Глава 4

Мне показалось, что мимо пролетела рыбацкая сеть. Что-то свистело за спиной, слышались приказы Винсена и стук копыт, сливаясь в один, нестройный гул. Я вцепилась в гриву коня, надеясь, что Облачко знает, что делать, и не свернет в овраг без команды седока. Да и толку от меня в этой роли, как оказалось, куда меньше, чем вреда.

Пригнувшись к самой лошадиной шее, я пролетела мимо тех членов отряда, что ускакали вперед, даже не пытаясь остановить коня. Что происходило позади, оставалось для меня загадкой, но ощущение опасности не отпускало.

— Не останавливайтесь, — рядом, словно возникнув из неоткуда, появился юноша, что прислуживал принцу. Перегнувшись, едва не соскальзывая с седла, он ухватил оборванный повод Облачка и потянул его в сторону, пришпоривая и своего коня.

— Что там? — горло сдавило и слова удавалось протолкнуть через него с трудом, но я постаралась, чтобы они были различимы.

— Наши своевольные братья. Запретить его высочеству вас спасать они не могут. Но если что-то произойдет в пути, то никто не будет виноват.

— Они хотят… — я не могла закончить фразу. Мне казалось, что я избавилась от страха, когда покинула двор обители, но все вышло не так. Вновь холодная волна прошла дрожью по телу, сковывая конечности.

— Убить вас? Именно так. Но не стоит сильно беспокоиться. Его высочеству, конечно, будет немного накладно из-за подобной прыти клириков, но это никак не помешает.

Кони свернули куда-то с основной дороги в подлесок, и парень немного натянул поводья, сбавляя темп.

— Разве это не опасно? — только теперь, когда мы не неслись бешеным галопом, я немного отлепилась от шеи коня и позволила себе посмотреть за спину. Дорога была пуста, только над ней опадала неплотная пыльная пелена, поднятая копытами наших коней.

— Никто не станет делать длинную засаду, — тоже оглядываясь, отозвался юноша. — Это слишком накладно. Если первый удар не удался, а я так понял, что его высочество почувствовал засаду немного раньше, чем на это рассчитывали, значит попытка провалилась. Не переживайте, они еще попытаются взять реванш. Но не сегодня.

— Откуда такая уверенность? — я все смотрела на поворот, пока на дороге не появилась помощница принца. Назвать ее служанкой у меня почему-то теперь не поворачивался язык.

Женщина прямо сидела в седле, высоко держа голову и не глядя по сторонам. Вся ее поза говорила об уверенности. Только сейчас я заметила на ней кожаную кирасу, надетую поверх платья.

— О, вот и Хирим. Значит и остальные на подходе, — весело, как-то совершенно беззаботно протянул юноша, и окончательно остановил лошадей. — Ну и как дела?

— Дурни, — с какой-то брезгливостью уронила женщина, подъезжая ближе. — То ли на удачу рассчитывали, то ли на невнимательность. Две стрелы попали в лошадей, но ты же знаешь эту породу, только оцарапали.

— Что высочество?

— Недоволен. Видно, что задумался в дороге. Сейчас и он будет.

И почти сразу после ее слов появились остальные члены отряда, вместе с Винсеном. Принц и правда выглядел хмурым, мне даже показалось, что вокруг него вьется какое-то темное облако, но под тенью деревьев сказать точно было сложно.

— Все в порядке? — поравнявшись с нами, сухо поинтересовался принц, и дождавшись короткого кивка, тронул пятками бока своего коня. Вид у него был такой суровый, что я боялась даже открыть рот.

Какое-то время мы ехали молча, а я с удивлением смотрела на этих странных людей: ни малейшего напряжения, ни сомнения или тревоги. Словно ничего не произошло. Кажется, это событие потрясло только меня, отдаваясь дрожью в руках.

Так, почти в полном молчании, мы двигались до самой ночи, не пришпоривая коней. Разве что Винсен немного изменил маршрут, на несколько мгновений останавливаясь у перекрестков и вглядываясь в дорогу впереди, словно мог видеть сквозь пространство.

И только когда окончательно стемнело, принц остановился. Несколько мгновений рассматривая звезды, что разгорались все ярче, он махнул рукой.

— Туда. Левее. Там должен быть подлесок возле котором можно расположиться под деревьями и не привлекать излишнего внимания.

Не задавая вопросов, Хирим направила коня в непроглядную темноту медленным шагом. Я уже не могла разглядеть даже хвост ее коня, но кажется у Облачка не было таких сложностей. Как и у всех остальных. Конь шел спокойно, уверенно, а меня все больше одолевала паника. Вероятно, сказывались события прошедшего дня.

