ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Вечер обещал быть утомительным и напряженным. И все – из-за одной причины – темноволосой гостьи. Дивина вся извелась, размышляя и представляя, кем та была или есть для Хунгура. Особо важно было в словах: была или есть. Между этими двумя словами легла пропасть, разделявшая на «до» и «после». И, без сомнений, Дивина всем сердцем желала, чтобы Бригитта оказалась тем, что было «до». В дверь постучали – это служанки Дивины пришли помочь госпоже приготовиться к ужину. Они тщательно расчесали ее золотистые волосы, с восторгом рассказывая, как рады за нее, что мужем ее стал Хунгур. – Это ж надо, кто мог подумать, что сложится именно так, – разговорилась Рози, зашнуровывая платье Дивины сзади. – А я сразу приметила, что вы ему понравились, еще тогда, в первый год замужества с Мариусом. – Не надо о Мариусе, – попросила красавица. Воспоминания о нем приносили горькое разочарование. – Мой муж – Хунгур. Настоящий. Последнее слово было произнесено особым тоном, и служанки довольно закивали головами. – Все верно говорите, госпожа, – подхватила Рози. – Ну все, вы готовы. Красавица вы наша! Дивина шагнула вперед, с задумчивой улыбкой оглядывая свое отражение в высоком зеркале – его принесли только утром, специально для нее. То, что она увидела, ей понравилось – платье из черного и зеленого шелка, с расширяющимися книзу рукавами и подолом, выглядело действительно достойно и шло женщине. Оставалась одна деталь. Дивина достала с груди, из-под ткани одеяния, подарок мужа, надетый его руками – кулон с волчьей пастью. Все это время он был на ней. Это было грубое, вероятно, чисто мужское украшение, но оно полюбилось молодой женщине так, что никакие прежние украшения не шли с ним в никакое сравнение. Вскоре, за Дивиной пришел Хунгур – он, как и прежде, ворвался без предупреждения, вновь пугая служанок, но не красавицу – та одарила его теплой улыбкой, взамен получив жаркий взгляд мужа. Мужчина шагнул к Дивине, и притянув ее к себе, прошептал: – Как бы я хотел провести этот вечер лишь с тобой. Она подняла на него глаза – взволнованные, блестящие. – Я тоже хотела бы провести его лишь с тобой, – ответила молодая женщина. – И все же, нам нужно спуститься, – напомнил самому себе воитель. «Мерзкая девчонка. Обольстительная. Хитрая. Заняла место подле великого воина. Очаровала. Заманила молодым телом. Но скоро ты упадешь – столь низко, что не сможешь более быть с ним!» Таковы были мысли одного человека, присутствующего на сегодняшнем ужине. Дивина медленно пережевывала кусочек запеченной оленины, в то время как ее муж, о чем-то приглушенно беседовал с одним из своих приближенных воинов, сидевших поблизости. Она ощущала на себе взгляды. Не только любопытные. Но и холодные и острые. Темные глаза Бригитты, сидевшей за одним столом с Илдико и Бернадетт, нет-нет, да вновь обращали свое внимание на прекрасную молодую женщину. Гостья о чем-то хихикала с теткой Хунгура, а затем снова, с задумчивой улыбкой на ярких губах, разглядывала Дивину. Естественно, такое внимание, вызывало напряжение у молодой женщины. Единственная радость была в том, что Бригитта сидела не за их столом. Дивине, казалось, окажись та слишком близко, то непременно сумеет сказать что-то неприятное. Слуги разлили напитки по кубкам. Раздался шум отодвигающегося стула. – Прошу внимания! – раздался громкий женский голос. Все присутствующие посмотрели на Бригитту. Та, подняв кубок, улыбнулась. Небрежно отбросив темные волосы за спину, женщина продолжила: – Я хочу поднять этот кубок за великого воина, мужчину, дважды спасшего мне жизнь. Мужчину, настоящего мужчину, – она многозначительно, на миг умолкла, улыбаясь соблазнительно, – воина, настоящего лидера, который ведет к успеху! За нашего предводителя! За Хунгура! Раздался одобрительный гул голосов, люди, подхватывая, закричали: – За Хунгура! Поднялся такой ор, что Дивине захотелось заткнуть уши пальцами. Конечно же, она этого не сделала. Женщина посмотрела на мужа – тот, довольно улыбаясь, смотрел на присутствующих. Уловив ее взгляд, Хунгур чуть повернул голову к жене. Его взгляд тут же изменился – запылал, стал магнетическим. Воитель улыбнулся – и Дивина поняла, что эта улыбка была предназначена лишь для нее – многообещающая, чувственная. Молодая женщина вся затрепетала и ощутила, как щеки начало покалывать от нахлынувшего румянца. Заиграла веселая музыка, и женщины, хохоча, пустились в пляс. Дивина с легкой улыбкой наблюдала за их весельем. Тем временем, женщины сцепили пальцы, образовывая хоровод в центре зала. Одна из них, Бернадетт, улыбаясь, подошла к столу, говоря: – Госпожа, Дивина, идемте с