Глава 8

Лидо ди Венеция

Итак, покидая гостеприимный дом маркизы в Венеции, я была благодарна ей за всё. Смотрела на приближающийся берег архипелага на котором, очень удалённо, утопающий в зелени стоял наш дом и задумчиво размышляла над словами княжны Волконской, которые она говорила, помогая мне со сборами.

Мои мысли недоумённо вопрошали будто:

«— отчего она так говорит о браке, ведь с князем в прошлом у них было всё просто замечательно? У нас была просто образцовая семья».

— Не нужно его идеализировать, дорогая. Каталина слишком хорошо поработала над своим отцом, она умела менять окружающих, ты не знаешь, какой он был изначально. Как он смотрел, пренебрежительно сжимая губы. Его холодный взгляд был оценивающим и высокомерным. После первой встречи на крыльце часовни в Кретее мы каждый жили своими жизнями ещё около четырёх лет, совершенно не сразу поняв, что созданы друг для друга. Моё сердце дрогнуло тогда, на показе мод в Лувре, а затем на зимней охоте в пригороде Парижа. Будто на мгновение я видела его другим. Хочу сказать, что не готова в принципе к отношениям с мужчинами в этом мире. Хочу состояться как личность.

— Ты хочешь музыкальной карьеры?

— Нет. Хочу принадлежать только себе, дорогая. Не хочу с риском для жизни хранить чьи-то чужие тайны.

Я не понимала, о чём она говорит, но не торопилась с расспросами.

«— отчего же только себе, а я »?

— Оденешь эту нижнюю юбку, хорошо. Ты имеешь в виду тайны связанные с нашим благосостоянием и нас, всех?

Взглядом показала на хаос швов, соединившие два льняных изделия в одно, пришитые самородки были внутри. Всё это искусство соединял единый пояс.

— Нет. Это тайны нашей семьи. Семья и ты — это святое.

* * *

Мне всё больше нравился наш новый дом. Обжитая часть архипелага, она была напротив Венеции, мы же поселились на внешней его стороне ближе к островку Палестрина. Дом стал совсем другим — тёплым и уютным. Согревая нас всей этой изысканной обстановкой, он словно просил прощение за такую неудачную первую встречу. Не было застаревших запахов, серости и уныния.

Бригады строителей действительно постарались самым лучшим образом. Мне нравился в отделке мрамор тёплых тонов и розы в саду, вокруг восстановленного фонтана. Высокие стены ограждающей изгороди, выполненной в стиле крепостной стены средневекового замка и металлические кованые ворота. Красивый вид из окна, я могла смотреть на море не переставая.

— Княжна Элена, вы определились со своими покоями?

— Да. Они напротив ваших, графиня и тоже двухуровневые.

— Так далеко? Между нами целый мир.

— Мир, который мы создали себе сами.

Девушка улыбалась. Я чувствовала некую недосказанность, но не торопила её. И была благодарна, очень. Ей и Иннес, за то, что они обратили вовремя моё внимание на растущую как снежный ком проблему и помогли вовремя избежать весьма недвусмысленную ситуацию в будущем.

Экскурсия по зданию показала, что недоделки ещё есть. Нам было чем заняться, помогая разбить сад, по возможности сохраняя все существующие насаждения, приводя их в божеский вид. Элена с воодушевлением слушала месье Бриана, понимая, что он уже составил себе план будущего садового хозяйства и переносила все его чаяния сразу на листы плотной бумаги, внося свои небольшие поправки, показывая их сразу мужчине.

Они были с ним неразлучными соратниками, словно на одной волне, планируя поставить красивую ротонду на берегу в удивительном месте так, чтобы женщины с детьми могли позволить себе водные процедуры. Разбить большой фруктовый сад и розарий, а также совсем небольшой огородик.

Вследствие всего этого я просто не могла допустить, чтобы канализационные стоки уходили прямо в море, как это было на центральном острове.

Море возле имения должно быть чистым, тем более что мы жили на внешней стороне архипелага, и вся Адриатика лежала перед нашими ногами.

— А как уходили стоки у прежних хозяев, как это было у них?

— В подвале проложены трубы, ваша светлость, они ведут словно под землю и сложно сказать, куда выходят.

Решив обследовать всё буквально как можно более срочно, после обеда, одевшись по-рабочему так, сказать, я с удивлением поняла, что во время инвентаризации, будучи тогда на взводе и очень торопясь, не всё обследовала в этом доме. Очень даже не всё.

