Пункт 12: Не расклеиться. И не принимать во внимание сны

Я зло швырнула маску в самую первую урну, встретившуюся мне на пути. Только бы не зареветь, пока не дойду до комнаты. Было жаль расставаться с Мэдди. Такой, как она, я никогда не была. Смелой, яркой, дерзкой, заметной. Такой, которая могла бы добиться в жизни многого. Такой, что на меня обратил внимание сам ректор. Хотя, честно сказать, именно статус теперь меня занимал меньше всего. Начиная это предприятие, я не думала, что главным открытием для меня будет то, каким мужчиной оказался Джейден. Ироничным, глубоким, умным, ловким и смешным. С ним было очень интересно разговаривать. Увлекательно наблюдать. И совершенно восхитительно целоваться. Теперь из всего этого мне останется лишь наблюдение. Буду глядеть со стороны до самого окончания учебы. А если меня возьмут на практику, то еще и большую часть лета. Были некоторые подозрения, что это будет непросто. Закрыв за собой дверь комнаты, я дала волю слезам. – Вообще, наукой не изучено, что случается с ценным оружием, если его умывать слезами, – ворчливо напомнила о себе глефа, которую я так и держала в своих руках. – Прости, – покаялась я, рукавом вытирая лицо. Повесила оружие на гвоздик и добавила грустно: – Кажется, я влюбилась. – Я, конечно, давно не была среди людей, – заметила глефа, – но, насколько я помню, это обычно радостное событие. Я шмыгнула носом: – Но не когда любишь кого-то недоступного. – Это тот твой ректор недоступный? Ну и номер! Да стоило тебе его хоть пальцем поманить, мигом бы красная лента на кровати была использована по назначению. – Он не станет встречаться со студенткой, у него такое правило. – Ааа, ну раз правило, – протянула глефа настолько многозначительно, что мне невольно подумалось: она что-то умалчивает. Но выяснять подробности я не стала. Побродив по комнате и вволю повздыхав, я решила, что утро вечера мудренее, и отправилась спать. На удивление, заснула я быстро. А потом мне приснился сон. Обычный, но очень яркий. Не было ни темной поглощающей пустоты, ни характерного дыма. Правда, я чувствовала себя исключительно странно. Я знала, что сплю. И при этом ощущала себя так, словно это происходит по-настоящему. Я была в своей комнате, в собственной кровати. Лежа на спине я прислушивалась к звукам и не различала ничего тревожащего. Никто не пришел в мой сон. Это было невозможно как минимум потому, что я нигде не оставляла своей крови. Но скрипнула и прогнулась от тяжести чужого тела кровать. Я распахнула глаза и увидела Джейдена Эванса. Он сидел и смотрел на меня в темноте, слегка разбавленной светом фонарей за окном. Он не удивлялся, видя меня без маски, не обвинял во лжи и не упрекал ни в чем. И именно это в очередной раз убедило меня, что происходящее точно не реальность. Он оперся руками по обеим сторонам от моего тела, и стал медленно наклоняться, чтобы поцеловать. Не стоило позволять ему этого делать. Но ведь настоящего поцелуя я себе получить сегодня не разрешила. А это все вокруг – просто сон. Обычный, без присутствия чужих тенеходцев. Так почему бы этому не случиться? Губы коснулись губ легко, едва ощутимо. Чтобы не спугнуть, возможно. Но слишком медлить они не стали. Аккуратно раздвигая, он скользнул языком глубже, и я снова закрыла глаза. Возможно, зря. Так все ощущалось намного более сильно: я уже чувствовала невозможно приятный вкус его губ, с каждым вздохом ловила запах можжевельника, солнца и ветра, кожей касалась горячего крепкого тела, которое начинало своей тяжестью прижимать меня к кровати. Прекрасный сон. Можно не переживать ни за что и вообще можно не думать. Растворяться в касаниях, становящихся все более смелыми, отвечать, не стыдясь