Глава 25

— Ксюша, — зовет он, глядя на меня стальным взглядом.

Я нервно дергаюсь. Скорее инстинктивно.

— Браргот, — королева-мать выходит вперед.

— Ваша Светлость, хватит, — говорит он. — Я выполнил вашу волю и вашу просьбу. Сейчас я хочу просто отдохнуть. Если вам совсем нечем заняться, распорядитесь подготовить несколько карет для выезда в город.

Его мать, наконец-то, успакаивается, мельком глядя на девушек.

— Ксюша, подойди ко мне, — Фил протягивает руку.

Я нервно озираюсь на других присутствующих, но все же, сжимая руку Златы, иду к Филу. В этом море безумия и злости — он единственный, кому я доверяю.

Вкладываю руку в его жесткую ладонь.

Фил отворачивается и направляется с нами к лестнице, не дожидаясь никого.

За нами тут же следуют и остальные.

— Зря ты это, — шепчу ему.

— Я не собираюсь тебя стесняться, или прятать, — тут же отвечает он нормальным голосом.

— Дело не в стеснении.

Ох, как он не понимает, что вот так подставляет меня перед всеми его женщинами. Нет, я от них не ожидаю какой-то дружбы, или всякого такого. Тут бы себя защитить.

— Я в состоянии вас защитить, — звучит грубо и жестко.

Если б не его рука, то мне бы казалось, что тут стало холоднее. Только я ему верю. Аргументы есть — он огромный дракон. Против такого точно не стоит идти.

На одном этаже Фил останавливается.

— Дамы, — говорит Фил, обращаясь к своим любовницам.

В глазах Анки вспыхивает горделивый огонек, который тут же тухнет, а у остальных девушек виден страх. Мать Фила и вовсе поджимает губы.

— Я к вам еще зайду сегодня., — говорит он.

— Повелитель, — вперед выходит Анка, слегка склонив голову. — Позвольте?

— Я сказал, что зайду позже, — холодно говорит Фил.

Руки девушки сжимаются в кулаки, а затем разжимаются. Не ожидала она такого отношения с его стороны.

Мне на секунду становится больно. Он опять пойдет к ним. Рука сжимается в кулак, пока второй я удерживаю Злату.

— Вас ожидает хорошее вознаграждение.

На девичьих лицах расцветают довольные улыбки. Почти у всех. Кроме Анки. Она недовольно смотрит на него.

Он их что все? Хотя все правильно. Минус любовницы — больше времени будущей жене.

Фил возвращается к нам.

— Сын мой, это правильное решение. Все-таки невеста, — выходит вперед его мама. Она посеменила за нами, зато отправила Винсента договариваться насчет карет. — Тем более для ребенка, раз ты так хочешь, именно эту внучку оставить можно выделить целый этаж. А после мы найдем лучших нянь. Мать тоже можно будет пристроить. Все-таки рожавшая женщина — ценность для нашего королевства.

— Она остается, — перебивает ее Фил.

— Я просто советую тебе, как лучше.

— Ваша Светлость. Я завоевал этот мир за четыре года. Как вы думаете, справлюсь ли я с женщинами?

Фил становится передо мной и Златой, не сводя взгляда с матери. И если я думала, что от девушек исходило много злобных волн, то от его матери это просто какое-то цунами.

Ему не стоило делать это напоказ. Надо было как-то нас позже отправить. Или что-то по-другому сделать, но ему хотелось вот так. Показать всем, что ему плевать на свою невесту, показать, что его нелюбовница ему важнее.

— Браргот, я все понимаю, но и ты меня пойми. Все-таки пока ты там, я тут. Я слежу за порядком в доме, за слугами, за тем, чтобы все было чисто и приготовлено, чтобы мой сын вернулся победителем в замок, где его ждут. Надежный дом, — она подходит к нему, и кладет руку на его плечо. — За всем здесь слежу я. Тем более ты не говорил вот про это дополнение.

Она кивает на меня, а я чуть ли не испепеляю ее взглядом. Вот совсем не так я ожидала встретить свекровь.

— Свой дом я уже потерял, — он смахивает ее руку с плеча, а та поджимает губы.

