Глава 5

К мужскому общежитию я направлялась с таким видом, словно каждый вечер после ужина ходила туда заключать кровные клятвы с тёмными магами.

Люми притихла в моих волосах, зато я всю дорогу объясняла самой себе, что вовсе не передумала. Между моим недавним категоричным отказом и нынешним решением появились новые обстоятельства в виде нескольких сундуков с приданым и перспективы после конференции отправиться в Риверт-холл, откуда я вполне могла уже никогда не вернуться. Следовательно, я просто скорректировала решение после получения новых исходных данных.

Да, звучало очень убедительно!

По крайней мере, ровно до момента, пока один из самолётиков «Сплетника», пролетающий мимо, ни задел меня крылом по плечу и, потеряв высоту, свалился на дорожку. Я хотела проигнорировать. Честно хотела. Но крупный заголовок уже успел попасться на глаза:

«От ненависти до любви — один вызов! Асель Рэнетт бросила вызов тёмному магу Кайрену Эрбису, а тот в ответ позвал её на свидание. Странные предпочтения или случайная история любви? Сплетник наблюдает».

Я невольно замедлилась.

— Вот видишь, Люми, — сообщила я фамильяру, складывая лист обратно. — Поэтому с тёмными магами лучше вообще не связываться.

Люми шевельнула крылышками.

И в этот момент я вспомнила, куда именно и к кому шла.

Благо, до мужского общежития я так и не дошла.

Дамиан ждал меня на полпути возле фонаря, небрежно прислонившись плечом к каменной опоре. Над его головой сидел Нокс, и одного взгляда на сокола хватило, чтобы понять, откуда тёмный маг узнал о моём приближении.

— Я не передумала, — предупредила сходу. — Обстоятельства изменились.

Синие глаза насмешливо блеснули. Вальтеру определённо было что мне на это ответить. Но в итоге он ничего не сказал. Я же с трудом подавила желание немедленно изменить эти обстоятельства ещё раз и молча уйти.

— Клятва, — напомнила вместо этого. — Ты сам её предложил.

Дамиан перестал самодовольно улыбаться и достал из внутреннего кармана небольшой чёрный футляр.

— Значит, согласна? — уточнил.

— Если меня устроят условия, — кивнула я.

Внутри футляра лежали серебряная игла и две соединённые цепочкой пластины из тёмного металла, покрытые старой договорной вязью. Я потребовала одну и внимательно прочитала руны.

— Это нужно изменить, — указала.

— Что именно? — нахмурился Дамиан.

— Я обязуюсь помочь найти источник, прочитать, перевести и при необходимости восстановить формулу. Но не применять её и не участвовать в ваших испытаниях, — пояснила я.

— Хорошо, — согласился тёмный.

Несколько рун под пальцами Дамиана вспыхнули и перестроились. Следом я уточнила условие о тайне: молчать должна была только о формуле, её местонахождении и намерении команды использовать запрещённое знание, а не обо всём, что каким-либо образом касалось нашей сделки.

С собственной частью мы разобрались быстро. Зато формулировка обязательства Дамиана мне категорически не понравилась.

— «Оказать содействие в прекращении помолвки»? — округлила глаза, помолчала секунду и вынесла вердиктом: — Нет.

— Почему? — озадачился Дамиан.

— Потому что мне нужен результат, а не содействие. Кассиан Риверт должен по собственной воле отказаться от брака со мной и освободить семью Кроу от обязательства. Без магического принуждения и без ущерба моей репутации, дедушке и имени моего отца, — озвучила каждый из пунктов.

Четверокурсник несколько мгновений смотрел на меня, потом молча изменил вязь. Я перечитала договор ещё трижды. Не потому, что могла забыть содержание после первого раза, а потому, что кровная клятва относилась к тем редким случаям, когда излишняя предусмотрительность считалась здравым смыслом и могла стоить жизни.

— Теперь согласна.

Дамиан первым проколол палец. Капля крови упала на пластину, заставив руны вспыхнуть багровым. Я взяла иглу и на мгновение замерла.

Ещё сегодня утром я была примерной студенткой, которая за три года ни разу не попадала к дисциплинарному комитету. Теперь собиралась добровольно связать себя кровной клятвой с тёмным магом ради запрещённой формулы. Со мной определённо что-то было не так.

Но я всё же уколола палец.

