Глава 55

Все вокруг твердило мне, что я нужен Майе, пускай не официально, пускай не в роли любящего человека, но хотя бы в качестве зрителя. Даже проклятые баннеры по городу гласили: “Езжай за ней”. А потом Ваня добил: он просто принес мне билет на самолет в один конец и сказал, что если я и в этот раз засуну голову в песок, то Илья Рубцов перестанет быть самим собой. Может он был и прав.

Я закрыл дверь за Сотниковым, пошел на кухню и взял кружку брата.

– Ты бы не стал сидеть в четырех стенах, – сказал я, смотря на эту проклятую кружку.

Смерть Женьки заставила меня сжечь все мосты, возвести тюрьму в собственном доме. Мне казалось, так я оправдаюсь перед ним за свое бездействие. Однако дни сменяли друг друга, время тикало, но чувство вины не уходило. Наоборот, оно въелось под кожу, словно угли, оставляющие ожоги.

А потом появилась Майя. Она будто выбила из меня желание постоянно оглядываться назад. Нет, я продолжал помнить о брате, о своем отвратительном поступке, вот только теперь воспоминания приобретали другой смысл. Я бы мог взять золото на играх, посвятить свой лучший удар брату. Я бы мог рассказать всем, какой он бы хороший человек, хотя нас сложно было назвать близкими. Но, во всяком случае, это лучше, чем ждать собственной кончины. В конце концов, еще неизвестно, сколько судьба отвела мне часов.

Поставив кружку на стол, я тихо выдохнул.

Майя бы сказала, что есть такая боль, которая никогда не проходит. Нужно найти причину, чтобы сделать шаг вперед, жить дальше как-то с этой болью. И я нашел ее. Я хотел видеть улыбку Майи. Она заполняла мое сердце чем-то большим, чем свет. Наверное, так определяют любовь… Жаль, что это понимаешь не сразу.

А уже следующим утром я летел на самолете в Москву, чтобы успеть на выступление к Орловой. Думал, купить ей большой букет цветов, однако по пути оказался только магазин с иностранными сладостями, пришлось ограничиться конфетами.

Я уселся на самый последний ряд, вытащил телефон и сделал столько фотографий с видео, что кто-то бы счел меня сумасшедшим. Хотя может я, на самом деле, двинулся. Но даже если и так, мне было наплевать. Ведь там, на сцене происходила магия, там кружилась в ритме музыкальных треков Майя. Она танцевала подобно лебедю, она была прекрасна. Победа досталась ей заслуженно.

Когда батл завершился, я планировал тайком уехать, Орлова должна блистать, а не сидеть в клетке рядом с человеком, который не до конца понимает, чего хочет от жизни. Однако мимо меня прошли несколько девчонок, они громко обсуждали, что победительница ревет в гримерке. Так я оказался здесь – в этой маленькой комнатке. А теперь еще и пытался оправдаться, ведь Майя решила никуда не уезжать.

Эта новость потрясла меня, раздробила землю под ногами. Мысленно я корил себя, что радуюсь услышанному, но влюбленный Илья внутри ликовал. Наконец-то можно отпустить все предрассудки и попробовать начать сначала.

Я подошёл к Майе, она стояла ко мне спиной и разглядывала свои вещи. Потом оглянулась и снова посмотрела колючим взглядом. Безусловно, у Орловой были веские причины злиться, ненавидеть меня и посылать за дверь. Но я не планировал уходить, в конце концов, только идиот сдаётся, когда первый раз промазывает с шайбой. Победа – дело трудоемкое.

– Как насчет поужинать? – спросил я. В груди что-то полыхало, что-то очень яркое и живое. Это чувство пробуждала девушка напротив.

– Как насчет выйти за дверь?

– В этом нет смысла.

– Смысла нет в твоём нахождении здесь. В остальном есть много смысла, так что… – Майя вытащила майку алого цвета, намекая, что хочет переодеться.

