Глава 16

Утро начинается необыкновенно приятно. Я еще не открываю глаза, но чувствую, как по губам ползет улыбка. Кирилл спит на спине, а я у него на груди, уткнувшись носом в шею. Аккуратно тяну носом его запах и тут же слышу:

– А вы фетишистка, Ярослава Андреевна.

Тихонько смеюсь, не открывая глаз.

– А ты как думал, – приподнимаюсь, заглядывая ему в глаза.

– Я не против. Если это будет распространяться только на меня.

Я снова смеюсь, тянусь к нему, легко целую в губы, тут же оказываюсь в кольце рук. Он переворачивает меня, оказывается сверху – тот еще трюк, учитывая ширину матраса.

– Доброе утро, – разглядывает мое лицо, я улыбаюсь в ответ.

Оно действительно доброе во всех отношениях. Даже за окном вышло солнце и теперь заливает часть комнаты желтым светом.

Кирилл целует меня, и мы быстро увлекаемся.

– Ясь, – шепчет он рвано сквозь поцелуй. – У меня нет защиты, надо домой идти.

Я немного отстраняюсь, разглядывая его лицо: блестящий взгляд, подернутый пеленой желания, пухлые губы, кажущиеся ярко-алыми от поцелуев. Провожу пальцами по его щеке и говорю:

– Ты можешь не переживать об этом, Кирилл. Все под контролем.

Он смотрит несколько секунд, но ни о чем не спрашивает, просто начинает целовать меня. Скорее всего, решит, что я принимаю таблетки, и это к лучшему – не придется объясняться. По крайней мере, пока. А может, и вообще не придется, кто знает.

Потом мы вместе идем в душ, закутавшись после в халат, отправляюсь на кухню, а Кирилл возвращается в комнату, чтобы одеться.

– Ничего себе, – качаю головой, бросив взгляд на часы. Уже половина первого. Ну заснули мы вчера поздно, так что неудивительно, конечно.

– Тебе кофе или чай? – кричу, выглянув в гостиную.

– Черный кофе!

Достаю турку, напевая незамысловатую мелодию, когда звонит телефон. Бросаю на него взгляд и замираю. Антон. Сбрасываю звук: ответить или нет? Чего он хочет? Лучше поговорить, наверное. На новый год он поздравил меня смс-сообщением, я ответила тем же, и с последней встречи это был единственный момент, когда мы общались.

– Алло, – снимаю трубку, выглядывая в гостиную.

– Привет, Ясь, не отвлекаю?

– Ну… Немного. Я… Я работаю, – жмурюсь, порицая себя за вранье.

– Ясно… Праздники вроде, можно и отдохнуть.

– Да, точно. Хотела доделать один перевод.

– Так ты дома?

– Ну… Да.

– Одна?

Я хмурюсь, не понимая, что за странные вопросы. Снова кошусь в сторону гостиной: Кирилла еще нет.

– Да, одна, – говорю ему. – Таня уехала на турбазу на несколько дней, а я вот сижу дома. Работаю.

Кирилл быстро спускается по лестнице, я прикладываю палец к губам, указывая взглядом на телефон возле уха. Он кивает, берет турку и идет к плите. Я прохожу в гостиную, слушая Антона.

– Я просто думал, может, встретимся как-нибудь… Но не уверен, что тебе это нужно.

Я снова жмурюсь. Мне одновременно неловко и перед собой, и перед Антоном, и перед Кириллом. Нелепая ситуация.

– Да, лучше не стоит, – выдавливаю из себя. – Я думала над тем, о чем мы говорили…

– Ладно, Ясь, не парься. Не надо лишних объяснений. Извини, что побеспокоил. С новым годом.

– И те… – я не успеваю договорить, он вешает трубку. Вздыхаю, качая головой, прохожу в кухню и сажусь на уголок. Кирилл вовсю хозяйничает, делает яичницу.

– Кто звонил?

Машу рукой, мол, неважно, он только пожимает плечами и продолжает возиться с завтраком. И все-таки если наша связь выплывет наружу, будет некрасиво. Что подумает Антон… А Таня? Как я буду объясняться с сестрой? Если она решит, что я увела у нее Кирилла? Что соблазнила его специально, пока они еще были в отношениях?

Черт, да со стороны оно так и видится. Только я не соблазняла никого. Специально, по крайней мере. Это все само собой вышло, словно бы независимо от нас. Кирилл ведь говорил: он и подумать всерьез не мог, что между нами может что-то случиться.

Только вот сумеем ли это объяснить нашим близким? Положим, Кириллу плевать. Ему нужно только разобраться с какими-то там внутрисемейными обязательствами. Отношения у них не особенно теплые, если я правильно понимаю.

