Глава 17

Обстановка накалялась... в воздухе моментально повисло напряжение, густое и осязаемое, словно электрический заряд перед грозой. Женя замешкался на мгновение, но всё же вышел из автомобиля. Хлопнул дверью с излишней силой, и этот звук эхом разнёсся по двору. Он отошёл от машины, останавливаясь напротив Димы. Переводил взгляд с Димы на Анжелу, пытаясь понять, что их связывает и что вообще этот парень здесь забыл. Его глаза сузились, брови сошлись на переносице. В нём боролись недоумение и нарастающая злость.

Анжела тут же почувствовала, как напряжение передаётся по воздуху, будто невидимые волны, исходящие от Жени. Оно сковывало движения, сдавливало грудь и мешало дышать. Дима тоже напрягся: сжал челюсти так, что желваки заходили ходуном, а крылья носа затрепетали от сдерживаемого гнева. Его взгляд остановился на припухлости на лице Жени... на том самом синяке, который явно появился не от падения с лестницы.

Интересно, он пожаловался Лике на то, что именно он имеет прямое отношение к этому? Но тут же отбросил эту мысль. Если бы этот мудак пожаловался, Анжела вряд ли стала молчать.

Наконец, Женя прервал молчание.

— Кто это? — Раздражённо, с нотками вызова в голосе спросил он у Анжелы, тыча в сторону Димы пальцем.

Лика пожала плечами, стараясь сохранить спокойствие:

— Знакомый.

Дима и Женя делали вид, что впервые друг друга видят, но в их взглядах читалась неприкрытая враждебность... словно два хищника, почуявших соперника.

— И что твой знакомый тут забыл? — Процедил Женя, не сводя глаз с Димы.

Анжела посмотрела на Диму. Тот коротко, но мягко улыбнулся ей. Едва заметное движение губ, но оно мгновенно согрело её изнутри, будто луч солнца, пробившийся сквозь тучи. Эта улыбка говорила: «Я рядом и всё будет хорошо».

— Он приехал помочь с вещами, — ответила Анжела Жене ровным голосом, стараясь не выдать волнения.

Женя едва сдерживался.

Знакомый? Просто знакомый? Знакомый, который машет кулаками, защищая её?

Эти мысли бушевали в его голове, подстёгивая раздражение. Он обхватил запястье Анжелы и резко потянул её в сторону, пытаясь увести подальше от Димы.

Дима моментально дёрнулся вперёд. Мышцы напряглись, а кулаки непроизвольно сжались. Но он застыл как вкопанный, стоило Анжеле выставить перед ним руку, останавливая.

— Всё в порядке, — тихо сказала она. — Дай нам минуту.

Он кивнул и остался на месте, но взгляд не отрывал от них... настороженный, цепкий, готовый в любой момент вмешаться.

Женя и Анжела отошли на пару метров. Она мягко, но решительно выдернула руку из его хватки. Женя поморщился от раздражения и злости, слегка наклонился к ней и напряжённым шёпотом ещё раз спросил:

— Кто это?!

— Я уже ответила на этот вопрос, — твёрдо произнесла Анжела.

Женя покосился на Диму, оценивающе оглядел его с головы до ног, и снова повернулся к Анжеле:

— Где ты его взяла? И вообще, сколько ему лет?!

— Это не должно тебя волновать, — отрезала она.

— Он хоть институт закончил? — не унимался Женя.

— Это тебя не касается, — повторила Анжела, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри всё закипало.

Женя злился всё больше. Он чувствовал, что между этими двумя есть какая‑то связь, что всё не так просто, как она пытается показать. Он наклонился ближе и с шипением, почти выплёвывая слова, спросил:

— Ты что, спишь с этим сосунком?

Анжеле показалось, что ей влепили пощёчину... резкую и жгучую, от которой зазвенело в ушах. Она смотрела на Женю не моргая. Губы дрогнули, но она молчала.

