Глава 14

Я осторожно положила пальцы на рукав темного, стараясь свести контакт к минимуму. Будто черствостью и презрением к окружающим заразиться так же легко, как чумой! Нас тряхнуло, мир мигнул всеми оттенками радуги, заставив смежить веки, а пространство начало сходить с ума. Меня трепыхало, подбрасывало, крутило, словно юный и озорной порыв шквалистого ветра подхватил и никак не желал расставаться с интересной игрушкой. Неизменным оставалось лишь одно – хватка Дарготта на моем запястье. И когда только успел?

Через какое-то время мне уже начало казаться, что это никогда не закончится, что таким изощренным способ темный меня наказал неизвестно за какую провинность, и существовать мне в этой круговерти до тех пор, пока он не смилостивится… Но вот меня дернуло, толкнуло в спину, и под ногами внезапно ощутилась твердь. А когда я открыла глаза, обнаружила себя в незнакомой комнате.

– Не вздумай испортить ковер, – предупредил тут же темный и отодвинулся от меня.

– Почему так плохо? – простонала, пошатываясь. В глазах двоилось, а к горлу действительно подступала дурнота. – В другие разы ведь перенос проходил гораздо легче.

– Интенсивность зависит от расстояния. Ну и привычка, конечно, тоже играет свою роль, – оказался так любезен, что пояснил его светлость. – У тебя пять минут, чтобы привести себя в порядок, а я пока осмотрюсь. Можешь присесть на диван, – он махнул рукой куда-то в сторону и удалился, оставляя меня в незнакомом месте совершенно одну.

Я без сил упала на мягкий диван и откинулась на подушки, которые в огромном количестве украшали бархатную спинку. Поврежденная рука ныла, но магический корсет оставался на месте, я проверила. Постепенно головокружение отступало. Уже не хотелось вывернуться наизнанку, лишь бы избавиться от тошноты, меня перестало бросать то в жар, то в холод, картинка перед глазами становилась четкой.

Я сидела в гостиной, судя по вышеуказанной диванной группе, камину и белоснежному фортепиано, расположенному чуть в стороне. Стены комнаты были затянуты шелковой, неброской, в отличие от мебели, тканью, потолок расписан под пасмурное небо, с самого центра которого свисала тяжелая люстра с магическими светочами, стилизованными под старинные свечи. Нарочитое богатство сквозило из каждого клочка пространства, будь то неприметный угол или облицовка камина – куда уж особняку нашего престарелого лорда Льюиса до этих хором. В сравнении с ними дом, в котором временно расположился лорд Дарготт, смотрелся нищенской лачугой. Как та землянка, найденная нами на лесной полянке, по сравнению с приличными домами. Интересно, где мы? Об этом я и поинтересовалась у вернувшегося Дарготта.

– В моих комнатах во дворце, – он осмотрел меня придирчиво и, судя по поджатым губам, вряд ли остался доволен.

– У вас же есть столичный особняк, Гвен писала…

– Одно другому не мешает. Предпочитаю иметь жилье в непосредственной близости от работы. В твоем распоряжении минута.

Я подскочила, бросилась к зеркалу и едва не отшатнулась от того, что там увидела. Прическа, филигранно выполненная Томмой, растрепалась, платье сбилось набок и перекрутилось под грудью, а одна из сережек и вовсе исчезла. На бледный цвет моего лица и темные круги под глазами было больно смотреть.

– Вы уверены, что разумно в подобном виде представлять меня его величеству? – уточнила, отвернувшись от отражения.

– Те, кто совершают ритуальные убийства и призывают сумеречных тварей, не станут ждать, пока ты восстановишь румянец, Вивьен. Соберись и думай головой.

Похоже, все во мне в тот день крайне раздражало темного. Помня о его обещании и наказаниях, которым он подвергал сестру, я торопливо пригладила волосы, некоторые пряди – пришлось выпустить, как будто так и было задумано, пощипала себя за щеки и убрала одинокую сережку в карман, спрятанный в складках платья. Бедненько, но терпимо. Хотя бы намек на опрятность появился.