Стоило крови коснуться металла, как обе пластины вспыхнули одновременно. По цепочке пробежал багровый свет, от ладони к запястью скользнула горячая нить магии. Она задержалась на несколько мгновений, словно проверяя каждое принятое нами условие, после чего исчезла.

На внутренней стороне запястья остался маленький тёмный знак.

Такой же появился у Дамиана.

— Всё, — произнёс он. — Клятва принята.

Я опустила рукав, закрывая метку.

— Пошли, — велела следом.

Дамиан удивлённо вскинул брови.

— Куда? — уставился на меня непонимающе.

— За формулой, — махнула ладонью в нужную сторону.

— Сейчас? — ещё больше удивился студент.

— А чего ждать? — не поняла уже я.

Вот теперь Вальтер смотрел на меня так, словно не ожидал подобной прыти даже после моего возвращения.

— Я думал, сначала выясним, как попасть в закрытые фонды, — проговорил настороженно, продолжая пристально разглядывать меня.

— Я знаю, как туда попасть, — едва не закатила глаза. — К тому же дедушка сейчас занят моим доставленным приданым, подарками Ривертов и подготовкой к приезду Кассиана. Если и стоит идти, то лучшего момента, чем сейчас, у нас не будет. Вечером он обязательно отправится на обход, и у нас не останется ни шанса, — пояснила.

Упоминание приданого заставило Дамиана нахмуриться.

— Так вот какие обстоятельства изменились? — догадался маг.

Я вспомнила сундуки в гостиной и Риверт-холл, в котором мне уже почти подготовили новую жизнь без моего участия.

— Неважно, — как вспомнила, так и заставила себя больше не думать об этом. — Лучше скажи, где именно, по вашему мнению, находится формула.

— У нас есть ссылка на старый источник, — отозвался Дамиан. — Предположительно древнеэльтарский трактат из закрытого фонда.

— Тогда расскажешь по дороге, — решительно направилась в сторону библиотеки.

Да, ещё меньше часа назад я уверяла его, что никогда не соглашусь участвовать в этой истории. Теперь сама торопила тёмного мага, чтобы успеть добраться до запрещённого трактата раньше собственного дедушки.

Что поделать, нелегки и многогранны будни студентов академии «Талисман»…

Мы свернули с главной аллеи к библиотечному крылу, и только тогда я решила, что пришло время задать вопрос, который, пожалуй, следовало задать ещё до того, как я связала себя кровной клятвой с тёмным магом. Впрочем, если рассуждать строго логически, задать его стоило ещё до того, как я вообще отправилась искать Дамиана Вальтера. Но сегодняшний вечер явно складывался не в пользу строгой логики.

— Итак, — произнесла я, шагая рядом с ним, — что именно мы ищем?

Дамиан повернул голову.

— Я думал, ты спросишь раньше.

— Сначала мне пришлось выяснить, не собираешься ли ты обмануть меня при помощи кровной клятвы, потом исправить формулировки, которыми ты пытался связать меня по рукам и ногам, а после объяснить, почему откладывать поиски до завтра нельзя. Как видишь, вечер и без того получился более чем насыщенным, — съехидничала в сердцах.

— Ты исправила всего три руны, — опроверг моё мнение Дамиан.

— Три очень важные руны, — осталась при своём я. — Так что мы ищем?

На этот раз он ответил без привычной усмешки:

— Старый труд по резонансному усилению магических потоков. Полного названия мы не знаем. Автор — Кайрен Торвейн.

Я невольно замедлила шаг.

— Торвейн? — изумилась.

— Знакомая фамилия? — оживился четверокурсник.

— Более чем, — кивнула. — Однажды мне уже довелось помогать кое-кому получить сведения о последних исследованиях Торвейна. Только не Кайрена, а его потомка — Элиана.

Называть имя талантливой студентки факультета артефакторики Теи Талвин я, разумеется, не стала. В тот момент ей срочно понадобились материалы из закрытого архива, а её куратор — магистр Вальмон, который мог дать официальный допуск, находился в Приграничье, но ждать его возвращения она категорически не собиралась, поскольку обстоятельства не позволяли. И если подумать об этом, моя нынешняя ситуация начинала приобретать неприятно знакомые очертания.

К счастью, развивать данную тему Дамиан не стал. Зато вспомнил:

— Кайрен Торвейн приходится Элиану прапрадедом. Жил примерно за двести лет до него и занимался взаимодействием заклинаний с естественными магическими потоками, — поделился информацией.

