Глава 17

Леди Каталина де — Эсе ла Куэва, Шотландия.

Всё затихает в замке, и постепенно погружается в тишину, можно часами слушать как это большое каменное строение проживает свою жизнь в унисон с нашей. Его окна освещены ярким молодым месяцем и коридоры полны своей прелести. Тонкие вуали арабской огранзы будто сияют в потустороннем свете. Прекрасные мраморные бюсты дам и кавалеров живут своей жизнью в тени высокой зелени домашних растений.

Отпустило, слышится слабое потрескивание восковых свечей.

— Ведь мы правильно поступили с ними, Душа моя?

Леди Дениза обнимала и шептала на ушко свои тихие вопросы. В них не было неуверенности и сомнений. Нет. Просто ей ещё раз хотелось поговорить об этом, наедине.

— Иногда мне кажется, что всеми делами Ордена заправлял именно Филипп, как всё он гениально спланировал заранее. К нему спешила подмога, которую мы похоронили под обломками скальных пород, очень вовремя появился герцог дель Альбуркера чтобы отвлечь нас от поисков якобы утонувшего тела, возможно есть ещё нечто, ускользающее от моего внимания.

— Голова, она словно набита осколками стекла, и они там звенят, звенят — не переставая. Сложно что-то предполагать. Мне герцог тоже показался пустым человеком, которого интересует только вопрос клада тамплиеров, будто он по привычке — «Глава».

— Ты держала ситуацию, я так понимаю тебя, девочка наша. Только скажи, чего хочется? Твой платочек, не делай так больше. Нам страшно за тебя в эти моменты.

— Глаза, закрываются сами, княжна Волконская, где она? Так печальна вдруг стала и исчезла. Отчего? В такие минуты мы должны быть всегда вместе.

— Тяжело было всем, Каталина. Мы были морально не готовы к такому нашествию… саранчи. Леди Иннес, она будто не в себе. Милорд Доминго, мне так очевидна его роль в этом спектакле. Кто интересно такой великий сценарист сего произведения? Возможно Шекспир?

— Сердце не на месте, где Элена? Наверное, он когда-нибудь появиться в нашей жизни, я имею в виду сценариста. Кажешь тоже Шекспир.

Поднявшись с тахты в спальне, качнувшись, попросила графиню сопроводить меня в покои, в которых княжна так любила коротать одинокие вечера.

Судно испанцев стояло на рейде. Наш же галеон покинул акваторию и исчез для всех в неизвестном направлении. Но только не для нас.

Как и планировали ранее, мы готовились к отбытию в Лондон. Дозором гвардейцы обходили неприступный форт.

Полумрак уютных коридоров, уставшие жители замка отдыхали в своих апартаментах. Мы были словно добрыми родственниками и соседями живущими и работающими на благо нашего общего процветания.

Мы застали княжну практически в слезах, сидящую возле окна. Она утопала в уютном кресле. Его когда-то любил князь д’Фуркево. Красивый пеньюар укутывал стройную фигурку, распущенные волосы до пояса скрывали часть лица. Нотная тетрадь, и произведение что играла сегодня, её рукой составленное на листах тетради.

Грусть в глазах и печаль.

— Мне так тревожно было за тебя, отчего ты не с нами? Мы не покинем тебя сегодня. Помнишь, как когда-то возьмёмся за руки и ляжем рядом.

" — Ты моя семья на веки.

— А ты моя…'

— Ведь я же услышу это в ответ, Душа моя?

Она улыбаясь кивала головой, и слеза-таки стекала по её щеке, а затем повернув к нам нотный лист Элена показала запись, сделанную чьей-то рукой на свободном месте.

«— её глаза… на звёзды не похожи…».

— Грифели заточенные, они всегда там лежат с нотами, я часто работаю и оставляю их на чайном столике недалеко от фортепьяно.

— Кто это написал?

— Я не знаю, — грусть звучала в её голосе.

