карточка с пожеланиями скорейшего выздоровления, на которой стояло целых шесть подписей и несколько сердечек. Их, я думаю, тоже нарисовала принцесса.

Еще один букет был от отца. В своей карточке Винсент извещал, что он обязательно найдет мерзавца, пытавшегося меня отравить, и выпустит ему кишки. Если я пожелаю, то у меня на виду.

– Лорд Росманн никогда не отличался излишним терпением, – пробормотала я.

Затем было целых два букета от принца Густава – наверное, чтобы подчеркнуть серьезность его намерений познакомиться с моей Риашш.

И еще один, несомненно, самый красивый из всех – от Рантара Хардеграта с пожеланиями скорейшего выздоровления и просьбой с ним встретиться, как только мне станет получше.

Он надеялся, что ему удастся увидеть меня уже завтра вечером.

Это очень походило на приглашение на свидание – мое первое, настоящее свидание! – потому что я собиралась ответить ему согласием.

Правда, насладиться моментом мне не дали – вздохнув, я уставилась на кислые лица следователей, которые так и не получили ни единой зацепки.

Наконец, они ушли ни с чем, а меня все-таки выписали. Но уже после обеда, на который снова принесли манную кашу и кисель. Затем мне выдали мою одежду – уже не бальное платье, а повседневное, – вместе с искренним пожеланием больше не… гм… отравляться.

А если и отравляться, то выбирать что-то попроще, чем настойку из корней крестоцвета.

Наконец, все еще покачиваясь, я вышла из лазарета с охапкой цветов, не совсем уверенная в том, что добреду до общежития и не упаду по дороге. На мое счастье, у входа в больницу Академии меня встречали друзья, успевшие отравить жизнь персонала настолько, что, подозреваю, меня просто-напросто оттуда выставили, потому что совсем здоровой я себя не чувствовала.

Близнецы, поймав выразительный взгляд принцессы, тут же избавили меня от ноши. Подруги подхватили меня под руки, и мы дружно двинулись в сторону общежития, по дороге обсуждая последние новости.

Естественно, самой главной из них было мое отравление и еще то, что следствие топталось на месте. Затем немного обсудили принца Густава с его… гм… планами взглянуть на мою Риашш, на что я сказала, что из этого ничего не выйдет.

Вернее, ничего не знаю и к Густаву другого желания, кроме как того чтобы он поскорее оставил меня в покое, я не чувствую.

На это Хейди, захлопав ресницами, заявила, что принц довольно мил и обходителен и, если дать ему шанс, я обязательно проникнусь…

Вместо этого первым делом к Густаву «прониклись» близнецы. Дружно насупились и, подозреваю, стали строить планы по нейтрализации принца Вестии – слишком уж проникновенным голосом говорила о нем Хейди.

Наконец, обсудили прилет наших двух дракониц и еще то, что Брун… О да, меня ждала замечательная новость – вчера вечером Брун тоже удалось установить Связь!

– Наверное, из-за переживаний о тебе, Марша! – заявила мне Хейди.

На это Брун улыбнулась, а Дейнис едва заметно вздохнул. Я прекрасно его понимала и очень сочувствовала – возможность того, что они будут с Брун вместе, испарится окончательно, как только прилетит ее драконица.

Наконец, добрались до общежития. Расставили цветы, одолжив у миссис Корфилд несколько ваз, после чего распахнули окно. Парни забрались в нашу комнату, и мы принялись держать совет. Потому что я рассказала им о своих снах, и…

Как же я была рада тому, что меня не подняли на смех!

Вместо этого друзья стали оживленно обсуждать теорию пленения Викки Аллен и моего отравления шпионами норфолов, а я подкинула дров в огонь, нарисовав на чистом свитке монумент, который видела за маминой спиной.

Парни, покивав, авторитетно заявили, что это вполне может быть тот самый Алтарь Проклятых. И еще, что отравление как раз доказывает, что я знаю нечто крайне важное, из-за чего меня решили убить.

Но что именно? Признаюсь, мы терялись в догадках.

К тому же никто из нашей команды понятия не имел, как выглядел Алтарь Проклятых на самом деле, – в глаза не видели ни его рисунков, ни описаний, ничего.

– Думаю, их можно найти в архиве Академии, – произнесла Брун, на что Дейнис тут же с ней согласился.

