Глава 52-55

Глава 52. Долг Галатеи

Галатея сладко дремала на плече Алексея Романова. Только что у них был просто умопомрачительный секс, и по ощущениям ей казалось, что ее тело напоминает желе, очень довольное, к слову сказать, желе. Она всего лишь около двух недель находилась в людовском городе в объятиях этого мужчины, а ей уже казалось, что вся ее прошлая жизнь в Запретном городе, ее шпионская деятельность для Ивара 1, желание его приручить и стать Императрицей, страх перед ним, угрызения совести — лишь мираж, при чем не самый лучший. И она с радостью готова была о нем забыть. Но мысли почему-то сами собой возвращались к Запретному городу, ведь там прошло уже около полугода с тех пор, как она исчезла, никому ничего не сказав. Да и что кому говорить? Император вряд ли отпустил бы ее просто так, а заветное письмо от Алисы с именем и местоположением ее второй половины готово было прожечь пальцы, если только она сейчас же не сделает то, о чем в тайне мечтала всю свою сознательную жизнь: встретить свою истинную любовь. Со временем, это желание покрылось плотной коркой цинизма и недоверия, но, видимо, эта корка была не такой уж и плотной, потому что стоило Алисе упомянуть о том, что она может помочь ей с поисками мужчины ее мечты, как Галатея согласилась на все, чего та хотела. Хотя услуга, которую она для этого оказала и была не очень сложной, но крайне опасной.

Угнетало Галатею еще и то, что в уплату за беспрепятственный переход в этот мир и молчание Хранительницы ей пришлось пообещать, что однажды она исполнит для нее одно поручение. Галатея еще не знала какое, но заранее ощущала, что сильно пожалеет о своем обещании. Однако, лежа в объятиях Алексея, она понимала, что пошла бы при необходимости даже в жерло вулкана, только бы чувствовать себя такой же счастливой, как в это мгновение.

Внезапно, у нее в голове раздался голос, и она вздрогнула всем телом.

— Время пришло, Галатея. Я тебя жду.

Не узнать голос было не возможно.

— Галатея, милая, что случилось? — Над ней с беспокойством склонился Алексей.

— Ничего, Алеша, просто пришло время платить по долгам.

Ивар стоял у окна в своем кабинете, невидящим взглядом смотрел на открывающийся перед ним пейзаж и работал. По крайней мере, пытался работать, потому что его мысли периодически сбивались на мысли об Алисе. И какого черта он дал ей эти три дня?! Ну да, она еще больна и слаба… И когда это его останавливало? Нет, здесь другое. Он даже сам себе не хотел признаваться, но его очень сильно задел тот ужас, который промелькнул в ее глазах сразу после бракосочетания. Он все-таки Император! И каждая девушка Запретного города, да и не только, почтет за честь стать его законной супругой. Но в том то и дела, что ему не нужна никакая другая девушка. Да и что он хотел увидеть в ее глазах? Учитывая, при каких обстоятельствах она бежала из дворца… Он ведь тогда чуть ее не изнасиловал, пугая и намеренно причиняя боль. Ладно, пусть у нее будет эти три дня, пусть поправится и привыкнет к тому, что принадлежит ему, а там он все наверстает, все исправит. У них впереди еще целая жизнь!

Размышляя так, он продолжал вертеть в руках небольшую брошь из драгоценных камней с изображением грифона. Эта вещица передавалась в их роду женам старших сыновей из поколения в поколение. И он не мог понять, почему сегодня не надел ее Алисе. Возможно, потому что их бракосочетание походило скорее на обычное подписание договора, и он чувствовал, что на самом деле она ему все еще не принадлежит? Что за чушь! Теперь она его законная супруга! Тогда почему же он сейчас не в ее постели! Он тут же снова себя одернул, напоминая, что она все еще больна и что на данный момент у него есть очень важные дела, которые вряд ли позволят ему уснуть в ближайшие несколько суток.

Он усилием воли отбросил отвлекающие мысли и вновь сосредоточился на работе. Сейчас ему еще раз нужно было просмотреть список переправляемых в Запретный город людов и заменить кое-какие имена. Секретарь их зачитывал, а он решал, что делать дальше. Эта старая стерва дала ему так мало времени, что тех, кто живет далеко от врат между мирами, доставить во время не получится, поэтому нужно было срочно искать альтернативу, хорошо хоть с этим проблем не было. Хотя тут уж как посмотреть: ведь если он не привезет вторую половину сыну лорда Казначея, например, то того вряд ли удовлетворит оправдание в виде дальности проживания этой самой девушки, и тогда проблемы появятся у него лично. Вся эта возня начала его порядком раздражать. Да еще и этот секретарь… Стоит и талдычит что-то своим гнусавым фальцетом. Сколько их уже у него было, этих секретарей? Пять? Шесть? И все попадали под его горячую руку, и в конечном итоге Ротту приходилось заметать следы и уничтожать тела. Нет, с этим, конечно, надо что-то делать, иначе по дворцу поползут слухи, а ему этого совсем не нужно.

В это время гнусавый фальцет все продолжал что-то бубнить и бубнить, невероятно действуя на нервы. Ивар почувствовал, как уже знакомая красная пелена гнева и раздражения начинает застить глаза, и медленно направился к ничего не подозревающему секретарю. Наконец, когда его раздражение и гнев достигли апогея, рука Императора метнулась к горлу юноши и начала самозабвенно душить. Он закрыл глаза и с удовольствием почувствовал, как жизнь мальчишки буквально вытекает сквозь его пальцы и вместе с тем уходит и пелена, возвращая ему спокойствие и некое чувство вины. Тут он открыл глаза, желая увидеть дело своих рук и обмер: вместо секретаря он держал бездыханное тело Алисы. Она тряпичной куклой повисла у него на руке. Ужас от содеянного и чувство невероятной потери проникли в мозг Ивара, и он закричал, прижимая все еще теплое тело к груди.

