29. Она

Первое, что почувствовала, придя в себя, – запах. Особый, ни с чем несравнимый запах больницы. Еще не открыла глаза, но уже точно знала, где я. Похоже, я потеряла сознание. И, видимо, долго не приходила в себя, раз атлант притащил меня сюда.

Врач в бесплатной клинике, куда я ходила год назад, предупреждал, что так будет. Головные боли – первая ступень. В целом ничего, я к ним привыкла. Даже забыла как это, когда ничего не болит. Потом обмороки – ступень номер два. Она знаменует приход третьей ступени – комы. Ну, а потом только смерть. Жаль, я так и не побывала на море. И не видела гор. И еще много чего «не».

Диагноз мне поставили около года назад. Тогда все и началось: силы атлантов перестали на меня действовать.

Врач сказал: причина в опухоли. Она как-то хитро расположена, и это дает мне иммунитет. Вот так, моя особенность медленно, но верно убивала меня. Никакой я не супер герой, я просто умирающая девушка.

Открыв глаза, я увидела белый потолок, а, скосив их вправо – Феба Аднона собственной персоной, спящего в кресле для посетителей. Вид у мужчины – усталый и помятый. Одежда на нем была та же, что накануне вечером.

Он что даже домой не уезжал? Так и просидел всю ночь возле меня?

Он знает – догадалась я. Местный врач провел обследование и все ему рассказал. Вот только жалости атланта мне не хватало!

Первым порывом было сбежать. Вскочить с кровати и дать деру, пока мужчина спит. Но я была слишком слаба.

Встать без посторонней помощи и то не смогу. Так обычно бывает после приступа, это пройдет, но нужно время. А на ближайшие полчаса я прикована к кровати. И никуда мне от атланта не деться.

Я старалась лежать неподвижно, дышала и то через раз, но мужчина все равно проснулся. Словно шестым чувством настроился на меня и улавливал малейшие изменения в моем состоянии.

– Очнулась, – атлант потер лицо и потянулся. – Как самочувствие?

– Отличное, – буркнула я. – Хочу уйти отсюда.

Я обвела рукой палату, намекая на больницу в целом. Не так много осталось от моей жизни, чтобы проводить это время с врачами. Ладно бы они могли помочь, а так… только трата драгоценных минут.

Атлант потянулся ко мне, словно собирался взять меня за руку, но в последний момент передумал.

– Хотел меня пожалеть? – ощетинилась я.

– Нет, – качнул он головой. – Хотел поцеловать.

– Почему передумал?

– Показалось, ты будешь против.

Я хмыкнула. Когда это его интересовало мое мнение? Видимо, скепсис отразился на моем лице, потому что мужчина вдруг резко подался вперед и впился своими губами в мои.

Хорошо, я лежала, а не то свалилась бы снова в обморок. Любой другой был бы нежен с больной, и я бы его за это возненавидела. Не выношу жалости. Поэтому о моей болезни знает только врач бесплатной клиники, поставивший диагноз. Да и то я назвала ему вымышленную фамилию.

В атланте жалости не было ни на йоту. Его поцелуй – жесткий и требовательный. Движение языка, пальцы, удерживающие меня за затылок – все говорило о его потребности во мне. Мы целовались как в последний раз.

Словно через секунду наступит апокалипсис и планета разлетится на куски, а мы сами превратимся в космический мусор.

Казалось, вчера никогда не было, а завтра никогда не будет. Есть только этот поцелуй. Здесь и сейчас. Пальцы мужчины в моих волосах, его дыхание на моей коже, объятья, в которых он сжимает меня до хруста костей. Никогда меня так не целовали. Атлант как будто хотел сказать – ты моя. Все. Обратного пути нет. Чтобы там ни говорили врачи о том, что я – ходячий труп, в объятиях этого мужчины я чувствовала себя стопроцентно живой.

До спазмов внизу живота хотелось, чтобы он оказался во мне. Взял меня прямо на больничной койке. Сию же секунду. Чтобы мы оба забылись в этой близости. На миг став чем-то большим, чем просто атлант и обворовавшая его землянка. Чем-то единым целым, гармоничным.

