58

Аня

И тут раздается.… смех!

- А я тебе говорил: она страшная, - произносит отец Михея.

И вручает мне цветы.

- Спасибо, - лепечу я.

- Да почему страшная-то? - обиженно смотрит на куклу его жена.

- У нее глаза бешеные. А девочка любит мишек. Наш человек!

Он присаживается перед Машей на корточки.

- Привет. Я Мишка.

Она удивленно и восторженно таращится на него, приоткрыв рот.

- А ты какой Мишка? Белый?

Маша осторожно трогает его бежевую куртку.

- Скорее, седой. Я его папа, - он кивает на Михея. - Тоже Михаил. Только Иванович.

- Тебя зовут Миша?

- Ты можешь звать меня дедом. Деда Миша, например.

- Деда Миша, - повторяет Машуня.

- А я бабушка Таня, - пытается вклиниться в их душевное общение мама Михея. - А что такое мишки поппи?

- Это такие медведики в платьишках. Краси-и-ивые! - тянет Маша.

- И дорогие, - вставляю я.

- У меня один есть, - хвастается Маша. - А их там шесть.

- Мы тебе купим! - радостно сообщает новоиспеченная бабушка. - Все шесть!

Началось.… Они мне тут ребёнка испортят! Если покупать Маше все, чего ей хочется и выполнять все ее прихоти… что тогда будет?

- А куклу давай заберу, раз она тебе не нравится, - произносит бабушка.

Маша убирает куклу за спину.

- Это будет злая колдунья.

- Хорошо придумала!

Маша, наконец, позволяет бабушке взять себя на руки.

А уже через пять минут она ведет деда Мишу и бабу Таню в магазинчик всяких мелочей, расположенный в зале аэропорта.

- Не надо ей ничего покупать! - пытаюсь протестовать я.

- Анют, ну пусть немного побалуют ее, - останавливает меня Михей.

- Но….

- Один разочек! Дай им наладить с ней контакт.

- Как будто нельзя наладить контакт без подарков!

- С Машей? Конечно, нельзя!

- Можно!

- Брусникина, да я шучу. Пусть развлекаются. Все трое.

Ну пусть… Тем более, что остановить это безобразие практически невозможно.

* * *

По плану из аэропорта Михей должен был отвезти родителей в нашу старую квартиру, чтобы они оставили вещи, приняли душ, переоделись. А потом они должны были приехать к нам на ужин. Мы бы с Машей их встретили. Но в итоге Маша напросилась с ними, и я поехала домой одна.

У меня уже все готово, осталось разогреть и заправить салат. Блюда я выбрала самые простые, традиционные - борщ, голубцы, картофельное пюре с котлетами для Маши. Не стала шокировать новых родственников пэпэшной едой из шпината и брокколи, которую стремлюсь сейчас готовить.

- Ну что, разогревать? - звоню Михею через полчаса.

- Рано. Мы минут через тридцать приедем.

- Ладно….

- Ну что, пора? - спрашиваю через условленное время.

Я уже и с Тотошкой погуляла, и пыль ещё раз вытерла, и зеркала надраила…

- Ещё нет, - отвечает Михей.

- Да что вы там делаете?

- Машу сушим.

- В смысле?

- Она хотела вымыть руки, но случайно помыла голову.

- Что?

- Душ на нее набрызгал, - объясняет Михей. - Она зачем-то в ванной руки мыла, а не в раковине.

- Там фен есть, - поддсказываю я.

- Я знаю.

Ну никак они не могут без приключений!

* * *

Наконец-то они добрались! И с аппетитом поели, похвалив мою стряпню.

- В жизни таких вкусных голубцов не ел! - заявляет Михаил Иванович.

- А мои? - обиженно хмурится его жена.

- Да от тебя голубцов не допросишься! В последний раз, наверное, в медовый месяц делала.

- Не ври!

- Ладно, ладно. В прошлом году. Или в позапрошлом.

- А я не люблю голубцы! - сообщает всем Машуня.

- Молодец! - хвалит ее бабушка.

- А я думал, ты наш человек, - сокрушенно вздыхает дед. - А вареники с вишней любишь?

- Неа.

- А манную кашу?

- Неа.

- А что ты любишь?

- Картошку фри.

- Картоху и я люблю. Жареную с лучком. С маринованными огурчиками. И с салом. А ты любишь сало, Маш?

Дочка отрицательно машет головой.

- Маша.… имя какое хорошее! - одобрительно смотрит на меня Татьяна Тимофеевна. - Мария… Маруся… Машенька…

- Мы думали Михаила так назвать, - добавляет её муж.

- Ну, спасибо, что не назвали меня Марусей! - фыркает он.

- Да нам сначала сказали, что будет девочка.

- Но уже на следующем УЗИ у девочки появился.… хвостик.

- Хвостик? У какой девочки? - с интересом спрашивает Машуня.

- У одной там…. Ты ее не знаешь.

- Я тоже хочу хвостик!

- Тебе не положено.

- Почему?

- Потому что ты девочка.

- А той девочке можно?

- А то была не девочка. Вот вырастешь, за тобой знаешь сколько хвостиков бегать будет, - произносит Михаил Иванович. - А папка твой будет их отстреливать.

- Зачем?

- Чтобы не лезли в огород.

- Зайчики? - недоумевает Маша. - С хвостиками.

- Зайчики, зайчики.

Мама Михея пихает своего мужа в бок. Но это бесполезно. Оба Михаила любят нести чушь, и оба делают это весьма остроумно.

* * *

- Ты только посмотри на них! - говорит мне Татьяна Тимофеевна.

И на это реально стоит посмотреть.

Сейчас Михаил Иванович, Михей и Маша сидят рядом. И выглядят практически одинаково! Конечно, Михей с отцом похожи сильнее, Маша все же девочка. Но все равно… практически одно лицо!

- Вот это гены! - восхищенно киваю я. - Ничем не перебьешь. В Мише почти ничего вашего нет. А в Маше почти ничего моего…

- От тебя у Машуни грациозная фигура и потрясающей красоты глаза, - подсказывает Михей.

- А ещё у меня бороды нет, - влезает Машенька.

И мы все дружно смеемся.

Но уже через минуту наша прекрасная благодушная атмосфера неуловимо меняется. Как и лицо нашей бабушки.

- Как получилось, что мы о ней ничего не знали? - с надрывом произносит она.

И укоризненно смотрит на нас с Михеем. Сейчас на ее лице нет ни капли умиления и добродушия. И даже Михаил Иванович сурово сдвинул брови.

- Мам, я же всё объяснил.… - начинает Михей.

- Нет, не всё!

- И я просил не поднимать эту тему.

- А я буду поднимать! Я хочу знать, как так получилось, что мы не видели внучку, когда она родилась, когда у неё вырос первый зубик, когда она сделала первые шаги.… Я имею на это право!