В следующую секунду он проснулся от собственного крика. Он давно нормально не спал и, видимо, уснул прямо в кресле, слушая своего гнусавого секретаря. Сон так плавно прорезал явь, что он уже не мог сказать, что из увиденного и услышанного было правдой, а что нет.

— Ваше Величество, что с вами? — Наконец отреагировал этот балбес.

— Где, где Алиса? — Все еще не сумев прийти в себя, хрипло прошептал Император.

— Какая Алиса? — Пропел гнусавым голосом юноша и захлопал глазами.

В это мгновение Ивар подумал, что зря взял его на работу: долго этому секретарю не прожить. Уж очень хорошо у паренька получается его раздражать.

— Ааа, черт! Принеси мне воды! — Рявкнул Ивар и прикрыл глаза рукой.

В это мгновение в кабинет вошел камердинер и проговорил:

— Ваше Величество вашей аудиенции просит Галатея из рода Маллоев.

“Интересно, сколько она ему заплатила, если он осмелился прервать его работу и доложить о ней? И откуда она вообще взялась? Жить надоело, что ли?” — Промелькнуло в голове Ивара, но любопытство взяло верх, и вслух он произнес:

— Хорошо, пусть войдет.

Через несколько секунд в комнату вплыла Галатея. На ней было надето шикарное платье, но поразило Ивара не это, а как удивительно та похорошела. Он не сразу понял, что виной тому взгляд и мимика девушки, которые перестал напоминать волчицу на охоте, а стали более мягкими и уязвимыми.

— Добрый день, Ваше величество. — Проговорила она склонившись в глубоком реверансе, обнажившем и без того шикарное декольте.

— Ну, здравствуй, Галатея. Чем обязаны твоему визиту? Помнится, не так давно ты покинула нас и растворилась в неизвестном направлении.

— О чем ужасно сожалею, Ваше Величество. — Проговорила та не поднимая глаз, и все также застыв в реверансе.

Ивар заинтересовался, подошел к ней и взял за руку, давая понять, что готов ее выслушать. Галатей выпрямилась, но начинать разговор не спешила.

— Итак, Галатея, где ты пропадала почти полгода?

— Надеюсь, Ваше Величество простит свою верноподданную, но там, где я была, пошло всего две недели.

Брови Ивара от удивления поползли вверх, после чего он подвел ее к креслу у окна, а сам сел напротив.

— Итак, ты была в Старом мире. И что же ты там делала?

— Искала любовь, Ваше Величество. — Смиренно ответила та.

— Моей Императорской любви тебе, значит, показалось мало?

“О, а вот тут осторожнее, ты вступаешь на очень тонкий лед, Галатея.” — Пронеслось в мозгу девушки. После чего она подняла глаза и впилась в Императора полным обожания взглядом и проговорила:

— Как вы можете говорить подобное, Ваше Величество! Меня толкнуло на подобный шаг лишь то, что вы охладели ко мне и… я точно узнала, где искать того, кто является моей второй половиной.

— Неужели Алиса рассказала? — И по взгляду девушки понял, что угадал. Да и кто другой мог открыть ей эти сведения? — Что ж, оказывается, она очень ловко умеет избавляться от неугодных ей людей. — Ухмыльнулся Ивар.

Галатея вспыхнула. Она никогда не представляла сложившуюся ситуацию в подобном свете. Хотя, какая разница?

— Итак, чего же ты хочешь теперь от меня?

— Лишь Вашей милости, Ваше Величество! — Тут же с жаром произнесла она.

— На какую милость ты можешь рассчитывать, Галатея, когда без спросу отправилась в Старый мир и покинула меня на целых полгода? — Ивар хорошо изучил эту женщину и знал, что к сути вопроса они подошли только сейчас, к тому же, раз уж она пришла за милостью, значит ей есть что предложить взамен.

— О, Ваше Величество, простите ли вы когда-нибудь обезумевшую от предвкушения любви женщину? — Взмолилась она и томно выдохнула, выпячивая грудь. — Я пришла к вам, чтобы просить разрешения остаться в Запретном городе и привести сюда моего возлюбленного.

— Почему именно сейчас?

Она потупилась, всем своим видом выражая смущение.

— Дело в том, что я знаю, что врата очень скоро закроются навсегда, а служба Вам и Запретному городу для меня слишком дороги, чтобы променять их на мир людов. — И не давая Ивару вставить слово, быстро проговорила. — К тому же, я могу оказаться сейчас очень полезной на той стороне. Видите ли, я также слышала, что вам необходимо в кратчайшие сроки доставить к вратам несколько людов, которые находятся слишком далеко, чтобы успеть это сделать к положенному сроку привычными способами… — И увидев заинтересованность на лице Ивара продолжила. — Мой избранник в Старом мире имеет личный самолет, который я могу использовать по своему усмотрению и, следовательно, значительно ускорить любые перемещения, к тому же, у него есть возможность моментально получить разрешение на полет в любом воздушном пространстве Старой земли, что у вас в любом случае займет много времени.

— Неужели ты думаешь, что нам не к кому там обратиться, чтобы получить подобную помощь?

— Думаю есть… Но вам ли не знать, что в любом деле свой человек лучше, чем кучка дилетантов.

Ивар расхохотался находчивости этой барышни.

— Хорошо, Галатея, я дам тебе список имен. И если ты успеешь их доставить во время, я позволю тебе с твоим… возлюбленным остаться в Запретном городе. — Про себя же он подумал, что эта девочка пришла к нему, потому, что уже избалована властью и возможностями, которые она дает, а следовательно сделает все, что бы вернуть эту власть и влияние при его дворе. А это хорошо, это он понимал, к тому же, таких людей проще использовать. И такие люди ему сейчас нужны как никогда.