— Раймонд мне часто напевал эту мелодию, когда мы были с ним наедине, в той жизни.

— Элена, это ловушка, я хочу верить в судьбу и всякие предзнаменования, но герцог, он был тогда на концерте в Оспедале делла Пьета, он узнал твою манеру игры, он прекрасный психолог и интриган. Он очень гадкий человек, не нужно было тебе сегодня играть, в этой мелодии была вся твоя боль и ностальгия по счастливым годам жизни в прошлом. Раймонда здесь не может быть. Не верь. Они ищут наши слабые места, наша сила в том, что мы вместе. Новый выход к морю найден. Старик был прав, появилось небольшое тайное ущелье в горах, скрытое когда-то обвалом.

— Мы уедем из имения и забудем всё как дурной сон. В следующее Рождество мы будем только иронизировать над тем как пришлось главе Ордена убираться восвояси.

Шептала нам Дениза-она действительно хотела на год покинуть Шотландию.

— Это невозможно, кому-то придётся остаться. С нами беременная женщина у которой скоро венчание. Как вы себе представляете её в путешествии по горам?

— Поверь, для нас нет ничего невозможного. Элена, поверь в нас, умоляю.

* * *

— Мы одна…

— Семья…

— Навеки…

Они лежали, соприкасаясь головами на огромной кровати, стоящей посередине спальни и яркий месяц стараясь приглушить свет холодных звёзд заглядывая к ним, он не отрываясь любовался прекрасной юностью своих роз.

Девичья светёлка княжны, так влекла его сегодня.

Их руки были соединены неразрывно, образуя своеобразный круг. Их губы шептали клятву о единстве и верности, навеки.

А на палубе судна одиноко застывшая фигура казалось не сводила взора с окна в одной из башен замка, которое слегка освещала свеча.

'— покину Вас, живите так,

как предначертано судьбой,

вы не моя мечта…

я не нарушу ваш покой'.

Уставший путник бессознательно шептал про себя это, словно мантру.

Будто на мгновение мелькнуло видение сегодня в гостиной и исчезло. Трепетная княжна из государства Российского играла чарующую мелодию, её пальчики и безукоризненное исполнение неизвестной мелодии, и что-то вздрогнуло внутри, волной по разуму прошлось видение — другая… недосягаемая, необыкновенная — чей голос сводил его с ума во сне.

И он будет искать её вечно.

Возможно мелькнёт её след — вот так же во тьме веков, а возможно и нет.

И вздыхал угрюмо Мир, заворачиваясь в тёмный плащ, сотканный из мечтательных грёз и чьих-то воспоминаний.

«— души, когда-то любившие без памяти, не узнали друг друга, а как бы всё могло сложиться, иначе…».

И он бурчал недовольно, закрывая тучами молодой месяц, нагоняя темноту и мысли о новом шторме.

И ветром недовольства старался затушить огни на сторожевых башнях графства. Высокая волна раздражения билась о прибрежные скалы, откатывая шумно с отмели крупные камни.

Заметив же маленькую искру надежды в чьём-то тихо бьющемся сердечке, замер изумлённо с улыбкой.

«— искорка, возможно она станет пламенем, при следующей их встрече, если только она признает в нём того, другого… А встреча… обязательно будет »…

* * *

— Леди Диан… просыпайтесь дорогая.

Девушка удивлённо распахнула глаза.

— Что случилось, ваша светлость?

— Совершенно ничего. Отчего вы взяли, что у нас может что-то случиться?

— Испанцы.

Она поджала ножки под одеялом и положила ладонь на животик.

— О! Они действительно под нашими стенами, думают, как ещё можно попасть в замок. Причин если честно может быть много. Это так. Но следующая служба только в воскресенье, так что пусть ожидают… Это совершенно не должно вас волновать, всё что нам нужно было они предоставили.

