ГЛАВА 9

— Мы знакомы? — с вежливой улыбкой поинтересовался Илья.

— Нет, — покачала я головой, грустно усмехнувшись. — Нет… Я просто обозналась, извините… Вы очень похожи на одного моего…друга…

— Ничего страшного, — легко пожал плечами Илья и плотно прикрыл за собой дверь. — Тем более меня тоже зовут Илья… Илья Викторович. Я врач семьи Романовых.

— Екатерина… Андреевна, репетитор по английскому, у Николая… — тоже представилась я, хотя от волнения едва могла говорить.

— Тогда будем знакомы, — он снова улыбнулся, чуть склонив голову.

— Будем… — мои глаза жадно и совершенно бессовестно разглядывали его лицо, отмечая каждую знакомую черточку и морщинку. Так хотелось притронуться к нему, провести рукой по щеке, коснуться губ…

— А вы что-то хотели? — Илья показал на дверь за своей спиной.

— Да!.. — спохватилась я, отводя взгляд в сторону. — Хотела узнать, как самочувствие Натальи Владимировны… И сказать ей «до свидания»…

— Думаю, это не получится… Я сделал ей укол, и она сейчас спит…

— Ну что? — на «сцене» вновь появился Саша. — Как мама?..

— Ей лучше, — Илья переключил свое внимание на Романова. — Но до конца недели лучше не вставать с постели… Также ей нужно пройти курс инъекций … Поэтому я буду каждый день приезжать и делать ей уколы…

— Да, конечно, — нахмурившись, закивал Саша, а потом с недовольным видом глянул в мою сторону: — У вас рабочий день уже закончился?

— Да, — напряженно ответила я, ожидая очередной неприятности.

— Тогда чего здесь стали? Идите домой, этот разговор вас не касается…

— Да, конечно, — тихо отозвалась я, испытывая неловкость, в первую очередь перед Ильей, который стал свидетелем очередной грубости Саши в мой адрес. — До свидания…

— До свидания, — мягкая улыбка Ильи коснулась меня теплым лучиком, но уже в следующую секунду я получила очередной словесный пинок от Саши.

— Уйдете вы уже или нет? — процедил он.

На этот раз я решила не отвечать, лишь смерила его бесстрастным взглядом и, распрямив плечи, пошла прочь.

Уже выйдя за пределы дома Романовых, я позволила себе расслабиться и не стала сдерживать счастливой улыбки. Нет, даже отвратительное поведение Саши не смогло испортить мою радость от встречи с Ильей.

Папа, как и обещал, ждал меня у ворот поселка. Он не стал забрасывать вопросами о прошедшем дне, поэтому всю обратную дорогу до дома я была погружена только в свои мысли. Вначале вспоминала наш короткий разговор с Ильей… Его улыбку, взгляды… Радовалась, что, возможно, снова с ним увижусь завтра, когда он придет делать укол Наталье Владимировне…

Но витала в облаках я недолго, постепенно, против воли, в душу начал закрадываться страх, что, узнай я этого Илью поближе, меня ждет разочарование, похлеще чем с Сашей. А вдруг он окажется совсем не тем человеком, к которому уже успело потянуться мое сердце? Вдруг все то, что мне в нем так нравилось, у здешнего Ильи будет напрочь отсутствовать либо иметь совсем иную и далеко не привлекательную форму, как у тех же Романовых? И самое неприятное: а что, если у Ильи в этом мире уже есть пара?.. Последнее предположение заставило мое сердце болезненно сжаться, но его тут же осадил голос разума: в конце концов, я нахожусь в чужом мире, и если кто и должен перешивать о «несвободе» Ильи, так это здешняя Катя… «Но с другой стороны, — начала спорить я сама с собой, — сейчас ответственность за мою «двойняшку» лежит на мне и только от меня зависит, как сложится ее дальнейшая судьба. Поэтому я должна постараться сделать все как надо… Ничего не испортить. Пусть даже Карл Генрихович и уверен, что это невозможно, но я-то себя знаю…»

— Ну как прошел день? — замирая на каждом слове, встретила меня мама. Ее руки, сцепленные в замок, были прижаты к груди, а глаза блестели от волнения.