Глаза же Галатеи победно блеснули и она, соскользнув на пол, упала перед Императором на колени и, схватив протянутую руку, припала поцелуем к его пальцам.

— Спасибо, Ваше Величество!

— Ну все, Галатея, вставай, у тебя очень мало времени.

— Конечно, Ваше Величество. Могу ли я попросить выделить мне для операции несколько человек?

— Хорошо, бери, кого посчитаешь нужным. Что-нибудь еще?

Девушка замялась, но произнесла:

— Могу ли я воспользоваться вашим пространственным тоннелем, проведенным из дворца к Башне миров? Это существенно сократит временные затраты на перемещение.

Немного подумав, Император изрек.

— Можешь. Более того, мой секретарь выпишет тебе бумагу, дарующую тебе и твоим спутникам на срок доставки людов самые широкие полномочия. Показав документ моим людям, ты сможешь делать все без каких-либо объяснений. — И, сощурив глаза, добавил. — Смотри, Галатея, лишившись моего доверия еще раз, ты лишишься и своей головы.

Та лишь еще ниже склонила голову. На подобную удачу она не могла даже рассчитывать! Схватив список и документ, способный открыть любые двери Запретного города, она прямиком направилась к комнатам, где, как уже успела разузнать, содержались дети Алисы и Максима. Эта старая карга, леди Мора, потребовала в уплату за переход невозможное: переправить их в Старый мир. Галатее стоило огромного труда решиться на поход к Императору и выдержать весь разыгрываемый спектакль от начала до конца, но результат превзошел все ее ожидания!

Прибыв в нужное место, она показала охране императорский документ и вошла внутрь. Перед ней предстала картина, которая кольнула ее сердце острой завистью. Прямо на полу на ковре, усыпанном игрушками, сидела Алиса и играла со своими детьми. Когда Галатея вошла, та подняла голову и счастливая, но грустная улыбка медленно сползла с ее лица.

— Здравствуй Алиса, я пришла передать тебе привет от леди Моры.

Губы девушки дрогнули, как будто она хотела что-то сказать, потом снова беззвучно раскрылись и, наконец, она произнесла.

— Уже?

— Да, у меня очень мало времени.

Алиса судорожно втянула ртом воздух и сгребла детей в охапку с потерянным выражением лица.

— Я надеялась, что у меня есть еще немного времени. — И на ее глазах выступили слезы, после чего она попыталась взять себя в руки и резким движением вытерла их. — Анечка, Ванечка, знайте, мама вас очень любит и… — Но дальше сдерживаться она не могла и просто разревелась, прижимая их к груди.

Дети забеспокоились и тоже начали хныкать.

— Алиса, ты что, не видишь, что пугаешь их? Мне некогда успокаивать еще и ревущих детей. Давай, вставай. Надеюсь, ты уже написала записку своим родителям?

— Да-да, конечно. — И, все также размазывая слезы, стала рыться в складках своего платья. — Вот. И еще… Наденешь это им, когда вы окажетесь в безопасном месте. — И она протянула два маленьких круглых кулончика на цепочке. Я хочу, чтобы у них осталась память обо мне и Запретном городе…

— Хорошо. И хватит реветь. — Грубо рявкнула Галатея. Ей больно было видеть, как мать прощается со своими детьми, и за своей грубостью, она усиленно старалась это скрыть.

— Куда нужно идти? — Все еще всхлипывая, спросила Алиса.

— Тебе — никуда, насколько я понимаю, ты остаешься во дворце, но если Ивар заподозрит тебя в исчезновении этих детей, то может в гневе ненароком и прибить. Так что сейчас я сделаю тебе инъекцию со снотворным, а потом позову одну из нянь. Она мне поможет.

Алиса лишь махнула головой в знак согласия и еще раз крепко расцеловала и обняла детей.

— Прощайте! Я так вас люблю, дорогие мои, родные!

Галатея уже не могла смотреть на эти страдания в чистом виде, поэтому подошла и вколола ей в шею инъекцию снотворного. Пусть отдохнет мамаша. После чего дотащила до кушетки и уложила.

Нести двоих детей было тяжеловато и неудобно, поэтому она вошла в смежную комнату, вручила одной из нянь ребенка и приказала следовать за ней.

Дальше все происходило на удивление легко: пространственный тоннель, Башня миров и город людов. Как же просто передвигаться по потаенным и закрытым уголкам дворца и Запретного города, если у тебя есть документ, открывающий любые двери! Она до последнего не верила, что ей повезло на столько, что она не встретила ни одного знакомого лица, но реальность оказалась именно таковой!

Попав снова в людовский город, она уже чувствовала себя, как дома. Недалеко на парковке ее поджидал шикарный мерседес, готовый увезти в любом направлении. Расположив на удивление спокойных детей в детских сидениях, специально установленных для этой поездки, и сев за руль автомобиля, она, наконец, смогла расслабиться и унять бившееся у самого горла сердце.

Итак, у нее все получилось! Осталось только доставить детей с соответствующей запиской, их бабушке и дедушке, и… доставить людов из императорского списка к вратам: свои долги она привыкла отдавать. Ей почему-то до колик в животе было забавно представлять лицо Императора, когда он осознает, что она все же выполнила это задание, правда, его собственные глупость и самомнение позволили ей выполнить и кое-что еще. Она не сомневалась, что Ивар воспримет этот жест, как издевку, и взбеленится так, что из глаз полетят искры.

Галатея удовлетворенно откинулась на спинку сидения и завела мотор.

