Глава 27

– Что опять ты здесь забыла? – не поворачиваясь к девчонке, но чувствуя её присутствие. Раньше Заур не замечал мелкую сталкершу по одной простой причине – ему не было до неё никакого дела. А теперь это преследование начало напрягать его.

– Я приготовила тебе жаркое. Из говядины, как ты любишь.

– Что из того, что я тебе сказал в прошлый раз, ты не поняла? Или я плохо говорю по-русски? Я сказал, проваливай и еду свою забери, – повернул ключ в замке, собираясь зайти в квартиру, но девица ринулась за ним.

– Подожди! Я же помочь хочу! Ты вон как исхудал… Выглядишь так, словно целую вечность не ел. Я просто покормлю тебя и уйду.

Резко повернулся к ней, перехватывая руку девицы за предплечье и грубо дёргая на себя вместе с кастрюлей, которую та держала перед собой.

– Я не понимаю, ты дура? Или глухая? Я сказал, отвали! Ещё раз подойдёшь к моей двери, я пообщаюсь с твоим отцом, поняла?

Она кривит губы в усмешке, опускает взгляд.

– А нет у меня отца. А мать… Да вон она, бухая валяется на диване. Иди, пообщайся, – губы девчонки задрожали, вот-вот разревётся тут. – Я думала, ты не такой. Думала, хоть кому-то будет до меня дело… Но ты такой же, как и все люди.

– Слушай, – закрыл глаза, собирая в кучу нужные слова. Он бы с удовольствием дал этой дуре подзатыльник и зашвырнул бы её в квартиру, но это как пнуть ребёнка, ниже его достоинства. – Ни ты мне не нужна, ни я тебе. Поверь на слово, я не тот, с кем тебе было бы хорошо. Мне жаль, что твоим родителям нет до тебя дела. Но это не моя проблема. Вали давай отсюда.

Девчонка с кастрюлей так и осталась в подъезде, а он захлопнул дверь и выругался, привалившись к стене.

Итак, за ним хвост. Это либо люди Банкира – ждут хорошего момента, чтобы пристрелить его. Либо ещё чьи-то засланцы, которые тоже, в общем-то, не с подарками пожаловали. Кого-кого, а врагов у него предостаточно. Раньше они боялись, за его спиной был клан и Хаджиевы. Собственно, побаиваются и сейчас. Только это дело времени, когда они поймут, что он остался один и навалятся всем скопом, чтобы вскрыть ему глотку.

Вывод: нужно поменять хату и обдумать свои дальнейшие действия. Но думать получалось плохо. В голове только Илана. Она одна. Он сам превратился в грёбаного сталкера.

Что ж, враги подождут. В конце концов, он не беззащитный младенец, да и побои почти зажили. Постоять за себя сможет. Только одним глазом за ней понаблюдает и сразу же за дела возьмётся. Только посмотреть…

* * *

– А можно мне ещё вон тех конфеток, – не дождавшись моего ответа, дочка схватила очередную коробку, закинула её в корзину. – И вот тех…

– Так, остановись. Помнишь, что нам сказал дядя доктор? Нельзя много сладкого. Того, что мы уже взяли, хватит на неделю. Давай лучше фруктами запасёмся? – оторвала дочку от полки со сладостями и тут же застыла столбом. Нет… Только не это.

По широкому проходу между отделами супермаркета к нам целенаправленно шагал Заур. При этом смотрел прямо мне в глаза своим безумным, жутким взглядом. Бежать поздно, уже увидел. Да и с какой стати я должна убегать?

– Мариаш, вернись, возьми ещё коробку конфет, – я развернула дочку к стеллажам, и та с победным улюлюканьем ринулась за сладостями.

– Привет, – раздалось над самым ухом, а я вздрогнула, пропустив по телу разряд волнения.

Медленно повернулась к нему, мысленно выругалась, вперившись взглядом в его бороду.

– Ты что здесь делаешь? Следишь за мной, что ли? – нахмурилась, а в следующую секунду поняла… Он действительно следит. Ходит за мной, как привидение. – Ты что, Заур, совсем уже рехнулся? Заняться больше нечем? Иди решай свои бандитские дела, а меня оставь в покое! Или тебе было мало уикэнда в подвале Банкира?

– Да плевать я хотел на твоего Банкира, – сжав зубы, цедит он и надвигается на меня. – Вертел я его на своём хую.

– Заур! – вытягиваю ладони в защитном жесте, отступаю назад.

– Я просто хотел тебя увидеть, не бойся, – загоняет меня в угол за холодильником с молочкой, и по мере того, как приближается, оскал его исчезает. – Не бойся. Не обижу тебя. А ты пахнешь ванилью, – будто помешанный тянется рукой к моему лицу, но тут раздаётся голос моей дочери, и он застывает.

– Эй, не тлогай мою мамочку! – слышится шлепок – она ударила его, что ли? Заур же ошарашенно поворачивается к Марианне. – Отойди от неё!

Удивительно, но факт – он слушается. Я опускаю взгляд на дочку, и губы непроизвольно растягиваются в улыбке. С выпяченной нижней губой и грозно сведёнными бровями моя смелая кроха, и правда, выглядит устрашающе. И очень мило. Безумно.

– Это моя мамочка! А ты её обижаешь!

– Нет. Не обижаю, – на полном серьёзе, без тени насмешки отвечает тот.

– Я всё видела! – топает ногой заступница. – А меня злить нельзя! Я плинцесса!

– Эээ… – тут злодей окончательно теряется. – Я хотел…

– Что? – моя деловая телохранительница складывает ручки на груди и смело смотрит Зауру в глаза. – Хотел её на свидание плигласить? А цветы где? А конфеты?

– На свидание? – ошарашенно переспрашивает он и поворачивается ко мне с задумчивым видом. – Да. Наверное…

– Моя мамочка не ходит на свидания. Но если плинесёшь конфетки и цветы, мы подумаем. И болода у тебя стлашная, – кроха проходит мимо него, шурша своим нарядным голубым платьицем, берёт меня за руку. – Пойдём, мамочка.

Заур долго смотрит нам вслед, а я истерически хохочу, закрывая лицо руками.

– Мамочка, он же не мой папа? – спрашивает вдруг дочь, дёргая меня за юбку, а я отрицательно качаю головой.

– Нет, малыш. Он не твой папа.

– Ну и холошо, – облегчённо вздыхает кроха, чем вызывает у меня новый приступ смеха.

Из магазина всё же уходим, потому что в стечение обстоятельств я не верю. Он следит за мной. И смех смехом, но это ни разу не забавно.