Глава 8

Дарготт что-то сделал с туманом. Прислонил обе ладони к густому заслону, и тот, полыхнув сиреневым, послушно разошелся в стороны, являя нам узкую тропинку.

– Прошу, леди, – темный подтолкнул между лопаток, и по инерции я сделала первый шаг.

Трава под подошвой добротного ботинка хрустнула, а по шее пробежал морозец – такое ощущение, все внутри серой взвеси было сковано вечным льдом.

– Кошмарное место, – выдохнула я, поежившись. Клубок пара, вырвавшийся изо рта, лишь подтвердил, что температура внутри была значительно ниже, чем снаружи.

Непроницаемая дымка захлопнулась за нашими с Дарготтом спинами, заключив в вязкий кокон. Чувство неотвратимости и надвигающейся беды лишь усилилось. Пришлось даже вплотную придвинуться к темному, ибо в неизвестности уж лучше он, чем то, что поджидало на каждом пятачке неизведанного пространства.

– Обычное, – пожал плечами его светлость. – Ты просто слишком привыкла полагаться на зрение, тогда как помимо него мы располагаем еще четырьмя органами чувств, а если учитывать магию – всеми пятью.

– И вот как раз чувство самосохранения буквально вопит мне об опасности, – нервно хмыкнула я.

– Не обращай внимания, оно наведенное – призвано отпугнуть ненужных визитеров. Все на пути к обители служит этой единственной цели – пропустить внутрь лишь избранных и тех, кому это действительно нужно. Не отпускай мою руку и ни на что не реагируй, тогда все пройдет хорошо. Запомнила?

Я кивнула. Хотя вряд ли Дарготт мог разглядеть мой жест, каким-то образом маг понял, что я ответила, и снова потянул за собой. Мы шли все время вперед, никуда не сворачивая и не останавливаясь. Время внутри тумана превратилось в такую же вязкую субстанцию и то ли медленно текло, то ли просто колыхалось как вода в стакане, не способная перелиться через край. И сколько его минуло, пока мы двигались сквозь плотную дымку, сказать было невозможно.

Как и невозможно ответить, сколько нервов вытянула из меня, казалось бы, простая пешая прогулка. Каждый шаг словно высасывал силы, каждый вдох забирал частичку легких, глаза слезились, а заледеневшие руки и ноги давно перестали чувствовать что-либо. Уши лучше бы и вовсе забились туманной дымкой, чем слышали тонкий, полный боли детский плач. Я порывалась прийти ему на помощь, успокоить, утешить, забрать с собой, но каждый раз Дарготт крепко удерживал возле себя и приказывал не реагировать.

– Это все неправда, – жестко напоминал он.

Я согласно кивала, внутри же чувствовала, как сердце рвется в клочья от горя – разве можно подделать столь искренние страдания? Пару раз я визжала, и тогда уши действительно закладывало. Первый – когда на плечо опустилась когтистая лапа и сжала его чуть ли не до крови, а второй – когда перед самым моим лицом раззявилась острозубая пасть и чуть было не откусила кончик носа. Но стоило только Дарготту шевельнуть передо мной свободной рукой, как жуткие видения рассеивались.

– Если мои волосы станут седыми, счет за посещение магического цирюльника ляжет на ваши плечи, – стуча зубами, сообщила я.

– Ты просто слишком впечатлительная. Впервые вижу такую яркую реакцию в тумане тьмы. Обычно люди испытывают просто страх или беспокойство, до галлюцинаций доходит совсем уж в редких случаях.

– Рядом с вами мне всегда не везет, – буркнула, не выдержав.

– Как знать, может ты еще рада будешь, что судьба свела нас вместе.

– Вот уж вряд ли! – выдохнула от всего сердца.

Темный же предпочел оставить свои мысли при себе. Взмахнул рукой, и туман снова расступился, позволяя нам наконец покинуть свои негостеприимные объятия. Что я и сделала с великим удовольствием. А на полянке, куда мы вышли, нас уже встречали двое в балахонах. Подпоясанные золотыми шнурками с капюшонами на головах, они были точной копией того, первого служителя.

– Вечной тьмы! – хором приветствовали они, склонив головы.