Но я люблю сестру. Не хочу с ней ссориться, тем более терять ее. Она может обидеться всерьез. Ведь Кирилл ей нравился. А если она решит, что он специально начал с ней встречаться, чтобы быть ближе ко мне? Что я об этом знала, что поощряла. Все наши разговоры могут заиграть в неприятном свете.

– Это Таня звонила? – Кирилл ставит передо мной тарелку с яичницей и чашку кофе. Я поднимаю на него взгляд, качаю головой.

– Антон. Хотел встретиться.

Кирилл жует, разглядывая меня.

– Тебя это расстроило?

Я снова качаю головой.

– Просто подумала, что будет, если Таня узнает о нас.

Кирилл замирает, потом продолжает жевать, периодически хмурясь.

– Я ей ничего не обещал.

– Я знаю. Я переживаю за наши с ней отношения.

Делаю глоток кофе, вяло жую яичницу, пока Кирилл пялится перед собой, уткнувшись губами в кулак.

– Ясь, – произносит, когда я доедаю. – Ты совсем не знаешь свою сестру.

Вздергиваю брови в удивлении и усмехаюсь.

– Хочешь сказать, ты ее знаешь?

– В чем-то больше, чем ты.

– Например? – я делаю глоток и складываю руки на груди.

– Я не хочу с тобой ругаться, – он криво улыбается, – а ты уже приготовилась защищать Таню любой ценой.

– Это тебя удивляет? Она моя сестра.

– И где она сейчас?

Я непонимающе хмурюсь.

– Я же говорила, на турбазе в области.

– И тебе не кажется странным, что Таня поехала туда одна? Что нашла супер дешевый номер за пару дней до нового года?

– Там бронь отменили. К чему ты клонишь, Кирилл?

– Я немного порылся вчера ночью в данных. Таня действительно сняла на той турбазе домик. Только заплатила за него вот такую сумму, – он называет цифру, я хлопаю глазами в полном недоумении.

– Что ты такое говоришь? – спрашиваю его. – Это очень много, при всем желании Таня не смогла бы найти таких денег… Она переводила за бронь, я сама видела сумму.

– Эта была сумма только за подтверждение брони, дом оплачен наличными, такая пометка стоит в отельной ведомости. А еще там есть имена постояльцев. Это Таня и некий Александр Жихарин. Я покопался… Он директор оконной компании, в которой она работает. И… Он женат.

Я смотрю на Кирилла и не нахожу слов. Услышанное не укладывается в голове. Он что, всерьез сейчас хочет сказать, что Таня обманула меня, чтобы уехать на отдых с женатым мужчиной? Что она любовница директора предприятия, на котором работает? Нет, нет, я не готова в такое поверить! Таня бы не стала, она не такая! Может, она импульсивна, легкомысленна, но она ни за что не стала бы спать с женатым мужчиной!

Но тогда как это все понимать? Что-то я сомневаюсь, что этому можно придумать другое логичное объяснение. Тру виски, прикрывая глаза.

– Боже мой, – тяну тихо, начиная впускать в осознание промелькнувшие мысли. Принимать их как данность.

Таня – любовница своего директора. Они встречаются тайком, и потому дом снят на ее имя, и она не сказала мне ничего по той же причине. Знала, что я буду осуждать, а то и вовсе не пущу никуда, устрою скандал…

Но как, как она могла решиться на такое? В голове не укладывается.

– Что из себя представляет этот директор? – спрашиваю, не открывая глаз.

– Ему сорок один год, в браке девятнадцать, двое детей. Достаток средний, если верить цифрам по оборотам компании за последний год. Но пыль в глаза при желании пустить может.

Я все-таки смотрю на парня, он отвечает сочувствующим взглядом. Киваю, вздыхая.

Так, скорее всего, и было. Он ее соблазнил. Пустил пыль в глаза, наболтал о любви, и она растаяла… Поверила какой-нибудь байке о том, что его брак давно дышит на ладан, и это вопрос времени… Господи, а если она успела влюбиться? Как я буду спасать ее?

– Почему ты мне сразу не сказал? – смотрю на Кирилла, он пожимает плечами.

– Потому что Таня взрослая девочка и вправе делать то, что считает нужным.

– Серьезно? Считаешь ее взрослой? Ей девятнадцать, Кирилл. Понимаешь, девятнадцать? Вот об этом я говорю, когда обозначаю разницу в возрасте. Она ни черта не понимает в отношениях, он ей наговорил глупостей, она и поверила!

– И при чем тут возраст? Ты тоже поверила Антону.

Я осекаюсь, тру лоб ладонью.

– Извини. Ты прав. Просто я переживаю за нее.

– За ее разбитое сердце вряд ли стоит переживать.

Я поднимаю на него непонимающий взгляд, он снова пожимает плечами.

