Глава 43

Диана

На завтрак Рахманов появляется уже, когда мы почти доели. Люба подаёт кофе и поздоровавшись на его «доброе утро», несётся за порцией омлета с ветчиной, чтобы накормить барина, а то по виду, он не в духе.

— Папа, ты плоспал? — спрашивает Мия, пережёвывая печеньку.

— Да, малыш, — целует он её в щёчку и занимает своё место в торце стола.

Мажет по мне взглядом, а у меня в животе взлетают бабочки. Ночью еще долго не могла уснуть, думала, вспоминала, плакала. Благодарила Бога, что хватило сил отказать. Я ведь понимаю, что причинами были мой откровенный пеньюар и виски.

Люба приносит его завтрак, справляется не нужно ли кому ещё чего, и удаляется.

Рустам тянется за кувшином, чтобы налить себе фреш и зацепляет свой мобильный, лежащий на столе. Тот загорается и Мия восхищённо зависает, когда на экране появляется её фотография.

— Это я? Мозно посмотлеть? — смотрит на него.

— А кто же ещё, смотри, — двигает Айфон к ней.

Она берет его в руки и рассматривает заставку.

— Мама, я тут удацьно высла? — поворачивает ко мне экран, вызывая смех у Руса.

Тоже смеюсь.

— Прекрасно.

Мия на фотке у бассейна. Захваченная в объектив невзначай, как будто повернулась на оклик. Живая фотография, экспромтная, даже не знаю, когда он успел её так запечатлеть.

Она снова поворачивает к себе экран, рассматривает, но он тухнет и темнеет.

— Ой, — тычет пальчиком, чтобы активировать.

Экран загорается, и в этот момент Рустаму приходит голосовое. Мия случайно нажимает плей, и на всю столовую слышен женский голос.

«Рус, возьми трубку. Я погорячилась, просто эмоции. Я ночью глаз не сомкнула, надеялась что вернёшься…».

Рахманов отбирает у перепуганной дочки телефон и останавливает тираду. А мне становится так не приятно, что даже кофе свой отставляю. То есть, он вернулся от кого-то, с кем не задалось, а потом решил, что и я подойду, как вариант.

— Папа, а кто эта тётя? — лепечет ребёнок в непонимании.

— Знакомая.

Расстреливаю его взглядом. Какая же я дура, глотала слёзы, прислушиваясь к каждому шороху. Всё казалось, что он вот-вот зайдёт и захочет объясниться. А он просто поскандалил с другой… Очень хочется высказаться, сдерживает только Мия.

Обстановку разряжает Никита. Он заходит в столовую с большой мягкой игрушкой. Розовый единорог, размером с дочку, мгновенно вызывает восторг.

— Привет.

— Никита! — тянет к нему руки Мия.

Тоже здороваюсь, он даёт пять отцу и вынимает Мию со стульчика для кормления.

— Привет, как ты тут, освоилась? Это тебе.

— Спасибо, — прижимает к себе игрушку.

— Целоваться будем? — улыбается Ник.

— Будем, — застеснявшись, опускает глазки и целует его в щёку. Он отдаёт ей такой же поцелуй.

Странное тепло разливается в грудной клетке. Я не видела их общения в Париже, когда вернулась из клиники, его у нас уже не было, а оказывается они подружились.

— Завтракать с нами будешь? — спрашивает Рустам.

— Нет, в самолете позавтракал, спасибо.

— Ты на самолёте плилетел? — Мия снова перетягивает внимание на себя.

— Угу.

— На больсом?

— Да, на котором ты летела.

— Класс! А пойдем в бассейн, — заглядывает ему в глаза, прижимая единорога, как родного.

— Пойдём, если мама разрешит, — смотрит он на меня.

— Идите, только сейчас переодену её.

Надев купальник, спускаемся вниз, Рустам с сыном уже в гостиной. Вручаю Никите нарукавники и полотенце. Он уже тоже в плавательных шортах, быстрее нас успел.

— Вытаскивай её только периодически, а то она до посинения губ барахтаться будет.

— Разберёмся, — улыбается он. Даёт Мии руку, и они выходят на задний двор.

Рахманов, без зазрения совести пялится на мои ноги. Я в джинсовых шортах и свободной майке, больше в обтягивающих вещах не рискну выходить.

— Давай вечером съездим поужинать, — предлагает неожиданно. — Мию бабушке оставим.

— С тёлками своими ужинай. И не вздумай больше ко мне прикасаться.

— Ревнуешь?

— Что?! Рахманов, что ты о себе возомнил? Мне плевать, всё давно быльём поросло.

— Угу, ночью было особенно заметно.

— Ночью ты просто под руку попал, а мне не спалось. Ты мне не интересен, не обольщайся.

Разворачиваюсь и поднимаюсь по лестнице к себе. Сердце колотится, пульс отстукивает ему в такт, чувствую, как взгляд карих глаз прожигает спину, пока не скрываюсь в коридоре второго этажа.

***

Рустам

Стою охреневший посреди гостиной. Из всех моих женщин, только Диана позволяла себе подобные выпады на первых порах, пока брыкалась и отказывалась от отношений. В общем, ничего не меняется. Но сказанное задело.

Мне не нужно по ушам ездить, её я знаю на ощупь и тактильно, и вербально. Определить, что от неё исходит страсть, ночью не составило труда. Мы оба улетели, как изголодавшиеся, выжали из поцелуя максимум, и мне казалось, продолжению быть. Что её остановило, вот тут вопрос. Так нахер, спрашивается, меня топтать? Под руку попал, блядь! Типа пудель комнатный, а она по голове погладила. Язва.

Набираю Белого, берет трубку, слышу, что в аэропорту.

— Да, Рус.

— Привет, прилетели?

— Ага.

— Вечеринка не отменяется, приезжайте вечером.

— А что так?

— Планы изменились.

— Лады, что-нибудь купить?

— Нет, Карину с собой захватите.