18 глава. Мира

— Я который день не знаю, чем себя занять. Все мои мысли рано или поздно возвращаются к Назару. Позвонить и узнать, что собственно происходит между нами, не могу.

— Признайся себе, что ты трусиха. Боишься услышать то, что он вновь выбрал не тебя, — Марта хмыкает, я замираю посреди кухни и смотрю на подругу. Мы общаемся через видеоприложение. Прекрасно друг друга видим и слышим.

— Ты думаешь, что после ночи, которую мы провели вместе, он… — все во мне противится завершить мысль.

— Конечно, ты можешь для него вновь придумать оправдание, но это бесполезно. Два года назад он выбрал не тебя. Он женился, ради выгоды, так с какой стати он все бросит сегодня из-за тебя?

Марта режет без ножа. Каждое ее слово попадает прямо в цель. Хочется заткнуть уши и ни слышать, ни слушать, но все уже сказано, и пущенный яд отравляет изнутри.

— На твоем месте, Мира, я не стала бы ему верить, — в ее голосе я слышу такую непоколебимую уверенность, что хочу того или нет, проникаюсь ею.

— Я хочу его выслушать, — сажусь на стул, смотрю на Марту. Она скептически приподнимает бровь, грызет яблоко.

— Дело твое, только прошу тебя, не развешивай уши. Если он скажет, что все скоро поменяется, не спеши верить.

— Почему ты такая недоверчивая? — беру из фруктовой тарелки мандарин, чищу его. — Мне иногда кажется, что у тебя на генетическом уровне неприязнь к мужчинам.

Марта криво улыбается, не комментирует. Мы с ней подруги, но есть моменты, которые она скрывает меня. Несмотря на то, что я открыла ей душу, поделилась самым сокровенным, есть то, о чем умалчивается. Я чувствую, что у Марты есть секрет. Именно этот секрет и является ключевым объяснением, почему она одна и никого к себе не подпускает.

— Когда ты возвращаешься? — меняет подруга тему.

— К концу месяца. Как раз потом сразу на новое место работы отправлюсь, — улыбаюсь. — Заранее отвечаю, оставаться на родине не планирую.

— А если он попросит? — Марта прищуривается, я усмехаюсь.

— Это вряд ли, — слышу звонок в дверь. Хмурюсь. — Кто-то пришёл в гости. Созвонимся позже, — прощаюсь с подругой, выключаю планшет и не спеша подхожу к входной двери.

На экране видеодомофона вижу Назара. Открываю дверь, скрещиваю руки на груди, прислонившись к косяку. Назар тоже подпирает плечом стену. Замечаю возле него чемодан среднего размера. Сразу возникают вопросы, предположения, но ничего вслух не произношу. Назар усмехается, лезет во внутренний карман пиджака и вытаскивает новую в упаковке зубную щётку. Объяснять мне ничего не нужно. Понимаю без слов. Стискиваю зубы, чтобы не завизжать как дурочка.

— Примешь к себе постояльца? — от его улыбки сбивается сердечный ритм. Я склоняю голову набок.

— На время или навсегда? — смотрю прямо в глаза. Назар переступает порог и застывает напротив меня. Он настолько близко, что я ощущаю запах мяты, ментола и кофе. Чумой коктейль запаха.

— А это как ты решишь.

— Есть хочешь? — с беспокойством смотрю на его осунувшееся лицо. Он кивает.

Этого вполне достаточно. Назар у меня дома с вещами. Значит между нами все предельно серьезно, значит он исчез не просто так, а решить свои вопросы. Не позволяю себе сильно радоваться, ликовать, но счастливая улыбка то и дело застывает у меня на губах, а в голове уже рисуются счастливые совместные дни. Ничего конкретного, просто представляю, как мы будем вместе засыпать, просыпаться, вместе завтракать, ужинать, вместе думать о будущем, которой по-прежнему находится в тумане.

Доставая из духовки запеченную говядину, смотрю на Назара. Он снимает пиджак, вешает его на спинку стула, расстегивает манжеты на рубашке и закатывает рукава. Последние дни похоже высосали из него всю энергию. Мне хочется помочь ему снять груз с плеч, взять часть на себя.

— Все в порядке? Я могу тебе чем-то помочь? — раскладываю еду по тарелкам, накрываю стол, жду, когда Назара сядет. Он благодарит меня уставшей улыбкой. Но мне этого мало, я хочу большей отдачи.

— Назар, — накрываю своей ладонью его ладонь и сжимаю. — Я с тобой.