— Где вы нашли упоминание о его работе? — заинтересовалась я.

— В одном из исследований по резонансным структурам, — ответил Вальтер. — Там несколько отсылок на Торвейна с упоминаниями о пределах резонансного усиления и сопряжении магических потоков.

Сочетание слов показалось знакомым. Возможно, нужная карточка попадалась мне на глаза как раз тогда, когда я помогала Тее разбираться с материалами по Элиану Торвейну. К слову, именно благодаря Талвин я знала, что кольцо лорда-командора Риверта, которое он присылал мне аж пять раз, являлось не просто кольцом, а очень могущественным артефактом, надев который лишь раз, уже не снимешь просто так. В своё время она познала это на собственном опыте, когда пыталась снять приворот с одного выдающегося выпускника боевого факультета, который не только признался ей в своих чувствах под воздействием чар, но и надел похожее родовое кольцо (прим. автора: историю Теи Талвин вы найдёте в книге «Опасная практика, или Как отворожить боевого мага»). В тот раз я просмотрела столько записей, связанных с родом Торвейна, помогая ей в её спасательной миссии, что вполне могла запомнить и его предка.

— Примерный период? — невольно замедлилась.

Дамиан назвал годы и к тому моменту, когда мы поднялись по ступеням библиотеки, в моей памяти уже сложилась нужная каталожная запись.

— Кажется, я знаю, где искать, — озвучила и для него.

— Ты вспомнила книгу, которую видела несколько месяцев назад и которая тогда тебе вообще не была нужна? — удивился тёмный маг.

— Разве не из-за моих способностей ты и пришёл ко мне, Вальтер? — посмотрела на него не менее удивлённо.

— Верно, — согласился Дамиан. — Но временами всё равно впечатляет.

Я предпочла не обращать внимания на неожиданно прозвучавший комплимент и толкнула дверь библиотеки. Точнее, очень постаралась не обращать, потому что внутри отчего-то стало непривычно тепло. Меня и раньше хвалили за память, преподаватели вообще делали это регулярно, так что ничего особенного в словах Вальтера не было. Вот только почему-то именно его «впечатляет» ещё несколько секунд продолжало звучать в голове.

Я решительно выкинула оттуда эту глупость и вошла в библиотеку.

Главный читальный зал оказался почти пуст. Большинство студентов уже разошлись ужинать или готовиться к завтрашним мероприятиям, и лишь несколько особенно усердных первокурсников сидели за дальними столами. На одном из столов среди учебников лежал развёрнутый свежий выпуск «Сплетника», над которым вполголоса хихикали две девушки. Проходя мимо, я невольно выхватила взглядом заголовок:

«Неожиданный дуэт! Лисса Доерти заставила Ронана Макграта заниматься алхимией прямо посреди вечеринки! Последовавший за этим танец явно не входил в программу обучения, хотя как знать».

Похоже, конференция ещё толком не началась, а некоторым уже удалось совместить научную деятельность с личной жизнью.

Мы с Дамианом пока совмещали её исключительно с преступной.

На этом фоне танцы выглядели почти разумно…

Я быстро пересекла зал и направилась к старому каталогу, занимающему несколько высоких шкафов возле справочного стола. Современные издания давно внесли в поисковые кристаллы, однако древние фонды дедушка категорически отказывался доверять исключительно магии. Поэтому рядом с новыми системами по-прежнему стояли сотни узких деревянных ящичков с карточками, и сейчас я была ему за это почти благодарна. Почти — потому что вряд ли дедушка одобрил бы причину моего интереса к ним.

Я выдвинула нужный ящик и быстро перебрала карточки.

— Вот.

Дамиан встал рядом и заглянул мне через плечо. На пожелтевшей карточке выцветшими чернилами значилось имя Кайрена Торвейна, а ниже — «О пределах резонансного усиления и сопряжении магических потоков».

Удовлетворение от находки продержалось недолго. Возле шифра хранения стояла красная руна ограниченного доступа, а ниже — ссылка на решение Королевской комиссии по магической безопасности.

— Закрытый фонд, — пробормотала я.

— Это проблема? — отозвался Вальтер.

Я посмотрела на него.

— Для нормального человека — да, — не стала скрывать.

— А для тебя? — правильно расценил он.

— Для меня тоже, если я хочу и дальше оставаться любимой внучкой главного библиотекаря, — выдохнула с шумом.