Глава 53. События

Император метался по своему кабинету как раненый тигр, тщетно пытаясь взять себя в руки. Мало того, что отведенное леди Морой время на переправку людов уже практически на две трети истекло, а их число в Запретном городе еще не перевалило даже за половину. Мало того, что эта стерва Галатея выкрала его, да, уже ЕГО детей, и снова лишила Алису хоть какого-то душевного равновесия, так еще и Максим со своими выжившими дружками каким-то непостижимым образом сбежал из тщательно охраняемой лечебницы!

Ивара охватило жгучее желание что-нибудь сломать, и он схватил небольшую изящную статуэтку, украшавшую его стол и со все силы метнул в стену. Та к его удивлению не разбилась и просто со стуком упала на пол. Это взбесило его настолько, что он топтал ее каблуком своей туфли до тех пор, пока та не превратилась в пыль а нога не начала гудеть. Наконец, тяжело дыша, он сел в свое кресло и рявкнул:

— Где, черт побери, Тлан с его отчетом?!

Из-за двери показался крепкий мужчина. Плечи его были согнуты, как будто он боялся, что Ивар сейчас возьмет палку и хорошенько его побьет, а грязно-серые глаза выражали неприкрытый страх. Глядя на него, Император испытал очередной приступ раздражение. Это был его новый начальник личной Императорской гвардии, и кандидатура мужчины его не устраивала, но выбирать особо было не из кого. К тому же, он осознавал, что сам виноват в том, что Рябой Том сейчас мертв: тому не повезло оказаться под рукой в тот самый момент, когда Иваром завладел один из его первых приступов неконтролируемого гнева. Да, он жалел, что убил его, но забыть чувство полного удовлетворения, когда он вонзил нож тому в сердце тоже. Поэтому, недовольно скривившись, проговорил:

— Надеюсь, вы выяснили, как из хорошо охраняемой лечебницы исчезло семь человек, и никто ничего не заметил?!

Как Галатее удалось беспрепятственно выкрасть детей, он у того даже не спрашивал, потому что прекрасно осознавал благодаря чему перед этой стервой открылись все двери. И лишь скрежетал зубами, думая об этом.

— Ну, — запнулся тот, — не совсем. — И, казалось, съежился еще больше. После чего достал какой-то лист и начал, заикаясь, его читать. — Дело в т-том, что м-мы выяснили, что к ним в-в п-палаты во время вечернего обхода вход-дила только целитель Аврора из рода Л-линов. По окончании же этого обхода ис-исчезла как сама целитель, т-так и проверяемые пациенты. Я т-тут же отправил на ее поиски своих л-лу-лучших людей, и они н-нашли целительницу спящей в ее с-собственном доме. К-когда удалось ее разбудить, она сообщила, что на нее напали как раз перед тем, как она собиралась на свою смену и больше ничего не помнит. Когда же мы показали ей видео, где она расхаживает в лечебнице в то время, как по ее утверждению она спала, целительница заявила, что не представляет как это возможно. — Под конец, бедолага все-таки перестал заикаться, что несказанно порадовало Императора, потому что он уже готов был это заикание из него выбить. — Тогда мы еще раз проверили запись и поняли, что тут не обошлось без устройства личины. Конечно, остается загадкой как оно оказалось у Сопротивления и как им удалось его настроить под целителя из рода Линов, но золотая цепочка на шее предполагаемой похитительницы подтверждает наши подозрения. Однако, это дает ответ на вопрос как она попала в лечебницу, но не о том, как вышла, да еще и вывела раненных заключенных!

Ивар шестым чувством ощущал, что здесь сработали те же механизмы, которые вырывали Алису из его рук, когда он в приступе гнева чуть ее не изнасиловал, и когда та непостижимым образом очутилась в Главной тюрьме Запретного города и таким же непостижимым образом буквально растаяла у него перед глазами. Однако, развить мысль не сумел: у него было слишком мало информации на этот счет. И почему он поторопился отпустить принца Георгия и убить его дружков? Может хоть что-то еще выдавил бы из них? И может ли этот странный похититель таким же образом проникнуть во дворец и снова выкрасть его Алису? Подобная догадка заставила разволноваться еще больше.

— Ротт! — Тут же выкрикнул он имя своего личного телохранителя. — Немедленно отправляйся к Алисе и не спускай с нее глаз! В буквальном смысле, понял? Если тебе понадобится куда-то отлучиться, оставишь вместо себя кого-то другого, но с ней постоянно должен кто-то находиться! Пока я не разберусь с тем, как пропали эти заключенные, визуальный контакт обязателен! И еще, усиль стражу дворца. Выполняй!

Ротт поклонился и тут же скрылся за дверью, а Тлан остался стоять, переминаясь с ноги на ногу и не зная, что делать.

— Чего стоишь? — Гневно зыркнул на него Император. — Иди выполняй свою работу и скажи секретарю, чтобы позвал лорда хранителя Гаррона с отчетом о размещении людов и программой их адаптации.

Когда Тлан торопливо покинул его кабинет, Ивар устало откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза рукой. Все с самого начала шло не так, как он планировал, а это плохо, потому что он привык держать ситуацию под контролем. Что же делать? И повстанцы как-то подозрительно притихли в последнее время, исключая, конечно, этот дерзкий побег.

Его тревожные мысли прервал лорд хранитель Олимпийских островов Гаррон. Маленький и кругленький, он мог бы показаться кому-то забавным добряком, но более изворотливого и хитрого человека Ивару знать не приходилось.

— Ну, что там с людами?

— Все идет своим чередом, Ваше Величество.

Они некоторое время еще обсуждали кое-какие детали, и лорд Гаррон вдруг предложил:

— Ваше Величество, мне кажется, что в день полного переселения людов, вы должны появиться перед ними и выступить с речью. Это позволит им успокоиться, а людям Запретного города узнать о том, что свершилось. И, мне кажется, будет лучше, если они будут считать, что кандидаты на переселение были отобраны случайным образом, и что у вас вовсе нету того списка, который был предоставлен при помощи Алисы. Сами понимаете, люди могут подумать, что вы ущемили интересы одних из них в угоду другим. Ну, еще неравенство и всякое такое могут приплести.

