Глава 20

Ну что, Анжел, может, всё‑таки останешься? — предложила Ксюша, кивнув в сторону Артёма, который как раз в этот момент что‑то оживлённо рассказывал Алексею. — Будет весело!

— Спасибо, но нет, — мягко отказалась Анжела. — Сегодня мне уже достаточно новых знакомств. Хочется просто отдохнуть.

Она взяла своё пальто.

Олеся, как заботливая старшая сестра, напомнила:

— Не забудь букет!

Дима, до этого молча наблюдавший за прощанием, невольно напрягся, увидев большой букет тюльпанов в руках Анжелы. В голове тут же всплыла мысль: «От кого?» Внутри неприятно кольнуло... что‑то вроде ревности, смешанной с досадой. Он постарался скрыть эмоции, но взгляд невольно задержался на цветах чуть дольше, чем следовало.

Они вышли на улицу. Колючий, но уже не такой злой ветер, как в начале месяца, обдал их свежестью. Анжела, поежившись, тут же сказала:

— Я поеду на заднем сиденье.

Дима незаметно покачал головой, строя догадки о том, почему она не захотела сесть впереди.

Сев в машину, Анжела сразу расслабилась. Алкоголь, который до этого лишь слегка кружил голову, ударил с новой силой. Мир стал мягче, звуки приглушённее, а тело — удивительно лёгким. Олеся обернулась, заметив, что подругу слегка повело.

— Анжел, ты в порядке? — весело спросила она. — Растеряла все навыки?

Анжела закрыла глаза и облокотилась головой на холодное стекло. Махнула рукой в сторону подруги и тяжело вздохнула:

— Всё нормально… Просто... забей...

Дима покосился на Анжелу через зеркало заднего вида.

— Сколько вы там выпили? — спросил он, заводя машину.

— Мы не считали, — беззаботно ответила Олеся. — Но было весело!

Олеся снова повернулась к Анжеле:

— Домой?

Анжела словно по щелчку открыла глаза, посмотрела на подругу и внезапно выдала:

— Поехали к тебе?

Олеся широко улыбнулась:

— Ты не шутишь?

— Серьёзно, — подтвердила Анжела. — Хочу завтра к родителям, а от тебя всё‑таки ближе. Да и… — она чуть запнулась, — мы можем продолжить. Игорь не будет против?

Олеся хихикнула, радуясь тому, что они с Анжелой гульнут как в старые добрые времена:

— Не думаю, что Игорь здесь что-то решает! — Рассмеялась она. — Это ему завтра на работу, а не мне! В любом случае, мы можем осесть у Мити. Да, Мить? — Взглянула на брата тем самым взглядом, которому тяжело отказать.

Дима усмехнулся и, покачал головой, посмотрел на сестру.

— Разве у меня есть выбор?

— Правильно. Нет. — Заключила Олеся. — Так что, штурман... дорогу ты знаешь!

Дима на мгновение замер, потом кивнул и тронул машину с места. Он был очень рад этому повороту, хотя и попытался не выдать своих чувств. В груди разливалось тёплое чувство... возможность провести ещё немного времени рядом с Ликой, хоть и в компании вездесущей сестры.

По дороге Анжела постепенно приходила в себя. Шум в голове утихал, а прохладный воздух, проникавший через приоткрытое окно, помогал собраться с мыслями. Она смотрела на мелькающие за окном огни города — жёлтые, красные, синие — и чувствовала, как внутри что‑то успокаивается. Рядом смеялись Олеся и Дима, перебрасываясь шутками, а она просто слушала их голоса, позволяя себе расслабиться.

Когда машина подъехала к дому Димы, Олеся повернулась к Анжеле и заговорщицки подмигнула:

— Женщина! Просыпайся! Мы на месте!

* * *

Как только они зашли в квартиру, у Олеси зазвонил телефон. Она вытащила его из кармана и произнесла вслух:

— Любимый...

Ответив на вызов, Олеся, не прерывая разговора, скинула ботинки и направилась в гостиную, аккуратно прикрыв за собой дверь. Её голос ещё доносился из‑за двери... мягкий, извиняющийся, полный объяснений и коротких смешков.

Дима забрал у Анжелы букет, мягко улыбаясь:

— Давай сюда. Найду для них вазу... И пальто давай.