Но добавил, что подобные книги, конечно же, никто на руки нам не даст. Скорее всего, они хранятся в закрытой секции, и для того, чтобы их получить, нужно будет попросить разрешения у декана.

На это близнецы заговорщически переглянулись, а я застонала.

– Только не сегодня! – заявила им. – Я еще не настолько пришла в себя, чтобы ловить по всей Академии фиолетовых тараканов.

– Так никто не узнает! – тут же пообещал Арвид.

– Мы сделаем это тихо, – добавил Аксель. – Никто и не подумает связать это с нами.

– Все, что происходит в Академии, сразу же связывают с вами, – отозвалась я. – А теперь уже и с нами.

Но я понимала, что нам все-таки придется взломать архив, потому что мне хотелось увидеть еще и папку со сведениями о Виктории Аллен. Просить разрешения у вечно занятого декана я не собиралась, уверенная, что все снова отложится на «потом, когда все закончится».

Но когда оно еще закончится?!

Я понятия не имела, а в этой папке могло находиться то, что позволит мне получить ответы.

Все же кое-как уговорили близнецов отложить взлом до завтрашнего утра. К тому же я решила, что раз уж голова у меня больше не забита экзаменами, то мама может присниться мне этой ночью еще раз. Я обо всем у нее спрошу, и тогда не придется нарушать правила Академии и пугать бедного цербера из архива.

Парни нехотя согласились, после чего мы отправились в центральный корпус. Для начала ужинать, а затем решили призвать наших с Хейди дракониц еще раз.

Для этого выбрали пустующую лужайку, где мы с подругой коснулись едва заметных меток на запястье. Прислушиваясь к указаниям Гордона, принялись вливать магию в Связь, попросив наших дракониц прилететь.

И они прилетели – правда, не сразу. Насколько я поняла, пока Связь еще не настолько окрепла, они обитали на Прей-Кагире. Позже, когда мы больше не сможем друг без друга, они переберутся на территорию Академии.

Я снова завороженно глядела на Риашш, затем, подбадриваемая Гордоном, подошла и прикоснулась к ее голове. Драконица тут же уткнулась мне ноздрями в ладонь, и я ощутила ее горячее дыхание на своей коже.

Закрыв глаза, улыбнулась – в этот момент я чувствовала себя бесконечно счастливой и наполненной.

Так и стояла, отдавшись новым ощущениям. Мне казалось, что я полностью погрузились в Риашш, тогда как Риашш… погрузилась в меня. Мы узнавали друг друга. Привыкали друг к другу, чтобы уже очень скоро не разлучаться никогда.

Зато у Хейди с близнецами все вышло значительно… гм… оживленнее. Ее драконица тоже прилетела, но Идрис – так ее звали – на поляне поджидали не только Хейди с близнецами, но еще и два зеленых дракона.

Потом началось суматошное знакомство, после чего Острокрыл и Короткозуб принялись гоняться друг за другом, а заодно и за своими хвостами. На это Хейди счастливо смеялась, а Идис фыркала или даже рыкала на драконов близнецов, когда те подходили к ней или принцессе слишком близко.

Но со стороны казалось, что эта ситуация устраивала всех – и людей, и драконов.

– Пусть сами разбираются, – негромко произнесла Брун, когда я ненадолго оторвалась от Риашш, уставившись на зеленую суматоху неподалеку. – Они уже не дети.

Кивнула.

Судя по всему, однажды им придется во всем разобраться, и выбирать будет не только Хейди, но еще и ее Идрис.

Затем драконицы улетели – но я знала, что очень скоро мы встретимся с ними еще раз. Либо они вернутся сами, или же мы с Хейди, заскучав, снова их призовем.

К тому же со слов Гордона выходило, что не пройдет и месяца, как Риашш с Идрис и, вполне возможно, пока еще незнакомая нам драконица Брун будут ночевать на крыше женского общежития. Или совсем рядом – возле пруда в зарослях магнолий, и я буду не только чувствовать ее присутствие, но и слышать сонное дыхание Риашш за окном.

А еще – очень скоро мы с ней отправимся на Лорейру. Пусть не в этот раз, но на следующих каникулах уж точно, потому что мысль о том, что мы расстанемся на несколько дней, станет казаться мне невыносимой.