— Спасибо, за совет, я и сам уже думал об этом. — Потом, немного подумав, спросил. — Лорд Гаррон, а какие настроения нынче в совете?

Ивар не доверял совету и самому лорду в частности, но сейчас тому, как он думал, было выгодно быть на его стороне, поэтому ожидал более менее правдивый ответ. Да уж, слишком мало времени он еще пробыл у власти и еще слишком многого не успел, например, обновить совет. И сейчас это может быть крайне опасным. Ему оставалось только уповать на их родственников, которых он держал в плену. Ивар понимал, что в данном случае манипулирование не самый лучший рычаг влияния, но другого у него пока не было.

— Разные. — Уклончиво ответил лорд. — Но могу сказать одно: пока вы не освободите заложников, вам не стоит ждать от них симпатии.

Император хмыкнул.

— По крайней мере, пока у меня эти заложники, я могу не ждать от них нож в спину, лорд Гаррон.

— Как бы вам тогда не напороться на свой собственный. — Тихо проговорил лорд хранитель.

Но как только Император вскинул на него глаза, сделал вид, что ничего не говорил, попрощался и вышел.

После его ухода Ивару пришлось приложить титанические усилия, чтобы взять себя в руки и успокоиться. К тому же, несмотря на свое обещание, ему, вдруг, страшно захотелось увидеть Алису. Поэтому, он порывисто встал и тут же направился в ее покои.

На Императорский дворец опустились сумерки и потихоньку в парке, на который был устремлен мой взор, начали зажигаться огни. Этот парк был невероятно красив и днем, однако вечером, в нем появлялось некое очарование таинственности.

На балконе, на котором я сидела с тех самых пор, как проснулась после похищения моих детей, уже стало довольно прохладно, однако заходить внутрь помещения я не торопилась. Казалось, я вся замерла, заледенела изнутри, поэтому внешний холод я практически не чувствовала. Да, я отдавала себе отчет, что сама лично попросила о том, чтобы переправить Анечку и Ванечку за пределы Запретного города, однако, расставание от этого отнюдь не стало более простым и менее болезненным, ведь почти через сутки врата навсегда закроются, и я потеряю даже призрачную надежду увидеть их когда-нибудь снова. Но в то же время я знала, что поступила правильно, и от этого почему-то становилось еще больней. Но не смотря на разрывающую изнутри боль, после пробуждения ни одна слезинка так и не скатилась из моих глаз. Честно говоря, сейчас я и рада была бы поплакать, но слез не было, лишь внутренний холод и чувство обреченности, ведь судьба разделила меня со всеми, кого я любила и отнюдь не собиралась никого возвращать обратно. Будущее виделось одним темным безысходным пятном. Головная боль медленно, но верно набирала оборы и уже никакие обезболивающие не помогали.

Внезапно, прямо над моим ухом раздался голос Императора:

— Здравствуй, Алиса. Что ты тут делаешь? На улице уже очень прохладно, а ты в совсем легком платье!

Я вздрогнула и повернулась к нему. Почему он здесь? Ведь обещал, что не потревожит.

— А ну вставай, совсем уже закоченела!

Я лишь отрицательно покачала головой. Мне и так было хорошо, вернее совсем не хорошо. Тяжело вздохнув, он наклонился, взял меня на руки и внес в комнату. Я хотела было сопротивляться, но ни физических, ни душевных сил уже ни на что не было.

— Ничего себе! Алиса, ты же совсем закоченела!

Он быстро усадил меня в кресло, укрыл несколькими одеялами и вышел, требуя у горничной чай и что-то еще. А я, только оказавшись в теплом помещении, действительно осознала, как сильно замерзла! Постепенно меня начинал бить озноб. Ивар быстро вернулся, приподнял меня, сел в мое кресло, усадил уже к себе на руки и начал усиленно растирать через одежду плечи и спину. Когда же я взмолилась, чтобы он перестал, потому что кожу уже начало жечь, Ивар просто меня обнял, уложил к себе на грудь и получше укрыл.

Возможно от того, что я, наконец, начала согреваться, а может потому, что почувствовала искреннюю заботу и человеческое тепло, исходящие от него, но на меня вдруг разом обрушились все перипетии последних дней, в глазах предательски защипало, и я разрыдалась, уткнувшись носом в грудь Ивара. Уж не знаю, сколько мы так просидели, но его одежды на груди совсем промокли, а принесенный горничной чай остыл. Постепенно слезы высохли, а я все также продолжала сидеть, прислонившись к нему. Голова по-прежнему болела, но я уже немного с этим свыклась. Наконец, он взял меня за подбородок и заставил посмотреть себе в глаза. Представляю, какая картинка предстала перед его взором: опухшие глаза и лицо, покрытые красными пятнами. Однако, он видимо, на это внимания не обратил.

— Все будет хорошо, Алиса. Я обещаю. — Наконец произнес он.

Я не собиралась ему возражать, поэтому просто попыталась высвободить свой подбородок и снова умоститься у него на груди. Так почему-то было легче. Все-таки, не смотря ни на что, мы с ним прошли через многое, не самое приятное, конечно, но все же это нас каким-то непостижимым образом сблизило.