– Идем, – отрывисто приказал Дарготт. Похоже, что бы я сегодня ни делала, заслужить одобрения одного мага со скверным характером, не смогу. – Ты моя ассистентка, поэтому забудь обо всех титулах и правилах поведения провинциальных аристократок. Держись сзади и чуть сбоку на почтительном расстоянии, головой не верти и рот в восторге не разевай. В разговор не вступай, если только тебя напрямую не спросят. Усвоила или надежнее будет запечатать твой рот тьмой?

– Да, ваша светлость, – проскрипела я сквозь стиснутые зубы.

Сама же прикидывала, насколько уместным будет нажаловаться королю на домогательства женатого лорда и даст ли это нужный эффект. Выходило, что нет. Одно дело, если бы я ночью позволила всему случиться, и тогда бы имела веский повод для магического сканирования и железные доказательства, и совсем другое – пара поцелуев. Максимум, что сделает за них правитель темному, это пожурит.

Коридоры дворца, как и все, что мне удавалось зацепить краем глаза, следуя за Дарготтом, поражали помпезностью, роскошью и при этом удивительным художественным вкусом. Тот, кто отвечал за отделку дворца, чутко чувствовал грань между высоким искусством и варварской нарочитостью. Ведь сплести столько баснословно дорогих предметов и материалов в единый ансамбль, оформить, а не изуродовать, сделать так, чтобы каждый узор, каждая деталька поддерживали друг друга, а не перетягивали внимание на себя, соревнуясь в изысканности – это определенно искусство.

Сколько раз мы свернули, я даже не считала. Хорошо хоть оставались все на том же втором этаже. По пути нам встречались незнакомые мне люди, все они почтительно приветствовали темного, получая взамен в лучшем случае лишь короткий кивок. Я, если сначала и улыбалась знакомым Дарготта, стараясь их приободрить и поддержать хотя бы настроем, очень быстро перестала этим заниматься. Исполненные чувства собственного превосходства лица быстро отбили желание проявлять дружелюбие. Видимо, королевский дворец – это не то место, где принято ставить во главу угла нормальные человеческие чувства и отношения. В отличие от деталей интерьера, каждый желал показать остальным свою значимость.

Особенно стайка фрейлин в пышных платьях разнообразных пастельных оттенков, кокетливо стрелявшая в мага глазками. От каждой из девушек мне досталось по такому презрительному и брезгливому взгляду, словно по пути во дворец я не сережку потеряла, а как минимум честь. Мое прекрасное платье тут же начало мне казаться посредственным изделием двадцатилетней давности, а я сама – бедной родственницей, приехавшей в поисках лучшей жизни с окраин. Первоначальная ассоциация ярких девушек с конфетти сменилась образом стайки перлиций. Водятся у нас в заливе такие маленькие пестрые рыбки, безобидные на первый взгляд, но ядовитые, если их потрогать.

Наверное, я бы не пережила, начни лорд Дарготт любезничать с местными девицами, но благо приветливость и лучший темный маг королевства – вещи несовместимые. Потому и не удивительно, что в двойные деревянные двери, украшенные резьбой, я входила, мягко говоря, не в настроении. Стражники, стоявшие в коридоре, как только завидели Дарготта, выкатили грудь колесом и с готовностью освободили путь. Мы беспрепятственно переступили порог приемной.

– К его величеству, – сообщил секретарю, статному мужчине с пышными усами и выдающимся животом, темный.

– Он вас ждет, сейчас сообщу.

Несмотря на комплекцию, секретарь довольно шустро поднялся. Важно просочился в святая святых – как я поняла, кабинет его величества – и четко поставленным голосом доложил:

– К вам лорд Дарготт. Прикажете впустить?

– Зови, – раздался незнакомый спокойный баритон.