Вот и Хейди тоже…

Она тоже была переполнена энтузиазмом, а еще, кажется, влюблена в двух братьев Вьерсонов одновременно. Потому что проговорила о них весь вечер, но лишь отмахнулась от нас, когда мы с Брун резонно поинтересовались, как именно она собирается выбирать.

Заявила, что мы все придумываем и ни в кого она не втюрилась. И еще – она никуда не спешит и сейчас выбирать не станет, а дальше уже будет видно.

Затем, решив сменить тему, накинулась на меня, принявшись терзать принцем Густавом. Стала рассказывать о его любовных победах при дворе и еще от том, какой он внимательный, заботливый и галантный.

Так что, если Риашш придется по душе его дракону, а ей он понравится, то Густав сделает все, чтобы меня покорить.

Но затем немного сбавила обороты, заодно одобрив и Рантара Хардегарта. Сказала, что тот произвел на нее самое приятное впечатление. Если бы она хотела в кого-то влюбиться, то влюбилась бы в капитана Небесной Сотни, а вовсе не в братьев Вьерсонов.

Правда, был еще Матиас Хардегарт, о котором я знала лишь то, что он был ко мне добр, но бесконечно безразличен. И даже Хейди сомневалась, что из этого может что-нибудь выйти.

– Интересно, какого у него цвета дракон? – зевнув, спросила принцесса.

Мы с Брун, успевшие забраться в кровать, понятия не имели. Затем еще немного погадали, какого цвета драконицу совсем скоро она призовет, на что я заявила, что было бы отлично, если бы к ней тоже прилетела золотая.

Тогда бы мы с ней всех поделили – я бы, наверное, забрала себе старшего брата декана, а ей бы уступила принца Густава со всеми его планами. На это Брун усмехнулась, заявив, что такое вряд ли произойдет. И еще: единственное, чего она хочет, – чтобы мы в конце концов замолчали и легли спать, а то уже поздно.

Мы с Хейди послушались. Погасили магические светлячки, в комнате установилась темнота и тишина, и уже очень скоро я скользнула в объятия сна, загадав, чтобы мне обязательно приснилась мама.

***

Она приснилась – но наша третья встреча длилась буквально несколько тревожных секунд.

Я снова оказалась в том самом месте возле алтаря, но сумрачное небо на этот раз было в сполохах алого пламени, а пространство буквально вибрировало… Не знаю, что именно давало подобный эффект, но мне казалось, что гудела не только земля под ногами, но еще и сам воздух.

– Девочка моя!.. – начала было мама, тогда как я завороженно уставилась на пылающее огненное кольцо за ее спиной.

Кажется… Так и есть, пламя заливало алтарь, стекая от него к колоннам, на которых пугающе-бордовым цветом пульсировали загадочные письмена.

– Мама, что это такое?! – выдохнула я. – Что здесь происходит?!

Но она так и не успела мне ответить, потому что в этот самый момент мой сон во сне принялся разваливаться на части. Промелькнул и исчез, а меня внезапно подкинуло, после чего… вышвырнуло из кровати.

Пробуждение было не из приятных – кажется, я спала на самом краю, но грохнулась на пол, к тому же запутавшись в одеяле.

И тут же села, ничего не понимая…

Ничего не понимала кроме того, что эта самая кровать с ужасающим скрежетом и под истошный визг Хейди, ехала на меня по полу. Да и сам пол странным образом кренился, из-за чего сверху с книжных полок тут же посыпалось их содержимое, а огромный том Всемирной Истории упал в угрожающей близости от моей руки.

– Марша, нужен свет! – раздался голос Брун, но я уже…

Вскинула ладонь, и два огненных светлячка тотчас же взлетели под потолок, осветив бардак в нашей комнате, мою взбесившуюся кровать, которая уже ехала в обратную сторону, а за ней по полу скользили книги.

А еще Хейди, вцепившуюся в уже свою блуждающую кровать, и куда-то катившиеся по комнате свитки, разлетевшиеся перья и – слава местным богам – закрученные чернильницы.

Увидела я и Брун – пока я сидела на полу, таращась на происходящее, а Хейди визжала, подруга преспокойно одевалась, и ее меч, лежавший на кровати, поблескивал в свете льющейся через окно луны.

Ну хотя бы луна на месте, отстраненно подумала я.