Однако, он не позволил мне высвободиться и не отводя от меня глаз нежно коснулся моих губ своими, одновременно крепко прижимая к себе и не давая высвободиться. Потом он начал покрывать легкими поцелуями мои глаза, щеки, шею, запустил свои пальцы мне в волосы и снова вернулся к губам, стал целовать более настойчиво, вынуждая ответить на его ласку. И я ответила, приоткрывая их ему навстречу. Я понимала, что являюсь его женой, и он вполне имеет на это право, к тому же, какая-то часть меня неумолимо тянулась к нему, желая ответить, желая большего, и мне сейчас как никогда хотелось чувствовать себя защищенной, любимой, желанной. Его руки ласкали мое тело через ткань платья и наконец, одна из них скользнула под юбку, начала подниматься вверх по бедру, а вторая пробралась в лиф и сжала грудь. Ах эти руки… Они были такими нежными, настойчивы и ласковыми одновременно. Однако, я вдруг остро почувствовала, осознала, что это не те руки, не те пальцы, тепла и утешения которых я действительно желала, и если сейчас произойдет то, что должно, я навсегда потеряю Максима. Хотя нет, не так. Я навсегда потеряю надежду быть с ним, с моим синеглазым. А ведь только эта слабая надежда в последние несколько часов удерживала меня от непоправимых поступков. Надежда… Но какая может быть надежда у нас с Максимом, если он в плену и его скоро казнит этот самый человек, который сейчас так самозабвенно меня целует, и на ласки которого я отвечаю? Я вдруг самой себе стала противна. Меня с головой накрыл стыд и стало очень страшно. Наваждение, окутывавшее меня, улетучилось, и я с ужасом поняла, что Ивара уже не остановить. Он зашел слишком далеко, его губы и руки лихорадочно блуждали по моему телу и любой протест мог лишь ожесточить его и заставить удвоить свои старания. Я чувствовала, как мое тело предает меня, отвечая на его ласки, желая их, отзываясь истомой внизу живота.

В это мгновения мой полный отчаяния взгляд упал на столик, где стояли болеутоляющие, и меня осенило. Конечно, спекулировать собственным здоровьем нельзя, но и оставаться в руках этого человека я не желала. Других идей все равно не было, поэтому, вскрикнув, я ухватилась обеими руками за виски и изобразила полную потерю сознания.

Актриса из меня всегда была не важная, однако отчаяние придало мне сил и решимости, и Ивар так перепугался, что видимо, подвоха в моих действиях не заметил, потому что на несколько секунд замер, а потом вскочил как ошпаренный, уложил меня трясущимися руками на кровать и выбежал, выкрикивая требования немедленно привести целителя.

Глава 54. Перед боем

Я затаился в небольшой лесополосе, при помощи спец. костюма сливаясь с ландшафтом. Прямо передо мной в поле раскинулся временный лагерь людов. Палаточный городок был довольно большим и обнесен забором, однако не сказать, чтобы очень уж комфортным. Да это было и не к чему, ведь все они скоро его покинут. Император собирается распределить их в семьи людей Запретного города, таким образом, помогая адаптироваться, а потом потихоньку будет подсовывать им их вторые половинки. Неплохой план, по крайней мере, не лучше и не хуже других. Конечно, если при этом не учитывать, что несчастных людов просто на просто выдернули из их мира и всего того, что они любили, ценили, к чему стремились. Жестоко… Но даже мне приходится признать, что для выживания нашей расы это необходимость, потому что эти люды являются теми, кто может продлить род людей Запретного города. Хуже всего то, что совсем скоро врата миров закроются навсегда, и никто из них при всем желании уже не сможет вернуться в свой мир. Не знаю, чтобы я делал, забери у меня Запретный город. Хотя нет, знаю, если бы Алиса и дети были рядом, я бы ушел отсюда не оглядываясь. Близкие бы поняли, а мнение остальных меня уж точно не интересует. Однако и этому уже, видимо, никогда не сбыться…

Я с нетерпением ожидал начала атаки, чтобы активировать пространственный тоннель, через который должны появиться солдаты Сопротивления.

Сначала, из-за ранения, меня не хотели и близко подпускать к нападению, но я просто предупредил, что буду там с ними… или без них. Тогда меня захотели пристроить в отряд, который будет выполнять миссию в другом месте, но я хотел попасть именно сюда, поближе к Ивару, чтобы получить возможность убить его собственными руками, хотя прекрасно осознавал, что надежды на это мало.

До недавнего времени я искренне полагал, что совершить убийство — это самое ужасное, что вообще может сделать человек, как личность, как мыслящее существо. Да, как военный, я допускал мысль о том, что мне возможно когда-нибудь придется убить человека. И это несмотря на то, что оружие, которое может привести к смертельному исходу давно снято с вооружения, а убийство в Запретном городе было большой редкость. Во всех нас самого рождения воспитывалось неприятие насилия, а убийство считалось не просто высшей мерой слабости, но позором, как для лично совершившего его, так и для всего общества в целом. Но, как бы иррационально это ни звучало, мне кажется, именно поэтому все то, что сейчас творит, придя к власти, Ивар, так ужасает народ и в то же время притягивает к себе и делает его в глазах толпы кем-то большим, кем-то, кто может остановить вымирание и внутреннее разложение Запретного города.

Однако я знаю правду! Он может быть кем угодно, но только не тем, кто выведет нас в будущее, где есть место любви, счастью и жизни. Все, что может дать людям этот человек — это смерть. И если не остановить его сейчас, то всем им придется заплатить очень дорогую цену, чтобы это понять, а изменить что-либо будет уже не возможно.

Этот человек не задумываясь готов пожертвовать жизнями сотен людей, он перекраивает жизненную философию нашего народа, он гниет изнутри и распространяет это невидимое глазу гниение вокруг себя, заражая им окружающих, как каким-то гадким неизлечимым вирусом. Хуже всего то, что он действительно хочет сделать что-то хорошее для будущего нашего народа. Но его благими намерениями выложена дорога в ад! Сам того не осознавая, он выбирает не те методы и разрушает себя и всех нас изнутри. Мне страшно даже подумать, что нас ждет впереди, если оставить все как есть.