— Нормально, — скупо ответила я, скидывая надоевшие за день туфли.

— Как Романовы? — мама засеменила за мной в ванную, где я собиралась помыть руки. — Неужели не узнали тебя?..

— Почему? Узнали…

— И Саша узнал?..

— И Саша…

— И?.. — мама от возбуждения еще сильней сжала пальцы, так что побелили костяшки. — Что ты о нем скажешь?..

— Скажу, что он точно не моя судьба, — вынесла я свой безапелляционный «приговор».

— Как? — мамины надежды вмиг рухнули, и теперь она выглядела потерянной и поникшей. — А как же твоя любовь к нему?.. Ты ведь сама мечтала…

— Любовь разбилась о реальность, — вздохнула я, закрывая кран. И чтобы переключить мамино внимание с неприятной темы, тут же жалостливо спросила: — А у нас есть что-нибудь на ужин? Я так проголодалась…

Оказавшись наконец одна в своей комнате, я с облегчением выдохнула. Во время ужина мама продолжила свой допрос с пристрастием про мой первый рабочий день у Романовых, и теперь я чувствовала себя хуже выжатого лимона. Сперва хотела поваляться на кровати, ни о чем не думая, но потом мой взгляд привлекли полки с книгами, и я решила немного поизучать местную литературу.

Но художественных книг среди них не оказалось, зато очень кстати нашлась увесистая энциклопедия по истории и иллюстрированный атлас мира. Остальное место занимали различные пособия по английскому языку, что тоже пригодится. Надо будет потом что-нибудь выбрать из них для завтрашних занятий с Колей.

Однако сейчас меня больше интересовала энциклопедия, которая могла хоть как-то заполнить мои пробелы в познании этого мира. Я удобно устроилась на кровати и принялась листать книгу. До века семнадцатого ничего шокирующего для себя я не узнала, а вот потом… С каждой новой страницей мои брови все больше ползли вверх, а глаза отказывались верить в прочитанное. Уму непостижимо, но в этом мире не было ни одной серьезной политической революции. Вернее, единственная из них — американская, та, что мы привыкли называть Войной за независимость 1775 года — провалилась, и как результат, Америка до сих пор является колонией Великобритании. Да, сейчас у нее имеется определенная самостоятельность, и она даже разделена на несколько десятков штатов, но вот флаг по-прежнему английский, и название — Соединенные штаты Британии. Однако на этом список стран-колоний не заканчивается: почти вся территория Канады принадлежит Франции, Южная и Центральная Америка, соответственно, поделена между Испанией, Италией и Португалией, в Австралии до сих пор хозяйничает та же Великобритания, в Азии и Африке тоже хватает колоний… Но самое главное, во всем мире господствует только монархический строй, пусть в основном и с конституционными ограничениями. А революции… Во всяком случае, я не нашла ни одного упоминания о них, даже самых известных, например, той же Французской или Кубинской, не говоря уже о «нашей» революции 17-го года. А если где и происходили изменения в политическом строе, то мирным путем или с минимальными потерями.

Но пусть революции почти не коснулись этого мира, зато его периодически сотрясали нешуточные геополитические войны, которых было порядком больше, чем в нашей параллели. Однако, что любопытно, среди них не числились такие известные нам войны, как 1812 года с Наполеоном или Вторая мировая с Гитлером. Более того, этих две легендарные исторические личности вообще нигде не упоминались. Возможно, здесь им просто не удалось занять значимого места на политической арене?.. Впрочем, сожалеть об этом было бы глупо.

