Глава 16

Роман

Я стоял на белоснежной палубе арендованной яхты, методично перебирая и укладывая швартовый конец, пока солнце нещадно палило спину.

В голове до сих пор крутились обрывки прошедшей ночи. Вкус её губ, её горячая кожа, то, как она выгибалась подо мной, выкрикивая мое имя. Я чувствовал себя так, словно после долгих лет блужданий по выжженной пустыне наконец-то сделал первый глоток ледяной воды. Она моя. Сдалась, сломалась, впустила обратно. Теперь дело оставалось за малым: вернуться в Москву и сбросить весь этот глянцевый балласт, который на нее навешали.

Включая того самого балласта, который прямо сейчас стоял рядом со мной и испытывал мои барабанные перепонки на прочность.

— …и я ему говорю: бро, этот бит просто не качает! Нужен жирный басс, чтобы прям сабвуферы рвало! — вещал Тони, активно размахивая руками, отчего его золотые цепи звенели, как бубенцы на корове. — А он мне затирает про какую-то мелодику. Какая мелодика, Ромыч? Мы же делаем стиль! Мы делаем грязь! Согласен?

Я медленно поднял на него глаза, не переставая наматывать трос на локоть.

Слушая его, я всерьез задавался одним-единственным вопросом: он реально такой тупой, или ему за этот образ приплачивают? В его голове хоть одна мысль задерживается дольше трех секунд?

Ни одной нормальной темы, которую можно было бы с ним поддержать. Ни бизнеса, ни спорта, ни банальной логики. Только «вайбы», «флекс» и «биты». И вот за это моя Кира собиралась замуж? Да я бы на её месте через неделю в окно вышел от таких бесед.

— Угу. Грязь, — кивнул я, поддакивая ему с абсолютно непроницаемым лицом, хотя внутри всё кипело от желания выкинуть этого рэпера за борт. Я правда пытался вслушиваться, но это было, блять, просто невозможно.

В этот момент краем глаза я заметил, как по пирсу к нашей яхте цокает каблуками Анжелика. В огромных очках, с пляжной сумкой и лицом таким серьезным, словно она шла на защиту докторской диссертации.

Слава богу. Отличный повод.

— Тони, оставь нас, — бросил я, не меняя тона. — Иди проверь там… запасы льда в баре. Нам с Ликой нужно переговорить.

— Базару ноль, Ромыч! Оставляю вас ворковать, — Тони подмигнул мне, сверкнув винирами, и бодрым шагом ретировался в каюту.

Лика поднялась на борт. Она подошла ко мне, сняла очки и как-то неуверенно переступила с ноги на ногу.

— Привет, — тихо сказала она, присаживаясь на белоснежный кожаный диванчик рядом со мной.

— Привет.

— Где был всю ночь? — её голос дрогнул, пытаясь звучать требовательно, но вышло как-то жалко.

— Рыбачил, — соврал я, не моргнув глазом и даже не отвлекаясь от своего дела. Затягивая последний узел на тросе, я мысленно усмехнулся. Да, рыбалка вышла знатной. Поймал свою золотую рыбку.

Лика тяжело вздохнула, теребя ручки своей сумки.

— Понятно… Слушай, мне нужно кое-что тебе рассказать.

— Слушаю, — я бросил бухту троса на палубу и прислонился поясницей к борту яхты, скрестив руки на груди.

Она подняла на меня глаза, в которых стояла настоящая паника, и выпалила на одном дыхании:

— Я это не планировала, но… я беременна.

Я замер.

Медленно поднял на нее глаза, переваривая услышанное.

Беременна?

В голове тут же щелкнуло. А что, так даже лучше. Это же идеальный расклад. Если эта силиконовая кукла залетела от Тони, значит, помолвке Киры конец. Контракт разлетится к чертям, и мне даже не придется марать руки, чтобы устранить этого клоуна. Они сами себя закопали.

Я не смог сдержать легкой, довольной улыбки.

— Поздравляю.

Лика, явно не ожидавшая такой спокойной реакции, робко улыбнулась в ответ. В её глазах мелькнула надежда.