Но мужчина прервал поцелуй. Стиснув мои плечи, прикоснулся своим лбом к моему. Мы оба едва справлялись с дыханием. Взгляд Феба, скользящий по моему лицу, был полон голода, и во мне все дрожало от запредельного желания в его глазах.

Следующую минуту я наблюдала, как он гасил желание. Насильно заливал огонь страсти водой контроля.

Старался изо всех сил ради меня, потому что понимал: прямо сейчас я не выдержу его напора. А иначе он не умеет. Осторожно и нежно – это не про него. И причина во мне. Это я делаю его таким сумасшедшим.

Когда атлант спустя минуту обнял меня, никакой эротики в его движениях уже не было, хотя я все еще ощущала его эрекцию. Остановиться сейчас для него было испытанием на выносливость. И все же он это сделал. Ни намекал, ни склонял к близости, просто лежал рядом и гладил меня по спине. Осторожно, невесомо и очень нежно.

Так нежно, что сердце заходилось от каждого прикосновения.

И все же какой у него горячий лоб! Как бы он сам не заболел.

Заволновавшись, я спросила:

– У тебя не температура?

– Нет, – улыбнулся он одними губами, глаза остались серьезными. – Но я болен.

– Чем же?

– Тобой, златовласка, тобой.

От его слов глаза защипало, словно в них попало мыло. Я проглотила подступившие слезы. Не хватало еще разреветься.4f7b7c

– Тогда у тебя серьезные проблемы, – сказала осипшим голосом. – Ведь меня скоро не будет. Лучше тебе вылечиться до этого момента.

– Боюсь, я безнадежен, – качнул он головой. – Но тебя я вылечу. Не сомневайся.

Это прозвучало как клятва. Одна из тех, что дают на крови. Ни секунды я не сомневалась, что он ее выполнит. Чего бы это ему ни стоило. Но как? Врач теламонов и тот сказал, что я безнадежна. О последнем я спросила вслух.

– Капсула жизни, – пояснил Феб. – Примешь ее, и от болезни не останется и следа.

– Человеку ее не дадут.

– Я достану для тебя, – заверил мужчина. – Отдал бы свою прямо сейчас, только у меня нет. Но я найду. Нужна всего одна.

– Звучит как сказка. Мое персональное чудо от атланта.

– Чудо – это ты.

Поцеловав меня в висок, он перекатился на спину, а потом встал.

– Поднимайся, – заявил Феб, – мы уходим.

– Как это? – я удивленно уставилась на него.

– Ты, кажется, сказала, что не хочешь здесь быть. Значит, мы уходим.

Я улыбнулась. Боже, какое счастье встретить такого же безумца, как ты.

– Только одно условие, – произнес мужчина.

– Какое? – я насторожилась.

– Ничего особенного. Ты просто должна пить эти таблетки, – он протянул мне блистер, – по одной в сутки. До тех пор, пока я не достану капсулу жизни. Они замедлят развитие опухоли, а главное не допустят повторных обмороков.

Я взяла предложенное лекарство и повертела в руках. Ни названия, ни инструкции. Это что-то из таблеток теламонов. Просто пить их, ничего про них не зная? Кажется, мы вернулись к теме, на которой остановились, когда я потеряла сознание. Доверие. Оно либо есть, либо нет. Мне предстояло решить: доверяю ли я атланту. Прямо сейчас.

Я колебалась всего мгновение. Даже если Феб задумал отравить меня, что это изменит? Я готова к подобному риску. Пусть мой поступок покажет ему: я вверяю свою жизнь в его руки.

Я достала таблетку, отправила в рот и запила водой из стакана на тумбе. Атлант кивнул, одобряя мой выбор, а затем помог мне подняться с койки.

В ту минуту я искренне верила, что все будет хорошо. Нет, даже отлично! Феб все решит и сделает, достанет для меня капсулу жизни. Он такой.

Я была наивной и глупой. Не понимала, что за чудо надо платить. И цена у него, как правило, неподъемная.