Глава 28. Чаепитие.

Эрлу не отказывают, его устами говорит король. Поэтому я могла только поклониться в очередной раз.

– Вы свободны, господа, – эрл встал, прекратив изображать шута, дергающего ногами в вычурных башмаках.

Все склонились перед эрлом. Да уж, прав был Ходжа Насреддин, первейшая обязанность придворного состоит в ежедневном упражнении спинного хребта! Я сбилась со счета, сколько раз поклонилась за время этого утомительного приема.

Придворные, шушукаясь и прикрывая усмешки веерами, стали расходиться. Я тоже повернулась, подчиняясь легкому давлению воздуха.

– Душенька, вы не представляете, как вам повезло! – ко мне подплыла пышная дама с тремя подбородками.

– Леди, я не разрешала вам обращаться ко мне столь фамильярно, – отрезала я, отворачиваясь.

Невидимая ладонь погладила меня по голове. Дама позади что-то возмущенно закудахтала, но я поспешила покинуть зал. Свернула раз, другой, меня направляла невидимая ладонь. Миновала лестницу и оказалась в прелестном маленьком садике со статуей богини плодородия в центре.

– Спасибо, – сказала я в пустоту. Меня тут же мокро чмокнули в щеку. – Ты скрыл от них мой потенциал, чтоб не навязали другого жениха? Гадкого и противного? Кто такой этот нир Сагам? Что означает приставка «нир»?

– Полудракон, – прошелестели кусты.

Надо же, удивилась я. Даже полудракона из-за личной мести не пожалели, решили женить. Наверное, он сильно потоптался по самолюбию эрла. Ну, если он хоть сколько-нибудь вежлив и разумен, мы с ним поладим. Светский брак, каждый живет сам по себе и в свое удовольствие. Эрл просчитался, я не собираюсь становиться обузой или пиявкой для незнакомого мужчины, надеюсь, и мне он хлопот не доставит. Опять же, не факт, что брак удастся заключить, я ведь замужем. Что скажет жрец, заключающий союзы? Эрл готов оскорбить котов, не признавая их брак? А может, они и сами его давно расторгли? Свои-то жрецы в княжестве, прикормленные, что хочешь свяжут, развяжут, одобрят, подтвердят.

– Эрл приглашает вас на чай, – неожиданно за спиной возник паж.

Я бы чего покрепче выпила бы. Кто знает, что они намешают в тот чай?

Малая гостиная в голубых тонах, маленький столик у окна сервирован для чая. На четыре персоны. Прислуги нет. Выставили.

– Прошу вас не обижаться на моих придворных, они тупы и грубы! – улыбнулся эрл, с видом заботливого дядюшки подхватывая меня под руку.

– Ваша светлость, я не искушена в жизни при дворе и многого не понимаю. Если вы мне прямо расскажете, то я лучше смогу вам послужить, – кажется, вышло в меру почтительно, в меру льстиво?

– Вы знакомы с моей дочерью? Альдегондочка!

Алдегонда сильно похудела за этот год, это ее вовсе не украсило. С высокомерным кивком она заняла место за столом. Меня волнует судьба четвертой чашки. Кто должен быть четвертым?

– Ты же знакома с Мариной?

– Не припомню, – процедила Альдегонда.

Некоторые вещи лучше забыть, ее ведь приговорили к обезмаживанию за нрушение правил Обители! О, а она восстановилась или до сих пор пуста? Я с интересом на нее посмотрела. Очки бы мне, но неудобно доставать и рассматривать дочь эрла в магическом спектре. Спрошу кого-нибудь из слуг.

– Какое красивое платье! – надо же как-то тактично объяснить свои взгляды.

– Разумеется, мне шьет сам лэр Эйрвин!

– А это кто? – простодушно спрашиваю.

– Эльфийский мастер! – Зло отвечает Альдегондочка.

– Да, вы же вышли замуж за эльфа! – наивно хлопаю глазами. – Вы такая чудесная пара! Вы самая счастливая женщина в королевстве! Ведь эльфы не женятся на людях! Брезгуют! Человеческой женщине с эльфийками не сравниться! Даже с неродовитыми! Дивный народ, правда?

Альдегода явственно скрипнула зубами.

– Видите ли, – эрл сам берется за чайник. – Их брак переживает трудные времена.

– Папа! – Гневно воскликнула Альдегонда.

Я ахаю и удивленно таращусь, прижимая руки к груди.

– Калессион, скажем так, равнодушен к красоте моей дочери.