Его движения были плавными, почти бережными. Анжела кивнула, позволяя ему помочь. Пальто скользнуло с плеч, и она вдруг ощутила, как усталость и хмель смешались в странном, волнующем коктейле.

— Мне нужно умыться, — тихо сказала она и быстрым шагом направилась в ванную.

Закрыв за собой дверь, Анжела включила воду и посмотрела на себя в зеркало. Лицо раскраснелось, глаза блестели... Она засунула руки под прохладную струю, затем приложила влажные ладони к пылающим щекам. Лёгкими движениями подтёрла под глазами слегка расползшийся макияж, поправила волосы, провела пальцами по бровям и, кивнув своему отражению, выдохнула:

— И как ты здесь оказалась? М?

Она не планировала оказаться здесь, в квартире Димой. И как так вышло, что Олеся смешала все карты? Мысли крутились, будто листья на ветру... то приближаясь, то ускользая.

Лика вышла из ванной и направилась на кухню. На столе уже стояла бутылка шампанского, а Дима что‑то ловко сооружал для закуски: нарезал сыр, раскладывал фрукты, выкладывал орехи в небольшую вазочку. Олеся уже сидела за столом и разговаривала с умной колонкой, заказывая музыку.

Анжела села за стол. Подруга, не глядя на неё, бросила:

— У нас есть час.

Анжела вопросительно уставилась на неё.

Олеся повернулась и, улыбнувшись, пояснила:

— Через час Игорь меня заберёт. Утром у нас какие‑то планы, которые вылетели из башки... нужно успеть до того, как он поедет на работу.

Анжела понуро опустила плечи и тяжело вздохнула.

— Ты же переночуешь тут? — Тут же подхватила Олеся, бросив быстрый взгляд на Диму. — Свободная комната в твоём распоряжении. Так ведь?

Она подняла брови, словно призывая брата поддержать её.

Дима на мгновение замер, слегка повернул голову, а потом произнёс:

— Я не против. — Голос звучал ровно, но в глазах мелькнуло что‑то, что Анжела не смогла сразу расшифровать.

Внутри него всё ликовало, хоть он и старался делать вид, что это его не особо заботит.

Анжела сглотнула, и прикусив губу, взялась за пустой бокал. Пальцы слегка дрожали... то ли от выпитого, то ли от волнения, которое нарастало с каждой секундой.

Из колонки тихо заиграла музыка. Дима поставил на стол блюдо с закусками, взял бутылку и открыл шампанское. Пробка тихо хлопнула. Он разлил напиток по бокалам, и один протянул Анжеле. Их пальцы на мгновение соприкоснулись... лёгкий, почти неуловимый контакт, от которого по спине пробежали мурашки.

— За вечер, который не хочет заканчиваться, — произнесла Олеся, поднимая бокал.

Анжела подняла бокал и улыбнулась. Сначала неуверенно, потом шире, искреннее. Она сделала глоток — шампанское вновь приятно защекотало язык, а тепло от напитка разлилось по телу, немного снимая напряжение.

* * *

Дима пробыл с девушками на кухне не больше пяти минут. Затем, бросив короткий взгляд на Анжелу, сказал, что оставит их и вышел. Его шаги затихли где‑то в глубине квартиры, оставив после себя едва уловимое ощущение незавершённости.

Олеся вздохнула, поправила прядь волос и призналась:

— Совсем забыла, что обещала маме Игоря сопроводить её в больницу. Утром Игорь отвезёт нас к врачу, а потом поедет на работу.

— Что с мамой? — мягко спросила Анжела.

— У неё какие‑то проблемы с грудью, — ответила Олеся, и её голос чуть дрогнул. — Поедем к маммологу.

Анжела понимающе кивнула. В груди защемило. Она вспомнила, как сама когда‑то столкнулась с похожими симптомами. Тогда мир будто сжался до одного диагноза, а сердце замирало при каждом звонке из клиники. К счастью, всё обошлось — опасения оказались напрасными. Но тот страх, тот ледяной ком в горле, она запомнила надолго.

— А помнишь мою тётю? — Тихо добавила Олеся, опустив взгляд. — Она же от рака груди умерла…

Анжела молча кивнула. Слова здесь были лишними.

После небольшой паузы Олеся вдруг подалась вперёд, глаза её загорелись любопытством:

— Слушай, а ты не знаешь, кто этот Алексей, с которым Ксюха ворковала? Она давно его знает?