– Брун, что происходит?! – воскликнула я, оценив силу крена. Потому что кровать, дойдя по стены, снова поехала в мою сторону.

Качало нас прилично.

– Пока не знаю, – отозвалась подруга. – На Гальдерине случались бури, но такое я вижу впервые. К тому же, Прей-Экрил больше нашего в несколько раз. – Брун замолчала, уставившись мне в глаза. – Я не представляю, какой силы должен быть ветер, чтобы он так сильно раскачал остров. Но посмотри сама – за окном все спокойно.

Я посмотрела – сперва на свою кровать, затем на черные кроны деревьев, на которые лила свет луна. Брун была права, ничто не указывало на то, что снаружи бушевала непогода.

– Тогда что это такое?! – растерянно спросила Хейди.

– Говорю же, не знаю! Но не сомневаюсь, что ничего хорошего, поэтому нам лучше одеться и быть готовыми.

– К чему? – спросила уже я, увидев, как Хейди, всхлипывая, поползла по кровати к своему комоду.

– Ко всему, – спокойно произнесла Брун. – Мы должны быть готовыми ко всему. И дракониц своих призовите, не помешают.

Мы это сделали – позвали Риашш и Идрис, но лететь с Прей-Кагира драконицам было около часа, так что нам с подругами пришлось выбираться из общежития без них. Первой мыслью было выпрыгнуть в окно, но здание рушиться не спешило, хотя нас и продолжало качать, поэтому мы решили посмотреть, не требуется ли кому-нибудь наша помощь внутри.

Оказалось, не требуется, потому что магисса Корфилд взяла эвакуацию в свои крепкие руки. На помощь ей пришли старшекурсницы, потому что у нескольких лекарок случились то ли приступы панической атаки, то ли истерики, и они напрочь отказались покидать общежитие.

Пришлось выводить, а то и выносить через порталы.

Кому-то потребовалась медицинская помощь – были пара переломов из-за неудачных падений, несколько порезов и ушибов. Кое-где в комнатах вылетели стекла, но женское общежитие Заоблачной Академии уверенно выстояло перед лицом непонятной угрозы.

Непонятной, потому что никто толком не знал, что происходит на самом деле, но версии звучали самые фантастические.

Среди них попадались и крупицы новостей.

Во всеобщем хаосе мы узнали, что в Академии обошлось без разрушений – все здания выстояли. Но в городе срочно требуется помощь магов, поэтому учащихся последних курсов под руководством преподавателей собирались отправить на разбор завалов.

Еще части Боевых Магов нашлась работа в Академии – монстры прорвали загородки и разбежались кто куда. Их не мешало отловить, пока те не натворили дел.

Мы же с подругами, словно губки, впитывали новости, пытаясь разобраться, что на самом деле произошло и где пригодится наша помощь. Но, казалось, самое страшное уже позади – качка постепенно замедлялась, и земля под ногами больше не спешила угрожающе крениться.

Огромная волна, зацепившая Прей-Экрил – интересно, что это было?! – нас наконец-таки миновала, и остров постепенно возвращался к привычному состоянию покоя.

– Наверное, снова все телепорты сбились, – произнесла одна из целительниц. Маленькая и худенькая, она забинтовывала порезанные руки девушке, с которой нам предстояло учиться на первом курсе Всадников. – Мои родители должны прибыть сегодня днем. Мы собирались с ними на Гроново, решили провести там неделю до начала занятий.

Тут появились наши друзья – все четверо, на что я вздохнула с явным облегчением. Признаюсь, мы уже начали немного волноваться, потому что их слишком долго не было. Ясное дело, они бы нас не бросили, значит…

Значит, были заняты – собирали сведения, чтобы явиться не с пустыми руками.

Близнецы тут же с заговорщическим видом подхватили под руки пребывающую в легкой прострации Хейди, Гордон кивнул мне, а Дейнис поманил Брун, и мы двинулись к зарослям магнолии, чтобы поговорить без свидетелей.

– На Гроново уже никто не отправится, – сообщил нам Дейнис, похоже, услышавший часть нашего разговора.

Голос его прозвучал… странно. Мне показалось, что ломко, тускло.

– Но почему?! – выдохнули мы с Хейди одновременно, а Брун нахмурилась.

