ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Они ехали так долго, что Дивина сбилась со счета, который день идет. Природа стала значительно меняться – она стала более сухая, со степью вместо зеленых лугов, с горными реками вместо равнинных озер. Путники взбирались все выше, идя тропой меж скалистых гор. Именно там, среди всего этого сурового великолепия разместился серый замок, он выглядел столь органично, что, казалось, будто его стены были высечены из скалы. Здесь Дивина нашла свое пристанище. Их встретили тепло – к удивлению красавицы, местные жители – смуглолицые и рыжеволосые, хорошо знали ее брата. Для них Ральф был героем – он несколько раз прогнал неприятеля с их земли, а затем именно он предложил построить такой необычный и надежный замок. За высокими крепостными стенами кипела жизнь. Местная площадь была выложена камушками, в ее центре располагался сад с цветами и фруктовыми деревьями – когда Дивина проезжали вместе с братом мимо, она заметила улыбающиеся и приветливые лица женщин и детей. Те с любопытством смотрели на гостью, отмечая ее красоту. Невольно, Дивина робко улыбнулась им в ответ. После всех этих дней она впервые улыбнулась. Ральф отвез ее в одну из башен замка – здесь жил он сам. Просторные комнаты, уют без каких-либо изысков – все здесь было по душе Дивине. Брат предоставил ей комнаты на самом верхнем этаже и приставил к сестре служанок, дабы те помогали ей в необходимом – купание, шитье, прическе. У Ральфа имелось влияние и власть в этом городе, и он хотел, чтобы его сестренка не чувствовала себя обделенной чем – либо. Уже к вечеру по его приказу принесли различные лоскуты тканей – и тут же, сделав необходимые замеры, служанки начали шить наряды для прекрасной госпожи. – Здесь хорошие и добрые люди, – обратился Ральф к сестре перед сном, – вот увидишь, это намного лучше, чем быть убитой. Здесь ты будешь жить и не знать страха и унижения. Слова брата Дивина слушала с печальной улыбкой на губах. Затем, она вопросила: – Где мы? – Там, где Хунгур не найдет нас. Хунгур вернулся в свой лагерь на рассвете второго дня. Раненый в плечо, с окровавленным лицом, но одержав очередную победу, воитель и его армия, издавая боевой клич, сотрясали утренний воздух. Он спешил к ней. Как сумасшедший. Как одержимый. Одержимый любовью. Рана больно саднила, мышцы изнывали от усталости, но сердце – храброе сердце Хунгура горело любовью к Дивине. Сейчас он зайдет в шатер и прижмет ее к себе. А затем, расскажет о своей победе. Дивина. Любимая. И еще. Он признается ей в любви. Да. Ведь он действительно храбрый. Он скажет ей. Хунгур стремительной походкой шагнул в свой шатер. Спустя мгновение оттуда раздался нечеловеческий вопль – рычание… День, который должен был пройти в праздновании блестящей победы, превратился в черный и страшный день. Хунгур лично допрашивал тех воинов, что оставались в лагере – все они говорили одно и тоже – последний раз они видели Дивину в сопровождении ее телохранителя. – Где шляется Арнас? Он нужен мне! – закричал воитель, разламывая своим ударом пополам деревянный стол. – Он мертв, владыка. Этой ночью его кто-то заколол. Вероятно, он слишком многое знал или увидел, – раздался скорбный голос Ксимона. Старец шагнул к Хунгуру и прошептал ему: – Смирись, Хунгур. Она сыграла свою роль в твоей жизни. Но она ушла. Она предала тебя, как бы ты не хотел этого слышать. Увы, все предания говорят об одном и том же – самые красивые женщины – это самые лживые существа. Мне жаль. Воитель сжал кулаки, силясь не закричать на почтенного старца. Он ненавидел его в тот момент – что его предсказания сбылись. Его вновь предали. Самые близкие – верный Ральф и его Дивина. Сердце воителя больно забилось, разливая эту боль по всему его крепкому, сильному телу. Эта боль рвала его изнутри, рвала его плоть и кости. Рвала его душу. Следующим вечером войско черных палачей сворачивало свой лагерь. Хунгур, сжимая что-то в крепких пальцах, немигающим взором смотрел в разгорающийся костер. Затем, протянув руку, он с ненавистью и одновременно болью, швырнул в языки пламени белоснежное кружевное одеяние, когда-то принадлежащее его жене… Что может быть печальнее, чем знать, что ты разлучена с любимым навсегда? Только то, что он считает, что ты сделала это намеренно, предав его. Тоска расползалась по сердцу Дивины, лишая мгновений радости. Все ее существо, тело, душа стремились лишь к одному и единственному – Хунгуру. Жизнь без него потеряла свои краски. Воздух стал тяжелым, а ночи мрачными и мучительными. Солнце, что каждое утро озаряла землю, больше не радовало и не приносило света в жизнь Дивины. Казалось, печаль навечно сковала ее сердце. Казалось, никогда больше счастливые мгновения не придут в ее жизнь. День сменялся ночью, а та переходила в новый день, и так снова и снова – без какой – либо надежды на встречу с Хунгуром. Без какого – либо шанса на счастье. Дивина проводила дни в слезах и одиночестве. Любимым ее занятием стало сидение возле окна. Устремив свой печальный взор вдаль, туда, где виднелись степи, а за ними холмы, поросшие лесами, молодая женщина ждала. Она ждала Хунгура. Лето сменилось осенью, принесшей ветра и нечастые, но такие холодные дожди, следом пришла сухая, морозная и скупая на снег, зима…