Глава 32

Узкие улочки, вымощенные камнем, тонули в полумраке, освещённые редкими факелами и тусклым светом из окон таверн. С наступлением ночи большинство законопослушных граждан отправлялись на боковую после тяжёлого трудового дня. А вот трактиры нижнего города, наоборот, гостеприимно распахивали свои двери и постепенно наполнялись посетителями.

Завсегдатаи этих мест в основном были не самыми приятными личностями, но среди них иногда встречались и простые работяги, и проезжие торговцы. Здесь, в полутёмных залах, можно было увидеть столы для азартных игр, а на верхних этажах снять коморку для утех.

Пьяные крики, звуки разбитой посуды, громогласный мужской хохот вперемешку с шаловливым, наигранным повизгиванием девиц лёгкого поведения – вся эта сумасшедшая какофония доносилась из тёмных дверных проёмов.

В воздухе витал аромат жареного мяса с толстым шлейфом скисшей капусты, смешанный с запахом пролитого дешёвого эля.

В густой тени одной такой таверны замерло несколько человек. Морды натурально-бандитские, и явно что-то замыслившие. Оглядев пустынную улицу, вожак по кличке Гвоздь негромко сказал:

– Делимся по двое и вперёд. Следите, чтобы вас никто не заметил. Встретимся в условленном месте.

Шестеро мужчин, разбившись по парам, растворились среди домов…

Ночь окутала особняк густым мраком, лишь изредка прорезаемым светом луны, пробивающимся сквозь облака. Двухэтажное здание стояло на возвышенности, окружённое каменной оградой с массивными воротами, сейчас наглухо запертыми. Оказавшись неподалёку, наёмные убийцы замерли, вглядываясь во тьму окон.

И, не сговариваясь, пошли на приступ ограды.

Внутри стен, освещённые только слабым светом факелов, стояли охранники: двое у ворот, двое у главного входа, двое неподалёку от заднего входа.

Нападающие были одеты в серую одежду, потому их было сложно рассмотреть среди стоявшей темени. Легко забравшись на каменную ограду, ночные гости замерли, ожидая дальнейших приказов.

Главарь жестом указал на стражей, сделав недвусмысленный знак.

Четыре стрелы бесшумно прорезали воздух и впились в шеи стражей, те, так ничего и не поняв, тяжело осели на землю и, конвульсивно дёрнувшись напоследок, затихли. Нападающие быстро спрыгнули во двор и ловко расправились с оставшимися двумя воинами, кемаривших у главных дверей, ведущих в особняк.

Оказавшись внутри дома, грабители застыли ненадолго, прислушиваясь и осматриваясь. Главная зала поражала размерами и богатством убранства: дорогие картины, изысканная мебель, золотые статуэтки и фарфоровые вазы. Бандиты, не заметив ничего подозрительного, снова разделились: четверо из них начали собирать ценности в мешок, один из них следил за обстановкой, готовый в любой момент вступить в бой.

Главарь и его помощник скользнули было на лестницу – их целью являлись хозяева дома, как вдруг входная дверь медленно широко открылась, издавая противный скрежет, которого до сего момента не было.

– И что это вы задумали? – Тео прислонился широким плечом к дверному косяку и посмотрел прямо в глаза главарю шайки. Разбойник испугался было, но, поняв, что незнакомец совершенно один, зло усмехнулся, оскалив гнилые зубы.

– Не лезь, мужик. Иди отсюда. Это наша добыча, – посчитав Тео за такого же, как он сам, бандита, дал понять, что эта территория уже занята.

– Тут живёт мой знакомый. Если вы задумали его ограбить, в принципе, я мешать не стану… Зажрался он…

После этих слов главарь чуть расслабился, довольно осклабившись, продемонстрировал кривые зубы с внушительной щербой между передними.

– Может, вы его ещё и прихлопнете заодно? – вдруг уточнил странный мужчина, застыв полубоком, его высокую фигуру чётко очертил свет луны, вышедшей из-за пелены облаков. Лицо незнакомца тонуло во мраке, не давая Гвоздю рассмотреть наглеца.

– Непременно. А теперь вали подобру-поздорову!

Тео тут же развернулся, чтобы уйти, как вдруг замер, сделав всего один шаг, и, резко обернувшись, покачал головой:

– Я передумал. Пусть Пьер и не самый лучший человек на свете, но он куда приятнее других. Бургомистр из него всё же не самый плохой. К тому же у Пьера семья, маленькие дети, оставлять коих без кормильца, ну никак нельзя. А потому…

Дюваль вошёл в дом, закрыл дверь и договорил:

– Уходите. Что взяли, оставьте себе, – кивок на уже прилично заполненные мешки.

