Глава 22

Я смотрела, как Заур, еле волоча ноги, уходит за ворота, а кортеж Хаджиевских машин трогается с места. Смотрела, как закрываются массивные ворота, и понимала, что осталась здесь одна. Наедине с Банкиром, которого пока даже не видела. Меня затащили в дом, заперли дверь, и теперь я ждала приговора, как какая-то преступница. Было страшно. Насколько я сглупила, поняла, лишь когда села в машину, за рулём которой обнаружила уже знакомого мужчину. Кощей…

Этого человека я видела до теперешнего момента всего лишь раз, но хорошо запомнила ввиду специфической внешности. Кощей – верный помощник Альберта. Такую странную кличку ему дали не зря. И правда, до ужаса страшный мужик. Худой, высокий, лысый, молчаливый. И взгляд у него жуткий – рыбий, ледяной. В дрожь бросает. Банкир называл его ласково Кощеюшка, но краше от этого Кощеюшка не становился.

Выскочить на улицу, конечно же, не успела. Машина сорвалась с места и очень быстро набрала скорость.

Я пыталась уговорить его остановиться, давила на жалость, умоляла, пугала Банкиром, но тот лишь равнодушно взглянул на меня в зеркало заднего вида и негромко произнёс:

– Альберт Станиславович хочет тебя видеть. Заткнись и сиди тихо, иначе сильно пожалеешь, – он сказал это раз, и повторять не требовалось. В тот момент я чётко осознала, в какую задницу угодила.

Разумеется, я не надеялась, что Заур бросится меня спасать сразу после того, как сам едва не отправился в мир иной. Но видеть, как он покидает меня здесь одну, было отчего-то горько.

Нет, я не жалела, что спасла ему жизнь. Как бы там ни было, я поступила по-человечески. И пусть я шлюха, пусть для них я грязь, но моя совесть чиста. И пусть её голос ничего не значит в мире, где правят деньги, сила и власть, но я осталась собой, не предала ни себя, ни дочь.

Его шаги я услышала, когда шум и голоса на улице стихли и особняк банкира снова погрузился в сонную тишину. Лишь иногда слышался лай собак, которых держали на заднем дворе.

– Вижу, ты уже соскучилась по мне?

– Я сюда не по своей воле приехала, – на секунду допустила мысль, что он ничего не знает и притащить меня сюда было целиком и полностью инициативой Кощея. Но тут же эту мысль отмела. Чтобы он и не знал? Чушь.

– Я в курсе, – быстро растоптал мои сомнения и приблизился вплотную. – Как и о твоём предательстве, – рывком повернул меня к себе, горячая ладонь легла на мой затылок, с силой надавила, вынуждая сделать шаг к нему.

– Я не могла поступить иначе. Прости, – сглотнула, подняв на него глаза. Во взгляде Банкира промелькнула ярость. Посерел весь, губы сжались в тонкую полоску.

– Это всё, что ты можешь сказать в своё оправдание? – голос стальной, словно острым ножом по коже полосует.

– Я не собираюсь оправдываться. Я поступила так, как должна была поступить. Я не смогла бы спокойно жить дальше, зная, что по моей вине погиб человек. И тебе необязательно его убивать, чтобы… – Хлёсткая пощёчина заткнула меня, и пальцы Банкира сжали моё предплечье до боли. Я охнула, хватаясь за пылающую щеку, и ошарашенно уставилась на него.

– За предательство я режу глотки. От уха до уха. И вышвыриваю в ближайшей посадке. Как собаку закапывают. Ты хочешь так же закончить, Илана?

Из-под ног ушла земля, и я дёрнулась, пытаясь освободиться или хотя бы отступить, но хватка на предплечье лишь усилилась, и я беспомощно вскрикнула. Альберт встряхнул меня, второй рукой взял за подбородок.

– Я не слышу, – говорил он очень спокойно и тихо. Почти умиротворяюще. Если бы не те слова, смысл которых вонзался в мозг и наводил на меня ужас.

– Я не хочу… Не хочу так закончить, – слёзы обожгли мне глаза и щеки, стало больно и тесно в груди. – Пожалуйста, не надо.

– Ты поступила как глупый, непослушный ребёнок. И за это будешь наказана, как ребёнок. Ты под домашним арестом, Илана. И да, я обычно никого не предупреждаю дважды. Запомни это и в следующий раз хорошо подумай, прежде чем предать меня. Таким людям в моей жизни делать нечего, от таких людей я избавляюсь.