Облачко остановился сам. Я слышала голоса людей, храп коней и видела нечеткие тени, что почти растворялись в темноте.

— Спускайтесь, Ирмена.

— Куда? — в голосе промелькнула истерика. Опустив голову, я не смогла разглядеть даже землю внизу под копытами.

— Что? — в голосе Винсена послышалось непонимание, настолько искренне, что я была готова рассмеяться, если бы ситуация не была такой сложной для меня в этот момент.

— Я не могу спуститься в такой темноте!

— Вы… не видите?

— Какое точное замечание, — ничего не удавалось поделать с той язвительностью, что сама собой прозвучала в голосе.

— Об этом я как-то не подумал, — в воздухе вспыхнул слабый, едва разгоняющий мрак, огонек голубого света. Он висел чуть левее головы принца, высвечивая только левую скулу и часть доспеха на плече.

Шагнув ближе, принц уверенным движением ухватил за талию и легко снял меня с седла, опустив на землю. Огонек так и остался висеть где-то над моей головой, практически не давая света, выдергивая только лицо принца из мрака.

Вокруг что-то шуршало, едва различимо двигались люди. Кто-то подошел со спины, и невидимый в темноте, увел в сторону всхрапнувшего Облачко, заставляя меня вздрогнуть от неожиданности. И все это почти в полной темноте, которая, кажется, мешала толко мне одной.

— А все остальные? Они видят?

— Конечно, — снова с каким-то удивлением отозвался принц, и я увидела, как голубая в свете огонька, бровь поднялась вверх.

— Как же им всем повезло, — фыркнула я, совершенно невежливо. Принц едва слышно хмыкнул в ответ и добавил как-то почти извинительно:

— Мы редко путешествуем с кем-то не из своих, так что я просто не подумал о подобных нюансах. Придется с этим что-то делать.

— Достать мне новые глаза? — почему-то эта мысль не показалась такой уж невероятной и невозможной, когда я произнесла фразу вслух.

— Нет. Придется вас научить.

А вот подобного поворота я никак не ожидала. Научить меня видеть в темноте? Как он это себе представлял? **

— Вам установили палатку. Думаю, в ней будет несколько комфортнее, чем на земле. Мои люди привыкли к полевым условиям, а вот как быть с вами…

— Спасибо. Я постараюсь вас не сильно обременять. Насколько это возможно.

Я сделала несколько шагов в указанную сторону, и почти сразу запнулась о какую-то корягу. Света голубого огонька, что висел над плечом Винсена, явно было недостаточно для того, чтобы спокойно добраться до цели без происшествий. Тяжело вздохнув, не позволяя себе расстроиться из-за происходящего, я пошла дальше, почти не отрывая ноги от земли.

— Лучше я вас провожу, — проследив взглядом за моими не самыми изящными попытками, принял решение принц. — Костер разводить мы не будем, так что придется обойтись тем, что имеем.

— Мне бы, — озвучивать просьбу не хотелось, но проведенные в седле часы сделали свое дело, и молчать было глупо, — мне бы уединиться…

— Об этом я не подумал, — признался принц и неожиданно подхватил меня на руки. Я едва не вскрикнула, вцепившись в широкие плечи и крепче прижимаясь к холодной стали доспеха. — Так будет быстрее.

Мы шли почти в полной темноте, только слабое свечение вырисовывало острыми тенями скулы и нос принца. Не видя ничего вокруг, кроме черного и еще более черного, я смотрела на мужчину, так неожиданно взявшего в свои руки мою судьбу.

— Здесь чуть дальше есть ручей. Он не большой, но умыться вы сможете. А после я отнесу вас обратно.

Меня поставили на ноги, и Винсен, оглядевшись, прикрыл на мгновение глаза. Огонек увеличился в размерах, из голубого став почти белым, словно полная луна, и я смогла разглядеть траву под ногами, стволы деревьев и кустарники рядом. Ухо уловило тихое журчание воды.

— Думаю, с дороги нас сейчас не видно, но долго держать так много света не стоит. Не отходите далеко.

Мне ничего не оставалось, кроме как кивнуть. Хотелось малодушно уточнить, будет ли принц так и дальше стоять, пока я отойду по нужде, но я не решилась. Мой стыд сейчас был последним, чем стоило беспокоить Винсена.

Стараясь не слушать мысли в собственной голове, я отошла за ближайший куст и распустила завязки штанов.

