Глава 29

Под руководством графа я брала один кристалл за другим и пробовала потянуть из камней чудодейственную энергию. Суть опыта заключалась в том, чтобы определить, какое хранилище легче всего в нужный момент откликнется на мой призыв.

— Думаю, что красный сопротивляется меньше других, — поделилась я ощущениями. — Он как будто, наоборот, даже ждет, когда я прикоснусь. Но и от остальных я не почувствовала такого уж серьезного противоборства.

— Любопытно, — пробормотал Клеверас и записал что-то на листке. — В принципе, все логично. Самая мощная энергия созидания сосредоточена в красной части потока. Но вот почему остальные так лояльно реагируют непонятно. Ты не против еще поэкспериментировать?

— С удовольствием!

Граф отложил в сторону красные сверкающие камни и достал с полки коробочку с тусклыми, помутневшими кристаллами.

— Это отработанный материал, — пояснил он, выкладывая на стол ряд неказистых минералов. Обычно их сжигают в магическом пламени и покупают новые с большим запасом энергии. Но я решил оставить эту партию, чтобы ты могла с ними поупражняться.

Я взяла один кристалл и повертела в пальцах, стараясь угадать, какого он был цвета.

— И что нужно делать?

— То же самое, что и когда ты наполняла кристаллы. Но те были еще действующие, а эти уже утратили свои свойства. Попытайся уловить суть камня, направить к нему магию и восстановить изначальный вид.

Сжав между ладонями один округлый кристалл, я зажмурилась и попыталась хоть что-то уловить. Ничего. Казалось, я держу в руках льдинку, но та и не думает таять. Я разочарованно вздохнула и посмотрела на графа.

— Ничего не выходит.

Он погладил меня по плечу, улыбнулся и мягко заметил:

— Не стоит спешить. Мы сейчас делаем то, чего раньше никто не пробовал. Просто проверяем одну мою гипотезу, не более. Не нужно себя мучить сомнениями или требовать немедленного результата. Лучше всего отрешиться от общепринятых сведений о мироустройстве и попробовать представить невозможное. Это самый верный путь к открытию чего-то необычайного.

Его слова звучали так убедительно, что я кивнула и снова закрыла глаза. Но на этот раз не стала ждать от камня моментального отклика. Наоборот, я постаралась изучить его и представить, каким он когда-то был. Подушечки пальцев нащупали мелкие трещинки на закругленных краях, где настойчивая рука мастера обточила неровности. В центре кристалл казался чуть тверже, чем по бокам. На ум пришла фантазия о том, что раньше он зрел глубоко в горной породе, накапливал чудодейственную энергию мира, а потом его достали, отшлифовали и продали за огромные деньги. Кристалл использовали по своему разумению и приготовили для уничтожения.

Создавалась грустная картина, мне стало жаль весь отработанный материал. Вот если бы тусклые камни в коробке снова засияли цветом, тогда никто не стал бы их сжигать и развеивать пепел. По телу заструилась магия. Потоки набирали скорость и мчались вперед, требуя выхода.

— Бель, что происходит? — забеспокоился Клеверас и придержал меня за руку, но я лишь отмахнулась.

Распахнув глаза, я бросила округлый кристалл к собратьям по несчастью в коробку и, захватив ревущую энергию, устремила ее на камни.

— Наполнитесь силой и засияйте ярче прежнего! — приказала я и обрушила разноцветные потоки на кристаллы.

— Бель, нет! — закричал граф и попытался мне помешать, но магии было так много, что его отбросило к стене.

Я уже не могла остановиться. Заливала камни силой, питала, наполняла и меняла то, что утратило свойства. Минералы зашевелились, завибрировали, а потом вспыхнули ослепительным сиянием. Я усмирила поток и заслонилась руками от света. Граф оказался рядом, сжал меня в объятиях и загородил широкой спиной от кристаллов, полыхающих множеством цветов. Положив голову ему на грудь, я прислушалась к скорому биению его сердца и ощутила невероятный покой. Словно я сделала то, ради чего родилась.

Стоило сиянию померкнуть, Клеверас отстранился и придержал меня за талию.

— Можешь стоять?

Я с недоумением на него покосилась.

— Д-да, все хорошо. А почему ты спрашиваешь?

— Ты выплеснула столько энергии, что вполне хватило бы на разрушение небольшого городка.

— Разрушение?

— Это я так, гипотетически прикидываю. Конечно, в твоем случае о разрушении речь не идет. Но тебе стоит быть осторожнее с использованием силы. Нельзя просто взять и разом высвободить весь запас. Так и ослабеть недолго. Помнишь, что случилось в тренировочном зале?

Я отвела взгляд и пробубнила:

— Извини. Я не собиралась подвергать себя или тебя опасности. Но эти камни казались такими жалкими. Мне захотелось это исправить, а потом… Потом я даже не знаю, как так вышло.