После столь подробного изучения местной истории мозг был перегружен и требовал немедленного расслабления. С этой целью я решила почитать женские журнальчики, которые ровной стопочкой лежали на прикроватной тумбочке. Но отвлечься не получилось, наоборот, от этого дамского чтива мои мозги закипели еще больше, а список «не случившихся» революций пополнился еще и сексуальной. Да и с эмансипацией женщин здесь, похоже, было совсем туго. Не отношу себя к ярым феминисткам, но постулат «женщина должна знать свое место» точно не для меня. В этом же мире слабый пол был лишен многих прав и свобод, в том числе и политических. Школы, как я поняла, тоже были раздельными, а немногими доступными профессиями для женщин являлись домработницы, горничные, гувернантки и прочий обслуживающий персонал, в редких случаях — учителя, как я, медицинские сестры, продавцы. Ну и куда же без таких важных женских «добродетелей» как целомудрие, послушание, скромность… Исходя из этого, у меня возникли некоторые подозрения насчет тела, в котором я сейчас находилась. А вдруг оно до сих пор невинно?.. Безусловно, пока я не спешила это проверять, но сама перспектива почти в двадцать шесть лет вновь оказаться девственницей не очень-то радовала.

В общем, час от часу не легче…

Следующим утром наряд я выбирала с особым усердием. А это было не так уж и просто, учитывая «ассортимент» моего здешнего гардероба. В конце концов, выиграло платье из легкой шелковой ткани бледно-розового цвета, усыпанное мелким, едва заметным белым горохом. Оно хоть и было непривычного покроя — короткий рукав, неглубокий вырез горловины, юбка плиссе до середины икры, тонкий белоснежный поясок — но на фигуре сидело ладно и смотрелось мило и даже немного…романтично. Волосы, как требовал местный этикет, я собрала в гладкую прическу, украсив ее лишь небольшой заколкой с несколькими бусинками-жемчужинами. Да, пришлось еще водрузить на голову шляпку, хотя сама я этот дамский аксессуар никогда не жаловала.

В целом, глянув на себя в зеркало, осталась довольна. Главное, встретить сегодня того, ради кого так наряжалась…

У подъезда, как и обещалось, ждал автомобиль, огромный, черный, явно представительского класса. Пока садилась в него, краем глаза отмечала, как то тут, то там из окон выглядывают любопытные соседи. Вот уж будет повод перемыть косточки нашей семье…

У дома Романовых в этот раз меня никто не встречал, поэтому внутрь я ступала в некоторой нерешительности. В холле и гостиной тоже было пусто, а в столовой через стеклянную дверь виднелась лишь одна горничная, прибиравшая посуду после завтрака.

— Доброе утро, — громко произнесла я, надеясь, что меня хоть кто-то услышит.

Но ответа ни с какой стороны не последовало, и я, растерянно пожав плечами, решила сама подняться по лестнице в комнату Коли.

— Что крадешься как мышь? — Саша как всегда появился словно из воздуха и преградил мне дорогу, нахально облокотившись о перила.

— Доброе утро, Александр Борисович, — с холодной вежливостью произнесла я. — Позвольте мне продолжить свой путь к вашему брату. Мой рабочий день начинается через пять минут…

— А вырядилась-то, — игнорируя мои слова, протянул он. При этом его глаза оценивающе щупали мое тело. — Для кого все эти старания? Уж не для меня ли?..

— Вынуждена огорчить, но вы тут ни при чем, — едко отозвалась я.

От такой наглости Саша на мгновение опешил, мне же за это время удалось проскользнуть мимо и в считанные секунды оказаться на втором этаже.

Колю я застала сидящим на кровати. Уткнувшись носом в телефон, он играл в какую-то игрушку.

Стоп. Мобильный телефон? У Коли в руках мобильный телефон?

— Это телефон… — от изумления я не заметила, что озвучила свои мысли.

— Ну да, — хмыкнул парень. — Что, ни разу не видела?

«В этом мире нет», — хотелось ответить. Но вслух я произнесла другое:

— Можно посмотреть?..