– Да у него каждую неделю новая муза! – Гневно прошипела Альдегонда.

– Ах, он пишет удивительные стихи! – ни одного не читала, но эльф не может быть плохим поэтом! Плохим мужем – запросто!

– Говорят, что в Курепсе удивительный бум рождаемости, что ни день зачинают или рожают, – вкрадчиво говорит эрл, а Альдегонда впивается в мое лицо горящими глазами. – Нам очень нужен ребенок.

Я продолжаю недоуменно моргать и наслаждаться чаем.

– Право же, это обычная жизнь простолюдинов, у них всегда много детей, – я выбираю печенье из вазочки. – Потому что нет образования, позволяющего найти другие развлечения, кроме плотских радостей. Им недоступна поэзия! Музыка, живопись! Радость познания! Философия! Воинские искусства!

– Мэр Курепсы говорит, что виной всему ваши амулеты!

Я широко раскрываю глаза и роняю печенье.

– Но почтенный мэр сам скоро станет отцом в четвертый раз! Благодаря силе молитвы патера Исидора! Как могут мои грубые поделки призвать божественный дух в сухое чрево женщины?!

Альдегонда снова явственно скрипит зубами.

– Мне передали амулет, – прищуривается эрл. – Вашей работы. Но моей дочери он не помог! Мои маги не смогли определить его назначение!

– Позвольте взглянуть?

На столе появляется плетенка с розовой бусиной из кварца. Действительно, моей работы.

– Мой господин, вас обманули. Это оберег из тех, что вешают над колыбелькой младенца. Для спокойного сна. Но не для зачатия.

Альдегонда выхватывает амулет и топчет его ногами, не в силах сдержать ярость.

– А от супружеской неверности бывают амулеты? – Тут же спросил эрл.

– Нет, ваша светлость, таких амулетов я не знаю. Возможно, помогут вощзбуждающие зелья? Если мужу совершенно неинтересна жена…

С громким рыданием Алдегонда бросается из комнаты.

– Простите, кажется, я невольно расстроила вашу прелестную дочь, – делаю удрученный вид. – Она такая красивая и так подходит принцу Калессиону!

Дверь распахивается. Четвертый гость просит прощения за опоздание и кланяется. На мои губы наползает улыбка и я ничего не могу с этим поделать. Торопливо опускаю глаза в чашку.

– Вы оказали мне высокую честь вашим приглашением, ваша светлость.

– Садитесь, Камран, что вы как неродной? Все-таки почти зять, – желчно роняет эрл Гриеску.

– Неужели вы сердитесь до сих пор? – притворно ахает Камран нир Сагам.

– Да что вы, полно, – машет руками эрл. – Вы же у нас герой! Любимец черни! Расскажите, как вам служилось в княжестве Нида. Говорят, их донимают пуруги?

Я пью чай, не поднимая век. Но я и не глядя, знаю, какие у него глаза, вспыхивающие золотистыми искрами, какие гладкие, сильные плечи, знаю, как он улыбается и знаю, как искажается его лицо в момент экстаза. За краткие часы я узнала о нем больше, чем знает эрл. Которого вовсе не волнуют пуруги, опустошающие княжество белого тигра.

– Кто эта прелестная незнакомка? – быстро закругляется с рассказом Камран.

– А это не назнакомка, – чувствую усмешку в голосе эрла. – Это Марина, невеста Обители. Иномирянка, но к сожалению, пустышка. Твоя будушая жена.

Я уронила ложечку, и она громко звякнула о блюдце.

– А это Камран нир Сагам, мой бывший маршал, мой бывший зять и бывший советник. Ваш будущий муж. Поворкуйте, голубки, – эрл вышел из комнаты, довольный свершившейся местью.

Я подняла глаза.

– Как?! – Камран едва не упал со стула. – Я искал…

– Ради стихий, сдержите себя, иначе вам не дадут уехать живым! Сделайте вид, что я вам противна, как и мысль о браке со мной! – отчетливо прошептала я.

На лице Камрана отразилось понимание.

Эрл, фальшиво напевая, возвратился с большой шкатулкой.

– Это ваше приданое, дорогая, я же не могу вас отдать замуж голой и босой!

Я открываю шкатулку и восторженно ахаю. Блеск бриллиантов слепит глаза. Короткое ожерелье, лаконичное и совершеное в своей простоте, радует глаз.

– Ваша светлость, – голос Камрана холоден. – На руке этой женщины брачный браслет, в ауре светится брачная метка. Я не могу стать ее мужем. Или в Нивасаме ввели многомужество, а я все пропустил?