Суета в её небольших комнатах, в которых и вовсе стало мало места после того как внесли подвенечное платье и красивые туфельки, набирала обороты.

— Венчание?

Девушка, подтянув тёплое одеяло до подбородка с просыпающимся восторгом смотрела на всю эту суету.

— Да, в Лондон вы поедите виконтессой.

— В Лондон?

Она толком не могла проснуться, потрясённо разглядывала свой новый наряд, лежащий тут же на кровати в приглушённо винных тонах верхнего платья и словно на контрасте в нежно молочном цвете нижней юбки и кружеве лифа, и в скромной пышности рукавов.

— У вас была настоящая свадьба с вашим первым супругом?

— Нет, ваша светлость, всё было очень быстро. Венчание вдвоём и наш отъезд в Англию, так чтобы papa' не успел найти и вернуть меня обратно.

— Сегодня тоже будет быстро, но очень торжественно, госпожа виконтесса.

— Виконтесса?

— Именно, вы станете единственной представительницей рода д' Блекур, пока не родиться малыш. Я ознакомлю вас позже со всеми документами. Поправив в Лондоне все наши финансовые дела, мы через несколько месяцев отбудем во Францию. К родам пригласим вашего papa'. Даст бог, после, съездим осмотрим ваше имение. А пока поторопимся…

— Имение?

— Три очень бедные деревеньки, дорогая. Это всё, что я смогла отвоевать для вас у этих благородных жадин, но радует, что они находятся во Франции. Не «жадины», нет — деревеньки.

Ваш покойный супруг оставлял мне как дальней родственнице свой неприкосновенный финансовый запас, с этим я вас так же ознакомлю. Позже.

Деньги на восстановление и управление имением у вас будут. Можете это поручить делать моей финансовой службе, которая детально изучит возможности этих поселений.

Мы с вами дальняя, но всё же родня, и я готова оказывать помощь, вы же будете при мне нести определённую службу, это на будущее. Дождёмся рождения ребёнка, а далее уже будем решать. Не волнуйтесь никто вас не оставит с дитём в неизвестности.

Она удивлённо кивала головой, понимая, что буквально всё за неё обдумал кто-то другой. Что испытания закончились, она выжила и рожать будет на законных основаниях.

Главное, что жива, что уезжает из этих диких мест. Крик птицы, по ночам, который зовёт её на озеро, он больше не будет мучить и навевать тяжкие воспоминания.

Этот зов — он выматывает всю душу, он просит во сне прийти за ним, и остаться в лесу.

Вместо него.

Её ладонь тыльной стороной прикоснулась к взмокшему лбу.

— Наряд, отчего он…

Не было слов от ярких красок тяжёлого атласа верхней юбки убранства.

— Так надо, ваш герб уже утверждён, леди. Цвета испанского герцогского дома де Крой, но более приглушённые — теперь они ваши, в особенно торжественных случаях. Чёрная мантилья на голове, знак, что вы в трауре. Мы ждём вас в нашем, на восточный манер хамаме, времени совершенно в обрез.

Как же всё закрутилось.

Леди Дениз было не остановить, она буквально всех заразила своим желанием отправиться в вояж.

* * *

В этот раз сборы были не долгими. В Лондоне у семьи было всего в достатке. С нами ехали сопровождающие гвардейцы, которые должны были отогнать лошадей обратно и взять полностью под контроль вновь образовавшееся ущелье.

Всё самое ценное из всех мастерских и хранилищ перекочевало в ту самую узкую часть лабиринта, которой не было на карте Филиппа, о ней вообще в принципе никто не знал.

Тёмное, жуткое ответвление спускающееся всё ниже и ниже, будто вело в преисподнюю. Пологие лестницы постепенно переходили в очень крутые, затем расходились на несколько идущих в разное направление коридоров, а затем вновь делились и уходили в низ. И только одно из них заканчивалось не большой площадкой с овальным тупиком.