нами! Молодая женщина перевела на мужа вопрошающий взгляд – можно ли? Тот размышлял. Тетка улыбнулась шире, произнося: – Владыка, пусть немного повеселится с нами. Хунгур качнул головой вперед, давая Дивине разрешение. Та, робко улыбнувшись ему в ответ, несмело последовала за теткой. Взгляд воителя тут же примагнитился к золотистой головке жены. Вскоре, молодая красавица, уже кружилась в хороводе. Владыка был столь отвлечен на свою жену, что не сразу заметил, как Бригитта, выйдя из-за стола (а она не участвовала в танце), направилась прямо к нему. Мужчина окинул ее стройную фигурку задумчивым взглядом. Он понимал – та неспроста шла к нему. – Ты изменился, – раздался голос Бригитты. Она встала подле Хунгура, прижимаясь спиной к каменной стене. Мужчина посмотрел на темноволосую женщину задумчивым взглядом. – Прошло более пяти лет, много что изменилось, и эти изменения радуют меня, – произнес Хунгур. – Я заметила, – Бригитта бросила холодный взгляд на кружащую в хороводе Дивину, – но меня эти изменения точно не радуют. – Зачем ты приехала? – сощурив глаза, вопросил Хунугр. Темноволосая женщина улыбнулась ему – призывно, маняще. – Я скучала по тебе, Хунгур. Услышав весть, что ты вернулся, я захотела повидать тебя. В прошлый раз я была слишком далеко – на северных землях, в войсках. Но не теперь. Теперь я здесь. Воитель кивнул головой, принимая ее ответ, затем сказал: – Думаю, тебе стоит уехать, Бригитта. Та тот час вспыхнула, сжимая кулаки. Затем, немного остыв, задала вопрос: – Ты прогоняешь меня? – Скажем так, Бригитта, я не настаиваю на том, чтобы ты осталась. А очень советую покинуть Исидар, – холодно произнес Хунгур. – Не вынуждай меня применить силу, чтобы донести до тебя важность моих слов. Воитель зло сверкнул глазами, и темноволосая женщина чуть побледнела – она знала, что он не разбрасывается словами. Бригитта кивнула головой и спешно покинула зал. Хунгур еще некоторое время любовался своей женой, затем, устав удерживать свою разгорающуюся ревность, поднялся на ноги. Музыка тут же остановилась. Как и веселый хоровод. Дивина оглянулась – прямо не нее смотрел ее муж. Его черные глаза поблескивали. Он ждал. Молодая женщина покинула центр зала и поспешила к Хунгуру. Ей хотелось бы верить, что тот не заметит, что она вот-вот расплачется. Ненароком, Дивина заметила, как Хунгур беседовал с Бригиттой. И веселый танец тот час превратился в муку. Однако, нежданная гостья ушла, а воитель стоял и ждал ее, Дивину. Она, отбрасывая печаль и горечь, улыбнулась ему и вложила в его мозолистую ладонь свои пальцы. И тут же, мягкое тепло словно растеклось по ее телу, согревая и сладко волнуя. Мужчина подхватил ее на руки, окидывая жену многообещающим взглядом. Вскоре, они уже были в спальне. Хунгур обнял Дивину за обнаженную спину. Та приглушенно засмеялась, когда его губы, а затем зубы, слегка, коснулись ее шеи. Они лежали, утомленные недавней близостью, однако эта усталость была долгожданная и сладкая. – Каждый раз, когда я возвращаюсь в Исидар, я устраиваю охоту. Поэтому, завтра мы поедем на охоту, моя Дива, – сообщил Хунгур, поглаживая округлое плечо жены. – Мы – это, значит и я тоже? – вопросила женщина. – Я, не хотел бы, оставлять тебя без моего присмотра, поэтому ты поедешь тоже, – мужчина перевернул Дивину на другой бок, лицом к себе. Она была пленительно красивая. Прошедшая любовная ласка сделала ее словно еще прекраснее и желаннее. Ее кожа сияла под мягким светом луны. – Бригитта… кто она? – прошептала Дивина, напрягшись всем телом в ожидании ответа. Хунгур вздохнул – он понимал, что этот разговор должен был произойти – и это было лучше, чем умалчивать. – У нас были с ней некие отношения, свободные. Она – из нашего племени, сестра моего погибшего воина. Она так же сражалась в моем войске некоторое время. Затем, наши пути разошлись, – голос воителя был спокойным, без каких-либо оттенков эмоций. – Вы занимались с ней, тем же, что и мы с тобой? – голос Дивины звучал приглушенно, с ощутимой горечью. Мужчина уловил это явственно. Он улыбнулся, осознавая, что его жена ревнует. Ей ли ревновать? – Все было по – другому. И это в прошлом, – произнес Хунгур. В глазах красавицы блеснули слезы. Она спешно смежила веки, не желая выдавать себя. Воитель заметил ее состояние и продолжил, чувственно гладя Дивину по линии талии: – Тогда я не знал, что мы будем вместе – ты и я. То, что происходит у нас с тобой – это совсем другое, моя Дива. Это нечто, значительно большее, чем просто физическая близость. Такое я испытал лишь с тобой. В качестве доказательства своих слов, Хунгур перевернул жену на спину, и лег на нее сверху, целуя губы красавицы медленным поцелуем…