Глава 41
Сколько времени прошло? Не знаю. Минут пять точно.
Я не помнила, когда в последний раз ревела так громко, долго и истерично.
Но меня никогда и не пытались в обычной жизни изнасиловать, пытать или убить. Так что, считаю, что имею полное право на это.
Слёзы текли ручьями, смешиваясь с кровью из разбитой губы, а горло саднило от всхлипываний и полубезумного хохота.
Но мне было плевать.
Однако после бессмысленного плача, когда я осознала, что ректор сел рядом, обнял меня и гладил по голове, я перешла в новую фазу.
— Ты! Ты-ы-ы-ы! — дрожа всем телом, я оттолкнула от себя мужчину и, глядя на него, прорычала: — Во что ты меня втянул, сволочь⁈ Это всё из-за тебя! из-за тебя!!! Козёл! Мерзавец! Подлец! Я чуть не… они меня чуть не… Ненавижу тебя!!!
Клэйтон так и сидел, припав на одно колено. Его лицо было, будто высечено из камня, но в глазах бушевала ярость.
— И чего ты молчишь⁈ Нечего сказать⁈ — всхлипнула я. — Тебе меня совсем не жалко?
Он провёл по верёвкам пальцем, и я тут же обрушилась на него с кулаками.
— Ты обещал быть моей защитой, тоже мне жених! Где был, когда эти твари…
С силой я толкнула его в грудь. Снова удар. Ещё один.
Он даже не шелохнулся.
Так и сидел, будто статуя.
Через несколько минут яростной атаки я устала и опустила дрожащие руки.
— Сабрина, — его голос прозвучал глухо, будто сквозь вату. — Теперь ты в безопасности.
— Безопасности⁈ — я закашлялась от собственного крика, утопающего в подступающих слезах. — Они же меня почти изнасиловали, Клэйтон⁈
Я снова подняла руку, но он осторожно поймал моё запястье, останавливая очередной удар.
— Всё будет хорошо, — мягко проговорил мужчина. — Я заберу тебя отсюда, отведу к Анне и Хамеону, и сам во всём разберусь.
Я вздрогнула.
Сердце гулко ударилось в груди.
Мне понадобилась пару секунд, чтобы осознать сказанное им.
— Хамя… жив? Правда? Мой котик жив? — всхлипнув, переспросила я дрожащим голосом.
— Правда, он помог Анне выйти на след и указать мне, куда ходила Цецилия недавно. Они спасли тебя и очень ждут там, наверху.
Я разрыдалась снова, но теперь — от облегчения. Мой кот. Мой ворчливый, вредный, любимый котик жив! ЖИВ! Так и знала!
Клэйтон подхватил меня на руки, но я дёрнулась и вскрикнула:
— Нет! Стой! Отпусти!
— Не бойся меня, Сабрины, ты же ранена…
— Она же скоро придёт! — ответила я, но видя непонимание в глазах Клэйтона, я начала сбивчиво объяснять: — Цецилия! Она же думает, что я ещё здесь, связанная. Один из этих уродов разбил мне губу, а значит, и ей тоже. Уверена, она, разъярённая и злая как чёрт несётся сюда. Если увидит пустую комнату — всё пропало!
— Я не оставлю тебя здесь, — покачал головой Клэйтон. — Мы придумаем другой вариант.
— Нет времени на другой план! — отчеканила я. — Замысел Цапли прост: заменить меня на нашей с тобой свадьбе и под благовидным предлогом убить императора. Я правда не понимаю, зачем это ей, как возможно, чтобы она после этого стала бы… А-а-а-а… Вот же дрянь. Ну и сволочь…
Я, поражённая догадкой, замолчала.
Ты посмотри-ка какая многоходочка!
— Ты о чём? — нахмурился Клэйтон.
— Я, кажется, поняла, в чём фишка с этой подменой, — обескураженно протянула я. — Вот это да… Вот же коварная стерва… Ай да Цецилия! Ну, стратег.
— Объясни, — настороженно посмотрев на меня, сказал ректор.
— Она прикинулась мной, чтобы, видимо, убить императора, а потом вернуть себе свою внешность, а меня отдать под суд! — затараторила я. — А тебя… а тебя, видимо, благородно вытащить из этой передряги, чтобы ты на ней — из благодарности перед спасительницей, конечно же, — женился. Вот же лиса хитрожо… попая. Только знай, жар чужими руками загребает. Поэтому я была ей нужна живой и относительно невредимой, поэтому она запретила этим уродским братьям меня трогать, видимо. Значит, она всё врала про то, что убьёт меня после. Видимо, чисто ради удовлетворения своей поганой натуры от моего страха. Ну, точнее, меня бы убили, но точно не в этой комнате. Вот же гадина, а⁈
— Интересная версия, — с уважением покачал головой Клэйтон. — Пойдём.
— Нет, теперь точно нет! Я должна всё узнать! Надо спрятать трупы, — я протёрла лицо рукавом, пытаясь говорить чётко. — Скажем, что они сбежали. Когда Цецилия явится «проверить» меня, я ей подыграю, что всё ещё в плену, а ты будешь меня страховать.
— Это очень глупый план, Сабрина, — сложив руки на груди, отрицательно помотал головой ректор. — Очень глупый и небезопасный.
— Это единственный шанс! — я вцепилась в его руку. — Ну пожалуйста! Дай мне возможность насладиться тем, что обыграю эту гадину! Я имею право на месть? А на правду⁈ Хочу узнать всё от неё, а для этого она должна поверить, что всё идёт по плану! Клэйтон! Ну пожалуйста!