– Вечной, – отозвался Дарготт. – Мы в Орден для совершения обряда посвящения проводника.

– Проходите, мы передадим магистрам, что вы уже прибыли, мастер.

– Да вы известная личность, как я посмотрю, – шепнула темному, чинно вышагивая с ним под ручку.

– Орден не так велик, чтобы мы не знали друг друга. Во всяком случае тех, кто уже состоялся как маг. Послушников никто не запоминает, потому что слишком часто происходит выгорание, а кто-то не справляется с тьмой и сходит с ума.

– А как же мистер Грей, ваш ученик?

– Он успешно прошел стадию служения в Ордене и теперь набирается опыта под моим чутким руководством. Так что мистеру Грею до звания мастера осталось не так много, и нет причин полагать, что он может не справиться. Все самые трудные этапы мой ученик успешно преодолел.

– Тогда зачем вы посвящаете собственных детей тьме? – в голове не укладывалось, что при всех последствиях становления темным магом, велик риск был вообще лишиться собственного сына или дочери. – Если не каждый доходит до финальной стадии…

– В основном сходят с дистанции те, в чьем роду темный дар открылся впервые. Такие дети поздно проходят обряд посвящения, не получают поддержку и наставления старших родственников, но все равно предпочитают рискнуть в поисках лучшей жизни. А кто мы такие, чтобы навязывать свою волю? Хотя Орден честно предупреждает каждого о рисках.

– А чем рискую я? Ведь сейчас мне тоже придется пройти обряд и соприкоснуться с тьмой, – я заглянула в глаза темного в поисках правдивого ответа. При всех прочих и очевидных недостатках лорд Дарготт, к его чести, хотя бы не тяготел ко лжи.

– Помимо того, что твоя связь с любым другим темным магом будет на порядок слабее? – я кивнула. – Ничем. Наоборот, обретешь одни сплошные плюсы. Уйдет боль при контакте с магией, станет легче принимать мою энергию и быстрее ее пропускать через себя. Тьма пометит тебя и настроит нас друг на друга, не стоит ее бояться. Тьма – такая же неотъемлемая часть бытия, как и свет.

– Как это будет происходить? – я предпочла не спорить и оставить свое мнение про тьму при себе.

– Скоро узнаешь, – не стал откровенничать Дарготт. – Прошу.

Прямо перед нами рябила волнами серая туманная лужа, очень похожая на то марево, сквозь которое совсем недавно пришлось нам идти. Она была размерами с ковер, который украшал пол перед диваном в моей гостиной, и я не очень поняла, почему темный предлагает вступить в отвратительную субстанцию вместо того, чтобы обойти ее. О том и спросила у его светлости.

– Сейчас сама все увидишь, – только и сказал он и подтолкнул ладонью между лопаток.

Пришлось по инерции сделать шаг вперед. Нога провалилась, словно в пуховый ком, за ней вторая. Меня зашатало, но тут подоспел темный и прижал к себе за талию. А облако вдруг сгустилось, подернулось серой рябью и стало подниматься вверх. Прямо вместе с нами!

–А-а-а-а! – во все горло орала я, позабыв о том, что приличной леди пристало в подобных случаях манерно падать в обморок, а не верещать во всю мощь легких, как базарная баба.

Руки сами собой вцепились в бицепсы Дарготта, оказавшиеся наощупь каменными, и никакие силы на этом свете не могли бы заставить меня разжать стиснутые намертво пальцы.

– Если ты сейчас же не замолчишь, я закрою твой рот единственным безотказным способом – поцелуем, – поморщился он. – Самым взрослым, какой ты только можешь вообразить.

Пришлось захлопнуть рот, но он тут же раскрылся от возмущения.

– Вы, вы… Вы! – пыталась я подобрать слова, но тщетно. Не существовало на всех языках мира таких слов, чтобы описать темного, который считал свои неотъемлемым правом распоряжаться другими людьми. – Не смейте! – прохрипела в итоге, не найдя ничего лучше, и прищурилась предупреждающе.

– Мы уже приехали, считай, ты упустила свой шанс, – хмыкнул нисколько не смутившийся Дарготт и, приподняв меня, переставил на каменный выступ, рядом с которым остановилось облако.