Он вскидывает на меня глаза, смотрит пристально, долго и таким пронизывающим взглядом, чтобы против воли чувствую мурашки по всему телу. Усмехается, обхватывает мои пальцы и стискивает их.

— Мира, — делает паузу. Аж озноб по коже пробегается. — Впереди у нас с тобой будет не простое время. Мой развод вряд ли выйдет тихим и обоюдным. Более того, Дария может пойти на все, чтобы навредить не только мне, но и тебе.

— Насколько мне известно, папа ее сейчас вряд ли сможешь вмешаться, — иронично улыбаюсь. Совсем не чувствую всю серьезность разговора. Назар не усмехается, не иронизирует в ответ.

— Ее отец сейчас под следствием, конечно, ему не до развода дочери, но Дария тоже не будет сидеть сложа руки. Она угрожает разрушить твою и мою репутацию, — у меня сердце замирает. Я непроизвольно дергаю рукой, но Назар удерживает. — Один громкий скандал полностью перечеркнет мои шансы на успешную политическую карьеру. А если будет несколько скандалов, о политике можно забыть. Отец будет выступать против меня. Несмотря на то, что сам считал Дарию списанным материалом, скандалы, связанные со мной, заставят его встать на сторону невестки.

— Он тебя уничтожит? — шепотом спрашиваю, не имея понятия, как может поступить Даян Булатович.

— Как минимум не пожелает знать, как максимум — вычеркнет из списка наследников, — Назар тихо смеется, отпускает мою руку. — Сдерживающего фактора нет, а я всегда его дико раздражал тем, что не соответствовал его ожиданиям.

— И чем ты будешь заниматься? — попираю рукой щеку, смотрю, как мой мужчина начинает есть. Зрелище незабываемое и неповторимое.

— Наверное, стану бандитом, — весело шутит Назар, сверкнув озорно газами. Я смеюсь, но в какой-то момент смех застывает у меня на губах, когда вижу, что взгляд напротив становится серьезным. Сглатываю.

— Шутишь?

— Обо мне не беспокойся, — тут же Назар увиливает от ответа, тем самым подтверждая мои нехорошие предчувствия. — Какие у тебя планы?

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​— Я не планирую оставаться здесь, — прямо смотрю в карие глаза. — У меня новый контракт с одним театром в Европе на два года.

— Вот как, — Назар кладет нож и вилку на тарелку, складывает руки в замок. — И какие у тебя планы касаемо нас?

— Нас? — неуверенно накручиваю прядь волос на палец, Назар молча за мной наблюдает. Похож на хищника, присматривающего к добыче, которая с ним заигрывает. — У меня контракт…

— Это я уже понял. Я не спрашиваю, что у тебя с карьерой, я спросил, какие планы касаемо нас.

Он рядом, но тон, выражение лица, сама поза говорят о том, что с каждой секундой отстраняется от меня. И если я сейчас не подберу правильные слова, не оправдаю его ожидания, о которых не имею понятия, пропасть между нами станет непреодолимой. Два года назад я бы не сомневалась, что сказать, чем пожертвовать. Сейчас мы на равных. У него свои приоритеты, у меня свои. Теперь надо как-то эти приоритеты столкнуть в одной плоскости, если мы хотим быть друг у друга.

— Как в любой мелодраме — хэппи энд? Они жили долго и счастливо? — прикусываю губу, Назар опускает глаза. Между нами возникает неловкая пауза.

— А ты хочешь банального финала? Свадьбу, детей, дом и собаку? — ирония сквозит в каждом его слове. — Я не могу тебе дать этого. Брак — ничего хорошего не имеет. К детям я равнодушен, у меня есть дочка, которая растет без меня, — откровения Назара ошеломляют. У него дочка? Откуда? Когда? Кто мать?

— Отношения были непродолжительными, — видно, что ему разговор не нравится, но ради меня приоткрывает занавес своего прошлого. — Дочка с мамой. Сейчас у них все замечательно. И мы не общаемся.

— А как ты видишь наши планы?

— Мне по душе, когда ты сидишь дома, варишь супы и ждешь меня.

— Мои планы совсем не учитываются?

— Ты спросила, как я вижу наши планы, о карьере не было и речи. Но, — Назар отодвигает тарелку от себя. — Я не имею права просить тебя бросит балет. Поэтому ты занимаешься своими делами, я своими, иногда пересекаясь где-нибудь, когда будет свободное время.