— Это дорогая вещь, — сразу нахмурился Коля. — А вдруг ты его сломаешь? Таких знаешь, сколько в России? Всего штук сто…

— Не бойся, не сломаю… — я чуть улыбнулась. — Я знаю, как с ним обращаться…

Коля еще раз окинул меня подозрительным взглядом, но потом все же протянул мне телефон.

С ума сойти, это оказалась самая настающая Нокия. Та самая, которую в начале 2000-х прозвали «кирпичиком»! Эта модель телефона появилась одна из первых в России, и тем, кто мог позволить себе ее приобрести, завидовали не по-детски. В этой Нокии уже не было торчащей антенки, а в память были загружены несколько простеньких игр.

Господи, с тех пор в моем мире сменилось с десяток поколений сотовых телефонов, а теперь там господствуют смартфоны и айфоны. Здесь же простенькая Нокия 3210 стоит целое состояние и является доступной лишь элите. Интересно, почему технический прогресс в этом мире так запаздывает?.. Или же его кто-то сознательно тормозит?..

Заметив, с каким беспокойством посматривать на меня Коля, я поспешила отдать ему телефон.

— Давай работать, — сказала я уже более серьезным тоном и принялась доставать из сумки принесенные учебники.

Однако не успела я дать парню задание, как за окном услышала звук подъезжающей машины. Я выглянула во двор, и в ту же секунду мое сердце запрыгало как мячик: из припаркованного около крыльца автомобиля вышел Илья…

— Сейчас вернусь, — бросила я Коле и выскочила за дверь.

Перед тем как ступить на лестницу, я поправила складки на платье, глубоко вдохнула, чтобы успокоиться, и только потом сделала шаг вниз. Я ожидала, что столкнусь с Ильей как раз на лестнице, однако его голос до сих пор раздавался в холле. Более того, он разговаривал с некой женщиной.

— Так я могу ее видеть? — та стояла ко мне спиной, высокая и худощавая, затянутая в длинное, почти до пят, изумрудное платье. При этом она то и дело встряхивала русыми кудряшками, собранными на макушке в хвост, а рукой теребила крупную сережку. И эта тонкая фигурка с безупречной осанкой, и пепельные волосы, и даже привычка временами трогать мочку уха показались мне уж очень знакомыми…

— Ненадолго — да, — отвечал ей Илья со знакомой вежливой улыбкой. — Госпожу Романову не стоит сейчас беспокоить…

Внезапно его взгляд наткнулся на меня, замершую на нижней ступеньке.

— Доброе утро, — теперь улыбались не только губы Ильи, но и глаза.

— Доброе, — я тоже улыбнулась и уже смелей сошла вниз.

— А вы, собственно говоря, кто? — наконец обернулась… Полина.

Ба, знакомые все лица. Ну куда ж мы без нее…

— Это Екатерина Андреевна, репетитор Николая, — за меня ответил Илья. — По…

— По английскому языку, — сказала уже я.

Внутри же у меня все запело: он запомнил мое имя!..

Полина смерила меня взглядом точь-в-точь как у Саши, оценивающим и надменным, после чего небрежно кинула:

— Ясно, — потом же вновь обратила свой взор на Илью: — Так вы, доктор, позволите мне переговорить с Натальей Владимировной?

— Да, пойдемте, я вас провожу, — Илья жестом пропустил вперед Полину.

«Надо же, — мысленно усмехнулась я, глядя им вслед, — а мне представиться наша Полиночка не удосужилась… Видимо, велика честь… Впрочем, догадаться нетрудно… Явно какая-нибудь невеста Саши, к бабке не ходи…»

В том, что была права насчет статуса Полины, я удостоверилась во время обеда. Эту информацию мне охотно «слила» особо говорливая горничная, да еще и с подробностями: где, когда, как… Среди всех этих мутных сплетен, поданных мне на блюдечке, я вычленила лишь одну, заинтересовавшую меня. Оказывается, Наталья Владимировна Полину недолюбливает и не сильно-то желает их свадьбы с сыном. Поля же будущей свекрови отвечает взаимностью и ничуть не стесняется вступать с ней в спор, а то и идти на открытый конфликт. Тем любопытней, почему она сегодня утром так рвалась поговорить с Романовой?..

