27. Он

– Злата! – его крик был слышен на весь этаж. И плевать. Главное, чтобы она отозвалась, открыла глаза и посмотрела на него. Остальное такие пустяки, что даже думать о них не стоит.

Феб рухнул на колени рядом с девушкой. Хотелось схватить ее за плечи и трясти, хлестать по щекам, лишь бы очнулась. Сделать хоть что-то! Убедиться прямо сейчас, сию секунду, что она жива.

В груди как будто метался взбесившийся рой пчел. Летали, жалили, пытались вырваться наружу то ли воплем, то ли стоном. Феб не умел справляться с подобным наплывом эмоций. Это как угодить в стремительно несущийся поток – как ни пытайся выбраться, вода все равно сильнее. Кидает тебя из стороны в сторону, накрывает с головой, тянет на дно. И ты захлебываешься, тонешь в этой пучине. То же сейчас испытывал Феб.

И все же годы тренировок и работы в экстремальных условиях не прошли даром. Разум главы безопасности победил тело мужчины. Руки замерли в сантиметре от Златы, в мозгу красной надписью вспыхнуло предупреждение – стоп! Без резких движений. Иначе можно навредить девушке еще сильнее.

Первым делом он осторожно перевернул Злату на бок, чтобы она не задохнулась. Затем попытался найти пульс.

Рука так дрожала, что он не сразу его нащупал. У самого чуть сердце не остановилось. Наконец, нашел. Есть, бьется.

Далее беглый осмотр: дрожащие ресницы и небольшие судороги конечностей. Симптомы наминали легкий вариант эпилептического припадка. А, значит, первая помощь бесполезна. Надо просто ждать.

Он расстегнул молнию платья на спине девушки. Лиф слишком сдавливал грудь, мешая дышать. Пальцы невольно скользнули по бархатной коже. И в этот момент теуи вдруг ожила. Феб не давал команду на перемещение, теуи сама, по своей воле перешла с предплечья на запястье, а оттуда потянулась к пальцам. Лишь когда он отдернул руку, процесс остановился. Теуи замерла, отчаянно пульсируя под кожей.

Какого тхэнка происходит? Его теуи взбесилась или…? Знак вопроса повис перед мысленным взором. Есть всего один вариант. Невероятный, дикий и крышесносный. Теуи пробуждается от присутствия подходящей для теламона пары. Движение живой татуировки – сигнал. Знак, что рядом та, кто ему подходит на сто гребанных процентов.

Злата его пара! Осознание было как удар молотком по темечку. Аж голова закружилась. Феб был уверен, что его пара Астарта. Что выбора у него нет и ему этот крест нести до конца жизни. Но, получается, среди землянок теламон может встретить вторую потенциальную пару. Впервые появился выбор. Как минимум, между представителем своей расы и землянином.

Это же в корне меняет все! Причем не только для него. Всегда считалось, что выбор теуи однозначен и обжалованию не подлежит. И вдруг как гром среди ясного неба: теуи может передумать! Такого прежде не случалось ни с одним теламоном. Все же Феб везучий сукин сын.

Сейчас бы схватить девушку, прижать хрупкое тело что есть силы к себе. Чтобы срослась с ним, стала его частью. Отныне и навсегда. Пусть его теуи перейдет на нее, подтвердив их союз.

На этом месте Феб оборвал себя. Нельзя. Не сейчас, когда Злата без сознания по неизвестной причине. Передача теуи человеку – опасный процесс. Он однажды наблюдал за ним. Тогда девушка едва не умерла, а ведь она была здорова, чего нельзя сказать о златовласке.

Да что ж с ней все через одно место! Не девчонка, а взрыв мозга. Сколько еще таит в себе сюрпризов? Феб что-то подустал от них.

Поднять бы девушку с пола, но надо дождаться окончания приступа. Он где-то слышал, что человека в таком состоянии не советуют перемещать до окончания припадка. Поэтому он просто сидел рядом, придерживая Злату за плечи.

Бездействие и ожидание, когда хочешь, но не можешь помочь, – ужасное сочетание. Оно выворачивает изнутри, дробит кости и кипятит кровь. Внутри борются два чувства – страх и злость.

Феб десятки раз смотрел смерти в лицо, трижды с того света его вытаскивало только умение хирурга. Причем один раз лишь чудом, его уже успели записать в покойники. Но никогда ему не было так страшно, как сейчас. Он боялся потерять златовласку и боялся остаться один. Без нее.

А еще злился. До красных кругов перед глазами злился на нее. До чего она себя довела. До чего довела его! Когда она очнется, он сперва ее зацелует до треснувших губ, а потом собственноручно придушит. Нельзя так с собой. И с ним тоже. Его же сейчас самого приступ скрутит.

За спиной хлопнула дверь – жилец выглянул на шум. Не оборачиваясь (он не мог оторваться взгляд от девушки, словно стоит ему отвернуться, и она погибнет), Феб произнес:

– Вызови скорую. Немедленно. Звони в отделение для теламонов.

Это не просьба, а приказ. Когда он говорит подобным тоном, люди тут же кидаются исполнять. Вот и сейчас сзади раздались поспешные шаги, а затем послышалось пиликанье кнопок телефона. Человек набрал номер и продиктовал адрес.

Скорая теламонов быстрее. Через пару минут они будут здесь. Феб не доверил бы златовласку земным врачам. К тому же так он сможет контролировать процесс лечения.

Девушка тем временем затихла. Приступ закончился. Злата обмякла, мышцы расслабились. Наконец ее можно поднять с пола, что Феб и сделал. Какая же она легкая и хрупкая. Страшно прикасаться.

Скорая уже была на подходе. Чтобы сократить время ожидания, Феб сам спустился со Златой на руках на первый этаж. Когда он вышел из лифта, в холл вбежали врачи. Он не позволил им забрать девушку. Лично вынес ее на улицу, уложил на каталку и забрался следом в скорую.

Никто не пытался его оставить. Таких дураков нет. По лицу главы безопасности видно, что тот, кто сейчас встанет у него на пути, погибнет. Смерть будет быстрой, но лишь потому, что ему некогда возиться. Он весь сосредоточен на светловолосой девушке в кабине скорой помощи – на своей паре.