Глава 16

Анжела заметила знакомый автомобиль. Тот самый, что был знаком ей до боли: внедорожник, который они с Женей выбирали вместе всего два года назад. Тогда это казалось таким важным, почти торжественным событием: они ходили по автосалонам, обсуждали комплектации, спорили о цвете, смеялись, представляли, как будут ездить на нём в отпуск… Теперь же при виде этой машины внутри всё сжалось от горечи.

Она притормозила, глядя на красные огни стоп‑сигналов, достала телефон из сумки. Пальцы слегка дрожали, но всё же она написала Диме. В глубине души она отчаянно не хотела ему писать: не хотела ввязывать его в свои проблемы, посвящать в запутанную личную жизнь, тем более напрягать своими неурядицами. Но обещание, данное ему, не позволяло промолчать. Да и беспокойство, стягивающее внутренности тугим узлом, не давало покоя.

Поэтому она просто отправила ему адрес и написала: «Через двадцать минут буду там».

Отправив сообщение, она пошла вперёд, но холодок уже поселился внутри. Крупицы страха, нехорошее предчувствие, будто сама судьба шептала: «Будь осторожна».

Дверь изнутри толкнули, открывая перед ней, и Анжела увидела Женю в сумерках салона. Он приветливо улыбался, но в этой улыбке не было тепла... лишь какая‑то натянутая, вымученная радость.

— Садись, — коротко бросил он.

Анжела оглянулась на здание офиса... будто ища поддержки у этих холодных стен. Но потом всё же села в машину. Не глядя на него, положила сумочку на колени, а руки скрестила поверх неё, пальцы переплелись в замок. Она нервничала так сильно, что слышала, как кровь стучит в висках.

Машина тронулась и плавно выехала со стоянки. В этот момент у Анжелы пискнул телефон. Она бросила взгляд на экран — сообщение от Димы: «Еду. Буду через 15 минут». Сердце на мгновение замерло, а потом забилось чаще.

Женя покосился сначала на её руки, потом на неё саму. Хотел что‑то сказать... она видела, как он подбирает слова. Но, видимо, так и не нашёл подходящих. В этот момент у него зазвонил телефон. Анжела невольно бросила взгляд на экран магнитолы, подключённой через Bluetooth, и увидела имя «Наталья». Зубы непроизвольно сжались, и она резко отвернулась к окну, стараясь не выдать своих эмоций.

Наталья... уже появилась Наталья. А что... если она была?

Женя сбросил звонок, бросил короткий взгляд на Анжелу, криво улыбнулся и прибавил газу.

— Как ты? — спросил он, пытаясь звучать непринуждённо.

— Нормально, — пожала плечами Анжела, не отрывая взгляда от мелькающих за окном домов.

Женя откашлялся в кулак, а потом произнёс:

— Анжел, давай поговорим. Давай не будем рубить с плеча?..

Она покачала головой, ещё сильнее отворачиваясь к окну. Стекло слегка запотело от её дыхания, и она машинально провела пальцем по нему, рисуя невидимые узоры.

Но Женя не унимался. Он продолжал говорить — тихо, настойчиво, почти умоляюще:

— Мне правда жаль… Прости меня, пожалуйста. — Его пальцы стиснули руль с такой силой, что костяшки моментально побелели. — Я всё исправлю, только дай мне шанс.

Анжела молчала. Она не хотела это слушать — не сейчас, не после всего, что было. Слова Жени звучали фальшиво, будто заученные заранее. В груди клокотало раздражение, смешанное с усталостью. Такое нельзя прощать.

Хотя... ей было жаль. Жаль потерянное время, проведённое с ним, жаль, что не разглядела в нём раньше подонки, способного ударить. И жаль, что любила его. И, возможно, любит до сих пор.

Ей просто нужно переболеть...