– Ладно, я облажался, – вздохнув, честно произнес я. Затем сделал еще шаг, и мы оказались до неприличия близко. В зеркале позади отражалась хрупкая девушка с гибким телом. Воздух вдруг сгустился, сделался горячим, отчего пульс у меня стал частить. И я поймал себя на мысли, что тоска по Майе была сильнее тоски по льду и целому миру. Мне хотелось взять за руку Орлову, нет, мне хотелось впиться в ее сладкие, словно спелые ягоды, губы и никогда больше не отпускать от себя даже на метр.

– Мне похлопать в ладоши? – буркнула тихо она.

– Если тебе так хочется, – я коснулся ее плеча и аккуратно повернул к себе лицом. Пушистые ресницы медленно опустились, выдавая смущение Майи. Нет, она продолжала держать оборону, но я знал, между нами все еще искрит магнитное притяжение. Мы запросто могли бы сорваться в пропасть, взявшись за руки, стоило только сделать шаг навстречу друг к другу.

– Илья, – со вздохом произнесла она. А я только и делал, что пялился на ее губы. Мы так давно не целовались. Сколько прошло с нашей последней близости? Бесконечность?.. – Зачем ты здесь? Между нами поставлена точка.

– Исправляю ошибки и ставлю многоточие.

– Ты отдал должок, мы в расчете.

– Ты же и сама понимаешь, что дело не в этом, – я сделал шаг, ощущая, как вены натягиваются, подобно струнам. Майя до того сексуально прикусила кончик губы, что у меня на секунду оборвалось дыхание.

– Я не очень понимаю тебя, Рубцов. А ты не спешишь делиться своими секретами.

– Тогда давай попробуем прямо сейчас, – предложил я и сделал еще один шаг. Орлова попятилась и уперлась спиной в закрытую дверцу шкафа. Она не сводила с меня глаз, в них словно вспыхивали яркие звезды, такие можно увидеть только во время метеорного потока.

– Я не хочу, – Майя скрестила руки на груди и вот опять: прикусила кончик нижней губы. Внутри у меня вовсю сигнализировали красные огни, пора было включать задний ход, да только вместо этого я подался вперед и нагло сорвал поцелуй. Короткий. Больше напоминающий банальный чмок. Зато какой желанный и сладкий, пробуждающий в груди взрыв микромолекул.

Орлова тут же оттолкнула меня, она явно не ожидала подобного. Да, черт возьми, я и сам не ожидал. Но показалось, если не поцелую ее прямо сейчас – задохнусь. Мне не хватало наших поцелуев. Любых. Даже столь коротких.

– Ты в конец попутал, Илья? – прошептала она, прожигая меня немного растерянным взглядом.

– Скорее наоборот, – улыбнулся я. А затем наклонился, и наши губы вновь соприкоснулись. В этот раз на целую секунду дольше, но она показалась мне слаще, чем самая спелая клубника. Меня переполняло изнутри, каждый орган искрил, словно зажженный фитиль.

– Илья! – прикрикнула Майя и вполне ожидаемо уперлась руками в мои плечи. Она всем своим видом демонстрировала, что не желает так легко прощать мои погрешности. Закрылась на несколько замков и повесила табличку “Выход там”.

– Я просто не хотел, чтобы ты разрушила свою мечту из-за меня.

– Очень мило, – хмыкнула Майя. – А сейчас чего ты хочешь?

– Целовать тебя, – я улыбнулся, настроение было такое, будто только что забил шайбу. Долгожданную и крайне важную.

– А я нет! – она топнула ножкой и кивнула в сторону дверей.

– Я исправлю это.

– Не получится.

– Обещаю, – самоуверенно заявил я.

– Все в прошлом, – Майя опустила голову, пряча от меня глаза. Может эти слова и должны были как-то подействовать, но когда я зажигался целью – не видел препятствий. Тем более Орлова уже приняла решение никуда не уезжать.

– Тогда я просто подожду нового настоящего.

– Илья, – вздохнула Майя.

– Сегодня в семь.

– Нет! – категорично выдала она и посмотрела недовольно, хотя мне показалось, что недовольство больше наигранное.

– Я зайду за тобой в гостиницу.

– Ты не умеешь останавливаться?

– Я не умею проигрывать.