Илью в этот день я больше так и не увидела. Да и в следующие несколько дней наши встречи были мимолетны и ограничивались лишь формальными фразами. Но меня это больше не печалило. Ведь были еще полуулыбки, за которыми скрывались невысказанные слова… И взгляды, говорившие о том, что нельзя было произносить вслух… Нечаянные прикосновения, которые обжигали огнем… Каждое это мгновение было для меня подобно сокровищу, я собирала их и бережно складывала в шкатулку памяти. Я не торопила события, интуитивно понимая, что еще не время и не место… Просто верила, что скоро наступит час, когда можно будет не бояться собственных чувств… И наконец начать жить.

Зато безмерно радовало, что Сашу я в эти дни тоже почти не видела. Иногда сталкивалась с ним с утра в дверях дома, но Романов с озабоченным видом проходил мимо, по-видимому, спеша по своим неотложным царским делам. И я уже было расслабилась и начала думать, что он наконец-то отказался от поползновений в мою сторону, пока не наступила пятница. Она выдалась на удивление спокойной, и я наслаждалась этим предвыходным днем, предвкушая последующие за ним сорок восемь часов отдыха. Коля вел себя сегодня особенно покладисто, его старший брат в периметре дома не наблюдался, даже Наталья Владимировна ненадолго встала с постели и заглянула к нам, справиться, как идет учеба. Для полного счастья не хватала только Ильи, который почему-то так и не появился в привычный час.

Наконец наступил конец рабочего дня, и я засобиралась домой. Коля уже куда-то умчался, я же задержалась в его комнате, пытаясь найти в сумке зеркальце, чтобы подправить макияж перед выходом.

— Для кого прихорашиваешься? — Сашин голос раздался как гром среди ясного неба, заставив меня вздрогнуть.

Справившись с испугом, я лишь молча скользнула по нему взглядом, хотя внутренне все же подобралась. И не зря.

— Ну что, попалась, подружка детства? — ухмыльнулся Саша и, захлопнув дверь, в считанные секунды преодолел расстояние между нами.

Я не успела опомниться, как оказалась прижатой к стене. Где-то жалобно звякнуло выскользнувшее из рук зеркальце, а мои запястья попали в плен к Саше.

— Что вы себе позволяете? — сжимаясь от страха, прошептала я.

Несмотря на худощавое телосложение, Романов был на редкость жилистым и сильным, поэтому мои попытки вырваться выглядели как жалкое трепыхание.

— Слушай, подружка, — хрипло заговорил он. — Давай без этого… Угомонись. Не строй из себя принцессу… Ты ведь сама этого хочешь. А я тоже не прочь разок-другой… И давай без сантиментов, а?.. Если бы ты знала, как я это не люблю… Всю эту ванильно-розовую чушь… Ну чего дергаешься? Ты ж радоваться должна… Сама выпрыгивать из одежды.

— Да хватит уже! — собрав последние силы, выкрикнула я. — Не хочу я этого. Не хочу!..

— Не хочешь выпрыгивать из одежды?.. Хочешь, чтоб тебя раздел я?.. Ладно, так уж и быть… — с этим словами Саша резко потянул меня за ворот моей блузки, отчего нитки затрещали, а маленькие пуговки прыснули в разные стороны.

Внезапно распахнулась дверь, с грохотом ударившись о стену. Это заставило Сашу ослабить хватку и обернуться на звук.

— Все в порядке, Екатерина Андреевна? Мне показалось, вы кричали…

Господи, Илья… Это Илья… Слезы облегчения заволокли глаза, и я видела лишь его силуэт в открытом проеме.