— Дорога у нас будет не очень долгая, — неожиданно громко заговорил принц, и я не сразу поняла, что делает он это для того, чтобы мне было немного спокойнее. — Дня четыре, может пять. Самым трудным окажется подъем, но наши кони должны его выдержать. Не просто так тетушка ими занимается с таким усердием.

— А потом будет озеро? — я вышла к принцу, поправив одежду, и попыталась отыскать взглядом ручей. Но свет так далеко не доходил.

— Надеюсь, что так. Иначе придется придумать что-то другое. Чтобы суметь сохранить вашу жизнь. Но об этом пока рано беспокоиться. Тем более, что у меня есть некоторые мысли на сей счет. Умываться?

Мы двинулись вперед, в сторону усиливающегося журчания.

— Вы так хорошо разбираетесь в том, что мне нужно. Не могу не спросить, откуда это, — я не знала, о чем еще спросить, но молчание казалось слишком тяжелым, почти недопустимым в этом пятне света. Кроме того мне нравилось звучание голоса Винсена. Он успокаивал.

— У меня есть сестра и толпа невесток. А сейчас еще и племянницы, пусть пока юные. Если девочек вовремя не покормить и не позволить расчесать волосы, придется разбираться с женской истерикой. Какой бы разумной женщина ни была. Простые бытовые дела вас успокаивают лучше любого продуманного плана.

Я невольно остановилась, посмотрев на собеседника по-новому. Губы сами собой растянулись в улыбке. На лице принца появилась ответная. В этот раз Винсен улыбался открыто и просто, словно мы были в безопасности его родовой крепости, а не где-то на окраине неизвестного леса, под угрозой нападения клириков.

— С женщинами не так трудно, как многие считают. Дать вам спокойствие и уверенность в будущем, пусть и пока условную — и все в порядке. Как женщины моей семьи разбираются с делами, не смог бы, наверное, ни один мужчина. И все только потому, что они уверены в собственной безопасности. Что бы ни вытворила Арианна, она знает, что семья станет на ее сторону, с самого детства. И потому она вполне могла бы управлять империей. Если бы ей была интересна корона как таковая.

— А ей не интересно?

— Не в этом виде, — принц опустился на колено у ручья и зачерпнул большими ладонями чистую, искрящую в свете огня, воду. — Сестра больше любит наводить порядки в доме. Семейные дела для нее важнее. А если это принесет благо империи, то это сопутствующие блага. И я не могу ее упрекать в такой политике.

Принц принялся умываться, громко фыркая. Капли стекали по раскрасневшемуся лицу и сейчас Винесен Лимейский выглядел невероятно красивым.

Я сглотнула, поймав себя на подобной мысли. Мне вовсе не понравилось то, куда может привести подобное рассуждение.

— Не влюбись только в своего паладина, — пробормотали губы.

— Вы что-то сказали? — повернувшись ко мне всем корпусом, уточнил принц. Его золотые глаза сверкали. Щетина выглядела темной, добавляя облику еще больше таинственности.

— Нет, ничего, — пытаясь беззаботно улыбнуться, я опустилась на траву в шаге от принца и зачерпнула ледяную воду ладонями.

«Не влюбись, Ирмена» — било в голове припевом. Но, кажется, я немного запоздала с этим предупреждением самой себе. В груди зарождалось что-то трепетное и теплое, совершенно неуместное и несвоевременное. **

Огонек затух так же резко, как разгорелся. Винсерн, уже почти каким-то привычным движением подхватил меня на руки и понес обратно к лагерю, в темноту.

— Постарайтесь выспаться, — произнес принц, опуская меня у самой палатки, небольшой и больше похожей на шатер, что я делала в детстве из одеял и стульев в гостиной.

Я только кивнула. Покоя не давал терпкий мужской запах, смешавшийся с лошадиным потом и благовониями обители. Он переплетался странным образом, создавая вокруг меня словно бы какое-то облако, недвижимое даже легким ветерком, что гулял по округе.

— Господин, — из темноты, будто привидение, показалось голубоватое лицо Хирим. Женщина подняла руку и в ней я смогла разглядеть небольшую лампу, пока незажженную. — Пусть девушка возьмет. Не думаю, что через ткань будет ярко светить и с дороги кто-то заметит. Если она не видит в темноте…

— Хорошая мысль, — принц забрал лампу из рук помощницы, и протянул мне. — Сбоку есть рычаг. Его нужно будет опустить и камень внутри загорится. Только долго не сидите. До утра осталось не так много времени, а мы отправимся сразу с рассветом.