Я огляделась. Прямо перед нами медленно раскрывались огромные – с десяток моих ростов – резные, покрытые золотом двери. Вели они внутрь абсолютно белого храма, пронзающего длинным изящным шпилем сами небеса. А за нашими с Дарготтом спинами разверзалась бездонная пропасть, ее дно устилали клубы тумана, покрывая серым налетом все, что было внизу. В голове не укладывалось, как мы так быстро смогли подняться на такую высоту – казалось бы и минуты не миновало, а мы уже в облаках. Так что единственной твердью оставался каменный пятачок, на котором мы стояли, да золотые ступени, ведущие к дверям.

– Нам точно сюда? – понизив голос, поинтересовалась я. – Золото и перламутр – туманная лужа явно ошиблась.

Ну не мог Орден темных магов выглядеть как оплот херувимов!

– Сейчас сама удостоверишься.

Его светлость повел меня внутрь. И если снаружи обитель смотрелась сказочной иллюстрацией, замком принцессы и конюшней единорогов одновременно, то, пройдя сквозь двери, я сполна прочувствовала, что нахожусь на территории темных. Черный отполированный пол, в котором отражался мерцающий, словно ночное небо потолок, стены, которых не было – все пространство заняла собой тьма, и понять, где пролегают границы помещений, было нельзя. Я видела лишь на пару метров вокруг себя, дальше все тонуло в непроглядном черном мареве.

Следуя непонятному инстинкту, я прижалась к боку Дарготта. Все же знакомое зло всегда предпочтительнее незнакомого. Лорд не отпихнул и не отвесил язвительный комментарий, за что я уже была ему несказанно благодарна.

Шагах в пятидесяти от нас я увидела дрожащий свет факела. Звуки скрадывались странным полом, словно то был не камень, а мягкий ковер. И складывалось впечатление, что огонек просто медленно плывет нам навстречу.

– Просто стой и жди. Ни слова, – выдохнул мне прямо в ухо темный.

Меня же сковал такой ужас, что даже приди мне в голову пошевелиться и дать деру, я ни за что не смогла бы этого сделать. Ноги словно приросли к полу, а стиснутые в кулаки пальцы отказывались разжиматься, хотя я и чувствовала, с какой силой впиваются ногти в кожу ладоней. Наверняка останутся следы в виде полумесяцев, но то было самой незначительной моей проблемой.

– Тьмы вашим сердцам, – приветствовал очередной «балахон», как только приблизился к нам.

От предыдущих одеяние отличалось тем, что было расшито золотом, а капюшон не был столь огромным и вполне позволял бы рассмотреть лицо хозяина, не скрывай его плотное темно-серое марево.

– Истинной тьмы, ваше превосходство, – помпезно отозвался Дарготт, видимо, согласно уставу.

Я же про себя отметила, что, судя по обращению, перед нами не очередной служитель, а сам великий магистр – один из главных руководителей Ордена. Поэтому острое желание помалкивать, как и советовал лорд, расцвело внутри во всю силу. Сделать что-то не так в самом средоточии темной магии совершенно не хотелось, а пожинать плоды собственной неосторожности – тем более.

– Рад видеть тебя, Райдэриан, – уже по-человечески произнес незнакомец, я даже уловила приязненные нотки в его голосе, что уж совсем не вязалось с таинственным образом и пугающей обстановкой.

Магистр жестом пригласил нас следовать за собой, и мы втроем зашагали навстречу тьме.

– Всегда счастлив навестить родную обитель, – скупо улыбнулся Дарготт, и при этом мне показалось, что еще чуть-чуть и он обнимет «балахона», по-приятельски похлопав того по спине. – Но сегодня я не с праздным визитом, – тем не менее продолжил он, даже не качнувшись в сторону магистра. – Моему проводнику нужно пройти обряд посвящения.

Как только речь зашла обо мне, я невольно выпрямила спину и чуть было не присела в глубоком почтительном реверансе. Это все нервы.

– А что случилось с твоей женой? Сама тьма венчала вас не так уж и давно…

– Гвендолин пропала, но по ее следу уже отправились лучшие специалисты. Я же не могу ждать ее возвращения, поэтому вынужден прибегнуть к услугам временного проводника.

– Если нужна помощь, можем подключить силы Ордена к поискам твоей жены.