— Формула запрещена, — перевёл взгляд на красную руну Дамиан. — И мы знали, что источник окажется в закрытом фонде, — напомнил.

— Да, — не стала спорить. — Но я хочу знать, почему она запрещена настолько, что возле трактата стоит отметка второй категории.

До этого момента запрет оставался для меня скорее абстрактным понятием. Достаточно серьёзным, чтобы вчера я отказалась даже обсуждать участие во всей этой затее, но всё-таки абстрактным. Теперь же передо мной находилась отметка, которой снабжали материалы, представляющие непосредственную опасность при практическом применении.

— Что именно делает формула? — положила карточку на стол.

— Усиливает магический резонанс, — не сказал ничего нового Дамиан.

— Это я уже поняла из названия, — нахмурилась я. — Подробнее, пожалуйста.

Дамиан опёрся ладонью о край шкафа и едва уловимо поморщился. Сознаваться во всех тонкостях ему явно не хотелось, но и выбора я ему не оставила, так что, немного посомневавшись, тёмный всё же озвучил:

— Обычное заклинание получает определённый объём силы, выполняет задачу и рассеивается. Формула Торвейна заставляет высвобождённую энергию входить в резонанс с окружающим магическим полем. Первый импульс усиливает следующий, тот запускает новый, и при правильном расчёте мощность заклинания возрастает в несколько раз без необходимости постоянно подпитывать его собственной силой.

Звучало одновременно гениально и очень плохо.

— А при неправильном расчёте? — помрачнела я.

— Резонанс продолжает нарастать, — ответил Дамиан.

— До какого предела? — уточнила я ещё более мрачно.

Он помолчал. А мне моментально не понравилась эта пауза.

— Естественного предела у него нет? — догадалась и сама.

Дамиан ещё более неохотно, чем до этого выдал признание, но кивнул. Я же медленно положила ладонь на карточку.

— То есть заклинание начинает усиливать само себя? — добавила.

— В упрощённом виде, — поправил четверокурсник.

— За счёт чего? — выгнула бровь.

— Всего, с чем успевает войти в резонанс. Магического фона, действующих чар, артефактов, природных источников, — отозвался Вальтер.

Теперь красная руна на карточке казалась совершенно оправданной.

— И вы собираетесь использовать это в своём защитном контуре, — продолжила я совсем мрачно. — В том самом контуре, который при попытке увеличить площадь уже разнёс вам лабораторию.

— Пострадали только две стены, — парировал Дамиан.

— Ах, всего две, — скривилась я, не скрывая язвительности в голосе. — Ну, тогда я совершенно спокойна.

Люми в моих волосах шевельнула крылышками, и я не сомневалась, что фамильяр полностью разделяет моё мнение о происходящем.

— Вот только почему-то же Королевская комиссия эту формулу запретила, — добавила, не удержавшись.

Дамиан тяжело выдохнул. Ещё немного помолчал.

— Элмар. Из-за него, — произнёс коротко.

Каюсь, я не сразу поняла.

А когда поняла, очень захотелось, чтобы ошиблась!

— Остров Элмар? — переспросила.

— Он самый, — подтвердил Дамиан.

Историю Элмара преподавали ещё на первом курсе в разделе крупнейших магических катастроф. Несколько столетий назад островные маги во время военного конфликта попытались усилить защитный купол. Первые расчёты оказались успешными, затем резонанс вышел из-под контроля и начал втягивать в себя магию окружающего пространства, пока не добрался до природных источников самого острова.

Через несколько часов Элмара не стало.

От него осталась только цепь рифов посреди моря.

— Значит, вы хотите усилить свой защитный контур формулой, которая однажды утопила целый остров, — очень медленно выдохнула я.

— Если формулировать максимально драматично, — не стал скрывать, пожав плечом, Вальтер.

— Дамиан, остров ушёл под воду, — напомнила. — Мне очень интересно услышать недраматичную формулировку, если она у тебя есть.

— Мы знаем, почему возникла цепная реакция. У них не было ограничителя обратного резонанса, — криво усмехнулся тёмный. — У нас есть.

Впервые за последнюю минуту мне стало легче дышать.

— И вы его проверяли? — уточнила.

— Отдельно — да, — кивнул Вальтер.

— Но ведь это не то же самое, что вместе с формулой?

— Чтобы проверить его вместе с формулой, сначала нужно получить формулу, — заметил он встречно.