— Спасибо, — я осторожно забрала лампу, и, прижав к себе, забралась в низкую палатку. На сырой земле уже кто-то заботливо расстелил меховое покрывало. От него мягче не становилось, но холод не проходил.

Проснулась я под громкий смех. Звук был таким неожиданным после недель проведенных в подземелье, что я резко села на импровизированной постели, задев головой косой полог своего укрытия. Несмотря на то, что я не раздевалась, внутри было довольно зябко, и я поспешила растереть плечи, разгоняя кровь. Тело немного одеревенело за ночь, но не так сильно, чтобы это причиняло боль. Все еще ныли ссадины на ребрах, но боль была слабой, вызывая скорее досаду, чем неудобство.

— Доброе утро, — не слишком изящно выбравшись наружу, поздоровалась я с сидящими на земле людьми. Все выглядели уже бодрыми и свежими, от чего становилось неловко. Все ждали только меня?

— Доброе. Умывайтесь. Завтракать вам придется в седле, — с какой-то мягкостью во взгляде произнес Винсен.

— Почему меня не разбудили, если мы торопимся? — теперь все смотрели в мою сторону, и от этого хотелось передернуть плечами.

— Потому, что дорога предстоит нелегкая и если поесть верхом еще можно, то со сном так не получится, — просто отозвалась Хирим. Женщина вынула из сумки ломоть хлеба и водрузила на него приличный кусок мяса. Подняв на меня глаза, она указала свободной рукой в сторону деревьев. — Ручей там. Поторопитесь, принцесса.

— Я не принцесса, — слово резануло по ушам, отзываясь в памяти свистом плетей. — Я — Ирмена.

— Как вам будет угодно, — дернув плечом, безразлично отозвалась женщина, но я видела в ее глазах упрямство. Мои слова ничего не значили для нее.

Не желая больше спорить, я направилась к воде. Нужно было на самом деле разобраться с утренними делами, умыться и больше не обременять своей медлительностью людей, что пришли мне на помощь.

* * *

Дорога на самом деле оказалась тяжелой. Помимо усталости и боли в ногах от постоянного сидения в седле, на третий день испортилась погода. С неба, словно кто-то распорол мешок с водой, лилось почти сплошным, непрекращающимся потоком. Одежда промокла насквозь и никакой плотный, пропитанный жиром плащ не защищал.

Мы оказались в предгорьях, где было холоднее. Я с ужасом ждала ночи, понимая, что даже на костер рассчитывать особенно не стоит. Значит, утром придется надеть все ту же мокрую, холодную одежду.

— Как вы себя чувствуете? — не обращая внимание на капли. Стекающие с волос по лицу, придержал своего коня Винсен. Впереди ехали Хирим и молодой оруженосец-ученик принца, Калеб.

— Я бы предпочла не отвечать, — сдержать горькую иронию в голосе не получилось. Погоде делала свое дело.

Винсен хмыкнул и коротко кивнул.

— Могу предположить, насколько все плохо, — какое-то время мы ехали в молчании, слушая шум дождя. — Но если все получится, то мы остановимся на ночь в деревне. Уверен, что удастся найти дом с печью, чтобы согреться и просушить одежду.

— Это было бы кстати. Облачко недоволен, — у меня получилось улыбнуться. Даже просто шанс на то, чтобы согреться, придавал бодрости.

Мой конь фыркнул, словно участвовал в разговоре.

Но холод и дождь были не единственным, что меня волновало.

— Могу я спросить?

— Всегда, — пытаясь сквозь завесу дождя рассмотреть хоть что-то, кивнул принц.

— Если я верно поняла, клирики будут делать все, чтобы мы не добрались до цели. Так почему последние дни мы не видели и не слышали о них ничего? Думаете, они оставили свою затею и надеются на неудачный исход?

— Они, конечно, надеются, но это не тот тип людей, которые оставят все на произвол судьбы. Так что расслабляться рано. Думаю, мы очень скоро получим «сообщение».

— Они могут напасть на нас в деревне?

— Я бы не ждал больше прямых атак. Но быть беспечными точно не стоит.

Деревня вынырнула из дождя неожиданно. Вот за серой завесой не было видно ничего, а через мгновение появилось сразу десятки светящихся окон. В носу защекотало от запаха дыма, что смешивался с сыростью, от того становясь будто сильнее.

— Хирим, найди нам ночлег, — придержав коня, приказал принц. Цепким взглядом рыцарь осматривал одну недлинную улицу, словно в любую минуту ждал нападения из-за угла.

Женщина тронула бока коня и двинулась к ближайшему дому.