Женя принял это за согласие. Скривился, словно ему стало противно, и сказал с брезгливостью:

— Не ожидал от тебя… тебе не стыдно?

Она едва не задохнулась от возмущения. Слова застряли в горле, разъедая изнутри. Но она не стала ничего отвечать. Вместо этого перевела взгляд на Диму. Тот, слегка прищурившись, смотрел на неё настороженно, пристально, будто пытался прочесть её мысли, понять, что происходит.

Затем она снова посмотрела на Женю. Прямо, твёрдо, без тени страха:

— Я приехала сюда за своими вещами, а не для того, чтобы выяснять отношения.

— Я не хочу тебя отпускать, — глухо произнёс Женя.

— Я уже всё решила, — ответила Анжела, и хотя внутри всё сжималось от боли, голос её звучал уверенно.

На мгновение во дворе повисла тяжёлая тишина. Ветер шевельнул пока ещё голые ветви на деревьях, где‑то вдалеке проехала машина, но для них время будто остановилось. Женя смотрел на неё, пытаясь найти в её глазах хоть каплю сомнения, хоть намёк на то, что она передумает. Но видел только холодную, твёрдую и непоколебимую решимость.

Анжела сделала шаг назад, затем ещё один... ближе к Диме. Тот, уловив движение, чуть выпрямился и расправил плечи.

Анжела приблизилась к Диме, но всё ещё стояла к нему спиной. Однако позвоночником отчётливо ощущала тепло и надёжность... они импульсами, исходили от него, словно создавая вокруг невидимый защитный кокон.

— Я заберу самое необходимое и не займу у тебя много времени. — Сказала она, всё ещё глядя на Женю.

Какое‑то время он просто смотрел на Анжелу. В его взгляде читалась отчаянная попытка найти хоть какую‑то лазейку, зацепиться за что‑то, что заставит её передумать. Он не желал мириться с тем, что она уйдёт. Не желал принимать мысль, что одна ошибка — его ошибка — может разрушить всё, что они строили три года. Одна вспышка гнева, один необдуманный поступок — и Анжела готова вот так просто всё перечеркнуть и уйти. Ещё и не одна…

Он тяжело сглотнул, будто пытаясь проглотить комок горечи, и, кивнув, хрипло произнёс:

— Пошли.

Поставил авто на сигнализацию и, обойдя Анжелу и Диму, направился в сторону дома. Его шаги звучали глухо, почти обречённо, словно каждый шаг приближал его к чему‑то неизбежному.

В лифте царила такая атмосфера, что, казалось, зажги спичку, и всё взлетит на воздух. Молчание давило на плечи, а взгляды, которые Женя бросал на Анжелу и Диму, были полны смеси раздражения, ревности и бессильной злости.

Когда они подошли к квартире, Женя снова покосился на Анжелу, а затем на Диму. Опустил взгляд, словно проверяя, не держатся ли эти двое за руки. Не увидев этого, он отвернулся и принялся отпирать дверь. Внутри него клокотала буря: ему отчаянно не хотелось, чтобы этот незнакомец, этот «знакомый», переступал порог его дома. Но он ничего не мог с этим сделать.

Все трое зашли в квартиру. Анжела разулась и тут же направилась вдоль по коридору, поворачивая направо. Туда, где находилась их бывшая общая спальня. Следом за ней вошёл Женя, а затем, не снимая обуви, и Дима.

Женя зашёл в комнату и опустился в кресло, наблюдая за тем, как Анжела собирает свои вещи. Её движения были чёткими и выверенными. Никаких лишних жестов, никакой суеты. Она достала из комода папку со своими документами, а следом и свою заначку с деньгами.

Женя вздохнул и отвёл взгляд, переводя его на Диму. Тот стоял на пороге комнаты, подперев плечом дверной косяк... расслабленно, но в то же время настороженно. Взгляд Димы упал на Женю. Он без тени смущения нагло смотрел ему в глаза, а затем его взгляд скользнул к припухлости на лице бывшего возлюбленного Анжелы.

