Глава 4.

Стоило мужчинам выйти из портала, как диспозиция в группе немедленно изменилась.

Граф тер Аристи шагнул в сторону, давая дорогу его высочеству, остальные двое отступили ещё дальше.

Лайонел одним движением развеял иллюзию и уже в своём образе задумчиво посмотрел на распорядителя.

— И что вы думаете о де Маритт, граф?

— А вы, ваше высочество?

— Сложно сказать, — принц бросил взгляд на сопровождение, и те синхронно попятились. — Отпустите ваших помощников, потом поговорим.

Распорядитель кивнул, разрешая подчинённым удалиться.

— Куда, ваше высочество?

— Ко мне в кабинет, — ответил Лайонел.

— Нет, ко мне в кабинет, — из-за колонны выступил король. — Что-то вы подзадержались, я ждал вас ещё час назад. Чем так долго можно было заниматься? Взглянули на дебютантку, отдали расписание и распрощались.

— Графиня затеяла чаепитие, — поморщился наследник. — Пришлось проявить терпение.

— Понятно. Что ж, графиня не промах! Интересно, она знала, что в свите сам наследник?

— Не думаю, — ответил принц. — Она на сопровождение и не смотрела. Общалась только с графом. Правда, посуду и закуски для нас выставила не хуже, чем для его сиятельства.

Через несколько минут мужчины расположились в удобных креслах, и монарх первым обратился к распорядителю.

— Граф, рассказывайте.

— Мне кажется, что графиню кто-то предупредил — я принял решение о визите буквально за час до самого визита, но нас явно ждали.

— Но ведь всем давно известно, что семью каждой дебютантки в первый её день в столице непременно навещают.

— Верно, но не через час после прибытия! Обычно распорядитель появляется через несколько часов, дав тьере возможность отдохнуть. Повторюсь, ваше величество, мы пришли в дом графа почти сразу за ними. Тем не менее, старшая тьера и её сиятельство предстали отнюдь не в домашних или дорожных нарядах. И только дебютантка выглядела, как и полагается выглядеть утром молодой тьере.

— Проверьте своих людей, и я тоже задам пару вопросов советнику по безопасности, — король нахмурился. — Сезон ещё не начался, а у нас уже кто-то торгует информацией?

— Этого следовало ожидать, — развёл руками распорядитель и взглядом показал в сторону принца. — В этом году ставки как никогда высоки.

— Разберёмся. Итак, что девушка?

— Старшая или младшая?

— Обе, но более подробно хотелось бы услышать про дебютантку. Старшая нет-нет, да появляется в столице, а вот её сестру до сих пор никто не видел. В первую очередь меня интересует уровень дара, в последнюю — поведение тьеры и её внешность.

— Девушка, несомненно, одарена. Причём, ей досталась и магия рода.

— О! — заинтересованно хмыкнул король. — Второродной дочери? Удивительно!

— Да. Но мать тьеры утверждает, что при этом младшая дочь страдает от постоянной потери силы. Старшей тьере всё время приходится пополнять резерв сестры, в противном случае бедняжка может совсем лишится дара.

— Что в реальности?

— На первый взгляд мне показалось, что резервы сестёр равны или около этого. Однако графиня заверила, что старшая тьера буквально перед самым нашим появлением как раз поделилась с тьерой Даниэль силой.

— Гм…

— Потом графиня пожаловалась, что младшая дочь не слишком её радует своим поведением. А ещё она слаба здоровьем — умудрилась простыть даже в портале!

— Какая странная попытка найти младшей тьере супруга! Неужели графиня не сказала о ней ничего хорошего? Она не любит младшую дочь?

— Ну почему? Любит, конечно, ведь иначе она о ней не беспокоилась бы. И не просила меня о помощи.

— Какой именно?

— Её сиятельство едва не умоляла посодействовать, чтобы сёстры никогда не разлучались.

— Поясните.

— Она надеется, что когда старшая выйдет замуж, её супруг прикажет кому-нибудь из своих приближённых взять тьеру Даниэль в жёны. И тогда вторая дочь графа де Маритт сможет часто навещать старшую сестру. Ведь без её помощи она неминуемо лишится магии.

— Я подумаю над этим! — кивнул король. — Что ещё можете сказать о дебютантке?

— Она не показалась мне нерасторопной или неумелой. Девушка мила, хорошо держится. И у неё интересная внешность: она блондинка. Пожалуй, больше ничего рассмотреть не смог. Графиня не дала такой возможности, почти сразу отослав младшую на кухню, а потом и вовсе отпустила её. Мол, девушка приболела. Надо сказать, у тьеры и вправду горели щёки. А потом графиня всё время говорила только о наследнице, какая она замечательная магиня, добрая, сестру спасает.

— О! Хорошо. У вас есть на сегодня ещё дела?

— А как же! Прибыли ещё две дебютантки! И кроме этого много других дел.

— Тогда не буду задерживать, — его величество отпустил графа, дождался, когда за ним захлопнется дверь, и повернулся к принцу.

Сын, а ты что скажешь?

