Глава 24
Её жизнь снова сделала крутой вираж.
Но если в предыдущий раз, когда она, Даниэль, устроила показательное выступление с иллюзией, резкий поворот в судьбе сулил изменения к лучшему, то сейчас уже ничто не могло спасти её от гибели.
Девушка пребывала в странной прострации, словно всё происходило не с ней, словно она смотрит со стороны неудачную постановку уличных артистов.
Разве бывает, что бы вот так, сразу — бах! — и всем мечтам, всем надеждам пришёл конец?
Неотвратимый и бесповоротный…
Когда матушка собиралась запереть её дома сразу после Первого бала и ограничивала ей общение, она была сто раз права!
Если бы у неё, Дани, хватило терпения и мудрости не бунтовать, а смиренно принять свою участь, то и она не оказалась бы на краю гибели, и Альбертина не опозорилась бы прямо на глазах принца!
Девушка вздохнула — но тогда бы принц не заметил её, второродную сестру Берти. Иона никогда не познакомилась бы с Морисом, не танцевала на балу. Не испытала бы приязнь к мужчине и не узнала, как это, когда за тобой ухаживают. А ещё у неё не появилась бы первая в жизни подруга.
По щеке Даниэль скатилась слеза.
Лучше бы ей ничего из этого в жизни не встретилось, ведь тогда она бы ничего и не потеряла!
Жила бы и жила себе, как обычно. А теперь… так больно!
Девушка вытерла мокрую дорожку на щеке и вздрогнула от пронзившей голову мысли: а как же изобретённый графом де Верлари способ обходить защиту? Такой простой, изящный и гениальный! Она никогда бы о нём не узнала!!!
Нет, пусть уже — что случилось, то случилось.
Кстати, раз делать всё равно нечего, а изменить свою участь она не может, так чем предаваться унынию, не лучше ли попробовать достучаться до своей магии?
Если не получится вызвать стихию, то хотя бы попытаться получить ответ от родового дара. Просто ещё раз почувствовать себя магом, а не пустышкой… Так сказать, напоследок насладиться этим ощущением. И время пройдёт быстрее!
Итак, что будет если посмотреть на кандалы магическим зрением?
Даниэль вытянула руку, привычно расфокусировала взгляд и…
И ничего!
Всё правильно — кандалы полностью перекрывают каналы, не дают ни малейшего доступа к силе, поэтому для неё любая магия сейчас недоступна. В том числе и способность видеть энергетические поля, нити и эманации.
Стукнула дверь, и Даниэль напряглась — Инквизитор?
К счастью, не в этот раз: в комнату зашли два незнакомых мага. Один остался молча стоять у входа, второй занёс поднос с мисками и кувшином. Быстро переставил всё на стол и также не сказав ни слова, вышел.
Ужин принесли. Или обед?
Она потеряла счёт времени. Впрочем, какая разница что сейчас — день или вечер? Всё равно аппетита нет, да и перед смертью не надышишься…
Двигаться вообще не хотелось, и девушка осталась сидеть, как сидела.
Нервно-взбудораженное состояние, постоянное ожидание чего-то необыкновенного и веру, что она сможет к лучшему изменить свою судьбу, сменили апатия и обречённость.
Сама во всём виновата! Сначала родилась чудовищем, потом пошла наперекор матери и…
Если бы она, Даниэль, не поддалась искушению научиться обходить защиту браслета! Ведь знала, что всю жизнь тянет из сестры силу, и даже не подумала, что будет, если сломать контролирующий артефакт!
Да что уж теперь?
Тьера снова вздохнула и с тоской обвела комнату взглядом.
Невыносимо просто сидеть и без конца прокручивать в голове события последних суток, терзаясь, что сама всё испортила и теперь должна понести заслуженное наказание!
Сон не идёт, аппетита нет, заняться нечем — комната скудно, если не сказать, аскетично, обставлена. Тут только узкая кровать с минимумом постельных принадлежностей, небольшой стол, стул и отгороженный ширмой угол для отправления естественных надобностей.