Небо, затянутое тучами, совсем потемнело. Вернувшаяся через полчаса, Хирим, махнула рукой, подзывая нас.

— Хозяева останутся ночевать в хлеву, так что дом весь наш. Хозяйка обещала завтрак и ужин, — строго произнесла женщина. — Я еще попросила у нее сменную одежду для девушки. Но на ванну не стоит рассчитывать.

Хмурый взгляд достался мне, словно я была той самой разбалованной принцессой, что не могла спать иначе, как на трех перинах.

— Этого более чем достаточно, — стараясь не реагировать на недовольство Хирим, я двинулась вслед за ней. Поспать в тепле — сейчас было самым большим, на что я могла рассчитывать.

Нас уже ждали. Невысокий крепкий мужчина, с соломенной накидкой на плечах, с которой потоком стекала вода, стоял в воротах.

— Я позабочусь о лошадях, — хмуро кивнув Винесену, безошибочно признав в нем главного, проговорил он. **

Меня, как самую неподготовленную, уложили спать на печь. Теплая, пахнущая уютом и немного пылью, она прогревала, кажется, до костей. Медленно, растекаясь как густое масло, тепло проникало под кожу, заполняя тело целиком. Только ноги никак не хотели согреваться, будто закованные льдом.

Так до конца и не согревшись, я провалилась в сон, полный темноты и каких-то неясных теней, что тянули руки из мрака. Длинные пальцы, унизанные перстнями, серые, улыбчивые глаза, что следили за каждым моим шагом. Я все бежала, уворачивалась, и никак не могла скрыться от этих глаз.

— Ирмена, проснитесь, — голос прозвучал, как удар колокола, выдернув из неспокойного сна.

В ногах, встревоженный, растрепанный и с трехдневной щетиной, что почти превратилась в бороду, стоял Винсен.

— Вам что-то снилось.

Принц не спрашивал, а утверждал, словно знал наверняка.

Тяжело поднявшись на своей лежанке, я едва не застонала от боли в голове. Все тело пронизывала слабость, да такая, что у меня не получалось пошевелить даже рукой.

— Какой-то кошмар. Никогда не страдала от подобных снов, а вот сегодня, словно кто-то навеял.

— Надеюсь, вы ошибаетесь, — мрачно, рассматривая меня внимательным взглядом, покачал головой принц. Обернувшись в сторону комнаты, Винсен какое-то время стоял молча, прежде чем продолжить: — Нам нужно выдвигаться. Дождь перестал, но дорога еще предстоит не близкая. И нам с вами дальше придется двигаться вдвоем. Хирим и Калеб останутся тут.

В сердце встрепенулась тревога.

— Что-то случилось?

— Есть мнение, что за нами все еще следуют клирики. Цель нашего пути известна, так что вероятность очень велика. Но так как это единственный путь наверх, они смогут задержать погоню в случае чего. Это вас не беспокоит?

— То, что за нами гонится отряд настроенных недружелюбно храмовников? — я горько хмыкнула. За последние недели моя жизнь так переменилась, что я ни за что не могла представить подобного еще совсем недавно.

— Нет, — Винсен тоже улыбнулся, но только губами. Взгляд оставался таким же спокойным, сосредоточенным. — Я про то, что нам предстоит дальше путешествовать только вдвоем.

— Ваше высочество, — я поерзала, пытаясь выглядеть чуть более внушительно, представительно, чем растрепанная девица.– Вы — единственный, кто действительно пожелал мне помочь с этой ситуацией. Если вы скажете, что нужно прыгать в жерло вулкана, я, думается, даже не стану спрашивать, для чего это требуется.

— Ваши слова подкупают, но не стоит так слепо доверять людям, — принц так сжал челюсть, что заострились скулы. В золотых глазах полыхнуло что-то темное.

Но мне было уже все равно. Возможно где-то в глубине души я уже просто смирилась с грядущей смертью. И рядом с Винсеном меня действительно не страшило собственное будущее.

— Мне помнится, вы не совсем человек. Так что это замечание несколько неуместно.

— Хорошо, что вы знаете об этом, — Винсен усмехнулся, и мне стали видны клыки, которых явно не было раньше. На висках, как чернильный рисунок, проступили вдруг вены.

— Так стоит ли мне бояться чего-то, когда вы на моей стороне?

Принц не ответил. Только смотрел на меня внимательно, выжидающе, будто планировал сказать что-то еще, но не мог решить, стоит ли.

— Собирайтесь, Ирмена. Время и хорошая погода уходят.