– Я поняла. Прости меня… – моя просьба осталась без ответа, а сам Альберт пошёл прочь, резко меня отпустив.

Обняв себя руками, я зажалась в углу, где и собиралась провести остаток дня. Пока ещё его последние слова не нашли во мне отклика, и я радовалась тому, что со мной не обошлись так, как обычно поступают с другими…

Уже у порога Банкир остановился, повернулся.

– Кстати. Заур знает, что ты здесь, но это не помешало ему уйти. Он выбрал не тебя, Илана. Он выбрал свободу. Я бы и так его отпустил, даже без визита Хаджиева. Он сделал правильный выбор.

* * *

– Ты пришёл в себя! – снова лицо этой девчонки. Она что, послана, чтобы добить его? Может, её Банкир нанял? – Я же говорила, найду тебе врача. И нашла. Пришлось, правда, немного доплатить, чтобы он не обращался в полицию, но у меня было немного денег. Тебе вкололи антибиотик, поменяли перевязки, я-то в этом деле, знаешь ли, не профи. В общем, врач сказал, жить будешь. Только нужно пить лекарства, которые он тебе прописал, а после сходить на рентген и КТ. Ну, чтобы проверить, не мешают ли сломанные рёбра органам, и голову проверить.

Слушая девчачий трёп, усмехнулся. Да, голову ему проверить не мешало бы. Вот только раньше нужно было. Сейчас уже поздно. Он теперь полностью во власти шизофрении.

– Врач за тобой предлагал прислать скорую, чтобы провести обследование, но у меня, честно говоря, уже закончились деньги… Вот. Но ты не переживай, я что-нибудь…

– В гостиной сейф стоит. Во внутреннем кармане моей куртки ключ. Открой сейф, возьми себе денег, сколько нужно. И то, что я должен, и за свои услуги.

Нет, девчонка, конечно, заноза доставучая, но помогла ему ощутимо. Голова стала более ясной, да и кости уже не трещали от боли. Славно его обезболивающими обдолбали. Плюс секс. Он же понимал, что девчонка не просто так на него залезла. Пусть она сделала это не по своей воле, но вроде как и не сопротивлялась. Значит, ожидала, что отблагодарит.

Он никогда раньше не платил за секс, но тут случай другой. Он вроде как напряг снял, а она помогла.

Хотя думалось ему, что это он Илану на себя насаживает. И всё отдал бы, лишь бы так оно и было. Жаль. Жаль, что был таким дураком. Что не прислушался к себе раньше. Нужно было проломить ему черепушку, чтобы мозги на место встали. И потерять её…

– Вообще-то я это всё не ради денег. Я помочь тебе хотела. И потом… Ты мне давно нравишься. Я тебя как увидела, так сразу и поняла, что хочу… Хочу, чтобы ты моим первым стал. И не жалею ни о чём, ясно? И хоть ты меня Иланой какой-то называл… Да пофигу. Переживу, – вздёрнула нос девчонка и уселась на кровать рядом.

Заур застыл на ней взглядом, слишком медленно переваривая сказанное девчонкой.

– Чего?

– Ну да, я знаю, как это выглядит, – вздохнула та. – Но ты не подумай, я не сталкерша какая-то! Просто провожала тебя по утрам и встречала по вечерам. Ну и что? Что в этом плохого? Ты мне интересен был. Только вот так ни разу и не поздоровался, не заговорил, а я первая стеснялась. А вчера как тебя увидела, поняла: это мой шанс. Ну, в смысле, теперь ты точно обратишь на меня внимание. Да и первый сексуальный опыт, он тоже очень… Ну, неплохой был. Вот… – девчонка прекратила тараторить, виновато захлопала ресницами.

– Я был у тебя первым?

– Ну, да… А ты что, не понял? Хотя неудивительно… Ты в таком состоянии был, что я даже немного испугалась.

Оттянув край одеяла, приподнял домашние штаны. Она и переодеть его успела? Взглянул на член, испачканный в крови, поморщился. И правда, девственницей была.

– Иди к сейфу, возьми наличку и проваливай.

– Что? – девчонка оторопело уставилась на него.

– Я сказал: иди, возьми денег, сколько нужно, и проваливай. Можешь всё забрать. Давай! Пошла! – рявкнул на девицу, а та вскочила, попятилась.

– Эй, да ты чего?

– Пошла вон, сказал!