Я напряглась всем телом, вслушиваясь в чужой разговор. Касайся меня темный, то непременно бы заметил бурную реакцию на простой по сути разговор, но мне повезло – его светлость был слишком сосредоточен на собеседнике. Страшно важным казалось услышать мнение Дарготта о побеге сестры, а потом передать ей столь важную информацию. Я пообещала себе сделать все возможное, чтобы Гвен и еще не рожденный племянник не достались темному, и намеревалась свое слово сдержать.

– Не думаю, что все так серьезно, – покачал головой Дарготт. – Судя по всему, Гвен сбежала по собственной воле. Так что можно считать это временным семейным разладом.

– Не боишься, что с женой за это время может случиться что-нибудь нехорошее? – хмыкнул незнакомец, а я каким-то образом различила ироничный прищур глаз, которые видеть никак не могла. – Все-таки обеспеченная леди, одна…

– На ней столько охранок понавешано, что только смертник сунется к ней.

– И ни одной «следилки»? – я снова различила тот самый хитрый прищур.

– Я похож на идиота? Каким-то образом жена умудрилась избавиться от них еще дома, пока я ночью патрулировал тот городишко, будь он неладен.

Я запнулась. На ровном месте, к собственному глубочайшему стыду. Но так обрадовали меня слова темного, такая гордость пробрала за умничку-сестру, что ноги дали сбой.

– Не переживай, Ви, – лорд Дарготт поддержал меня за локоток. – Если Гвендолин будет грозить смертельная опасность, специальный артефакт тут же перенесет меня к ней.

Я сглотнула. Но не от страха за сестру, а от того, насколько легко удается темному считывать меня. Как открытую книгу…

Маги еще обсудили каких-то своих знакомых, дела Ордена, пока мы шли, но я уже не вслушивалась, потеряв интерес. По сторонам смотреть тоже было не на что, поэтому я углубилась в собственные невеселые мысли, а именно – о том, что ждет нас с Гвен и удастся ли двум обычным леди переиграть Дарготта. Очнулась только тогда, когда мы остановились напротив обыкновенной деревянной двери.

– Вам сюда, – кивнул на створку наш провожатый. – Готовьтесь, я подойду чуть позже.

Его светлость потянул на себя створку, я же мысленно собралась. Готовилась провалиться во тьму, сходу окунуться в боль, на крайний случай бороться с чудовищами и дорого продать свою жизнь… Ничего из этого не случилось. Мы просто вошли в просторную комнату с подобием алтаря у дальней стены. Пол и потолок здесь были так же выполнены в черном цвете, как и плотные занавески. Но все же это помещение кардинально отличалось от того, что я до этого видела. Хотя бы тем, что имело легко различимые стены! Вертикальные, привычные поверхности, а не утопающее в сумраке неизвестно что. И освещение тут тоже было. Привычные магические светильники свисали с потолка, несмотря на две высокие напольные подставки с горящими факелами возле алтаря.

– Что нам нужно делать? – я огляделась и потерла себя за плечи – отчего-то тело пробил озноб, хотя холодно в обители не было.

– Всего лишь слушаться великого магистра. Он возьмет нашу кровь и смешает с тьмой. Но для начала придется раздеться.

– Нет! – я отошла на шаг от темного, искренне надеясь, что ослышалась.

Дарготт демонстративно закатил глаза.

– Это стандартный ритуал, Вивьен, все через это проходят. Не волнуйся, твои более чем скромные прелести не смогут тут никого заинтересовать, уж поверь мне.

– У каждого человека есть достоинство, лорд Дарготт, и я собственное ронять не намерена. Не в вашей компании, по крайней мере, – добавила, чуть подумав.

Темный же уже скинул сюртук и принялся расстегивать запонки, украшавшие рукава его белоснежной сорочки. Драгоценные камни сверкали, а вот мужской образ в моих глазах тускнел.

– Вивьен, ритуал не сработает, как надо, если ты останешься в этом жутком костюме. Будь моя воля, я бы вообще сжег весь твой гардероб к тварям собачьим.