Я посмотрела на красную руну и невольно подумала, что пустое место на нужной полке могло бы оказаться самым благоприятным исходом этого вечера. Правда, кровная клятва на запястье неприятно напомнила, что этап, на котором я могла просто развернуться и уйти, уже закончился.

И, раз уж так…

— Жди здесь, — сказала я, возвращая карточку в ящик.

— Где? — непонимающе уставился на меня четверокурсник.

— В общем зале, — указала в нужном направлении.

Дамиан выпрямился. И тихо, но твёрдо заявил:

— Нет.

Можно подумать, с моей стороны это было предложением!

Но ведь нет. То и озвучила:

— Это не предложение, — отвернулась.

Углубляться в полемику и дальше я не стала, свернула за справочный стол, открыла служебную дверь и начала спускаться по узкой лестнице.

Через несколько секунд за спиной раздались шаги. Пришлось останавливаться.

— Почему ты идёшь за мной? — обернулась.

— Потому что нужная нам книга там, куда же ещё мне идти? — как ни в чём не бывало сообщил Дамиан.

— Если меня обнаружат в закрытой секции, я смогу объяснить своё присутствие, потому что я внучка главного библиотекаря и иногда помогаю с фондами, имею служебный доступ. Но если там обнаружат нас обоих, особенно тебя, объяснение станет значительно сложнее, — пришлось пояснять мне для одного особо упёртого тёмного мага.

Но тёмный маг упёрся и тогда:

— Значит, нас не обнаружат, — только и сказал.

— Очень надёжный план, — вздохнула уныло.

— Меня всё устраивает, — пожал он плечом.

Я несколько секунд смотрела на него, после чего сдалась и продолжила спуск. Кровная клятва не предусматривала возможности обязать моего напарника по сговору хотя бы иногда проявлять здравый смысл, и теперь я начинала считать это серьёзным упущением, но ничего поделать с этим уже не могла.

Внизу я приложила ладонь к пропускной пластине. Руны узнали меня и погасли одна за другой. Дедушка когда-то разрешил мне работать со старыми каталогами и помогать с частью фондов, поэтому библиотечная система пропускала меня дальше первого барьера.

За дверью начиналась закрытая секция.

Здесь было заметно прохладнее. Высокие стеллажи уходили почти до потолка, между ними горели редкие магические огни, а воздух пах старой бумагой, пылью и специальным составом, которым обрабатывали особенно древние переплёты.

Мы успели пройти два ряда, когда впереди послышались шаги.

Я остановилась так резко, что Дамиан едва не налетел на меня.

— Что? — посмотрел на меня.

— Тихо, — тут же пригрозила ему я.

Шаги приближались. Немного погодя и вовсе раздалось негромкое ворчание, а я узнала этот голос раньше, чем увидела его обладателя.

Магистр Тирн!

Очевидно, в этом лунном цикле мне всё-таки жутко не везло, ведь из всех преподавателей Академии в закрытой секции оказаться именно тот, кто прекрасно знал меня в лицо и наверняка заинтересовался бы, почему рядом со мной прогуливается тёмный маг с четвёртого курса.

Полнейшее попадалово, в общем!

Особенно в свете того, что до поворота было слишком далеко, дверь осталась позади, а спрятаться между стеллажами было негде.

— Назад, — прошептала я, быстро оглядываясь.

— Не успеем, — тоже оценил обстановку Дамиан.

Дальше ничего пояснять он не стал, зато схватил меня за руку и потянул к узкой нише между выступом стены и старым шкафом. Я едва успела переступить эту незримую границу, как он шагнул следом, а вокруг нас разлилась Тьма. Она скользнула по камню густой дымкой, затягивая вход в нишу и сливаясь с тенями между стеллажами.

Мы спасены!

Или не совсем, потому что только после этого я обнаружила вторую проблему. Ниша была рассчитана на одного человека. Причём очень стройного. То есть — максимум такого, как я. Чего не скажешь о высоком, обладающем исключительной шириной плеч Вальтере.

— Дамиан… — попыталась сдвинуться.

Но и только.

— Тихо, — прижал меня спиной к холодной стене он.

Таким образом Дамиан закрыл меня собой почти полностью. Одна его ладонь легла мне на талию, удерживая внутри границы заклинания, вторая упёрлась в камень возле моей головы.

И откуда только взялось выражение «В тесноте, да не в обиде?»

