Глава 19

И прежде чем перестук копыт остановился перед крыльцом дома, меня прошибло ознобом осознания, и я, резко вскочив, прижимая к груди бестиарий, воскликнула:

– Мадмэ Нанни! А наш защитный купол? Он на месте? – сердце бешено колотилось, в ушах шумело.

– Я не знаю, госпожа, – женщина появилась рядом со мной, словно соткалась из воздуха, в то же мгновение, как я её позвала. – Я всего лишь лич, существо, созданное магически, но колдовскими умениями не обладающее.

Пока она говорила, я выровняла дыхание, чуть прикрыла веки и вгляделась в бабушкины вязаные салфетки, разложенные тут и там.

Зеленоватое свечение практически исчезло, оно не выходило за пределы стен, как раньше, сосредоточившись только внутри жилья.

– Режина, погляди, кого там принесло, – тем временем добавила эльфийка, обращаясь к служанке. – Марк, подстрахуй, – гномчисс, оказывается, находился вместе с нами в гостиной, неприметной тенью замерев за креслом.

– Нет, – я вскинула руку в останавливающем жесте, – я сама.

Не получится вечно прятаться за своих людей. Было, безусловно, очень страшно, аж поджилки тряслись, но, собрав всю свою волю в кулак, твёрдым шагом направилась к входной двери. Марк пристроился с увесистым тесаком наперевес справа, мадмэ Нанни слева, а Режина прикрывала мою спину.

Отомкнула засов и шагнула за порог. Ливень прекратился, и дождь лениво накрапывал, монотонно стуча по крыше дома. Было не по-летнему холодно. Зато как свежо, словами не передать, только прочувствовать! Я даже на мгновение зажмурилась, полной грудью вбирая сладость воздуха.

– Вы новая графиня Мглистая? – басом безо всякого приветствия раздалось откуда-то… снизу.

Я опустила глаза и уставилась на самого настоящего, поперёк себя шире, гнома. Он отличался от нашего Марка, как небо от земли. Разве что ростом оба схожи. Но незваный гость удивлял широтой груди, внушительным брюшком и длинной рыжей бородой, заплетённой в три косы. А второй был тощим и синекожим, точно давно помершая курица.

– А вы, собственно говоря, кто? – нахмурилась я, все вежливые слова типа "добрый день", "здравствуйте" и другие мигом выветрились из головы. Я начинала злиться. А это мне не свойственно, никогда не заводилась с пол-оборота. Чтобы вывести меня из себя, надо было крепко постараться. Сейчас же, только взглянув на самодовольную, лоснящуюся рожу незнакомца, в груди всколыхнулась злоба, которую я с трудом заглушила.

– Меня зовут барон Буббо Гтольксий, я ваш сосед, что проживает на западе.

Какое имя знакомое… Точно! Он брал в долг у бабушки, сумма не была большой, но, коли взял, следует вернуть, не так ли?

Я выгнула левую бровь:

– И? Долг решили вернуть?

– Об этом тоже сказать хочу, – улыбнулся он, продемонстрировав широкую щербу между передними крупными зубами. – Может, в дом всё ж пригласите? Мокнуть под дождём, как-то, знаете ли, для здоровья вредно. У меня есть к вам интересное предложение, оно очень выгодное, поверьте!

Я обернулась было к эльфийке, но вдруг передумала и вопросительно посмотрела на Режину. Девушка не подвела, подошла ко мне поближе и зашептала:

– Не маг, не опасен. Должен вам два десятка серебром. Ежели что, быстро скрутим и отправим восвояси.

Я благодарно ей кивнула, снова повернулась к соседу и сказала:

– Что же, проходите.

И, развернувшись, вошла в дом. Не останавливаясь, пересекла гостиную и прошла в кабинет.

Буббо семенил следом, шумно сопя и покряхтывая.

– Присаживайтесь, – указала ему на стул напротив стола, – ягодный взвар?

– Я бы пива… – но, увидев выражение моего лица, резко передумал, – да-да, благодарю. Если можно, с мёдом.

– Мадмэ Режина, – обратилась я к служанке, и та, радостно сверкнув глазами, ведь её повысили до статуса "мадмэ", понятливо кивнула и шустро удалилась выполнять поручение.

– Итак? – сложив пальцы в замок, посмотрела на гнома.

– Значица, леди Есения, – ага, моё имя ему уже известно, – хочу предложить вам своего Родо. У меня трое сыновей, и последний не пристроен.

– А я тут при чём, милейший?