— Они вместе работали, — пояснила Анжела. — Когда Ксюша была администратором в глазной клинике, а Лёша этот... офтальмологом, кажется.

Олеся вдруг выпучила глаза и подалась ещё ближе:

— А ты, кстати, слышала, кем работает Артём?

— Нет, — призналась Анжела. — Он говорил? Я прослушала?

Олеся зловеще понизила голос:

— Он сказал, что трудится в сфере судебной медицины.

Анжела невольно вздрогнула. Восхищение смешалось с лёгким испугом. Она никогда раньше не общалась с людьми из этой сферы. Представила себе мрачные лаборатории, отчёты, экспертизы… и тут же отогнала эти образы.

— Ничего себе, — только и смогла вымолвить она.

Они продолжали болтать. О пустяках и не очень, смеялись, вспоминали старые истории, пока у Олеси вновь не зазвонил телефон.

— Игорь приехал, ждёт внизу, — вздохнула Олеся, глядя на экран.

Анжела почувствовала, как внутри всё сжалось. Вечер, который только начал обретать какую‑то особую атмосферу, вдруг грозил оборваться. Олеся тоже явно расстроилась.

— Обещаю, — сказала она, вставая, — в ближайшее время мы повторим этот вечер. И уже никакие благоверные не помешают!

Олеся вышла в прихожую и громко крикнула:

— Митя, я ухожу!

Дима появился из соседней комнаты. Анжела тут же отвела взгляд . Он выглядел устало и сонно, был в домашних брюках и с голым торсом. Тем самым торсом, который она невольно пожирала взглядом в прошлый раз: подтянутый, с чёткими линиями мышц, будто высеченный скульптором. Она поспешно уставилась в Лесю, чувствуя, как щёки заливает румянец.

Дима накинул куртку прямо на голое тело.

— Провожу, — коротко бросил он.

Олеся поцеловала Анжелу в щёку:

— Завтра позвоню!

Дима открыл дверь, пропустил сестру вперёд, затем вышел сам. Перед тем как закрыть дверь, бросил короткий взгляд на Анжелу. Она не заметила. Оьвернулась и направилась обратно на кухню.

Оставшись одна, Анжела глубоко вздохнула. В ушах ещё звучали голоса подруг, а в груди — странное, противоречивое чувство: облегчение и одновременно лёгкая тоска. Она подошла к колонке и попросила ту сделать музыку погромче. Зазвучала знакомая мелодия — лёгкая, ритмичная.

Допивая остатки шампанского, Анжела принялась убирать со стола: сложила закуски в холодильник, сполоснула бокал Олеси, и аккуратно поставила вазу с тюльпанами на подоконник. Цветы казались особенно яркими на фоне тёмного окна... солнечно‑жёлтые, жизнерадостные, будто напоминание, что жизнь продолжается.

Подлив в свой бокал остатки игристого, она сжала бокал в руке, чувствуя его прохладную гладь. Мысли крутились, сталкивались, разбегались. Образ Димы... его взгляд, его движения, даже то, как он накинул куртку на голое тело, — никак не выходил из головы.

Анжела, притацовывая под ритм всё ещё звучавшей музыки, взяла свой телефон и позвонила Ксюше. Та ответила почти сразу:

— Анжел, ну ты где пропадаешь? Почему не отвечаешь на сообщения?! — С возмущением в голосе.

— Прости, Ксюш, — рассмеялась Анжела, — я просто не видела. Всё закрутилось, завертелось…

— Да я уже всё узнала, — перебила Ксюша. — И что ты уехала с Олесей, и что сегодня не будешь ночевать дома. Ну и как там? Веселитесь?

— Уже закончили, — грустно улыбнулась Анжела. — А ты как? Всё в порядке? Где ты?

— Я уже дома, — бодро ответила Ксюша. — Уже даже помылась.

— Ну и хорошо. Я спокойна. Потом расскажешь про этого твоего Алексея...

— Там особо рассказывать нечего.

— Я всё равно послушаю. — Хихикнула Лика. — Ла-а-адно... ложись тогда. Отдыхай. И я тоже...

— И тебе сладеньких! — отозвалась Ксюша. — Завтра созвонимся!

Они попрощались, и Анжела хотела было сделать музыку ещё громче, чтобы ритм заполнил всё пространство, чтобы тело снова подчинилось танцу… Но тут же осеклась: за окном уже стояла ночь, город затихал, и нарушать эту тишину было бы неуместно.