Абсолютная чушь!

И я даже честно собиралась объяснить Дамиану, что скрывающее заклинание можно было организовать с несколько большим уважением к моему личному пространству, но из-за стеллажа появился магистр Тирн.

Пришлось замереть.

Он шёл медленно, просматривая корешки, и, словно происходящего было недостаточно, остановился практически напротив нашей ниши.

Дамиан чуть сильнее прижал меня к себе. Тогда же, ко всему прочему, внезапно выяснилось, что сосредоточиться на магистре Тирне в таком положении было значительно сложнее, чем мне хотелось бы. Очень уж отчётливо я ощущала ладонь Дамиана на моей талии, как и исходящее от него тепло тела, особенно заметное на фоне прохлады закрытого фонда. От Вальтера пахло вечерним воздухом и чем-то едва уловимо горьким, что в моей голове почему-то моментально связалось с его тёмной силой. Моя ладонь и вовсе каким-то образом оказалась у него на груди, а под пальцами почувствовалось сердцебиение.

Не такое спокойное, как я ожидала.

Зато сильное и гулкое. Такое, которое вдруг захотелось слушать и слушать, не только продолжать ощущать.

Именно из-за последнего я осторожно подняла взгляд и обнаружила, что с такого расстояния его синие глаза казались темнее обычного. Между нашими лицами оставалось совсем немного, и моё собственное сердце совершенно неуместно тоже ускорилось.

Это было нелепо!

Нас могли поймать при попытке добраться до запрещённого трактата в закрытом фонде. Именно об этом мне следовало думать, а вовсе не о том, что у Дамиана Вальтера оказались очень тёплые ладони.

Я попыталась чуть отодвинуться.

Его пальцы на моей талии сразу сжались.

— Не двигайся, — едва слышно прошептал тёмный маг.

— Ты не мог оставить хотя бы немного места? — сердито отозвалась я.

— Если хочешь, чтобы Тирн увидел твою ногу, — вернул он мне.

Я мгновенно перестала двигаться. Магистр тем временем вытащил книгу и принялся листать её, так и оставаясь буквально в нескольких шагах от нас.

Теперь у меня появилось достаточно времени, чтобы в мельчайших подробностях осознать наше положение, чего мне совершенно не хотелось!

Дамиан едва заметно шевельнул пальцами, поддерживая заклинание, и это движение почему-то отозвалось покалывающей горячей волной даже сквозь ткань платья. Я поспешно сосредоточилась на книге в руках Тирна, на стеллаже за его спиной, на узоре каменного пола — на чём угодно, только не на тёмном маге, который прижимал меня к стене.

И как же неимоверно сложно это оказалось!

Наконец магистр захлопнул том, вернул его на место и продолжил путь. Шаги постепенно стихли. Тьма рассеялась. А Дамиан почему-то не сразу убрал руку с моей талии. Всего на несколько мгновений задержал пальцы, но этого оказалось достаточно, чтобы я снова слишком отчётливо почувствовала их тепло даже сквозь ткань платья. Когда он всё-таки отступил, стало неожиданно прохладно.

А ведь до этого момента я считала, что более неловко быть не может!

Что за совершенно нелепое ощущение, будто вместе с Дамианом от меня отодвинулось что-то, к чему я успела привыкнуть за те несколько минут, пока мы прятались?

Совершенная глупость!

Просто в закрытом фонде было холодно, а Вальтер оказался большим и тёплым. Исключительно физическое явление, не заслуживающее дальнейшего анализа.

Поэтому анализировать я не стала.

— Твоё скрывающее заклинание требует доработки, — проворчала, первой выскальзывая из ниши.

— Почему? — недоумённо посмотрел на меня Дамиан.

— Слишком маленький радиус, — сказала, как есть.

Четверокурсник окинул оценивающим взглядом нишу.

— По-моему, радиуса хватило, — подвёл итог.

— Тебе хватило, — поправила его я.

— Тебе, насколько я заметил, тоже, — не согласился.

Я одарила его самым уничтожающим взглядом, на который только была способна, и поправила волосы. Люми немедленно выбралась из них и возмущённо затрепетала крылышками возле моего лица.

— Вот. Люми тоже считает, что заклинание было рассчитано плохо.

— Уверен, именно это она и пытается сказать, — деланно серьёзно покивал Вальтер, почему-то не поверив мне.