– Прости, Ясь, но Таня из тех, кто с готовностью отдаст тело за деньги.

– Ты что такое говоришь?! – эти слова срываются с губ сами собой, как только я слышу его. Голос становится резче, грубее, тело напрягается. – Не смей, понял, никогда не смей произносить подобное о моей сестре!

Кирилл вздыхает, убирая волосы со лба.

– Прости, наверное, прозвучало слишком резко.

– Ты вообще… Ты думал, когда…

– Похоже, что я решил сказать это просто так?

Мы несколько секунд смотрим друг на друга, я качаю головой.

– И на чем же основаны твои умозаключения? На том, что она уехала с каким-то мужчиной на турбазу? Не слишком убедительно.

Он усмехается.

– А тебе не кажется странным, что мы с ней вроде как встречались, и точку не поставили, ты сама об этом говорила. А в какой момент она сошлась с этим Жихариным? Сколько ему времени понадобилось, чтобы уложить ее в постель?

Я понимаю, куда он клонит. Или Таня легко согласилась на подобные отношения через несколько дней, или принимала ухаживания своего директора еще во время отношений с Кириллом. И то, и то паршиво.

– Но у вас ведь все было неопределенно, – не соглашаюсь с ним. – Ты не делал активных шагов, и она…

– Она делала, – на мой недоуменный взгляд поясняет. – Мы могли переспать уже спустя неделю. И все это время она не просто намекала на секс, а, так сказать, каждый раз шла в атаку. Если это от большой любви, то странно, что Таня так быстро переключилась на другого.

Я тяжело выдыхаю, опуская глаза, вожу пальцем по столу. Новые факты, новые аргументы за них. Но я не готова вот так просто согласиться с тем, что моя сестра…

– Она просто хочет хорошо устроиться, – Кирилл буквально заканчивает мою мысль, я поднимаю на него взгляд. – И я был интересен ей в первую очередь потому, что у меня обеспеченная семья. Не надо уметь читать мысли, чтобы сложить из ее вопросов и комментариев картинку. Таня хочет беззаботно жить и считает, что вполне нормально расплачиваться за это своим телом.

– Не надо так, – скользят просительные интонации, Кирилл поджимает губы. – Не стоит это так воспринимать. Может, она просто хочет семью, может, считает, что ей ближе роль домохозяйки при зарабатывающем муже, это не плохо.

– Поэтому она сейчас на турбазе с женатым мужиком.

Я тяжело выдыхаю, прикрывая лицо.

– Извини, если я резок, – добавляет Кирилл. – Просто я вижу, что ты смотришь на Таню сквозь розовые очки. Я не говорю, что она плохая, нет, она милая, добрая, весёлая, но это не умаляет озвученного мной факта.

– Надо с ней поговорить, – убираю руки от лица.

– Подожди возвращения. Какой сейчас смысл? Это не телефонный разговор. К тому же тебе самой нужно время, чтобы успокоиться и все обдумать.

Я прохожу в гостиную, падаю на биг-бег, закрывая глаза. Кирилл, конечно, прав. Подумать не помешает.

Честно сказать, я не могу принять его точку зрения относительно Тани. Кручу в голове наши разговоры, вспоминаю, чем она увлекается, как вообще себя ведет. Разве может быть, что вот прямо сейчас она с женатым мужчиной в постели… И мне соврала… Сколько раз?

Ведь о Кирилле она всегда говорила расплывчато, никакой конкретики. Он тормоз, он медлит, он любит поболтать… То, что она пыталась все это время активно его соблазнить, мне почему-то не приходило в голову. И уж точно не приходило, что это из-за денег. Он ведь хорош собой, и в принципе мог ей понравиться.

“Ага, идеальное сочетание, – шепчет внутренний голос. – Богатый, молодой, красивый. Глупо такого упускать, да?”

Не мне, конечно, Тане. Я кошусь на Кирилла, который опускается на соседний биг-бег. А если обо мне так же подумают? Еще и извращенкой назовут, взрослая связалась с парнем моложе себя.

Хотя я ведь ничего подобного не хотела, и ни разу даже не думала о деньгах… Возможно, и с Таней так: кажется одно, а на деле все не так?

– Этому может быть другое объяснение, – произношу я.

– Ну поищи.

Кидаю на него укоризненный взгляд, Кирилл разводит руками.

– Извини, если ждала другого ответа. Вы ведь почти не общались, я имею в виду до всей этой истории с вашей мамой. А то, что она выбрала рядом с тобой такую позицию, не удивляет. По факту, ты теперь ей вместо матери, и перед тобой нужно быть хорошей.

– Она любит меня.

– Любит. Может, поэтому и молчит, чтобы не травмировать. Вы слишком разные, это заметно даже первому встречному. И уж тем более это понимает Таня.