Ни книг, ни бумаги с рисовательными палочками.
И вязкая, давящая на уши тишина…
Да пока дело дойдёт до казни, она тут с ума сойдёт от безделья и страха!
Вот если бы у неё было занятие, ждать приговора было бы проще. И грустные мысли не так бы терзали…
И всё-таки, почему в браслете она могла переходить на внутреннее зрение, а в браслете и кандалах это сделать не получается?
Может быть, надо утроить усилие?
Даниэль покосилась на дверь — не идёт ли кто? Нет, тихо.
И предприняла ещё одну попытку.
Безрезультатно.
А если не так резко, как она привыкла, а исподволь, полностью погрузившись в энергетический мир?
И она раз за разом делала единственное, что было относительно ей доступно — пыталась перейти на внутреннее зрение.
Давила сильнее.
Слабее.
Меняла угол.
Плела заклинания, которые без магии рассыпались ещё до того, как она завершит формулу.
Пыталась на ощупь определить наличие силовых нитей.
Временами ей казалось, что ещё немного, ещё чуть-чуть и что-то получится, и это подстёгивало продолжать эксперименты.
Даниэль так увлеклась, что завесь день только трижды вставала с кровати — один раз посетила уголок за ширмой и два раза выпила воды.
От недосыпания, физического и морального истощения её начинало пошатывать, но тьера не сдавалась, продолжая делать попытку за попыткой.
И в какой-то момент перед глазами мелькнуло цветное свечение!
О…
Юная магиня не успела отреагировать, как всё пропало, и перед внутренним взором снова встала непроницаемая темнота.
Вполголоса помянув Молчаливого, Даниэль распахнула глаза, едва удержав испуганный возглас — прямо перед ней стоял Инквизитор.
Судя по раскрытой двери, он вошёл, как полагается. Просто она ничего не заметила, настолько увлеклась экспериментами. Вот же дурочка! Нашла время и место!
Мужчина мрачно рассматривал подозреваемую и, судя по его недовольному виду, ему совершенно не нравилось, что он видит.
Тьера тоже от счастья не светилась.
Что её ждёт на этот раз? Завтрак или… пора на казнь?
Даниэль с сожалением подумала, что у неё только-только что-то начало получаться!!! И всё…
У-у, гад в чёрном! Ещё и небритый!
Она как-то слышала, что Инквизитор избегает высокородных, почти никогда не появляется на балах и до сих пор не женат. И теперь ни капли этому не удивлена — какая тьера добровольно пойдёт за такого… такое…
Нет, страшилищем его не назовёшь, как и чудовищем. Но где семья и дети, и где Инквизитор? Он же одним своим видом доведёт младенца до падучей! Самое ему место в казематах Департамента, да!
Не мог прийти попозже? Лет этак на сят? Пятьдесят там, семьдесят? А лучше — вообще никогда!
— Собирайся! — холодным тоном приказал мужчина. — Хотя, что тебе собирать? Встань и подойди ко мне!
«Ну, вот и всё», — мелькнуло в голове.
Сердце жалобно трепыхнулось и попыталось сбежать, ноги задрожали, руки вспотели.
И Даниэль сама на себя рассердилась.
Что это она?! Струсила?! Да, виновата! Да, родилась поглотителем, но разве это был её собственный выбор? Разве кто-то её спросил, хочет ли она отбирать у Альбертины силу и жить изгоем?
Пусть в глазах всего королевства она преступница, пусть её ждёт эшафот, но никто не запретит ей держать голову высоко! Она — урождённая графиня, и будет вести себя не как трусливый кролик, а как высокородная тьера.
Да!
Девушка одним движением поднялась на ноги, в глубине души удивившись — куда подевались её страх и предательская дрожь? И глядя прямо на Инквизитора, подошла к нему.