Ну и конечно личные мотивы, куда уж без них! Эта сволочь лишила меня всего: положения в обществе, имени, друзей, а самое главное он лишил меня Алисы, Анечки и Ванечки. От одной мысли об этом у меня перед глазами все темнеет! И плевать мне на то, что он помог спасти детей, когда все остальные хотели их смерти, потому что я не верю, что вся эта заварушка обошлась без его вмешательства, ведь для него в конечном итоге все получилось более чем удачно: Алиса кидается в ноги, соглашаясь исполнять любую его волю взамен на жизни детей, он выступает в качестве спасителя и героя, и все это в то время, как мы попадаем в засаду и практически всем взводом погибаем! Нет, таких совпадений не бывает. А повстанцы! Они тоже хороши. Как они могли все это допустить и не сделать хоть что-нибудь, чтобы спасти моих крошек!

Только Алиса… Только она решилась на какие-то действия. Моя храбрая, безрассудная, любящая девочка. Как же я ее люблю, боготворю, обожаю! Закрывая глаза, я вижу лишь ее лицо, лишь плавный изгиб ее губ и глаза цвета темного шоколада, в которых для меня сосредоточено все счастье мира. И мне страшно даже представить, что с ней сейчас происходит во дворце, страшно даже подумать, что он может прикасаться к ней, целовать и брать то, что до этого было только моим.

Нет!!!

Сейчас нельзя об этом думать. Необходимо сохранять холодный рассудок, хотя ярость и собственное бессилие буквально прожигают мой мозг раскаленным до бела железным прутом.

В это время по усилившемуся шуму со стороны лагеря людов, я понял, что появился Император. Он прошествовал к установленной на возвышении трибуне и властным движением головы осмотрел всех присутствующих, после чего наступила гробовая тишина и он начал свою речь о том, какой чести удостоились эти несчастные люды, оказавшись в Запретном городе.

В следующее мгновение прямо передо мной возникла Елена, подруга Алисы, наделенная даром видеть пространственные дыры и беспрепятственно путешествовать через них. Именно она спасла меня и моих друзей из тюремной лечебницы и как раз при помощи этого своего дара, о котором знал очень узкий круг людей.

— Максим, только что отряду Григория удалась освободить родственников членов Императорского совета. Теперь у членов совета развязаны руки и их войска будут здесь с минуты на минуту. Но Император тоже скоро будет об этом в курсе.

— Можешь не говорить. Я открываю пространственный тоннель, и мы выступаем.

- А я попытаюсь найти Алису и детей.

Я остановился и посмотрел Лене в глаза.

— Спасибо…

— Не стоит меня благодарить, она ведь моя лучшая подруга. — И она ободряюще сжала мою ладонь. — Береги себя, и поаккуратнее там с людами. Им и так сейчас не сладко.

— Ты права: для них и так на сегодня достаточно потрясений. Мы постараемся усыпить их газом.

После чего я активировал тоннель и из него хлынул поток солдат Сопротивления, которые тут же начали действовать согласно заранее составленному плану.

— Лена! — Позвал я еще не успевшую скрыться девушку. — Ты можешь сейчас провести меня ближе к Императору? — Увидев испуганное лицо девушки, я быстро пояснил. — Наше нападение очень скоро станет явным и Ивар просто на просто снова уйдет, а нам нельзя этого допустить! Переведи меня! Ради Алисы!

Секунду она молчала, но потом помотала головой из сторону в сторону и ответила:

— Как раз ради Алисы я этого делать и не буду. При первой же тени опасности, над трибуной поднимется силовое поле и будет открыт пространственный тоннель во дворец. Ты не успеешь до него добраться, а если и успеешь… Вокруг будет столько охраны, что вместо того, чтобы отомстить, ты окажешься один среди врагов. Не трудно предположить, чем закончится этот бой. — Я хотел возразить, но она продолжила, не обратив на это никакого внимания. — Максим, прошу, доверься Вассу и его плану, и очень скоро Ивар предстанет перед судом.

— Довериться?! Так же как и тогда, когда ушел на задание и оставил на его попечение Алису и детей, а он даже пальцем не пошевелил для их спасения?!

— Максим, ты и сам знаешь, что я тоже ощущаю себя преданной, ведь он просто усыпил меня тогда, не давая возможности даже выразить свое мнение! Но с этим мы разберемся позже, а сейчас нам всем нужно придерживаться плана, иначе ничего не выйдет! — В этот момент мне было сложно сказать, к кому она больше обращалась: ко мне или к себе самой. — Прости… Мне пора.

И она просто исчезла в пространстве.

Несколько секунд я еще боролся с собой и охватившей меня яростью, на большее не было времени, а потом повернулся к отряду и скомандовал:

— К бою!

Глава 55. Побоище

Принц Васс и лорд Марк стояли перед голограммными экранами, занимавшими все пространство вокруг, и следили за ходом сражений. Первое было уже окончено и освобожденные родственники членов совета переправлялись в безопасное место, что, в общем-то, и позволило начаться второму сражению. Оно разгоралось на поле перед лагерем людов, и если все пойдет по плану, должно было окончиться довольно быстро. Третье же сражение уже кипело непосредственно во дворце Императора. Да что там, скоро по всему Запретному городу возникнет еще очень много очагов сопротивления существующей власти и все, наконец, вернется на круги своя.

Конечно, при обсуждении нападения на дворец планировалось очень много сложностей. Ведь он считается неуязвимым и нападать на него сумасшествие, и это действительно было бы сумасшествием, если бы нападение не было организовано членами совета в полном составе, ну, за исключением леди Хранительницы знаний. Но на то она и Хранительница знаний, чтобы не вмешиваться, а наблюдать.