собственной неопытности и не боясь последствий. Руки сами собой скользнули по его плечам и запутались в волосах. Они были жесткие, но так удачно позволяли пальцам за них цепляться и тянуть, что я мысленно поблагодарила Луны за этот приятный подарок. Он слегка отстранился, но я тут же последовала за ним. Выгнулась, прижимаясь грудью к его телу, вновь ловя через тонкую ткань ночной рубашки желанное тепло. Джейден рукой подхватил меня за талию, очерчивая изгиб. Медленно, крадучись, его рука проехала вверх по ребрам, и большой палец задел самое основание груди. Я выдохнула ему в рот, оказавшись не готовой к таким острым ощущениям. Но выяснилось: я еще не знала, что такое настоящая острота ласк. Мужская рука осмелилась полностью обхватить все полукружье, слегка сжать, вызывая у меня еще один судорожных вздох. Но потом, когда пальцы, раскрывшись, захватили самую вершинку, я не сдержала жалобный стон, тонкий и дрожащий, словно умоляющий повторить такое чувственное движение. И он не подвел. Повторил еще и еще раз. Я еще крепче сжала его волосы в кулаки, не зная, что делать с этими лишающими разума ощущениями. Тугой вихрь сладкой дрожи проследовал от груди ниже, сконцентрировавшись между бедер. Туда же, словно зная, что происходит внутри меня, проследовала и его ладонь. Я сжала ноги, и он не стал настаивать. Вернул руку назад, где получалось так удачно перед этим. Не прекращая ни на мгновение страстно целовать, возводя меня все выше по лестнице незнакомого удовольствия. Мое состояние становилось уже почти непереносимым. Смелее, жестче, и от этого ярче – до звезд под веками. Я металась по кровати, стонала в голос, попеременно мечтая то о прекращении этой сладкой пытки, то о том чтобы он ни в коем случае не останавливался. Ноги сами собой открыли ему доступ туда, куда никто еще ни разу не доходил. Если бы он начал меня раздевать, возможно, я бы смутилась – представать обнаженной перед нахальными мужскими глазами мне было бы страшно. Но он прямо через сорочку и белье нащупал точку, прикосновение к которой выгнуло меня дугой. Я выпустила его волосы и вцепилась в простынь, всерьез опасаясь не удержаться в этой удивительной реальности сна. Прижав свободной рукой мой живот к кровати, не давая выворачиваться и прятаться от его ласк, он поднимал меня к самым Лунам. Если бы сон внезапно прервался, я бы наверное умерла от разочарования. Толчками, рывками, судорожным вздохами и криками, я пыталась рассказать о том, что прямо сейчас испытываю. Но слова в этом были бессильны – так было остро, ослепительно и глубоко. Лишь его имя, которое я кричала, почему-то оказалось достаточным для выражения силы эмоций. Я не знаю, сколько раз я его позвала – пару десятков или пару миллионов. Я взлетела к самым лунам и упала назад, в собственную кровать. Дыхание рвалось из груди кусками, меня еще потряхивало после пережитого, но окружающий сон начинал обретать форму. Джейден все еще был рядом. Одной рукой он прижимал меня к себе, обнимая за плечи, а его вторая ладонь так и не покинула развилки бедер. Он прижимался своим лбом к моему виску и тоже тяжело дышал. Нет, сомнений никаких – это точно сон. Ну не может между двумя людьми происходить на самом деле что-то настолько невероятное по силе и яркости. И это при том, что мы оба остались в одежде. – Великие Луны, Лири… Меня тобой прокляли, похоже… – едва слышный шепот коснулся уха, и в тот же момент мужчина исчез. А меня подкинуло на кровати, выдергивая из сна. Я озиралась, не понимая, где нахожусь. Комната, кровать. Все мое, знакомое. Вот только я незнакомая, с испариной на лбу и влагой между ног. Вроде бы еще девственница, но, по ощущениям, невероятно далекая от невинности.