В детстве Антонио с Анжелик именно здесь находили свои первые личные финансы в старинном золоте, и останки когда-то живущих на этом месте людей.

Мы заполняли тайники, о которых никто никогда не узнает, однозначно думая о том, что из имения в Провансе необходимо изъять все запасы и перевезти именно в это потаённое место.

Многие исторические факты в параллельных мирах не совпадали.

Как я узнала из некоторых исторических источников в библиотеке, Варфоломеевской ночи во Франции не было. Екатерина Медичи смогла обуздать заговор и её руками не было совершенно это чудовищное преступление, но она не уберегла сына от рук убийцы-фанатика, который утверждал на суде, что все дети, рождённые этой бездетной когда-то женщиной, были зачаты в результате дьявольских магических ритуалов.

Король Карл ушёл в мир иной.

Смена династии была неминуема, и она состоялась.

Мы не могли точно знать, когда во Франции свершиться революция, разграбленное имение в Провансе, оно несомненно было бы лакомым кусочком слишком для многих.

* * *

На торжественной процедуре венчания невеста была очень взволнованна. Всё, что происходило с ней, это было вроде как с кем-то с другим.

Она до конца жизни будет помнить наставление госпожи графини, которая, не стесняясь в выражениях критиковала влюбчивость и манеру уезжать за кавалерами, бросаясь в омут с головой в любовные страсти.

— Я с вас глаз не спущу, леди Диан. Только попробуйте вновь влюбиться, бросить дитя и уехать куда глаза глядят. Всё что принадлежало вашему покойному мужу будет принадлежать его ребёнку, вы меня слышите? Мы найдём после родов для вас занятость, и я надеюсь на вашу добросовестную службу в графстве.

В случае же если за вами будет ухаживать благородный мужчина как положено, если он перед Создателем возьмёт за вас ответственность, то только тогда после оглашения вашего союза в церкви пойдёте под венец. И то только по обоюдному согласию.

Всё было как в тумане. Никто никогда так не разговаривал с ней, матушка умерла, не успев дочери поведать что-то очень важное, а papa'…

Она видела будто со стороны как ею пользовались мужчины, ничего особенного, не обещая взамен. Как глупа она была и слаба на внимание мужского пола…

«— Пресвятая Дева Мария, каюсь от чистого сердца, защити только младенца, умоляю…»,

молитва слетала с губ и было удивительно ощутить в какой-то момент на пальчике обручальный фамильный перстень рода виконтов д' Блекур.

Позже под звон колоколов она читала свои правоустанавливающие документы и не верила в происходящее.

«— Мадонна помоги слышу твой голос, он как дыхание Ангелов с небес… закрываю глаза и верую в тебя, защити нас с дитём, ещё не рожденным, верь, никогда не брошу его, не оставлю чужим людям…».

Она возносила обеты и обещания, и совершенно не обратила внимание как напряглась графиня делла Гутьеррес.

Каким суровым стал её взгляд, когда при выходе из церкви ей доложили о том, что в залив вошло ещё одно чужое судно.

* * *

И дрогнули пальчики в перчатках, что так идеально подходили к очень красивому наряду в тёмных тонах. А ветер задорно трепал локоны и мешал насладиться зрелищем. Шляпка лихо сидела на высокой причёске.

— Леди Каталина, ещё одни ваши родственнички пожаловали. Посмотрите каков красавец. Мне ещё в прошлый раз их галеон пришёлся по вкусу. Как чудесно наблюдать за этой встречей заклятых врагов в нашей акватории. Вот сумели вы объединить в себе три враждующих семейства.

— Торризи и вам не совсем чужие, ваша светлость, — шутливо сморщила носик княжна Элена.

Их заливистый смех порадовал собравшихся вокруг, всех кто собрался к отъезду.

— Отправлю им своё огромное спасибо, за представление, на котором я наконец-то услыхала весёлый смех своих девочек, — глаза графини искрились от азарта.