— А что здесь происходит? — следующей в комнату заглянула встревоженная Наталья Владимировна.

— Ничего особенного, — усмехнулся Саша. — Просто у Екатерины Андреевны, — мое имя он произнес с особой интонацией, — оторвалась пуговица, — в его руках, откуда ни возьмись, действительно оказалась одна из пуговок от моей блузки. — Это расстроило ее, а я пытался успокоить… А чего ты встала, мама? — тон Саши сменился на приторно-ласковый, и он пошел к матери. — Разве доктор разрешил тебе покидать постель?..

— Да, Наталья Владимировна, — Илья говорил совершенно ровным голосом, — идите обратно кровать. Я ведь только сделал вам укол… Если не будете соблюдать предписания, может стать хуже…

— Пойдем, мамочка, пойдем, — Саша взял Романову под руку, уводя ее из комнаты. — Вот так… До дня рождения ты должна выздороветь, помнишь?..

— А ты посидишь со мной, сынок?

— Посижу, конечно, посижу…

Мы с Ильей остались одни.

Трясясь мелкой внутренней дрожью после пережитого стресса, я присела на пол и начала собирать оторванные пуговицы. Илья без слов опустился рядом и принялся мне помогать.

— Идемте отсюда, — тихо сказал он потом, перекладывая мне в ладонь все найденные пуговицы.

— Но у меня такой вид, — прошептала я, сгорая от стыда и одновременно пытаясь запахнуть порванную блузку на груди.

— У меня кое-что есть, возможно, вам это поможет. Только не смейтесь, хорошо? — с улыбкой предупредил Илья и полез во внутренний карман пиджака.

— Булавки? — увидев, что он мне протягивает, я все-таки не сдержалась и хохотнула. — Откуда у вас аж три штуки, Илья Викторович?..

— Это все моя сестра… — не переставая улыбаться, вздохнул тот. — Она ужасно суеверна, хоть сама тоже занимается медициной… Услышала, что английские булавки защищают от сглаза, вот и обвесила ими всю мою одежду… А я их потихонечку нахожу, снимаю и складываю в карман…

— Вот и пригодились, — я опять хихикнула и взяла булавки.

Кое-как соединив ими порванное полотно блузки, я поднялась:

— Спасибо.

— Может, вам свой пиджак дать? — предложил Илья, выпрямляясь следом.

— Нет, спасибо, у меня еще жакет есть… Утром было прохладно, вот и прихватила… Как чувствовала, — меня до сих пор немного потряхивало, поэтому слова звучали отрывисто, а движения были неуверенными.

Илья несколько секунд следил за моими жалкими попытками привести себя в порядок, а потом внезапно предложил:

— Давайте сходим в кофейню. Я вас пирожным угощу… Вам не помешает отвлечься.

Слово «пирожное» сработало как кодовое, вызвав непроизвольную улыбку, поэтому согласие далось мне легко:

— Давайте сходим в кофейню, Илья… Викторович…

Несмотря на то, что мой рабочий день уже закончился, из дома Романовых я выходила как разведчик из тыла врага, с оглядкой. Сейчас мне меньше всего хотелось вновь столкнуться с Сашей, пусть даже меня и сопровождал Илья.

Кафе, куда привел меня Илья, было почти точь-в-точь как то, где он впервые угощал меня пирожным в прошлом мире. Я решила не отклоняться от сценария и заказала себе шоколадный бисквит с чаем. А Илья… Стоит ли упоминать, что он взял себе лимонный пирог?..

Вначале мы просто разговаривали «ни о чем». Я была благодарна, что он не вспоминает о том, что видел и от чего спас меня часом ранее. Обсуждать с ним Сашу сейчас было бы для меня сверх сил. Но вдруг из его уст прозвучало то, что я не смогла ожидать даже в самой искривленной реальности:

— Екатерина Андреевна, выходите за меня замуж.