— Приговор? — ровным, даже немного равнодушным тоном.
— Да.
— Что ж, я готова, — и ещё выше вздёрнула подбородок.
В глазах мужчины скользнуло что-то похожее на удивление.
— Ты признана виновной и приговариваешься к…
Как она ни крепилась, но глупое сердечко снова засбоило, так и норовя сбежать в обморок. Усилием воли Даниэль заставила его биться, а себя — смотреть прямо в глаза Инквизитору.
«Ни за что не покажу свой страх и отчаянье! Ни за что больше не буду плакать!»
— … моей воле!
Даниэль сморгнула, возвращаясь в реальность.
— Что? Меня не казнят?
— Ты ещё и глуховата? — недовольно отреагировал мужчина. — Повторяю — его величество даровал мне право по своему усмотрению распорядиться твоей судьбой. Я мог бы казнить тебя, как и положено поступать с Ассорбиторами, но решил оставить в живых. Сейчас я перенесу нас в мой замок, и там объясню, чем отныне ты будешь заниматься и по каким правилам жить.
— Зачем?! Почему? — как она ни старалась, но голос таки дрогнул.
Неизвестность пугала… Что ещё задумал этот… гад?
Неужели будет мучить? Ну, не в служанки же он её забирает?! Или, Молчаливый упаси, у Инквизитора на неё какие-то другие планы. Страшно представить, какие…
— Мою мать выпил Ассорбитор, — ответил Инквизитор. — Я ненавижу ваше племя! Ни на что не годные паразиты, живущие за счёт других! Моя бы воля, я к тебе и близко не подошёл бы, но ради благополучия всех нормальных одарённых придётся потерпеть. За столько лет никто не пытался изучать поглотителей. Как правило, их убивали прямо на месте преступления. И в результате мы плохо знаем вашу природу, плохо представляем ваши слабые и сильные стороны. И причины, по которым у нормальных магов рождаются вот такие… чудовища. Я решил исправить это упущение и выяснить, наконец, что ты такое. Руку!
«Меня привяжут к столу и разрежут, чтобы посмотреть, что у меня внутри?!» — с ужасом подумала Даниэль, отступая ещё на шаг.
— Может быть, вы меня просто казните, как других. И всё? — почти умоляюще.
— И не надейся, ты будешь жить долго! — рыкнул Инквизитор, открывая портал. — Так долго, пока я не решу, что ты больше ничем не можешь быть полезна королевству.
Даниэль инстинктивно отшатнулась и попыталась проскользнуть к выходу из комнаты, но мужчина оказался проворнее. Она и охнуть не успела, как Инквизитор сгрёб её на руки и вместе с пленницей нырнул в рамку портала.
Мир остановился.
И вместе с ним, казалось, замерло и её уставшее от потрясений сердце.
Миг. Другой.
Ан нет, бьётся! Да как ровно и сильно — тук-тук-тук!
Короткое погружение в темноту закончилось так же быстро, как и наступило. Проморгавшись, Даниэль смогла разглядеть оббитую расписной тканью стену незнакомого помещения.
Значит, перешли уже.
Девушка неосознанно потёрлась щекой о сукно камзола и замерла, пронзённая мыслью — она что, лежит на руках у Инквизитора?
И ведь почувствовала, что сердце стучит как-то особенно громко, никогда раньше такого за ним не замечала! Да подумала, что это ей от волнения показалось…
А оказалось — не показалось! Действительно, сильно стучит! Но это не её собственное сердечко, а то, что бьётся в груди Инквизитора.
Интересно, а она слышала, что у него сердца нет.
Врали, получается!
И на его руках почему-то так уютно… так спокойно! Словно ей, Дане, опять пять лет. Она упала с дерева в саду, повредила ногу, и папа сам несёт её домой…
Граф тогда прибежал на крики Альбертины, обнаружил, что Даниэль ни шагу ступить не может. И не стал ждать, когда Берти приведёт слуг, сам понёс пострадавшую в дом.