Меня начало потряхивать. Никогда в жизни я не была столь близка к правителю, да и ничто не предвещало подобонго поворота событий. На негнущихся ногах я последовала за темным, как щитом прикрываясь его спиной. Но все же оказавшись в непосредственной близости от короля, я сделала шаг в сторону и присела в глубоком реверансе. Получилось немного неловко из-за неверных коленей, которые стали трястись в самый неподходящий момент. Краем глаза я успела зацепить, как Дарготт склоняет голову в почтительном поклоне. Энергетика монарха буквально ощущалась кожей, оседала на ней сладкой ватой, сковывала, подчиняла себе. И тем не менее она не была похожей на агрессивное и беспощадное влияние Дарготта, что ассоциировалось скорее с кандалами.

– Легкого дня, – наконец, отозвался правитель. – К сожалению, не могу сказать, что рад видеть тебя, Риан.

– В Лэстброке возникли проблемы, – доложил темный лорд. – Кто бы мог ожидать от неприметного приграничного городка? – криво улыбнулся он.

В тоне Дарготта сквозило почтение, но не было никакого заискивания и подхалимства. Становилось сразу понятно, что темный с монархом общаться привык и щенячьего раболепия по этому поводу не испытывает, при этом четко соблюдает правила, понимает, кто на какой ступени иерархической лестницы находится, и не собирается их перепрыгивать.

– В тихом омуте, как говорят в народе… – хмыкнул наш король, Дэстрий Третий. – Кто это с тобой? – взгляд его внимательных карих глаз остановился на мне, старавшейся слиться со стенами и ковром. К сожалению, глубокий синий цвет платья не давал этого сделать. На светло-коричневом фоне я выглядела как бельмо на глазу.

– Моя ассистентка, леди Вивьен Мердано.

– Родственница твоей жены? – широкая темная бровь правителя взлетела вверх. На его лице с идеально правильными чертами на миг проскользнуло, непонимание, смешанное с любопытством. Но очень быстро Дэстрий Третий вернул себе невозмутимость, словно маску надел. Король по первому впечатлению вообще показался мне довольно закрытым человеком. – И как Гвендолин отреагировала?

– Гвен сбежала, – не стесняясь тряхнуть исподним, признался темный. – Полагаю, по личным мотивам. Вивьен любезно согласилась временно исполнять обязанности сестры. И, чтобы исключить дополнительные вопросы, я уже отправил людей по следу жены. Так что скорее раньше, чем позже ей придется вернуться домой. А пока мы вынуждены работать так.

Король предложил нам присесть, лакей под бдительным контролем секретаря накрыл на стол, и за чаем Дарготт поведал его величеству обо всем, что произошло в моем городке с тех пор, как темный в него явился. Заодно рассказал и о своих подозрениях. Правда, чай пила только я, не нашедшая ничего лучше, чем занять изящнейшей чашечкой руки и вдыхать терпкий аромат напитка. Язык я обожгла с первого же глотка, поэтому самого вкуса чая уже не ощущала. Хорошо хоть умудрилась не замычать позорно, не выплюнуть жидкость, а сохранить свою неловкость в секрете.

– Любопытно, – заключил король. – Значит, не одни мы активно интересуемся сумеречными пятнами и изучаем их.

– Вот только разница в том, с какой целью мы их исследуем. Мне не показалось, что те, кто проводит ритуальные убийства, хотят принести в этот мир свет и добро. Зачем-то им нужно призвать тварей и посеять панику среди мирного населения.

– Пока что выгодоприобретателем данного действа я вижу лишь Орден, – помолчав, озвучил свои мысли король. – Либо так, либо в скором времени нам выставят ультиматум.

– Это могла и соседняя Корсния подсуетиться. Например, чтобы отвлечь внимание от увеличившегося количества пиратов в их водах. Насколько я знаю, из всех кораблей, чей маршрут пролегает через те места, невредимыми до места назначения доходит лишь треть.

– С тем же успехом это могут быть и Талийцы, и Бурнавы. Да кто угодно…

– Именно поэтому я и предлагаю сперва поговорить с исполнителями. В землянке я нашел письмена на языке темных. Остаточный след на них должен привести к заклинателям, но мне понадобится инструменты. И еще – кто-то выстрелил отравленной стрелой то ли в меня, то ли в Вивьен, я бы хотел попросить отправить в Лэстброк нормальных следователей. Сам понимаешь, местные не особо умею работать, у них там с прошлого столетия из нашумевших преступлений – кража наседки, да драки в трактирах.