Нехило я его... возможно, слегка переборщил. Или нет?

Он едва заметно скривился, вспоминая тот момент, когда не смог сдержаться и дал волю гневу.

Женя даже думать не хотел о том, что его Анжелу и этого молодого паршивца связывает что‑то большее, чем приятельские отношения. «Может, это коллега? — мелькнула мысль. — Но нет, это не он подвозил Анжелу в тот злополучный вечер. Машина была другая». Тогда кто это? Почему он здесь? Почему так спокойно стоит рядом с ней, будто имеет на это полное право?

Анжела сложила вещи в сумку, закрыла её и выпрямилась. Её взгляд встретился с взглядом Димы... затем она повернулась к Жене:

— Почти всё...

Женя сжал кулаки, пытаясь унять внутреннюю бурю. Он хотел что‑то сказать. Возможно, ещё раз попытаться убедить её остаться... но слова застряли в горле. Вместо этого он лишь кивнул, глядя куда‑то в стену.

Анжела вышла из комнаты и направилась в ванную. Её походка теперь выглядела легче, свободнее, будто с каждым движением она сбрасывала с себя груз последних событий. Она быстро скинула в сумку свои кремы и уходовые средства и духи. Флаконы тихонько звякнули, когда она укладывала их среди одежды.

Тем временем Женя хотел выйти из спальни, но на его пути встал Дима. Высокая и собранная фигура, словно немая преграда, которую нельзя просто так обойти. Женя вопросительно и возмущённо уставился на него, брови сошлись на переносице, а губы сжались в тонкую линию.

— Какого лешего ты тут забыл? — Резко бросил он.

Дима несколько секунд молчал, глядя ему прямо в глаза... не мигая и не отводя взгляда. В этой тишине можно было услышать, как тикают часы в соседней комнате, как где‑то за окном проезжает машина, как бьётся сердце... у каждого своё, с разным ритмом. Затем он тихо, но твёрдо произнёс:

— Забудь о ней.

Женя скрипнул зубами так громко, что этот звук отчётливо прозвучал в напряжённой тишине. Моргнул, будто пытаясь осознать сказанное, а потом, чуть погодя, сквозь зубы, с издёвкой ответил:

— Она не твоего поля ягода, пацан. Это ещё не конец.

Мышцы рук Димы непроизвольно напряглись, кулаки сжались, и он слегка подался вперёд, словно готов был вновь нанести удар. Но голос Анжелы остановил его прежде, чем ситуация успела выйти из‑под контроля.

Она вышла из ванной, держа в руке сумку, и сказала:

— Мы можем идти.

Дошла до двери и увидела на полке в прихожей свои ключи... лестящая связка, знакомая до мелочей. Посмотрела на Женю. В её взгляде не было ни злости, ни обиды... только спокойная решимость. Затем взяла связку и аккуратно засунула в карман пальто.

— Чуть позже приеду за оставшимися вещами, — сказала она ровным голосом. — И оставлю ключи.

Женя промолчал. Он просто стоял и молча смотрел, как Анжела обувается. В его глазах читалась целая буря: недоумение, злость, отчаяние, может быть, даже капля сожаления... но он не произнёс ни слова.

Дима забрал сумку из рук Анжелы, коротко бросил ей:

— Я помогу.

Затем открыл дверь, пропустил Анжелу вперёд... галантно, но в то же время с какой‑то внутренней силой.

Перед тем как выйти следом, он бросил на Женю многозначительный взгляд. Не угрожающий, но твёрдый, недвусмысленный.

Она не вернётся. Я не позволю.

Дверь за ними закрылась с тихим щелчком. Не громким, но окончательным, словно поставив точку в этой главе.

На улице Анжела глубоко вдохнула прохладный вечерний воздух. Он был свежим, чистым, без примеси напряжения и страха. Она посмотрела на Диму.

— Куда теперь? — тихо спросил Дима.

— Домой, — ответила Анжела без колебаний. — Хочу домой.