Только один раз в жизни ей довелось побывать у отца на руках, но она до сих пор помнит, как бережно он прижимал её к себе! И это чувство защищенности…
А как тогда верещала Альбертина, уверяя всех, что Данька сама упала? Хоть это именно она столкнула её с ветки! И какое наказание пришлось ей отбыть, как только целитель убедился, что обошлось без переломов, и залечил ушиб…
Да… детство. Как вчера!
И тут Даниэль встрепенулась, будто её задело магическим пульсаром.
«Ох! Молчаливый помоги! Нашла время на воспоминания! Я не у папы на руках, а у Инквизитора! И он несёт меня на магические опыты!!!»
Странное оцепенение спало, девушка тут же задёргалась, пытаясь освободиться.
— Немедленно меня отпустите!!! Зачем вы… прицепились?
— Не выдумывай, чего нет! Можно подумать, мне самому приятно к тебе прикасаться, — возмутился мужчина, разжимая руки. — Так было быстрее, не хотел тратить время на капризы и истерики. А ты по обыкновению вашего пола уже напридумывала себе лишнего.
Дани коснулась ногами пола.
От быстрой смены положения голова девушки закружилась, и чтобы не упасть, она была вынуждена уже сама схватиться за сюртук Инквизитора.
— Ну и кто за кого цепляется? — буркнул Ренард, но не оттолкнул, а наоборот, поддержал за локоть, давая ей возможность поймать равновесие.
Наконец, Даниэль выпрямилась и тут же попыталась отойти в сторону.
— Стоять! — рявкнул мужчина. — Пока я не представлю тебя замку, и на полшага от меня не отходи! Впрочем, ты там что-то лепетала о казни? Если не передумала, то давай, — он кивнул в сторону лестницы, — иди!
И добавил себе под нос, но так, что Дани услышала:
— Мне же меньше забот, даже о теле беспокоиться не придётся. Релле просто развеет её и всё!
Даниэль решила не поддаваться.
Ведь если бы Инквизитор хотел от неё избавиться, он не стал бы тащить осуждённую через всю страну! Одно заклинание прямо там, во дворце, и от неё осталась бы только кучка пепла…
«Так что, милорд, зря стараетесь! Я вас раскусила — специально так говорите, чтобы понаблюдать, как я отреагирую. Уже начали свои опыты? У-у! Зануслик!*»
Нет уж, пока она жива, жива и надежда. А умереть всегда успеет!
Несмотря на не самые радужные перспективы, природное любопытство всё-таки взяло верх, и Даниэль не смогла промолчать.
Или она просто устала бояться.
Ведь и правда — чему быть, того не миновать! А провести остаток дней, трясясь от ужаса и вздрагивая от каждого слова и жеста, не в её характере.
Так что, выше нос и вперёд! — изучать новое место, где она теперь будет жить.
— Представить замку?! Он у вас что, живой?
— Можно казать и так, — ответил Инквизитор. — Это очень древний замок.
— И он… живой? — глаза тьеры невольно расширились от изумления.
Девушка протянула руку и погладила стену — надо же, тёплая!
— Осторожно! — воскликнул мужчина и дёрнул её на себя. — Ничего тут не трогай! Не отходи от меня. И… молчи! Сейчас мы спустимся в сердце замка, я представлю ему нового жильца, после чего отведу тебя в твою комнату. Идём!
И ей пришлось почти бежать рядом ним.
Нет, не потому что она боялась отстать и потеряться! А потому что Инквизитор забыл отпустить руку Даниэль.
К счастью, идти оказалось недалеко — вниз по лестнице, потом влево по коридору, затем опять вниз и ещё один переход.
Затем Инквизитор остановился возле резной двери, провёл рукой, отпирая магический замок и шагнул внутрь комнаты. Даниэль, как привязанная, последовала за ним.
