Глава 29. Сватовство

Каридад

Невозможно потушить огонь, подлив в него масло. Последнее письмо моих родных изранило сердце, вцепилось осколками рухнувшей жизни, и еще долго пустая каюта была свидетелем моего горя. Но потом я неожиданно ощутила прилив спокойствия и понимания: дядя с тетей давно со мной попрощались, все это время лишь изображали видимость обычной жизни, каждую секунду пытались заполнить мой запах, взгляд и улыбку, чтобы сохранить воспоминания до неизбежного конца. Будь я на их месте – поступила бы точно так же. И мои родители сделали бы то же самое ради моего счастья и безопасности.

В ту секунду я простила родным обман, но не Казимиру, наоборот. Надо было быть более справедливой к нему, но я не смогла. Его отец лишил меня матери с отцом, а он – дяди и тети. Задуманная месть не свершится по его вине, мое обещание останется невыполненным. А как же моя честь? Я находилась здесь несколько дней, для всех на корабле я – любовница Хорса. Не выйду за него замуж, за мной закрепится позорная репутация. Можно сколько угодно кричать, что между нами ничего не было, но разве это хоть кого-то убедит?

И почему мои родные так полюбили Казимира? Доверили меня ему... Вот же наивные драконы, зла на них не хватает! Видели бы они меня сейчас!

Хотя, если так подумать, наша свадьба поможет воплотить в жизнь хотя бы один из моих планов – месть. Алес видел в невестках только Зарину Денницину, высокородную драконицу с идеальной родословной, а меня презирал за низкое происхождение. Если я стану женой его сына, в потомках Хорсов будет течь кровь безродной девушки, чьих родителей он уничтожил. Пусть он об этом не узнает, я смогу упиваться горьким экстрактом возмездия. Да и Казимир пожалеет о своем обмане, я об этом позабочусь.

Слабое успокоение, но в моей ситуации надо извлекать максимум из ничего. Кое-как съела остывший завтрак, умылась, привела волосы в порядок, переоделась, и до самого вечера готовилась к разговору со своим «женихом», но он не явился. Было тревожно ложиться спать, но усталость одолела все страхи. Напрасные, как оказалось: Казимир не пришел ни ночью, ни утром.

— Передумал жениться что ли? – нервно усмехнулась, расчесывая волосы перед зеркалом.

— Не надейся.

Ну конечно, именно в этот момент должен был появиться Хорс. И почему я не услышала, как отворилась дверь?

— Я ждала тебя вчера, ты обещал, мы обсудим сложившуюся ситуацию. Не прошло и дня, а ты уже нарушаешь обещания.

— Задержался не по своей воле, это будет происходить постоянно. Зато тебе будет комфортно и хорошо в мое отсутствие.

От горечи в его голосе стало не по себе, да и сам Казимир выглядел неважно, будто только вернулся с поля боя.

— Что произошло?

— Чего следовало ожидать: командование раскололось, сформировались три группы: противники колонизации жаждут вернуться, сторонники – плыть дальше, а третья фракция состоит из растерянных болванов.

Я не знала, что ответить, поэтому сказала первое пришедшее на ум:

— Уверена, ты справишься.

Но его моя растерянность не обманула. Казимир устало вздохнул, и сел в кресло. Сейчас в нем не было ничего от юного дракона из школы, который приставал ко мне. Теперь это воин, мужчина, лидер, вынужденный принимать сложные решения и бороться.

— Каридад, ты тоже не понимаешь. Никто из нас не желал покидать дом, я в самом страшном сне не мог представить, что оставлю Южный материк позади, и отправлюсь «строить новый мир» на берегах ужасного Норгратера. Но у нас не осталось выбора, мы должны продолжить путь, иначе все, что было нам дорого, канет в безвестность. Наш материк обречен, скоро от него в лучшем случае останется группа островков. Если вернемся – тоже погибнем, а вместе с нами уйдет и память о нас, драконах с юга. Что может быть хуже забвения?! Каридад, колонизация – не прихоть, а единственный шанс выжить. Мы задействовали огромные ресурсы, и не можем вернуться.

Стук в дверь заставил меня дрогнуть, но то была служанка с завтраком для нас двоих. Мы молча принялись за еду, не глядя друг на друга. Я уважала Казимира, могла бы гордиться мужчиной, каким он стал, но не чувствовала, что у меня есть право на это. Да и его поступки нанесли глубокую рану, слишком глубокую, чтобы забыть.

— Прости, что не пришел вчера, в следующий раз позабочусь, чтобы тебя уведомили. А теперь давай обсудим свадьбу! – сказал он, отложив столовые приборы. – Ты ведь согласна стать моей женой?

Вот и прежний Казимир во всем блеске своей наглости!

— Дядя в письме заверил меня в твоей порядочности. Это так? Я могу тебе доверять? Судя по дерзкой ухмылке, он ошибался.

— Ты составила суждение обо мне в юности, и отчаянно цепляешься за него, лишь бы не рушить собственные иллюзии. Но правда в том, что я любил тебя всегда, с первого дня нашего знакомства, и твои дядя с тетей об этом знают. Они отпустили былые недопонимания, отказались от предрассудков, согласились увидеть меня настоящего, в надежде, что и тебе удастся.

— Ну прости, что не вешаюсь тебе на шею при первых же трогательных признаниях!

— Я этого и не жду. Меня восхищает твое чувство собственного достоинства.

— Поэтому сватовство происходит после того, как я несколько дней провела в твоей каюте? Ты лишил меня выбора, растоптал репутацию! Даже если хотел спасти, не надо было загонять меня в угол, чтобы у меня не оставалось другого варианта, кроме свадьбы с тобой. Или не верил в собственную неотразимость?

Но Хорс не смутился.

— Не хотел затягивать то, что неизбежно. Мы должны быть вместе, Каридад, я люблю тебя, и ты не безразлична ко мне. Поверь, мы будем счастливы, но пока я предлагаю тебе только защиту моим именем. Мы поженимся, ты будешь жить здесь до самого прибытия в Норгратер, и я не стану принуждать тебя ни к чему большему. Главное, чтобы ты была в безопасности, я пообещал это твоим близким. Нашим близким, они для меня тоже стали частью семьи.

Такой расклад меня устроил, и я дала согласие на то, о чем даже не смела мечтать.