– Хорошо, сегодня же распоряжусь. Все необходимое можешь взять из лаборатории, полностью поддерживаю твою инициативу.

– Рад слышать, – Дарготт скупо улыбнулся и едва заметным жестом приказал мне подниматься. – Не смеем больше отвлекать, – положенный кивок на прощание.

– Нет-нет, ты иди, а леди я хотел бы попросить скрасить мой скромный обед, – остановил король нас, как только я дернулась, чтобы подняться с кресла. – Вряд ли в моем дворце ты поглотишь такое количество злой энергии, что в срочном порядке потребуется помощь проводника. А в самой лаборатории достаточно скучно, чтобы приглашать туда даму. Что скажете, Вивьен?

– С удовольствием составлю вам компанию, ваше величество, – я сглотнула охватившую сухость, но не удержалась и кинула вопросительный взгляд на Дарготта. Кто из двоих мужчин, важнее? Кого опаснее рассердить?

В ответ получила полный предостережения взгляд. Только вот глупостей я делать и без того не собиралась, но как отказывать самому королю, приди ему в голову что-нибудь коварное, понятия не имела.

Дарготт ушел, воспользовавшись потайной дверью, прикрытой книжными полками. И то, каким привычным движением он потянул на себя настенный бра, а затем толкнул чуть отъехавший стеллаж, подсказало, что проводил подобные манипуляции темный маг не в первый раз. Король же приветливо улыбался, подкладывал печенье мне на тарелку, но все равно отчего-то казался мне страшно закрытым. Будто все добродушие было лишь ширмой, а о том, какой правитель на самом деле, дозволялось узнать лишь избранным. И я в их число, конечно же, не входила.

Дэстрий Третий ненавязчиво расспрашивал про Дарготта, интересовался, как мне с ним работается, что слышно про Гвен. Король перемежал вопросы с комплиментами, смешными историями об их с темным совместных исследованиях, и я сама не заметила, как выболтала правителю всю свою подноготную. Рассказала о всех приключениях с его светлостью и даже начала жаловаться на его беспощадные и постыдные методы. Хорошо хоть о сестре и ее тайне смогла умолчать. Спасительницей моей совести стало простое сабле. Я так расслабилась, что без задней мысли закинула рассыпчатый кругляшок в рот. Он-то и прошелся сухим песком по обожженному языку и небу.

Кричать от боли, равно как и плеваться при правителе я не посмела. Выпучила глаза, закашлялась, придавив губы ладонями, чтобы слюнявое крошево не полетело в сторону его величества. Он же был столь добродушен, что постучал мне по спине, решив, что я подавилась. Какой жутчайший позор! Интересно, если я прямо сейчас попрошу лишить меня головы, это поможет его смыть?

– Прошу прощения, – протолкнув вязкую массу в горло и отдышавшись, просипела я. Смахнула набежавшие слезы и уставилась на носы своих туфелек.

– Ну что вы, Вивьен! Признаться, я рад, что вы прилагаете столько усилий в попытке развлечь своего правителя, однако не стоит так стараться. Компания привлекательной леди для молодого мужчины всегда предпочтительнее любого веселья.

Что за человек его величество! Я влюбилась! Превратить неловкую ситуацию в комплимент леди, свести ее позор к шутке – это дорогого стоит. Уверена, лорд Дарготт никогда бы не озаботился чем-то подобным, скорее отчитал бы вдобавок, заставив чувствовать себя полнейшим ничтожеством. Видя, что я удрученно молчу, король принялся рассказывать о сумеречных пятнах, о том, что его связывает с темным магом и об их изысканиях.

– Мы полагаем, что большинство из пятен искусственного происхождения. К сожалению, доказательств пока никаких нет, но многие косвенные признаки указывают именно на это. Не удивлюсь, если творящееся в вашем городе из той же оперы.

– Но кому это может быть выгодно? – в слова правителя верилось с трудом, однако я не находила причин, по которым он стал бы врать провинциальной аристократке. – Соседним королевствам?

