Глава 26

Не то чтобы я была готова ответить на вопрос Ксюши, но звонок моего телефона не дает мне вымолвить даже привычное «я не знаю». При виде имени своего парня на экране, мозг начинает судорожно придумывать причину по которой я не могу и сегодня встретиться с ним. Я не избегаю его, но эти дни, в самом деле, выдались напряженными, поэтому предыдущие три или четыре раза я ссылалась на усталость и необходимость подготовки к экзамену.

Правда, когда я беру трубку, Никита не дает мне шанса отказаться от встречи и весело заявляет:

— Детка, я на крыльце, выходи.

— Дай мне десять минут, — прошу его с улыбкой и начинаю активно собираться. Сейчас еще не конец рабочего дня, а значит, скорее всего, Ник специально отменил дела, чтобы встретиться со мной. И несмотря на то, что на пару секунд в глазах потемнело от того как я резко вскочила со стула, в целом туман в голове уже не чувствуется таким плотным. Да, мне определенно лучше. По идее, если к следующему этапу экзамена я приду в норму, то мне и готовиться толком не нужно, зубрежка в течение года должна меня выручить.

Спускаясь с четвертого этажа я на всякий случай держусь за перила, но не могу не отметить, что даже тяжесть в ногах понемногу испаряется. А когда я вижу Ника с шикарным букетом цветов, так вообще совершаю отчаянный поступок — бегу к нему навстречу.

— Как же я скучал, детка! — произносит он, зарываясь в мои волосы.

— Я тоже, — прижимаюсь к нему. Мне хочется подольше застыть в этом моменте. И почему я избегала встречи с ним все эти дни? Может, если бы я не зацикливалась так на своем самочувствии, уже давно бы пришла в себя. С Ником мне хорошо. Спокойно и комфортно. Он мой.

— Я надеюсь, ты голодная, — заявляет он, едва мы садимся в его машину. — Я сегодня утром как кофе влил в себя, так больше времени не было ни на что. Так что, ты просто обязана составить мне компанию.

— Я не очень голодная, мы только что чай с Ксюшей попили. Но компанию тебе составлю, конечно.

Мне хочется добавить, что надо было предупредить о своем визите, но вовремя останавливаю себя. Врать я не люблю, а что-то мне подсказывает, что если бы Ник позвонил мне заранее, то я обязательно придумала причину, по которой не могу.

В кафе Рахманов делает огромный заказ, будто сидел на жесткой диете как минимум неделю, я же ограничиваюсь кофе и шоколадным муссом. Уверена, готовят тут превосходно, но недавний бутерброд с сыром все еще лежит камнем в желудке.

Положив подбородок на ладони, я завороженно наблюдаю за тем как он ест и попутно рассказывает про текущий проект. Раньше он тоже мог часами рассказывать мне об их успехах, но сейчас я не могу не отметить, что имя Истомина ни разу не всплыло за весь ужин. Не то чтобы это меня огорчало, конечно, мне вполне хватило сегодняшней мимолетной встречи, но я сразу понимаю, что Ник еще не отпустил ситуацию с моим сном. Надеюсь, что скоро это пройдет, не хотелось бы, чтобы Вадим как-то незримо присутствовал в наших отношениях… И зачем я только рассказала Никите об этом дурацком сне? Надо бы сразу признаться, что ничего толком не помню.

Когда мы приступаем к десерту, я решаюсь задать вопрос, который мучил меня со времени разговора с Ксюшей:

— Ты, случайно, не знаешь, у Миланы были проблемы с Голиковым?

— Это который экономику ведет?

— Да, у нее он по идее, мировые экономические отношения вел в этом году.

— А что за проблемы-то?

— Если бы я знала, то не спрашивала, — смеюсь я. — Мне просто кто-то из девочек сказал, что Милана пыталась найти подход к преподу.

— Ну, если искала, значит стопудово нашла, — усмехается Ник, слизывая шоколад с ложки. — Ты же ее знаешь, она ни перед чем не остановится. Если вбила себе что-то в голову, то все… хана всем.