Цокольный этаж, плавно переходящий в подвал, имел очень даже разветвлённую сеть помещений и коридоров под всем зданием. Решив заняться этим делом вдвоём с шевалье Ноэлем аккуратно передвигались, обследуя стены и полы, оставляя всюду горящие закрытые лампы, помечая уже осмотренные хозяйственные закутки и коридоры.

У меня создавалось впечатление, что одна часть подвала была очень старинной. Я не знаю, кто селился на этих островах в глубокой древности, но то, что наше здание построено на фундаменте, имеющем более древнюю историю, это точно.

Старые большого диаметра трубы из непонятного материала были проложены вдоль всего подвала, старой его части. Удивительно то, что соблюдался их уклон и мы потихоньку спускались, и они действительно уходили в каменную замурованную стену, которой было, наверное, лет сто. Строители, проложив когда-то эти трубы, замуровали этот лаз, считая, что строят на века. Хотя так оно и было.

«— если по этому лазу можно выйти из дома, значит, можно и войти, куда он ведёт интересно »?

Приметно было, что усиливалось ощущение влаги, каменный пол под ногами был в конденсате. Казалось, что где-то близко есть водоём.

— Синьора Дениза в прошлый раз я дошёл как раз до сюда.

— Давай попробуем убрать часть кладки и посмотреть, что там далее.

— Нет, ваша светлость. Вдвоём с вами мы этого делать не будем. Нужны доверенные люди из охраны, мы не знаем, что находится за этой стеной. И если честно не для этого я привёл вас сюда. Сейчас, пока нет никого, давайте посмотрим, что я нашёл здесь, следуя вашим словам, что в любом доме есть свои тайны, гляньте своим глазом вот этот коридор и помещение, куда он ведёт на предмет всяких случайностей, он странным образом находится в стороне, он вообще очень странно устроен. Я не нашёл бы его, если бы не взялся простукивать стены, ища пустоты в них.

Я не сводила взгляда с того, что делал шевалье. Зрительно дальняя стена этого широкого, вниз уходящего коридора с трубами будто была единой, в темноте так и казалось. Но только при сильном освещении виден был узкий лаз и параллельную накладку стен. С таким я сталкивалась впервые. Кто-то очень умный использовал визуальный обман зрения.

Зайдя в некое отдалённое помещение по узкому коридорчику, буквально протиснувшись по нему, между двумя параллельными стенами, я замерла в изумлении. Прося шевалье лучше осветить большой квадрат помещения с арками высокого потолка, просила замолчать интуицию, которая просто вопила от предвкушения.

Это было то, чем в древние времена было это здание. Вероятно, сохранившаяся комната строения, которое было на этом месте лет пятьсот назад. Для чего эту древность сохранили? Обстраивая вокруг всё новыми и новыми постройками? Для чего сохранена та лестница возле дальней стены, напоминающая крыльцо.

Можно только предположить, сколько всему этому лет, в те времена Венеция была «царицей» Адриатики и Восточного Средиземноморья, это были её «золотые» века. Нужны ли мне тайны острова, который охранял лагуну от пиратов и недругов.

Присев в позу лотоса на каменный пол, я задумчиво раскачивалась в такт своим мыслям, анализируя происходящее. Ведь найдя сейчас здесь что-то, мы уже не станем прежними. Наша семья это уже проходила. Я не хотела быть хранительницей чужих тайн, не хотела. Видит бог, изначально я не хотела этот дом, который начинаю уже любить.

Но за этим могут прийти другие, кто знает про эту комнату. Мы должны знать, что в ней, мы живём здесь. И должны быть готовы к вторжению.

На первый взгляд всё было гармонично и идеально в этом строении, и я на миг забылась о главном. Не было выступов на очень плотной каменной кладке, и только кое-где были обозначены несущие колонны.

«— словно выравнивали древние строители эти стены по уровню». Просто ровный квадрат комнаты, которая в древности могла быть чем угодно. Ровные полы, занесённые слоем песка и ила. Здесь иногда бывает вода, комнату подтапливает. Диссонансом с общим тоном всего строения странным образом был потолок, уходящий готической аркой в высоту.

«— странно, мы настолько спустились ниже уровня моря, что в основном доме не видно выпирающую эту конструкцию, или мы уже вышли за периметр существующего здания »?

— Что скажете, ваша светлость?

— На первый взгляд ничего, шевалье, — мой шёпот ветерком коснулся его слуха.

