77

Яркая вспышка молнии внезапно сверкнула рядом, и яростный рев Астарота оглушил, заставив прижать ладони к ушам.

Мы обернулись и увидели, как он и Фэнира взмывают в небеса, пытаясь от чего-то убежать.

В следующий миг сотни молний вспыхнули в небе разом, и наши драгоны с диким ревом рухнули вниз, а за ними на землю повалились и мы, не в силах пошевелиться.

Что происходит?!

Стена пламени заметно угасала, а клубящаяся вокруг тьма начала рассеиваться, становясь все более прозрачной.

К нам вышел император, громко хлопая в ладоши.

– Признаться честно, я удивлен... – произнес он, и его золотые глаза опасно сверкнули. – Не думал, что кому-то под силу одолеть моего Аурэля в небе.

Аурэль – это имя его драгона?

Я перевела взволнованный взгляд на Фэниру – и душа застыла внутри. Она и Астарот были скованы молниями, словно цепями, что искрились и били о землю, причиняя им боль.

– Отпусти их... – выдохнула я, и император зловеще усмехнулся, глядя на меня свысока. – Им же больно!

– Удивительная отзывчивость для самозванки, – задумчиво ответил он, а затем подошел ближе и одним движением схватил меня за горло, медленно поднимая с земли.

– Нет! – прокричал Грей, вытягивая руку.

А я не могла даже и пальцем пошевелить – просто висела и хрипела, чувствуя, как воздух уходит из легких.

– Знаешь, а ты изрядно меня удивила, Фэнира... – он назвал меня именем моего драгона. – Твое пламя, несомненно, одно из самых жарких в Империи. Но я и представить не мог, что настолько!

Он произносил эти слова, а его пальцы все сильнее сжимались на моем горле.

– Отпусти ее! – вновь крикнул Грей, но император даже не обратил на него внимания.

Тело не слушалось, легкие горели от нехватки воздуха, а перед глазами все расплывалось.

– Даже жаль, что твоя участь определена, племянница... – прошипел он, вглядываясь в мое лицо с ненавистью. – Твоя казнь произойдет прямо сейчас.

Император вытянул свободную руку – и в ней загорелся огненно-искрящийся шар, совсем не похожий на прежние.

Это конец.

Я уже готовилась к смерти, как вдруг в голове раздался знакомый глухой голос, полный отчаяния:

«Отпусти меня, человечек!»

Астарот? Почему я слышу его?

Я с трудом перевела взгляд и увидела, как тьма колышется у моего тела, словно просачиваясь внутрь.

– Нет... – хрипло ответил Грей, сгребая пальцами землю.

«Ты не сможешь спасти ее...» – вновь проревел Астарот. – «Отпусти меня, и я обрету свою первозданную мощь. Я спасу наших истинных!»

Грей лежал на земле и неотрывно смотрел на меня, а в его глазах отражался ужас, которого я никогда не видела раньше. Он судорожно вдохнул и произнес:

– Астарот, я освобождаю тебя от оков своей души.

Он сделал это, освободил его.

А дальше все произошло в считанные секунды...

Драгон Грея вырвался из молний, и первозданная тьма обрушилась на Верховного. Я рухнула на землю, жадно глотая ртом воздух и, стараясь не терять ни секунды, повторила за ним:

– Фэнира... – выдохнула я, и мой голос сорвался. – Я тоже освобождаю тебя от оков своей души.

Горячие слезы хлынули из глаз, а в груди что-то болезненно сжалось – словно вместе с этими словами я оторвала часть самой себя.

Она мгновенно разрушила искрящиеся цепи и присоединилась к Астароту.

Очередная сотня молний императора вновь пронзила тьму, но в тот же момент они издали яростный рев и извергли на него черное пламя, словно из самой преисподни. И когда уже казалось, что с ним покончено...

Пламя развеялось, и все увидели, как император без сил сидит на земле, упав на одно колено, а перед ним, шатаясь и тяжело дыша, стоит Рейман Варго – видимо, он вмешался в последний момент. Его пиджак был сильно обожжен, глаза светились ярким алым светом, но он все еще продолжал стоять на ногах.

Но как? Выдержать такую мощь...

Невозможно!

В любом случае, бой был окончен. Астарот и Фэнира взмыли в небеса, издав победный громкий рев, за которым все услышали:

– Мы не станем уничтожать этот мир, – произнес Астарот, обретя свой собственный голос. – Наши носители доказали, что он еще достоин спасения. Но мы уйдем во тьму, туда, где нам самое место!

Кружась, они поднимались все выше, а когда оказались на уровне солнца, выдохнули друг на друга черное пламя и в едином танце сгорели, осыпавшись пеплом на ветру.

– Нет... – прошептала я, чувствуя, как боль от потери пронзает насквозь. – Фэнира...

В этот момент силы окончательно покинули меня, и я потеряла сознание, ощутив неимоверную пустоту внутри, от которой стыла душа.