— Сейчас проведу ритуал. Это алтарь, — мужчина показал на покрытый магической вязью камень посередине комнаты, потом отпустил её руку, подошёл к стене и достал из ниши узкий нож. — А вот и стилет. Подойди, мне нужна твоя кровь.
Кровь ему нужна, ещё чего!
Дани попятилась, а потом бросилась к двери. Благо, Инквизитор её не то что не запер, а даже не закрыл.
— Ку-уда? Я не собираюсь тебя убивать! Нет, ну не дура ли? Стой, кому говорю! — зарычал Инквизитор, и от страха, что он её сейчас схватит, у Даниэль словно крылья выросли.
Она не успела всего чуть-чуть.
Прямо перед носом дверная створка качнулась и резко захлопнулась, едва не сбив девушку с ног.
— Набегалась? — с насмешкой спросил мужчина.
Дани оглянулась и почувствовала, как внутри разливается обида — этот гад и не думал за ней бежать! Стоит, где стоял и скалится.
Мог захлопнуть дверь раньше, но ждал, пока она подбежит поближе. Хотел подразнить мнимой свободой, играл с ней, как кошка с мышкой!
Обида ушла, уступив место злости.
Даниэль развернулась и сжала кулачки.
— Вы! Вы… гадкий! Если бы на мне не было этих кандалов, то я могла бы дотянуться до своего резерва даже с серебряным браслетом! Мор… Граф де Верлари научил меня, как, — девушка вскинула руку, выплетая пальцами заклинание. — И тогда вам уже не было бы так весело!
— Ну и что бы ты сделала? — казалось, мужчина получал от происходящего удовольствие. — Окатила меня ковшом воды?
Даниэль с вызовом вздёрнула голову — водой? У неё есть кое-что получше! Только вот… кандалы!
— Два ковша? Нет? Неужели целое ведро? Мне уже очень страшно! — продолжал улыбаться мужчина.
— Молчаливый накажет вас! Издеваться над слабым недостойно, а ещё высокородный! — от бессилия хотелось рвать и метать.
Желательно, рвать и метать этого… этого гада!
— Девочка, ты забываешься, — с лица Инквизитора пропало весёлое выражение. — Вспомни, кто ты есть! Не тебе меня упрекать в издевательствах! Сейчас же подойди!
— Боитесь, что без кандалов вам меня не удержать? Трус! — терять ей уже нечего!
Никто не смеет так разговаривать с самим Инквизитором. А она посмела! Действительно, слабоумие и отвага…
— Хорошо, — неожиданно спокойно произнёс мужчина и сделал два пасса.
Обруч магических кандалов щёлкнул и со звоном упал на каменный пол.
— Я бы убрал и серебро, да твоя сестра категорически отказалась снимать свою часть артефакта. А я, гадкий трус, как ты меня назвала, не стал забирать его силой, потому что не хотел, чтобы ты пострадала от отката. Но раз говоришь, что и в нём сможешь меня искупать, то давай. Покажи, на что способна!
И, подняв взгляд выше, добавил:
— Релле, ты здесь? Смотри, какой мышонок вздумал мне угрожать.
— С удовольствием за этим понаблюдаю, — раздалось сзади неё.
Даниэль резко развернулась и на пару секунд забыла, как дышать: прямо за ней стоял пожилой, очень высокий и довольно странно одетый, мужчина.
Откуда он тут взялся, ведь дверь закрыта! А когда они сюда вошли, тут не было ни души!
— Какая хорошенькая мышка, — произнёс незнакомец и, не касаясь ногами пола, переместился на метр ближе.
Он не высокий! Он… он призрак!
Дани от ужаса взвизгнула и, сама не поняла, как смогла за долю мгновения вскрыть защиту браслета, щедро зачерпнуть силы и бросить в потустороннего гостя предназначенное для Инквизитора заклинание.
Зануслик!* — местный аналог крысы.