Странно, но только сейчас она ощутила долгожданную лёгкость... будто алкоголь в крови перестал убаюкивать и открыл для неё второе дыхание. Энергия бурлила внутри, требуя выхода. Всё так же пританцовывая, она с бокалом в руке направилась в гостиную. Плавно двигая бёдрами, поставила бокал на журнальный столик, задёрнула шторы и перевела взгляд на диван.

Сегодня буду спать здесь. Хозяйскую спальню больше занимать не стану...

Погрузившись в свои мысли, она не услышала, как открылась и затем закрылась входная дверь. Сбросила на пол диванные подушки, а затем потянулась к шнуркам на спине, стягивавшим вечернюю блузку в виде корсета. Наконец нашла шнурок и потянула за него, развязывая узелок. Но пальцы вдруг стали непослушными, будто потеряли всякую сноровку.

— Твою ж мать! — Тихо, но красочно выругалась Анжела. — Да пошло оно нахер!

Ей стало душно. Она вновь подняла бокал, допила остатки шампанского и с грустью посмотрела на дно, где не осталось ни капли.

— Как же не вовремя… — недовольно произнесла она.

И тут же подпрыгнула от испуга, когда за а спиной раздался голос Димы:

— Что именно не вовремя?

Анжела театрально схватилась за сердце:

— Митя! Боже... нельзя так пугать! У меня чуть инфаркт не случился!

Дима усмехнулся:

— Зато теперь ты выглядишь расслабленно. Впервые с того момента, как я присоединился к вам этим вечером.

— Раз вечер подошёл к концу, — с досадой ответила Анжела, — значит, пора спать.

Дима сделал шаг вперёд:

— Собираешься спать здесь, в гостиной?

— Ну да, — кивнула она. — Хозяйскую спальню больше не займу.

— Я был бы не против, — мягко произнёс Дима.

Но Анжела лишь покачала головой и строго посмотрела на него. Взгляд невольно упал на его полуобнажённое тело... мышцы чётко проступали под кожей, линия плеч была ровной и сильной. Она сглотнула и сказала:

— Не расхаживай голым. У тебя гости, между прочим.

Дима лишь улыбнулся:

— Может, тебе нужна моя помощь?

— С чем? — настороженно спросила Анжела.

Он кивнул, указывая на её блузу:

— Со шнуровкой.

На секунду Лика растерялась. Но вместо смущения, робости или возмущения почувствовала… смелость. Ту самую, что до этого где‑то пряталась, таилась в глубине души, стоило Диме появиться перед ней. Возможно, игристое всё же подействовало? Столько денег было спущено...

Анжеле захотелось проучить его. Она задрала голову и сделала шаг навстречу. Дима явно не ожидал этого... отступил на шаг. На крошечный шаг...

Анжела с вызовом посмотрела на него, подошла ещё ближе и указательным пальцем ткнула его в грудь:

— Ты маленький наглец. Знаешь об этом? Бессовестный и бесстыдный! Почему ты так вырос, м? И почему смотришь на меня так?!

Дима слегка опешил. Смотрел на неё сверху вниз, переводил взгляд с её глаз на губы, а затем на тоненький пальчик, который всё ещё толкался в его грудь.

— Как я на тебя смотрю? — спросил он тихо.

— Ты знаешь как! — отрезала она. — Зачем ты это делаешь? Чего.— Тык. — Ты. — Тык. — Добиваешься?

Он улыбнулся... едва заметно, краешком губ. Ему очень нравилась вот такая Анжела: гордая, дерзкая, смешная. Именно такой он её помнил: живой, настоящей, не боящейся показать свои эмоции.

— Ты стоишь слишком близко, — произнёс он, но в голосе не было намерения отстраниться.

Её палец перестал «долбить» по мускулистой груди. Замер, вжимаясь в грудную клетку, а потом медленно заскользил вниз. Анжела даже не сразу заметила, что делает.

Дима напрягся... пресс моментально затвердел: каждый кубик, каждая мышца. Воздух между ними сгустился, стал почти осязаемым. В комнате повисло напряжение... опасное, хрупкое, как тонкий лёд над глубокой водой. Казалось, ещё мгновение, и лёд треснет. И с этим уже ничего нельзя будет сделать...