— Она мне понравилась.

— Старшая?

— Младшая.

— Нелл, ты забыл — девочка всего лишь вторая дочь! Даже если бы её дар не был ущербным, она всё равно не смогла бы стать твоей супругой! Вернее, стать-то смогла бы, да недолго ею пробыла. Магия нашего рода слишком сильна, поэтому только полноправная наследница родового дара выносит и родит тебе дитя. Надеюсь, ты не настолько жесток, чтобы ради желания обладать понравившейся, но не подходящей по силе девушкой, позволить ей умереть?

— Да помню я всё! Ты спросил — я ответил. Мне Даниэль понравилась, а её сестра — нет! Не знаю, что там за беда с резервом младшей тьеры, но она неплохо управляет своим даром. При этом я не заметил, чтобы после применения довольно энергозатратного заклинания уровень её силы существенно понизился. Что до старшей — она, — Лайонел замолчал, подбирая слова, — никакая. Обычная. Такая же, как все те тьеры, которые уже три года, если не больше, оббивают пороги нашего дворца.

— Красивая?

— Да. Но сердце не задела.

— И это хорошо. Когда сердце свободно, то разуму проще принимать решения. Ты женишься не для удовольствия, ты женишься ради исполнения долга перед родом. А для удовольствия найдёшь себе кого-нибудь другого, — король прихлопнул рукой подлокотник кресла. — Род де Маритт один из немногих, чьи женщины способны выдержать нашу силу и без риска для собственной жизни родить наследника. Его представительницей была твоя прапрабабка, а прадед, которого она родила, до сих пор считается самым могущественным магом нашего рода. Возможно, именно тебе суждено повторить историю? В общем, я так решил — Сезон длится три месяца, за это время ты успеешь присмотреться к старшей тьере. И если не найдётся никого, кто окажется лучше неё, то ты на ней и женишься. А младшей я сам подберу мужа — раз девочка унаследовала магию рода, она даже с ущербным резервом может быть полезна королевству.

— Чем? — недовольно буркнул его высочество.

— Родит одарённых детей. Возможно, её дочь унаследует редкий дар семейства Маритт. Как ты знаешь, его применение обходится весьма дорого, но, если возникнет нужда, пожертвовать представителем боковой ветви будет не так жалко.

От такой откровенности отца принц внутренне передёрнулся.

Нет, он и раньше знал о долге перед родом, понимал и признавал свою ответственность, но где-то глубоко внутри него зрел протест.

Ведь женитьба это не просто в Весёлый дом сходить! Это на всю жизнь!

И что бы там отец не говорил про возможность завести любовниц, сына буквально выворачивало от одной этой мысли.

Слишком свежи были воспоминания детства, когда раз за разом он заставал матушку в слезах. Нет, королева ни разу не пожаловалась, отговаривалась то плохим настроением, то соринкой в глазу. Ни разу не бросила тени на образ мужа, но когда сын достаточно подрос, он и сам понял, в чём дело.

К сожалению, королева любила мужа, а он её — нет.

Венценосная чета почти не проводила время вместе, а после рождения дочери король окончательно забыл дорогу в покои королевы.

Но целибат касался только её величества. Себя отец ни в чём не ограничивал, и его постель редко пустовала.

Во дворце, каким бы он ни был большим, утаить что-то довольно сложно. Тем более что король не скрывал свои связи и не стеснялся дарить знаки внимания другим женщинам.

Лет в пятнадцать Лайонел не выдержал и высказал отцу, что он об этом думает. И получил самую сильную взбучку за всю жизнь.

Родитель от души потрепал отпрыска магией и напоследок припечатал:

— Моя постель, сын, не твоего ума дело! Я выполнил свой долг перед родом: закрыл глаза на свои чувства и желания и женился на наиболее подходящей по силе тьере, родил с ней и наследника, и наследницу. Теперь имею право жить с теми, кто мне по сердцу.

— Но матушка несчастна! — утирая кровь, пробормотал юный тьер. — По целым дням сидит у себя, а когда ты с… тихо плачет!

— Она женщина, — пожал плечами король, — а женщинам сложно угодить, они постоянно чем-то недовольны и чуть что — пускаются в слёзы. Я ни в чём не обделяю твою мать. Ей доступны любые наряды, украшения, всё, что пожелает. К услугам королевы толпа лакеев и горничных, личный куафёр, швеи, модистки, кухня, выезд. Я благодарен ей за сына и дочь, но как женщина она меня совершенно не привлекает. Надеюсь, мы больше не будем возвращаться к этой теме. Когда подрастёшь, ты меня поймешь.

А он не хотел понимать! И не хотел жениться на нежеланной женщине. Не хотел, чтобы уже его собственный сын смотрел, как страдает мать, и тихо ненавидел отца.

Тьера Альбертина совершенно ему не понравилась, поэтому он должен сделать всё, чтобы она не стала его супругой!

У него есть три месяца, чтобы найти тьеру, которая подойдёт по силе и вызовет у него, как минимум, приязнь и интерес. И он постарается не упустить ни одного дня!