— Звучит все так, будто я вновь твоя любовница. Поговорим о будущем позже, — забираю грязную посуду, возвращаюсь к столу с чашкой чая. Поставив чашку, впервые касаюсь его волос и жмурюсь от удовольствия. Теперь я могу без спроса, и когда мне заблагорассудится дотрагиваться до Назара.

— Я разложу твои вещи, а ты можешь принять душ, — смотрю в сторону чемоданов. — Это все твои вещи?

— Самое необходимое. Сумку с ноутбуком оставь, остальное можешь разложить.

Я смеюсь себе под нос. Замашки диктатора никуда не исчезли. Привык командовать всеми, кто попадает в поле его зрения. Оглядываюсь, вижу, как Назар открывает ноутбук. Вряд ли это на пару минут, скорей всего до глубокой ночи.

Оказавшись в спальне, направляюсь в гардеробную. Приходится думать, куда складывать свои вещи, а куда вешать рубашки, костюмы Назара. Еще нужно выделить пару полок для повседневной одежды. Гардеробная для двоих оказывается маловатой.

— Не суетись, — тихо раздается позади голос Назара. Я не успеваю оглянуться, как он обнимает меня, прижимает к своей груди и утыкается в мои волосы. Едва смею дышать. Я все еще до конца никак не поверю, что происходящее сейчас моя реальность.

— Это правда, что ты со мной останешься? — накрываю руки Назара своими руками.

— А куда мне деваться, — смеется, поворачивая меня к себе лицом. Поднимает руки и заправляет мои волосы за уши. — Сейчас я еще четко не имею представления, как буду решать возникшие проблемы.

— Я верю, что ты сумеешь все решить.

Привстаю на цыпочках, обнимаю Назара за шею и легонько касаюсь губами его губ. Он с готовностью перехватывает инициативу и усиливает напор на мои губы. Я счастливо выдыхаю, чувствуя, что Назар все так же верен себе и не будет превращаться в податливого человека. Он, конечно, попытается учитывать мои желания, планы, но скорей всего будет действовать, как выгодно ему. Мне останется только принять и подстроиться или отказаться от всего, что Назар предложит. Буду по факту оценивать, что важнее для меня.

Смотрит на меня блестящими темными глазами, держит в ладонях мое лицо, поглаживая большими пальцами мои щеки. На губах еле заметная улыбка, которую не каждый может увидеть. Мне везет, я вижу и являюсь причиной этой улыбки. Внутри все искрится от предвкушения, что сейчас окажусь на кровати, придавленная к матрасу, но Назар неожиданно убирает руки и отшагивает от меня.

— Что не так? — непонимающе и немного обиженно смотрю на него, потянувшись за ним следом. Он качает головой.

— Ничего, просто любуюсь тобой. Не верю, что ты по-прежнему испытываешь ко мне чувства после всего, что было и…будет.

— Будет? Ты меня заранее предупреждаешь о чем-то, чего я пока не понимаю?

— Дария подпортит нам нервы. Я хочу, чтобы ты не обольщалась. Ведь похищение, которое было организовано два года назад — это все было с ее подачи. Ты понимаешь на что она пойдёт сейчас, чтобы досадить мне и тебе?

— Ты так боишься Дарию, что мне становится смешно, — посмеиваясь, вплотную подхожу к Назару. — Я не боюсь ее. Она ничего мне не сделает. Я не какая-та ученица училища без имени, а известная балерина.

— Именно, Мира. Она может испортить тебе репутацию. Твое имя ток ленивый не обсудит. Я постараюсь по максимум тебя защитить от всего этого, но надеюсь, понимаешь, что всем рот не заткнешь. Ты сможешь выдержать весь поток грязи, который выльют на тебя?

— Черный пиар — тоже пиар. Я не думаю, что все будет настолько ужасно, как ты предсказываешь. Я могу за себя постоять, — обезоруживаю Назара улыбкой, он не сразу на нее ведется, но в конце концов поддается моей уверенности. Вздыхает, сам уже ловит меня, обнимает и прижимает к себе.

Меня пугает его сосредоточенность. Тревожит то, о чем он умышленно сейчас умалчивает. Мне хочется собственными руками развести в разные стороны грозовые тучи, нависшие над его головой. Хочется, чтобы его семья не ставила палки в колеса при разводе с Дарией, а услышала его, приняла его сторону.

Назар так многое скрывает в себе, ни с кем не делится. Чего стоит факт существования дочери, о которой скорей всего единицы знают. Какие тайны от меня он еще хранит? Узнаю я еще чего-то, о чем никто не знает? И готова я знать эту правду?