29

— И в конце концов я заявляю, что стану его самым страшным кошмаром. — Залпом допиваю остатки остывшего мятного чая и морщусь, вспоминая все события вчерашней ночи и мой трусливый побег из ресторана. — Я! Кошмаром! Какая я дура!

— Блин, как же вкусно, — протягивает Игнатова, с удовольствием доедая второй кусочек чизкейка.

Мы с Идой как раз к моему дому подъезжали, когда позвонил курьер и сообщил, что у него для меня есть посылка. Мое удивление было сложно передать словами, когда я увидела около своей двери молодого парнишку с кучей коробок в руках. Если я сначала не знала, что делать со всеми этими десертами, то Игнатова, наоборот, проглотив слюну, нагрузила себя коробками и, распрощавшись с курьером, забежала в квартиру, схватившись за вилку.

— Хотя бы сделай вид, что ты меня слушаешь.

— А я и слушала. Вы целовались. У тебя черного чая нет? От мятного у меня изжога будет.

Вздыхая, поднимаюсь со стула и, достав из нижнего ящика коробку чая в пакетиках, ставлю ее перед Игнатовой.

— Тебе только это запомнилось?

Наш с Черновым поцелуй — единственное, за что я себя не проклинала, списав все на безумный порыв и собственную слабость.

— Ага, — кивает подруга, салфеткой вытирая пальцы. — Ну, и пустой ресторан. Хотя чему тут удивляться, у Чернова твоего их много. Эй, они все лимонные, что ли?

Киваю, на сто процентов уверенная, что так все и есть.

Никита позаботился.

— И зачем я тебя в гости позвала?

— Чтобы похвастаться. Красивый мужик пригласил тебя на шикарное свидание, и тебе хотелось кому-то об этом рассказать.

— Этот красивый мужик — Чернов! Мой муж, — напоминаю я, внезапно отмечая, что с легкостью говорю об этом. — Не забыла такого?

— Его, если захочешь, не забудешь, — Ида качает головой. — Так в чем проблема? Встретились и встретились. Ну, ляпнула ты не подумав. Что здесь такого? Я каждый день говорю что-то, о чем потом жалею. Ничего, жива и глаз не дергается.

— Спасибо. Ты меня очень успокоила.

— Хорошо. Давай тебе рот заклеим, чтобы ты в следующий раз меньше болтала.

— Это не выход, — спустя минуту говорю я.

— Тогда чего ты хочешь? Вообще, ты с ним разводиться собралась. Какая разница, что ты ему сказала, если вы скоро разойдетесь по разным сторонам?

— Я…

— Передумала, значит, — заключает Ида, откидываясь на спинку стула. — Я сразу поняла, заметив твой взгляд, когда ты про поцелуй рассказывала. Тогда я вообще проблем не вижу. Скажи ему об этом и верни свою прежнюю жизнь.