— Ты… ты рад?

Я чуть нахмурился, сохраняя благодушный вид.

— Ну, дети — это цветы жизни. Сам планирую в будущем их завести. Так что да, я за тебя рад. Искренне.

Ее улыбка мгновенно сползла с лица. Она заморгала, глядя на меня так, словно я заговорил на китайском.

— За меня? Ром, я не понимаю… ты… ты бросаешь меня, что ли?

— В смысле? — я искренне удивился, вскинув брови. — А ты на что рассчитывала? Что я буду чужого ребенка воспитывать, что ли? Ну развлеклись, повеселились в Москве. Беременна — круто. Беги, обрадуй папашу. Ему сейчас как раз контент нужен.

Лика побледнела так резко, что даже слой бронзатора не спас ситуацию. Она вцепилась руками в край дивана и выдавила из себя:

— Это твой ребенок.

Я застыл.

Просто стоял и смотрел на неё пару секунд в абсолютной, звенящей тишине, нарушаемой только криками чаек. Смотрел на её абсолютно серьезное, перепуганное лицо.

А затем меня пробило.

Я откинул голову назад и начал смеяться. Искренне, глубоко, от души. Это было настолько абсурдно, настолько тупо, что у меня даже пресс свело.

— Чего? — выдавил сквозь смех, глядя на её ошарашенную физиономию. — С какой стати он мой?

— Ром, мы же с тобой… — начала она, краснея пятнами.

— Что? — я резко перебил её, веселье как рукой сняло. Я шагнул к ней, нависая сверху, и заговорил жестко, чеканя каждое слово: — Расскажу тебе анатомию, Лика. Чтобы забеременеть, нужно кончить во влагалище. Понимаешь механику процесса? От того, что ты проглотила мою сперму, ты не забеременеешь. Желудок и матка — это разные отделы организма.

Рот девушки приоткрылся. Она выглядела так, словно я только что разрушил всю её картину мира.

— Но мы же с тобой…

— Я трахал тебя в гандоне, — холодно и безжалостно отрезал я, добивая её окончательно. — И то даже не кончал в него. Ты потом дорабатывала ртом и глотала. Всё. На этом наше участие в демографическом процессе закончилось.

Она в ужасе прикрыла рот рукой, судорожно втягивая воздух. До её скудного мозга наконец-то начала доходить суровая реальность.

— Боже… — пропищала она.

— Ага, — кивнул я и, окончательно потеряв интерес к этой драме, выпрямился.

Я окинул её равнодушным взглядом.

— Ты классная, Лик, но слишком…

Я запнулся, пытаясь подобрать слово, чтобы не обидеть её прямо в лоб. Но, блин, в русском языке просто нет такого цензурного слова, которое бы заменило слово «шлюха» в данной ситуации. Поэтому я просто промолчал, а потом продолжил:

— От Тони?

Она молчала, глядя в палубу, и только её плечи мелко подрагивали.

— Да ладно тебе, Лик, — я сунул руки в карманы шорт, лениво пожимая плечами. — Я еще в ресторане на Патриках понял, что ты с ним спишь. Скрыть такое от мужика, который всю жизнь читает язык тела на ринге, нереально. Так что не сюрприз.

Она медленно подняла на меня глаза. По её щекам текли черные ручьи потекшей туши. В её взгляде плескался первобытный, неподдельный ужас.

— Кира… Кира меня убьет, — всхлипнула она, обхватывая себя руками. — Мы же подруги… а я с её женихом…

Услышав это, я снова не выдержал и искренне рассмеялся.

Ах, если бы ты знала, Лика, как сильно «твоя подруга» Кира плевать хотела на этого татуированного идиота. Да она тебе еще бант на шею повяжет и путевку в санаторий оплатит за то, что ты избавила её от этого контракта.

— А вот это навряд ли, — усмехнулся я, отворачиваясь к океану и чувствуя, как внутри всё поет от того, насколько идеально складывается этот пазл. — Не расстраивайся сильно, Лик. Тебе сейчас волноваться нельзя. Иди, порадуй будущего отца. Уверен, он зачитает тебе об этом классный рэп.