Сейчас же эти двое стояли и наблюдали за всем, что было спланировано долгими бессонными ночами.

— Лорд Марк, я не могу так! — Воскликнул принц Васс, на лице которого без труда можно было прочесть нетерпение и желание действовать.

— Как так? — Лорд решил сделать вид, что не понимает принца.

— Я не могу стоять здесь и смотреть! Я хочу быть там и действовать! Какая от меня польза здесь?

— Принц. — Спокойно ответил лорд Марк. — Мой сын там, в самой гуще событий. И неужели вы думаете, что я не хочу сейчас оказаться рядом с ним и сражаться плечом к плечу? — На секунду он позволил себе выдать его истинные чувства, но в следующее мгновение снова вернул маску спокойствия и проговорил. — Но в этой битве каждому из нас отведена своя роль и мы должны ее выполнять, вне зависимости от наших желаний. И вы не хуже меня знаете, что очень скоро понадобитесь в другом месте. Не вздыхайте так тяжело мой принц. К сожалению, мы все лишь марионетки в руках судьбы и будем надеяться, что наши потуги хоть на какое-то время взять ее под контроль увенчаются успехом. Сейчас очень многое зависит от мелочей, и мы с вами должны проследить за ними отсюда.

— О нет! Он все-таки решился на это! — Воскликнул Васс,

Лорд Марк проследил взглядом за тем, что так взволновало принца, и краска в один миг схлынула с его потрясенного лица. Да, они этого опасались, но все же не могли допустить и мысли, что Император отдаст приказ на использование огнестрельного оружия. В Запретном городе его не применяли уже более тысячи лет, ведь каждая жизнь считалась бесценной, и любые покушения на нее, будь то причинение физического вреда или лабораторные эксперименты с человеческой сущностью карались очень строго. Но в последнее время Ивар рушил все больше и больше запретов и эти в том числе. Однако, они все равно не могли предположить, что он пойдет на это сегодня, ведь трансляцию этой бойни увидит весь Запретный город, что не сможет не всколыхнуть саму основу их общества. Да еще и то, что рядом находились столь драгоценные на данный момент люды, тоже должно было сыграть против применения оружия, которое может обрывать жизни, а не лишать сознания лишь на некоторое время.

— О Великие Предки! — Наконец вырвалось из груди лорда Марка, когда он увидел ту же картину и на территории дворца, где кипело сражение и окровавленные тела начали валиться на пол.

Повинуясь какому-то непонятному импульсу принц Васс дрожащей рукой потянулся к экрану и сделал пасс пальцами увеличивая картинку с вражескими солдатами. Ему казалось не постижимым, что на их лицах написано спокойствие, а в глазах мелькают лишь бледные тени тех эмоций, которые испытывает солдат в бою впервые убивая человека. Да что там, в их глазах плескалась холодная пустота безразличия, которая заставила вздыбиться каждый волосок на теле принца.

— Не может быть! — Наконец вырвалось у него.

— Может. — Дрогнувшим голосом проговорил лорд Марк. — Он проводил опыты над освобожденными нами людьми не зря: все это делалось для того, чтобы промыть мозги своим солдатам и теперь в его распоряжении собственная армия зомби…

Я был на полпути к возвышению, где вопреки всем ожиданиям все еще стоял Император Ивар 1 и взирал на поле боя, когда из открытого пространственного тоннеля хлынули свежие сил противника и воздух взорвался очередями выстрелов из огнестрельного оружия. Наши ряды, только что такие плотные и слаженно атакующие рассыпались и вокруг послышались стоны.

Прямо около меня схватился за шею какой-то солдат, и кровь окрасила его пальцы темно-красным. Последним, что я четко увидел в толчее, которая началась вокруг — это его удивленно-испуганные глаза и широко открытый рот, которым он пытался ухватить хоть каплю воздуха. А дальше началось нечто невообразимое. Молодые и неопытные новобранцы впали в панику, пытаясь убежать подальше от того ужаса, который предстал перед ними, таким образом становясь хорошей мишенью для безжалостных стрелков. Те, кто не утратил самообладания, ринулись в бой, погибая, но сминая противника тем оружием, которое имели при себе, и вступая в рукопашную.

Где-то на периферии сознания я отметил, что Император так и не покинул свой наблюдательный пункт на вершине холма. И что-либо вокруг, кроме стремления пробиться к нему и убить собственными руками, потеряло всякое значение. Пот заливал глаза, что-то горячее стекало по правому виску, и непонятная слабость начала окутывать все тело, замедляя движения и делая их менее эффективными, но ярость бушевавшая во мне придавала сил, и я, как одержимый маньяк, продолжал прокладывать себе путь вперед.

В какой-то момент наши глаза встретились, и я увидел, как в удивлении взметнулись его брови, и он что-то проговорил офицеру, стоявшему рядом. Но тут я отвлекся и, когда снова взглянул на холм, Ивара там не оказалось. От разочарования я зарычал и начал озираться в поисках этого труса, но все было тщетно. Бешенство закипело во мне черной, сминающей все на своем пути волной. Пребывая в этом состоянии, я не заметил, что выстрелы вокруг меня стихли, но натиск усилился. Однако, это не мешало мне видеть, как гибли мои товарищи, и как гибли те, кого мы на данный момент считали своими врагами. Но в смерти нет врагов, нет победителей и побежденных. Смерть забирает одинаково и тех и других, уравнивая их в правах, ставя на одну единственную сторону — ту, на которой нет жизни.

Это был уже не бой. Это было побоище.

Вражеский натиск продолжал нарастать, в то время как мои силы начали меня оставлять. Внезапно, я ощутил сзади сильный удар. В одночасье мир померк. И единственное о чем я мог думать в это краткое мгновение уходящей жизни — это горячий шоколад глаз Алисы.