– Мне не хочется об этом говорить, но больше всего пользы от существования сумеречных пятен получает именно Темный Орден. Не станет их, и Орден прекратит свое существование за ненадобностью, маги рассеются по миру и будут жить на то, что смогут сделать благодаря своим ставшим не сильно нужными способностям. Сейчас же количество пятен по всем королевствам растет, соответственно растет и потребность в тех, кто может бороться с их порождениями. А за нахождение каждого темного на территории страны мы вынуждены платить Ордену мзду, и немалую.

Правда, озвученная королем, стала откровением, украла воздух из легких и заставила сердце нервно дернуться. Первой реакцией было от нее отмахнуться – не может же такого быть, чтобы столь изощренная и циничная ложь окутывала все вокруг? Чтобы сами правители позволяли держать в постоянном страхе своих подданных и платили виновникам за защиту? Так ведь не делается! Так нельзя! Но чем дольше я думала о словах монарха, тем больше убеждалась, что сказанное вполне может быть правдой.

Разве темные не показали себя холодными, эгоистичными существами, поступками которых руководит лишь выгода? Разве не плевать им на каждого отдельно взятого человека в масштабе всеобщего блага? И если все они окажутся гораздо хуже, чем и так о них думают, то я нисколечко не удивлюсь.

– Почему тогда Дарготт помогает вам? Он же член Темного Ордена. Или он не знает о ваших подозрениях? Зачем тогда вы рассказали мне? Я не смогу удержать это от него в тайне…

– Понимаю ваше смятение, Вивьен, – рассмеялся Дэстрий. – Я тоже довольно долгое время отказывался замечать очевидные вещи. Дело в том, что Риан, как и я, не слепой, а еще наделен такими качествами, как справедливость и честность, хотя с первым вы и могли бы поспорить. Но я знаю его гораздо дольше, чем вы, поэтому просто предлагаю поверить мне на слово. Лорд Дарготт, являясь сильнейшим темным среди всех ныне существующих, неукоснительно чтит авторитет Ордена и желает лично подтвердить или опровергнуть наши подозрения. В случае, если все обстоит так, как я вам и рассказал, именно он станет тем, кто накажет виновных. Поэтому вам не стоит бояться лорда, если только вам нечего от него скрывать, – закончил правитель, вроде бы и на мажорной ноте, но я, знавшая чуть больше, чем всем вокруг озвучивала, не могла разделить настроения короля.

Страшно даже представить, что меня ждет, узнай Дарготт о моей переписке с Гвен. До самого возвращения темного я сидела как на иголках под колючими взглядами его величества. Казалось, он видит меня насквозь и дает время сознаться в грехах, но я гнала эти мысли, убеждая себя в том, что мне показалось. Никто на всем белом свете не умеет читать мысли, насколько мне известно. Даже великий магистр в астральной плоскости довольствовался вопросами и моими ответами на них.

– Все в порядке? – его величество кинул взгляд мне за спину.

Я, стараясь двигаться изящно и плавно, как и подобает аристократке, обернулась. Дарготт, беззвучно объявившийся в комнате, выглядел сосредоточенным. Руки его были пусты, и я никак не могла разглядеть, взял ли он что-то из лаборатории. Он же туда вроде как за инструментом ходил.

– Вполне, – подтвердил он. – Северо-западный зонд немного съехал в сторону, пришлось его поправить.

– Значит, пятна движутся, как мы и предполагали, а не стоят на месте.

– Или растут.

– Плохо, – король сомкнул губы. – Тем скорее нам нужны доказательства.

– Рассчитываю добыть их в самое ближайшее время, – хмыкнул темный, мне же бросил небрежно: – Вивьен.

– На обед не останетесь?

Вежливый вопрос короля заставил вздрогнуть в испуге. Мой бедный обожженный язык не пережил бы очередной экзекуции.

– Предпочту заняться более насущными делами с твоего позволения.

– Иди. Я опущу защиту и разрешу открыть коридор прямо из своего кабинета, – король махнул рукой и откинулся на спинку кресла, устало прикрыв глаза.