Женя продолжал говорить... его голос звучал то умоляюще, то с ноткой оправдания, то снова переходил в покаянный тон. Он твердил, что был неправ, но тут же, словно спохватившись, добавлял, что это не только его вина. Говорил, что она спровоцировала его, что он не раз просил её не делать этого. Повторял, что готов переломать себе все пальцы за то, что посмел поднять на неё руку... и в его голосе звучала такая театральная мука, что Анжела внутренне содрогнулась.

Машина остановилась в знакомом дворе. Том самом, где они когда‑то часто парковались, чтобы прогуляться перед ужином, где он однажды подарил ей букет полевых цветов, найденных где‑то за городом. Где они прожили три года. Женя заглушил двигатель, и в наступившей тишине звук выключенного мотора прозвучал как финальный аккорд чего‑то давно изжившего себя.

Его рука коснулась её плеча. Это было лёгкое, почти робкое прикосновение, от которого Анжела вздрогнула и впервые за время поездки подняла на него погасший взгляд. Посмотрела... и ужаснулась. Левая сторона его лица пестрела огромным синяком с припухлостью, кожа вокруг потемнела, а скула слегка деформировалась. Честно говоря, это было похоже на перелом скуловой кости или что‑то вроде того.

Она невольно прикрыла рот ладонью, чувствуя, как внутри всё сжимается от смеси страха и невольного сочувствия. Подалась вперёд, готовая спросить, что случилось, помочь, но вовремя остановила себя... вспомнила, кто перед ней, вспомнила его слова, его поступок.

— Что... с твоим лицом? — Тихо спросила она, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.

Женя нервно усмехнулся, кончиками пальцев осторожно потрогал синяк и тут же поморщился от боли.

— Упал с лестницы, — ответил он, глядя куда‑то в сторону.

Анжела не поверила. Ни на секунду. В его взгляде читалась фальшь, а в интонации звучала какая‑то натянутость, будто он репетировал эту фразу заранее. Но она сделала вид, что верит. Лишь слегка прищурилась, продолжая рассматривать его лицо. Взгляд Жени застыл на её губах, задержался на ссадине в уголке рта... видимо, след их последней ссоры. Он глубоко вздохнул, покачал головой и снова произнёс:

— Прости меня, Эн.

Анжела тоже вздохнула. Устало, обречённо. Отстегнула ремень безопасности, распахнула дверь и вышла из машины. Холодный вечерний воздух ударил в лицо, отрезвляя, и помогая прийти в себя. Она огляделась, надеясь увидеть знакомый силуэт Димы, но во дворе было пусто... только несколько припаркованных авто да редкие прохожие.

Быстро достала телефон, написала ему сообщение: «Где ты?»

Ответ пришёл мгновенно: «Я здесь. Я вижу тебя».

Она снова огляделась, выискивая среди стоящих во дворе машин автомобиль Димы. Где он? Где прячется? Взгляд метался от одной машины к другой, пока она не заметила, как у дальнего подъезда приоткрылась дверь тёмного седана.

В этот момент телефон снова пикнул и она прочла новое сообщение от Димы: «Могу я подойти?»

Анжела на мгновение замерла, ощущая, как внутри борются два чувства: с одной стороны это было желание броситься к нему, ощутить поддержку, с другой — страх, что Женя увидит, начнёт задавать вопросы, снова начнёт давить. Но она решительно набрала: «Да».

И в тот же миг увидела, как Дима выходит из машины. Высокий, собранный, с напряжённым, но спокойным выражением лица. Он быстрым шагом направился к ней, и с каждым его шагом Анжела чувствовала, как тяжесть, давившая на плечи, понемногу отпускает.

Дима подошёл ближе, остановился рядом с ней. Их взгляды встретились, и в этом коротком мгновении Анжела почувствовала то, чего так долго не хватало: понимание, опору, и ощущение, что она не одна.

Женя, всё ещё сидящий в машине, проследил за её взглядом, заметил приблизившегося парня, и на мгновение замер. Его лицо исказилось — то ли от досады, то ли от раздражения...

Какого... хера он здесь забыл?!