– Ну уж нет, мужик. Да кто ты такой? – хохотнул Гвоздь. – Нас вона скока, а ты один.

– Количество для меня не имеет значение. Только качество противника. Увы, вторым вы похвастать никак не можете.

– Да как ты смеешь?! – несколько долгих минут спустя набычился главарь шайки, уловив смысл фразы. – Убить его! – резко приказал и четверо, побросав свою поклажу, ринулись в атаку.

Одновременно с ними Тео вскинул руки, его глаза засияли потусторонним зелёным светом, губы принялись зачитывать боевое заклинание.

– Эт-то… магик! – заорал кто-то из воров, запнулся о край дорого ковра и шумно покатился по полу.

– Вали-им! – очнулся другой и рванул к окну, прыгнул в него рыбкой, собственной тушей разбив стекло.

– А ты останешься, – прогудел Дюваль, оплетая струхнувшего Гвоздя своей магической сетью, – у меня есть к тебе вопросы.

Некромант вскинул голову и посмотрел на замерших людей на верху лестницы: бургомистр в забавном ночном колпаке стоял, прижав к себе испуганных детей и жену.

– Должен будешь, Пьер. Как земля народу, – усмехнулся Тео, а градоначальник, судорожно сглотнув, согласно кивнул.

Служанка, поставив на стол перед ночным гостем большую кружку с отменным ромом, разбавленный яблочным соком, низко поклонившись, шустро ретировалась.

Пригубив горячий напиток, Дюваль с удовлетворением кивнул:

– Прекрасный нектар!

– Ради тебя одного и держу бутылку-другую, – криво усмехнулся градоначальник. – Никогда бы не подумал, что Лукас способен отправить по мою душу наёмных убийц!

Допрос Гвоздя завершился через пять минут после начала. Стоило Тео вынуть свой чудовищной красоты артефакт с черепом вместо классического навершия, как главарь бандитов сдулся и выложил всё, как на духу, подписав все необходимые бумаги.

– Не думаю, что слова вора хоть кого-то убедят в причастности к этому делу самого сэра Лукаса Жевена. Он отменно играет роль простака-старика, готового всем помочь и ссудить деньги под грабительские проценты, например.

– Лорд Тео, я разберусь с ним, вот увидишь! Вот, где он у меня теперь будет! – и сжал руку в кулак, демонстрируя, где именно бедный Лукас окажется в самое ближайшее время.

Некромант тихо усмехнулся и никак не прокомментировал: ему нравился Пьер чуть больше Лукаса, потому он будет рад за нынешнего бургомистра, если тот сумеет удержать кресло главы города под собой. Сделав ещё один глоток отменного напитка, сказал о другом:

– Вурдалака больше нет.

На этой вести бургомистр обрадованно встрепенулся, чтобы после второй фразу столь же быстро сникнуть.

– И теперь твоя задача – честь по чести выплатить по звонкой всем пострадавшим вилланам и не обойти своим вниманием обычных сервов, – на последней фразе Дюваль не удержался и позволил своей тщательно скрываемой магической сущности проступить наружу: оскаленный череп, с горящими потусторонним зеленоватым светом глазницами, плотоядно уставился на градоначальника, который мигом взмок и затрясся в страхе.

Молодой некромант в целом был приятным малым и никогда не отказывал в услуге ему и городу, даже не брал плату, с условием, что эти деньги пойдут пострадавшим семьям.

Тео, граф Дюваль, не состоял на службе у королевской магической канцелярии, он являлся наследником большого аристократического рода и волен был поступать по своему усмотрению. Как и брать за свои услуги круглые суммы, в отличие от тех, кто входил в КМС.

– Ну, раз мы друг друга поняли, и ты меня прекрасно услышал, я, пожалуй, пойду. Завтра, а точнее, уже сегодня, мне надо встать с первыми петухами.

– Лорд Тео, погоди! – когда Тео почти подошёл к двери, окликнул его бургомистр. – Прости, тут такое дело. Пришло письмо из Рога, и я его давече отправил в столицу, но мне бы хотелось, чтобы ты прочитал копию. Графиня Мглистая и барон Кюри, пишут весьма интересные вещи…