– Ну дык, это же очевидно! Он вполне сгодится вам в мужья. Да-да! Вам следует выйти за него замуж, Родо с удовольствием возьмёт вашу фамилию, заделается графом дэ Брюмо и станет управлять этими землями твёрдой рукой, даже не сомневайтесь! У моего младшенького талант к таким вещам! Он замечательный молодой мужщина. Честный, умный. Да и красавчик, хоть куда! – и лихо мне подмигнул.

Вот те раз! Я тут вся извелась, боясь нарваться на магическую битву, а меня сватают. И я не знаю, что хуже.

– Неожиданное предложение, – ответила я.

– Прекрасное предложение! Лучшего вы не получите! – громко хлопнул в широкие ладоши Гтольский.

– А что прикажете делать с нежитью, если она заявится? Ваш сын готов и их взять на себя?

– А? – от моего вопроса мужчина опешил, – не-не! – замахал руками, будто отбивался от полчища назойливых комаров, – наш род бесталанный, немагики мы! Всякую гадость Родо, так уж и быть, оставит вам.

– Так уж и быть? Хм… – в центре груди полыхнуло раздражение и ничем не прикрытая злость, я снова едва сумела совладать со своими расшалившимися нервами.

– Кстати, а сервов у вас сколько? Хотелось бы не меньше тысячи, но и пять сотен душ тоже вполне сойдёт. Лучше, конечно, людской расы или гномьей. Ежели много орков, обменяем их. Хотя они же сильные, можно, значица, отдавать их в аренду, впрячь в плуг, и пусть пашут, рыхлят землю как следует. Орки редкие же, за горами их морды обитают, а в нашем королевстве их не любят, батогами бьют, иной раз до смерти.

Дверь едва слышно скрипнула, выдернув меня из кровожадных мыслей о том, как я даю лещей этой наглой харе.

– Госпожа, – в комнату вошла Режина, держа поднос в руках. Она поставила свою ношу на невысокий столик, стоявший рядом с креслом для гостей. Разлила местный чай по двум фарфоровым чашечкам, одну поставила передо мной, вторую подала соседу.

– Мадмэ Режина, – обратилась я к ней, – скажите, вы ведь местная, всех знаете. Вот барон Буббо прочит мне в мужья своего сына, как думаете… – но договорить я не успела: девушка возмущённо всплеснула руками и затараторила:

– Что?! – голос служанки, моей будущей ключницы, задрожал от праведного негодования, – Родо? Леди Есения, ни за что не соглашайтесь! Он игрок, картёжник! Проиграет тут всё, а потом и вас! А ещё бабник, каких поискать!

– Да как ты смеешь? И кого вы слушаете, леди Есения? Какую-то безродную вилланку! – гном вскочил и надвинулся на мою помощницу.

– Я мадмэ Режине верю куда больше, нежели вам! – тихо сказала я прищурившись.

– Да как ты смеешь, девчонка! – набычился Буббо, резко ко мне развернувшись. – Приблудившаяся! Даже нечистокровная аристократка!

Я больше не стала сдерживать зверя, когтями царапавшего меня изнутри, и выпустила его наружу.

Дом вздрогнул…

Из меня мощным потоком хлынула потусторонняя сила, я чувствовала, как леденящий холод окутал помещение, инеем оплетя раззявившего рот гнома. Его рыжая борода стала белой, а глаза превратились в две стеклянные линзы.

И Режина замерла снегурочкой, столь же неподвижно, как и наглый гость.

Но оба были живы, я чувствовала это. Пока живы.

– Леди! – дверь в комнату с неприятными скрипом, едва-едва открылась, и внутрь, бочком протиснулась мадмэ Нанни. – Остановитесь! Вы же Режину погубите!

Только после этих слов я очнулась. Превозмогая внутреннее сопротивление пробудившегося дара, всё же взяла себя в руки.

– Ха-а! – протяжно выдохнула я, клубочек пара сорвался с губ и холод медленно, но верно, втянулся обратно, прямо в меня. А ледяное крошево лужицей растеклось под гномом и помощницей.

Буббо закашлялся, Режина часто-часто задышала, бессильно привалившись к спинке кресла.

– Ты… – мой голос был странно сиплым, как во время ангины, – завтра к обеду привезёшь мне двадцать пять серебряных монет.

– Д-двадцать же… – прошептал мужчина, но, узрев, как я снова начинаю злиться, мелко-мелко закивал, – да-да, с п-процентами точнёхонько к обеду доставлю. Не сомневайтесь!

– И чтобы ноги твоей и кого бы то ни было из семьи Гтольксих без приглашения не было на моей земле! Ясно?!

– Д-да, госпожа Мглистая. Всё уяснил. Я, пожалуй, пойду.

Я не стала задерживать гнома, лишь не мигая смотрела, как он, шустро переваливаясь, ринулся прочь из кабинета, а потом и из дома.