– Ерунда, – отмахнулся эрл. – У меня имеется открытое разводное письмо от патриаха, осталось только вписать имена.

– Она не девственна и не так молода, как же продолжение рода?

– Девственность – чушь! Купишь молодильника, разве что-то можно жалеть для своей жены? В крайнем случае, сделаешь на стороне бастарда и признаешь, – довольно улыбнулся эрл. – У нее ведь тоже имеется дочь!

– Еще и дочь!?

Изображаю смущение, ковыряя серебряной ложечкой десерт. Камран отлично изображает возмущение, нервно расхаживая по гостиной. А может, это и не игра вовсе, а подлинное негодование. Смотрю на ожерелье, будто не в силах отвести глаз, и внимательно слушаю.

– Увольте от такой чести, ваша светлость! Вы же знаете, в моем роду сплошь огненные маги. Мне нужна одаренная девушка! Здоровая, способная выносить и родить сильного наследника!

– Альдегонда была таким магом! – сорвался в крик эрл. – Огненным! А теперь она не способна даже спичку зажечь!

– Альдегонда мне изменила! Вспомните! Фактически перед свадьбой!

– Надо было закрыть глаза! – топнул ногой эрл.

– Стерпеть бесчестье? – тихо рычит эрл. – Неприемлемо, даже от дочери эрла!

Мужчины такие милые, когда ругаются! Особенно, когда одному можно все, а другому ничего. Вырастил мажорку, привыкшую к вседозволенности. Наставить рога такому гордому жениху! Разве что сильная страсть к другому мужчине могла бы ее оправдать, но Альдегонда не способна любить кого-то, кроме себя.

– Спорю, что вы не подеретесь, – хладнокровно, с громким стуком захлопываю крышку футляра.

Мужики вздрагивают, вспоминают, что не одни, и расплываются в фальшивых улыбках. А я как будто верю.

– Согласна! Благодарю вас, ваша светлость, за оказанную мне великую милость, – ну, а как еще должна реагировать провинциальная дамочка не первой свежести на внезапно свалившегося с неба родовитого, красивого и богатого жениха? Для неизбалованных женщин умный, богатый и красивый – всегда трое разных мужчин. А мне тут такой подарочек эрл приготовил! Три в одном! Нет, порядочная попаданка должна отказываться, вопить, что никогда на свете и ни за что! Они же так поступают при виде высокостатусных красивых и богатых женихов?

– А я не согласен, – быстро возразил Камран, отчего эрл довольно щурится и улыбается. – Пощадите, ваша светлость! Не губите будущее моего рода недостойным браком.

«Загублю, еще как загублю», – написано на лице эрла.

– Сударыня! Моя поверенный обсудит с вами брачный договор. Все должно быть законно!

Низко кланяюсь эрлу, многословно благодарю. После такого чаепития надо выпить и закусить чем-нибудь по-гномски основательным и многоградусным. Это же сколько калорий сожжено! Сколько нервов смотано в клубки! Зато прояснились многие моменты.

Альдегонда, очевидно, была невестой Камрана, блестящего маршала и военого советника. Потом она женишку вдруг наставила рога, (зачем и почему? Он ведь красавец, каких мало!), он расторг помолвку и подался аж в другой мир, чтоб сменить обстановку. А Альдегонда, чтоб тоже сменить обстановку и найти жениха покруче, подалась на отбор невест. Эрл взятку дал отцу Мартису, чтоб ее зачислили в невесты. Потом ей достался рифмоплет, который по эльфийской рассеянности забывает посещать спальню своей супруги, даже ребенка ей не сделал до сих пор. Тоже забыл, видимо. Поить эльфа приворотным зельем она боится, ибо дети леса чутки к вкусам и запахам, магией тоже не обделены, приворот сходу определят. Нехорошо получится. Эльфы могут сильно обидеться. У них связь с человечкой по разряду скотоложества расценивается. Не поощряется, мягко говоря, а если приворот вылезет…

Никаких амулетов я им делать, естественно, не буду. Надеюсь, эрл не принял свою немножко излишнюю откровенность за действие моего амулета? Изначально хотел получить не определяемый магией артефакт, не вышло. Чтоб отомстить Камрану за дочурку, эрл искал самый плохой вариант, и тут я попалась. В нужном месте, в нужное время. Очень удачно, на мой взгляд. Камрану могло повезти намного меньше, я же просто богиня по сравнению с этими придворными жабами, одна из которых могла оказаться его невестой.