— Отчего вы шепчете?

— Боюсь спугнуть нечто, что живёт здесь уже много веков.

Мужчина удивлённо смотрел на меня.

— Тайну, шевалье Ноэль, тайну. Боюсь, нам нельзя вскрывать ту кладку, что отгораживает все эти помещения от чего-то неизвестного. Нам нужно её усилить во много раз. В сильные приливы сюда приходит вода, вероятно это подземное озеро или река, с которыми всеми силами боролись древние поселенцы при заселении островов лагуны, засыпая их и осушая, отвоёвывая как можно больше пространства для жизни. Река нашла себе место в подземелье. Канализационные отходы уходят с подземными водами глубоко под землю, и через природный фильтр всё равно попадают в море. Главное правило: в сливы нельзя бросать твёрдые отходы — это закон. И в санитарные дни нужно проливать все стоки большим количеством горячей воды с щёлоком. В отношении этой комнаты я не могу ничего пока сказать, мне надо подумать.

«— трубы прокладывали лет пятьдесят назад, неужели строители не натолкнулись на это убежище ?».

Что-то не давало мне покоя, мысли хаосом метались в голове. Странным было всё это, отчего семья синьора Джеральдо дель Пизаро не жила в этом просторном строении на берегу прекрасного моря, разрешая разрушаться и увядать практически целому дворцу. Не сдавало его в аренду? Отчего так насторожился тогда Дож, когда услышал про строение на острове Лидо, задавая провокационные вопросы. Зачем мне оставили этот дом?

У меня паранойя? Или я сравниваю эту ситуацию с той, что была уже когда-то во Франции у двух юных девушек с годовалыми близнецами на руках?

Дневники Кристин, их содержание слишком хорошо врезалось мне в голову.

— Давайте оставим всё как есть и пройдёмся по парку.

Оперившись на предложенную руку, поднялась с пола, заметив какой-то рисунок, что обозначился на плите подо мной.

«— однозначно шевалье нельзя с собой брать на это мероприятие, он уязвим, маленький внук на руках и супруга ».

Как вы уже поняли, я собралась наведаться в подземелье как-нибудь ночью, но совершенно в одиночестве.

* * *

Общими усилиями, с каждым днём, парк становился всё интересней и красивее. Я слышала и видела следы деятельности повсюду, что несомненно радовало. Понимая, что совершенно не в курсе планов наших ландшафтных дизайнеров, пыталась услышать мотив их спора.

Ах, да — ротонда.

— На этом холме она будет смотреться безупречно, белокаменная с мраморной лестницей и аллеей, в шикарном стиле Возрождения. К воде нужно будет спуск сделать удобный и скрытый от глаз посторонних, вы же согласны со мной мессир Бриан?

Мужчина, стоящий рядом с княжной поддерживающе, улыбался в ответ и утвердительно кивал головой.

— Так и есть, ваша светлость, я изначально этот холм рассматривал как вершину всего самого прекрасного в этом парке.

— Сегодня же начинайте спиливать эти невозможно как разросшиеся кустарники, — Элена упрямо смотрела в глаза венецианцу — строителю, который отрицательно и очень эмоционально взмахнув рукой, ссылаясь на внутренние воды, объяснял даме, что холм трогать нельзя.

«— а ведь его действительно трогать нельзя, пока он спокойно стоит на месте с этими зарослями нам обеспечено беспроблемное проживание на острове Лидо»,

«— вот куда выходит купол той подземной комнаты, осталось только дождаться полнолуния».

«— это полный бред».

«— посмотрим».

— Боюсь, что синьор Антонелли прав, где-то действительно проходят подземные воды, я думаю, что в нашем случае, даже имеет место быть река или озеро. Они могут разрушить очень многое, если мы неправильно вмешаемся в жизнь внутренних вод острова.

Я внимательно смотрела на Элен, поймав её остановившийся взгляд. Зрачки девушки, они будто были целой Вселенной, я видела, что она помнила. Всё.

— Этот вопрос нужно изучить, мы были сейчас в цокольном этаже здания, смотрели, куда уходят стоки, если честно не дошли до самого конца, думаю, что подземная река уносит всё в недра острова, нам нельзя нарушать этот порядок. Единственное, что этот хаос на холме нужно подстричь и облагородить, а возможно, наоборот, усилить, обсадив плетущимися розами.

