Глава 45

Не знаю сколько мне удалось поспать этой ночью, судя по зомби в зеркале — совсем немного. Хотя, справедливости ради, припухшие губы с пурпурными точками кровоподтеков в уголках, это скорее заслуга Истомина, чем бессонной ночи. Впрочем, общий потрепанный вид и нездоровый блеск в глазах, тоже.

Про душевное равновесие и эмоциональный раздрай я, вообще, молчу.

Хотя, насчет последнего спорный вопрос. Его друзья тоже неплохо постарались.

Пол ночи я снова раз за разом анализировала все события, дотошно раскладывала по полочкам все наши встречи и даже немногочисленные диалоги.

Одно из двух: либо в их компании каждый второй — актер без «Оскара», либо у меня точно паранойя.

Прошли уже почти сутки моего тайм аута от Ника, а легче мне не стало. И я с какой-то тягучей отрешенностью понимаю, что и не станет. Сама я ни за что не пойму причины такого странного поведения Миланы. А значит, пора задавать вопросы напрямую.

Осталось только решить кому.

У Никиты был шанс рассказать мне правду. Или он, действительно, ничего больше не знает, или просто не горит желанием делиться.

К Вадиму идти опасно. Очевидно, что в присутствии друг друга мы себя не контролируем.

Остается Милана… Та самая Милана, которая пыталась меня отравить.

Перед глазами стоит ее псевдо смущенная улыбка, когда ее поймали с поличным, этот невинный образ… Сколько раз она применяла актерские способности в общении со мной? Каждый раз? Или все-таки хотя бы в начале она была искренней?

Никогда не думала, что признаю это, но надо было слушать Ксюшу и все безумные сплетни, что она пыталась до меня донести. И пусть она делала это в какой-то своей беспардонной манере, соседка по-своему заботилась обо мне. Возможно, единственная из всего моего окружения.

Настойчивая вибрация моего телефона прерывает мои тупиковые размышления и я иду на звук, уверенная, что это звонит мама. О своих проблемах я ей, конечно, не рассказывала, но она всегда чувствует, когда мне нужна ее поддержка и забота.

Однако, когда я хватаю смартфон с кровати, понимаю, что звонит не мама, а Голиков. Что ему, интересно, понадобилось? Может, хочет чтобы я пораньше приступила к своим обязанностям в приемной комиссии? У меня остался один экзамен, но в принципе, могу начать уже завтра. Это только сыграет мне на руку при разговоре с комендой.

— Кира, ты дома? В смысле, в общежитии? Я подъехать хочу.

— Нет, я не дома, Николай Александрович. Что-то случилось?

— Да что могло случиться,? — смеется он. — Гостинцев хотел передать, говори куда привезти.

Через полчаса он отправляет мне сообщение, чтобы я спускалась и я радостно бегу вниз перепрыгивая через ступеньку. Где-то на середине дороги вспоминаю, что я, вообще-то не в общаге на четвертом этаже, и вызываю лифт. Но все равно, когда вижу его белоснежный седан, на лице сияет огромная улыбка. Гостинцы означают только одно: Голиков ездил в наш поселок и моя бабуля как всегда напекла кучу пирогов и другой умопомрачительной снеди.

Ныряю в прохладу кожаного салона и в ноздри тут же забивается запах домашней выпечки.

— С вами поделиться? — щедро предлагаю преподавателю. Одной мне это и за неделю не умять.

— Ты только что оскорбила свою бабку, — смеется он. — Думаешь, она мне ничего не собрала? Я сначала Анфису с Женей домой забросил, выгрузил уже все. Так что давай, дуй обратно, а то без меня все съедят.

Я моментально представляю, как мой преподаватель дерется со своими родными за вкуснейшие пироги моей бабули и поэтому выхожу из его машины с веселой улыбкой. Правда, потом я зачем-то смотрю наверх и улыбка тут же сползает с моего лица.

Господи, да я даже не уверена, где находятся балконы этих закадычных друзей, молчу уже о том, что определить стоит ли кто-то там, с такого расстояния нереально. Но тем не менее, я готова дать руку на отсечение, что Истомин снова пафосно наслаждается одиночеством с видом на город. И на меня.

Обратно в квартиру я поднимаюсь уже не в таком приподнятом настроении. Гостинцы, конечно, согревают мою душу, но через ступеньки я уже не перепрыгиваю, да и вообще, сразу решаю воспользоваться лифтом.

Пора, наверное, и честь знать. Денег на карте хватит, чтобы снять комнату в каком-нибудь хостеле. Здесь же мне постоянно будет мерещиться Вадим, а это весьма чревато для моей, и так расшатанной нервной системы.

Выхожу из лифта с решительным намерением прибрать следы своего пребывания в квартире Никиты и даже немного хмурюсь, пытаясь придумать как лучше передать ему ключи. Встречаться лично я пока точно не готова, оставить их соседу — тем более.

Но судя по всему, этот самый сосед не особо интересуется моим мнением, потому что стоит мне выйти из прохладной металлической кабины, как я сталкиваюсь с ним.

— Когда ты вчера сказала, что дело не только в твоем парне, я и подумать не мог, что есть кто-то еще, — выплевывает он, даже не пытаясь вытравить из голоса осуждение.

— Что…, — хмурюсь я и тут же начинаю задыхаться, когда понимаю что он имеет в виду. — Ты серьезно думаешь, что я…

— Бегала на свидание со своим преподавателем? — продолжает за меня Истомин. — Разве нет? Судя по времени, что ты провела в его машине, Голикову тоже пришлось обломаться. Или он у тебя внеурочный зачет там принимал?