Я решила, что продолжать разговор опасно для моего душевного равновесия, и направилась дальше. До нужного ряда оставалось совсем немного. Шифр хранения я, разумеется, помнила превосходно: нижний уровень, седьмой сектор, четырнадцатый шкаф, третья полка. Мы дошли до места, я пробежала глазами по корешкам и протянула руку.

Пальцы коснулись… пустоты!

Я нахмурилась. Проверила номер шкафа, затем полку. Всё совпадало. Соседние книги стояли именно в том порядке, который был указан в каталоге, а между двумя толстыми томами оставалось узкое пустое место.

— Нет, — пробормотала я.

— Что? — подошёл ближе Дамиан.

— Книги здесь нет, — была вынуждена я признать.

— Уверена, что это нужная полка?

Я медленно повернула голову. Если бы я умела убивать взглядом, от Дамиана не осталось бы и мокрого места, только пустота.

— Прости, забыл, кому задаю этот вопрос, — поднял ладони в примирительной капитуляции тёмный.

Кивнула, принимая извинения. И на всякий случай ещё раз проверила соседние полки, а также секцию временного размещения. Не потому, что вдруг засомневалась в своей памяти, а потому, что даже в закрытых фондах встречались люди, способные поставить книгу на двадцать сантиметров левее положенного места и тем самым обеспечить дедушке несколько дополнительных седых волос.

Трактата не было.

— Значит, кто-то его взял? — предположил Дамиан.

— Из специального хранилища книги просто так не берут. Любое перемещение фиксируется, — шумно выдохнула я.

И это значило только одно.

— Возвращаемся, — заключила.

Обратно мы, к счастью, добрались без новых встреч с магистром Тирном. Я вернулась к служебной части каталога и открыла отдельный ящик, защищённый небольшой контрольной руной. Здесь хранились записи о перемещении книг из закрытых фондов: выдаче для исследований, реставрации, экспертной работе и временном изъятии.

Карточка Торвейна нашлась быстро.

Я пробежалась по записям и замерла.

— Так что, я прав? — раздалось совсем рядом, и Дамиан тоже склонился над карточкой.

Его плечо оказалось возле моего, а знакомый горьковатый запах снова напомнил о тесной нише, ладони на моей талии и сильном сердцебиении под пальцами. Воспоминание вспыхнуло настолько некстати, что я поспешно сосредоточилась на строчках перед собой. Вот только абсолютная память, которой я обычно так гордилась, внезапно показала себя с крайне неудобной стороны. Некоторые вещи она тоже сохраняла без моего разрешения.

— Прав, — признала я, старательно глядя только на карточку.

Трактат действительно выдали из специального хранилища, причём совсем недавно. Рядом с датой стояла печать Академии и имя получателя.

И вот здесь происходящее окончательно приобрело какой-то особенно издевательский оттенок!

Какое-то время назад Тея Талвин пришла ко мне за помощью именно потому, что магистра Вальмона не было в Академии и без его разрешения она не могла получить нужные ей закрытые материалы по Элиану Торвейну.

Теперь мне понадобился труд его предка.

И кто забрал его из библиотеки?

— Магистр Вальмон, — обречённо произнесла я уже вслух.

На несколько секунд повисла тишина. Я ещё раз посмотрела на карточку. Вальмон обладал официальным доступом к материалам такого уровня, а значит, книга могла находиться у него в кабинете, лаборатории или вообще быть задействована в какой-нибудь исследовательской работе. В любом случае прийти к магистру и вежливо попросить запрещённый трактат для небольшой студенческой авантюры мы не могли.

— Плохо, — добавила я.

— Почему? — нахмурился Дамиан.

Очевидно, с магистром Вальмоном он непосредственно знаком не был.

В отличие от меня.

— Потому что если книга у магистра Вальмона, просто так мы эту книгу уже не получим, — признала со вздохом.

Вальтер посмотрел на запись, затем на меня, да с такой невозмутимостью, словно речь шла об учебнике, который кто-то забыл вернуть в читальный зал. Примерно то и обозначил:

— Если не можем получить, значит заберём.

Каюсь, до меня не сразу дошла вся полнота прозвучавшего предложения.

— Что значит «заберём»? — растерянно моргнула.

Тёмный маг коварно усмехнулся.

— Ты же сама сказала, что не хочешь откладывать исполнение нашей кровной клятвы. Вот и не будем. Пойдём и заберём книгу, где бы она ни была.