Говорила ещё многое, планируя поставить ротонду совершенно в другом месте, давая Элене прийти в себя, наблюдая за синьором Антонелли, которой явно успокоившись советовал совершенно противоположное место для строительства.

И только шевалье Ноэль, наблюдая за всем со стороны, сопоставляя факты, делал определённо свои выводы.

Итак, порядок наводили везде, и мы уже готовили покои для маркизы д' Аулестия, собираясь на днях отправиться за пожилой донной, и привезти ей к себе в гости.

Я бывала у неё несколько раз после нашего переезда с удивлением понимая, что пожилая дама вовсе не расстроена нашим отсутствием, её захватила светская жизнь накануне нового карнавального сезона. Она разрешила мне взять полюбившиеся книги из библиотеки и перевезти их уже в личную библиотеку на острове Лидо. Удивительно, но нельзя было не отметить, как донна Маддалена хорошо выглядит,

«— будто молодела, или это так новый жемчуг ей к лицу, я ошибаюсь или там действительно присутствуют вставки из более дорогого минерала »?

— Роза моя, я, конечно же, буду у вас, но позже, привезу приглашение от Доменико Контарини на бал во дворце Дожа. Всем девочкам необходимы новые наряды от торгового дома маркизы д' Аулестия, это будет мой подарок для вас дорогие. Я, конечно, рассказала благородному синьору Контарини о необычайной истории княжны Волконской. Он с нетерпением ожидает знакомства с ней.

«— куда же вы так спешите, моя Донна »?

И всё же, с радостью наблюдая за её очаровательной, практически детской улыбкой я была рада, что у неё всё хорошо. Далее с виконтессой мы отправились за слишком многими покупками, что собирались закупить согласно списку для удобного проживания в имении.

И только слова миледи о том, что море меняется в преддверии нового полнолуния, вернули меня на землю, напоминая о необходимости спуститься в подвал, и проверить мою гипотезу, которая возможно станет аксиомой, и тогда только мне придётся решать, что с этим делать.

Только мне, как когда-то и Каталине.

* * *

— Как высоки сегодня волны, и как прекрасен пенный прибой. Луна, она просто огромная, я отвыкла, что так может быть. В этом мире многое по-другому.

— А многое такое же, Душа моя.

Элена не уходила из моих покоев, смотря из окна самого верхнего этажа на море. Я же неторопливо ожидала окончания вечера, она всегда уходила, хотя я предлагала пожить ей в первое время вместе, привыкая к чужому дому.

Строго подняв пальчик, девушка сводила свои бровки и уверенно говорила, что у каждого, должно быть, своё личное пространство.

— Я всегда была против того, что вы с Каталиной спите вместе, это нехорошо.

«— моя любимая и такая загадочная Душа, своевольная и очень прекрасная, отчего я её так люблю »?

Она действительно становилась необыкновенно и чарующе прекрасной, ещё немного и мне казалось Жанна проявиться во всей своей красе, смешиваясь с обликом Элены.

— Дениз, пойдёмте в ваш будуар, вы покажите мне те украшения, я скучаю по ним.

Оказавшись с Элен в большом гардеробном помещении, я уж было подошла к сейфу как вдруг неожиданно была схвачена за руку и резко придвинута к себе.

— Чтобы вы не задумали, дорогая, я пойду с вами.

От неожиданности у меня перехватило дыхание.

— Элена, это не то, что вы подумали, вы никуда не пойдёте.

Мы шипели друг на друга как две разъярённые кошки, стараясь быть никем не услышанными. Сражаясь взорами как шпагами. Не ожидая от кроткой княжны такого напора, я пыталась вырвать свою руку. И я понимала, что начинаю, будто оправдываться перед ней.

— Оставьте это в самом деле, как вы несносны княжна!

— Только в этой жизни не надо меня опекать, я не буду пешкой в чужих играх. Итак, или я иду с вами, сестрица, или я не пойду на приём к Дожу вовсе, и виконтессу подговорю к этому, она его жуть как боится и не собирается быть его супругой. Будете сами там отдуваться вместе со своей любимой маркизой. Взамен я вам покажу что-то и возможно расскажу,… когда вернёмся.

— Элена, вы невыносимы. Занимайтесь своими парками, и музицированием, в подвале вам не место, это опасно.

В дверной косяк, в едва видимую шляпку гвоздя вонзился острый стилет, покачиваясь от сильного ударного взаимодействия с деревом, его рукоятка вызывающим блеском «смотрела» на меня.

— Мы идём вместе, вы меня слышите Анжелик?