— Разве? — пожимаю плечами. — Я, конечно, понимаю, что знаю ее не так долго как ты, но мне она кажется гораздо мягче, чем ее подруги. Вот Марина, да… та бы вряд ли перед чем-то остановилась. Не удивлюсь, если бы она попыталась соблазнить бедного Голикова ради оценки.

— А че бедного-то сразу? — смеется Никита. — Не помню, чтобы кто-то жаловался. От нее обычно все довольные уходят.

Его слова бьют хлестко, словно плетью. Понимаю, что сама начала эту тему, но слышать как твой парень обсуждает сексуальную жизнь другой девушки… как-то неприятно, что ли.

— Ник, ты с ней спал?

— Чего? — он делает большой глоток минералки в попытке пропихнуть кусок торта, который жевал до этого и обиженно заявляет: — Ты совсем, что ли?

— Ну я же не имею в виду измену, — оправдываюсь. — Но до того как ты начал встречаться со мной, у тебя были все шансы.

— Да ну нафиг, — он даже головой трясет. — Для серьезных отношений она явно не подходит, а переспать разок по приколу и потом видеться каждый раз на тусовках, ну такое…

Никита разводит руками, показывая свое отношение к такому раскладу, а я вдруг, ляпаю:

— Ну Вадима же это не останавливает.

— Детка, мы сейчас всерьез обсуждаем личную жизнь Истомина? Тебя так волнуют его отношения с Маринкой?

— Нет, конечно, извини, пожалуйста, — мямлю я, чувствуя как щеки заливаются румянцем. Ну вот кто меня за язык тянул? Я ведь сама только недавно радовалась, что мы так удачно лавируем темами, что даже ни разу не упомянули Истомина, и вот сама же его и вспомнила почему-то. — Просто ты так легко говорил о том, что Марина, скажем так, не особо разборчива в сексуальных связях, что я…

— Детка, — вздыхает он. — Давай оставим тему сексуальной жизни наших друзей. В любом случае, лучше уж вести такую разгульную жизнь, чем вешаться на отца своей лучшей подруги и по приколу просить ее называть себя мачехой.

— На отца…, — я вдруг вспоминаю странную встречу с отцом Миланы на даче. Мне ведь тогда показалось странным, что Марина вроде как сделала вид, что они с Вадимом провели ночь, а он не смог ей подыграть, пожелав доброго утра будто только ее увидел. — Она вешалась на отца Миланы?

— Ага, — смеется он. — Это еще со школы тянулось, она втюрилась в Андрея и вечно за ним бегала

— А он?

— А что он? Дурак он, что ли, связываться с малолетками? У него баб пруд пруди, нахрена ему школьница? На аттракционы сводить, да за ручку подержаться? Не, он ее прямо не посылал, конечно, но постоянно ржал, что ему и одной дочери хватит. Ринка с этого бесилась жутко, да и Милана тоже. Ее жутко злила эта ее влюбленность.

— Могу представить, — бормочу я. Хорошо, что Марина переросла это, я хоть и почувствовала что-то странное между ними тем утром, но это была явно не тайная любовь. Скорее обида за то, что он не ответил ей взаимностью.

— Ладно, — предлагает Ник. — Давай сменим тему. Нам что, кроме сексуальной жизни левых людей обсудить нечего?

Только я открываю рот, чтобы сказать ему, что тем у нас полно, как к нашему столику подходит незнакомая девушка и радостно приветствует его. А вот у моего парня гораздо меньше энтузиазма, даже невооруженным взглядом видно, что он ей не рад. Несмотря на то, что я всегда считала себя абсолютно благоразумной, не склонной к ревности, девушкой, первое, что приходит на ум — она его бывшая. Ну, или может та, кто не ответила ему взаимностью. Уж слишком недобро он на нее смотрит.

Он никак не выказывает свой интерес к ней, поэтому, полагаю, мне можно расслабиться и заняться своим шоколадным муссом. Что я, кстати, и делаю, однако уже через секунду застываю с ложкой во рту, потому что Ник вздыхает:

— Что тебе нужно, Агата?