– Потому что Гроново больше не существует, – добавил Гордон, на что братья покивали – так и есть, он нам не врет.

Оказалось, они вчетвером – и Дейниса тоже с собой прихватили – успели подняться в воздух на драконах и увидели это своими глазами.

– Что вы увидели? – спросила Брун.

– То, что острова больше нет, – отозвался Арвид, после чего обнял всхлипнувшую Хейди.

Кажется, принцесса все поняла значительно быстрее меня, потому что я никак не могла уложить услышанное в голове.

– Но как такое возможно?! – шепотом спросила у них. – Неужели он… Он что, упал?!

О Боже!..

– Его сбили, – пояснил мне Дейнис. – Проклятые норфолы, это все их вина! Их Алтари!..

Гроново – неужели его больше не существует? Но ведь это курортный островок – отели, живописные места, маленькие деревушки…

Люди.

Местные жители. Туристы.

Армия Альянса.

Небесная Сотня и Крылья Альянса разбили лагеря на Прей-Экриле, но на Гроново еще вчера должны были прибыть основные силы.

Пехота.

Неужели?..

– Что с людьми? – первой спросила Брун, потому что Хейди принялась всхлипывать, похоже, подумав о том же самом. – Что-то уже известно?

– Не особо, – признался Арвид.

– Неужели все погибли?! – выдохнула Хейди.

– Говорят, – это уже Гордон, – кто-то из наших магов оказался настолько силен, что ему удалось противостоять Алтарям норфолов. Удар отвести он не смог, но у него получилось ненадолго замедлить падение острова.

– Матиас, не так ли?! – это уже я.

– Думаю, один бы он не справился, – произнес Дейнис. – Нам известно, что наши маги вмешались. Да, остров упал в океан. Да, он раскололся на несколько кусков, но часть суши все же уцелела. Сейчас в центре Прей-Экрила собирают всех способных подняться в воздух Всадников. Не только студентов, но и гражданских, кто способен оседлать драконов. Будут спасательные отряды. Мы полетим забирать тех, кто выжил на Гроново.

– Мы тоже полетим, – внезапно произнесла Хейди, сделав это на долю секунды раньше, чем успела я.

– Да, полетим! – кивнула я. – Риашш уже рядом, я ее чувствую. И Идрис, наверное, тоже.

Хейди подтвердила, прошелестев, что та вот-вот прилетит.

– Но вы же никогда не сидели на спинах драконов! – попытался было возразить нам Дейнис, но замолк под взглядами близнецов.

– Научим! – заявили они, а Гордон пожал плечами, заявив, что, конечно, это самоубийство, но мы с Хейди, скорее всего, справимся.

«Или же наконец-таки самоубьемся», – усмехнулась я про себя.

– Я тоже полечу с вами, – произнесла Брун. – Думаю, раз норфолы обрушили Гроново, то они будут рядом. Спасательная миссия им вряд ли понравится, так что они постараются нас остановить.

– А ты можешь полететь со мной? – негромко спросила у нее Хейди. – Я… Я немного боюсь высоты.

На это парни кинули на нее сомневающиеся взгляды, но принцесса гордо вскинула голову, словно спрашивала: кто именно из них осмелится запретить ей принять участие в спасательной экспедиции?

Таких не нашлось.

Зато во мне на этот раз никто не сомневался – словно для меня, Маши Меркуловой-Росманн, видевшей свою драконицу два раза в жизни, подобное было в порядке вещей.

Укрепить между третьим и четвертым золотым позвонком раздобытое седло – близнецы взломали одно из хозяйственных помещений женского общежития, принеся нам каждой по три штуки. После чего установить еще два седла для тех, кого я заберу с Гроново, затем взбежать по вытянутому крылу Риашш на ее на спину и… подняться в воздух, общаясь и направляя свою драконицу через Связь.

Я бы на их месте не была так сильно во мне уверена!..

Кажется, летать на драконах сперва учились на полигоне, и происходило это не раньше конца первого, а то и в начале второго курсов. Естественно, под присмотром преподавателей.

Но кого интересовали подобные мелочи, если Гроново обрушили в Великий Океан, а внизу нас дожидались те, кого нужно спасти раньше, чем норфолы окончательно уничтожат остатки острова?

Близнецов уж точно нет. Да и нас с подругами, если честно, тоже.