Настырная же у него мамаша. Если я когда-нибудь стану такой же, то попрошу Злату меня не пускать к себе в квартиру.

Хотя его слова звучали так грустно. В сердце кольнуло, что я тоже жалею о том, что в нашем доме нет его. Но каждый кузнец своего счастья. И свое он упустил.

Темные стены замка украшают золотистые подсвечники, причудливые гобелены с различными изображениями. Здесь красиво, как в каком-нибудь музее. И мне здесь даже больше нравится, чем в белом замке принцессы Хели. И это при чем я смотрю с той точки зрения, что дай Злате цветные мелки или фломастеры, то там бы все бы было разукрашено. А здесь рисуй, не рисуй ничего не было бы видно.

Злата крутит головой из стороны в стороны, восторженно глядя на красоту. Даже слегка спотыкается на ковре. К слову ковер тут тоже темно-коричневый, как в шатрах. Не удивлюсь, что тут также тепло…

Только Фил размашистыми шагами направляется куда-то. Я ощущаю, как он напряжен. Прет как напролом. Совсем как в те времена, когда мы закупались в супермаркете и шли к кассе. Или ходили на шоппинг. Первые попавшиеся штаны — ему тут же нравились и покупались. А вот в женском отделе мы задерживались на добрый час, пока я все не перемерю.

Ох, пожалуй, это невозможно выпилить его из моей головы. Воспоминания каждый раз возвращаются. Каждый Филовский жест, поворот, слово — все напоминает о прежних временах.

Мы останавливаемся возле огромных дверей, где ручка с формой головы дракона.

Фил открывает их, и впускает нас внутрь.

— Браргот, я все понимаю, но это твои покои, — вновь обращается к нему его мать.

— Винсент готовит комнаты рядом с моими, — тихо отвечает он.

— Это неподобающее поведение. У тебя есть невеста! — рявкает она.

— Если ему что-то пришло в голову, то он будет это делать, — встреваю я, и тут же получаю цепкий ледяной взгляд его маман.

— Да, как ты смеешь, — чуть ли не шипит она.

— Ваша Светлость, — отвечает Фил. — Я сам решаю в своем замке, где и кому спать.

Безапелляционно.

— Хорошо, — на ее глаза наворачиваются слезы. — Тогда сами решайте, что хотите, раз вам мнение мамы не нужно.

То ли актриса хорошая, то ли ей действительно больно. Вот только Фил не ведется.

— Благодарю, Ваша Светлость, я всегда прислушивался к вашим мнениям. И к этому прислушаюсь. А так я слегка устал после годовой осады. Так что попрошу хотя бы ненадолго оставить меня в покое.

— Я просто напоминаю, что у вас невеста королевских кровей. Даже то, что она рожавшая ничего не решает! — продолжает она.

М-да ощущение, что он вышел за хлебушком. При этом надо было купить белый, а он черный домой принес.

Я ощущаю жуткий холод, сковывающий тело. Иней вновь пробирается по моей руке в том месте, где я держу Злату.

Моя дочь не сводит глаз со своей бабушки.

Лед стекает с дочки, касается пола и тянется к ней. Женщина сильно зациклена на Филе и не замечает магию.

Иней покрывает ее ноги. Мне становится еще холодней до дрожи.

— Злата, прекрати, — зову дочь.

Та переводит на меня сияющие лазурным светом глаза.

— Что, мама плеклати? — спрашивает недоуменно.

Вижу, как сияние ее голубых глаз сходит.

На ковре образовывается мокрое пятно.

И только тогда ее Светлость обращает на нее внимание, когда делает шаг назад, а ковер под ее ногами чавкает.

Она переводит взгляд то на меня, то на Злату, то на Фила. Я прям ощущаю, как шестеренки в ее голове начинают усиленно крутится.

— Девочка — дракон? — удивленно спрашивает она.

— Ксюша, Злата, идите в мои покои, — не обращая внимания на маму, бывший запускает нас в комнату, а затем поворачивается к ней. — Ваша Светлость, поговорим с глазу на глаз, раз вам так неймется задушить своей заботой всех вокруг.