Как будто это не он перед отъездом просил не устраивать показы мод! А теперь еще и недоволен…

– С первого же выплаченного жалованья куплю себе новый, – огрызнулась я, сложив руки на груди и настороженно наблюдая за тем, как Дарготт с показательно-невозмутимым видом расстегивает брюки. У этого человека вообще есть хоть что-то святое?

– Напомнить ли тебе, что пройти посвящение и в твоих интересах? Ты перестанешь каждый раз испытывать выматывающую боль, а я смогу дольше обходиться без твоих услуг. Или ты хочешь, чтобы наш совместный сон повторялся из ночи в ночь? Так я не против, – пожал он плечами.

– Вы – чудовище! – вспыхнула я, вспоминая чужие мокрые касания на своей коже. Повторения мне вовсе не хотелось.

– Необходимое людям чудовище, – темный, оставшийся в одних светлых подштанниках, приблизился вплотную. Наши носы почти соприкасались, а в нос ударил запах сандала и цитруса. – Без таких, как я, такие, как ты, не протянули бы и пары дней, будучи сожранными тварями сумрака, – руки его светлости принялись расстегивать пуговицы моего жакета, а глаза все так же удерживали мой наверняка разгневанный взгляд.

– И вы за это имеете неплохие такие привилегии, – напомнила все-таки.

– А вы – жизнь, – меня вытряхнули из жакета.

Очень быстро темный лишил меня блузки, выправив ее полы и ловко расстегнув сонм пуговичек, так же поступил и с юбкой, позволив той просто упасть к моим ногам. Движения лорда были нервные и дерганые, но я не обманывалась на свой счет. Вряд ли мое субтильное тело способно было привлечь мага в интимном плане, тем более он столько раз повторял это. Да и Гвендолин способна была затмить любую красотку, не то что обыкновенную меня.

Чулки отстегивала уже я сама, как и расшнуровывала ботинки. Меньше чем через минуту я осталась в одной нижней сорочке из собственных запасов и поджимала пальчики на ногах, в безуспешной борьбе с холодом. На широкую грудь Дарготта с четко прорисованными мышцами и литой пресс старалась не смотреть. Все же маг был великолепным образцом мужчины, если не знать, каков он внутри. А я знала прекрасно, и потому внешняя красота никак меня не трогала.

– Даже в исподнем ты выглядишь приличнее, чем в своих кошмарных нарядах. Какая ирония, – по мне прошелся оценивающий взгляд, который я почувствовала, как тысячи иголочек, впивавшихся в незащищенное одеждой тело. – Пожалуй, стоит выдать тебе аванс.

Я подбирала слова. Хотела так ответить темному, чтобы надолго запомнил. Чтобы потерял любое желание иронизировать надо мной. Чтобы единственные мысли, которые бы занимали его впредь – это мысли о его собственном ничтожестве… Ответить не дал вошедший сквозь портьеры со стороны алтаря магистр.

– Я вижу, у вас все готово, – повел он из стороны в сторону дымчатой маской, заменяющей лицо. – Подойдите ближе ко мне, дети тьмы, приступим.

Я проглотила свой гнев. Негодование, ненависть, страстное желание отомстить… Почему-то одно лишь присутствие магистра сковывало меня, запечатывало все эмоции, отбрасывало их на дальний план, оставляя лишь настороженность и желание бежать.

Не дожидаясь, пока темный ухватит меня за руку или начнет толкать к алтарю, я поспешила выполнить приказ магистра. Несмотря на то, что его превосходство смотрел прямо на меня, никаких странных ощущений в теле я не испытывала. Словно мое тело покрывала не тонкая, полупрозрачная сорочка, не скрывавшая ровным счетом ничего, а плотный многослойный наряд.

Дарготт тоже не медлил, так что напротив великого магистра мы встали одновременно. Рука об руку, плечом к плечу. Ровно меж двух факелов, от которых веяло ощутимым теплом.

– Соедините ваши руки, – раздался приказ. И моя кисть почти сразу же оказалась в горячей ладони темного. По спине поползли мурашки. – А свободные руки протяните ко мне.

Мы синхронно вытянули руки. Сверкнуло в оранжевом пламени лезвие ритуального кинжала, моя ладонь затряслась. А второй я ощутила едва заметное пожатие Дарготта. Похоже этот темный никогда ничего не упускал из виду.