Клеверас положил руки мне на плечи, заглянул с глаза и с обеспокоенным выражением лица сказал:

— Бель, твой дар особенный и очень мощный. Тебе необходимо тренировать контроль. Может так случиться, что в какой-то момент ты вот также поддашься сиюминутному желанию все изменить, но не справишься с проблемой в силу разных обстоятельств. Магия — это наука. Чтобы ее применять, нужно знать хотя бы основы.

— Я и так изучаю книгу-артефакт. Но там столько всего, а на деле выходит совсем по-другому.

— Возможно, сейчас учеба тебе кажется скучной и не такой увлекательной, как практика, но, поверь, придет час, когда ты будешь рада полученным знаниям.

Граф погладил меня по щеке. Задержав его ладонь, я прижалась к ней и тяжело вздохнула. Клеверас пробормотал себе под нос что-то неразборчивое и вдруг крикнул:

— Оран! Где тебя носит, паршивец?!

Под потолком мастерской сгустился воздух, и проявился белый филин с самым недовольным видом, на какой способны пернатые.

— Ну чего еще? Я отдыхаю. Неужели трудно понять?

Клеверас запустил в него пригоршнею ледяных искорок и процедил:

— Ты забываешься. Обещал охранять Бель, а сам прохлаждаешься. Еще один подобный промах, и тебе несдобровать.

Оран едва сумел увернуться от разрушительного посыла и заверещал, нарезая круги по мастерской:

— Эй, полегче, приятель! Я тебе не утка, чтобы подстрелить и зажарить. Я уникальный темный дух. Можно сказать, достояние мира магии и науки. Таких, как я, больше нет.

— Не льсти себе. — Граф хмыкнул и подошел к столу. — Нужно будет, другого духа приманю. Не проблема.

— Ты всегда был черствым грубияном, — всхлипнул Оран и с разобиженным видом приземлился на стеллаж. — Ягодка моя, как ты его терпишь?

Я лишь пожала плечами. Влезать в перепалку старых знакомых явно не имело смысла.

— И чем это вы здесь занимались, что вдруг опасность возникла? — Оран вытянул шею и попытался заглянуть графу через плечо, но не спешил перелететь на стол.

— Посмотри сюда. — Клеверас махнул филину рукой, и тот только после этого решился перебраться поближе к коробке с сияющими разноцветными кристаллами.

— Что это? — настороженно поинтересовался Оран и принюхался. — Флер такой, словно здесь сосредоточено гигантское количество энергии. Где ты взял настолько мощные кристаллы? Их невозможно купить, да и в горах попадается один подобный на тысячи обыкновенных.

— Сам поражаюсь, — усмехнулся Клеверас. Он надел кожаные перчатки и с большой осторожностью взял синий кристалл. Искорки внутри минерала моментально засверкали, выдавая бурлящую магию. — Не верится, что совсем недавно этот камень полностью изжил себя. Я ведь готовился его испепелить вечером.

— Не может быть, — в благоговейном трепете выдавил Оран и в изумлении на меня вытаращился. — Твоя работа?

Кивнув, я спросила:

— А что такого? Разве плохо, если кристаллами вновь можно пользоваться?

Оран ошалело ухнул и закашлялся.

— Ты еще спрашиваешь? — просипел он. — Да если кто узнает, что ты сделала, тебе конец.

— Помалкивай, — бросил Клеверас и метнул в филина свирепый взгляд. — Ни к чему сгущать краски.

Он убрал кристалл к остальным и закрыл коробку крышкой. В мастерской тут же стало на порядок темнее.

— А что я? — Оран нахохлился и отвернулся. — Не я тут совершаю чудеса, заметь.

Граф приблизился ко мне и попросил:

— Бель, постарайся как можно скорее освоить контроль над магическими потоками. Это очень важно. Чем лучше ты будешь регулировать собственный дар, тем проще тебе будет справиться с магией в критический момент.

— Постараюсь, — выдавила я, совсем сбитая с толку разговором об опасности.

— Оран, проследи! — велел Клеверас и вернулся к столу. — А сейчас я должен поработать над защитным амулетом. Постараюсь сделать его как можно скорее.

— Спасибо за помощь, — отозвалась я и направилась к выходу. — Я буду в западном крыле. Хочу проверить работу слуг.

Граф не ответил, что-то чертя на бумаге. От его внезапной перемены стало горько, словно я только недавно грелась возле живительного огня, а тут вдруг оказалась посреди льдины. На глаза навернулись слезы, я поспешила к лестнице. Но возле порога обернулась, в надежде встретиться с Клеверасом взглядом. Вот только он окончательно ушел в работу и лишь пробормотал:

— Неудивительно, что барон на нее охотится. Такое сокровище кто угодно хотел бы заполучить. Даже я.

Внутри все сжалось, и я помчалась прочь из мастерской.