Глава 13–14

Влипла, как муха в паутину

Больше посторонние агрессивные мужики к нам не приходили. Поговаривали, что Юрок сбежал в соседнюю область, даже не забрав своих вещей. Предполагаю, что руку к этому приложили не только мои помощники, но и Саша с братом. В тот день они пришли злые, грязные и благоухающие навозом. Тут же были отправлены в баню мыться. На вопрос, почему они такие красивые, не отвечали. Зато мне было приятно, что Саша встал на защиту семьи.

Как-то мне позвонил Глеб. Долго и пространно расспрашивал, как у меня дела, как я принимаю людей, как я определяю, что у них «болит».

— Глебушка, давай не будем танцевать танго, а скажешь, что тебя так волнует. Ты вроде в реверансах никогда замечен не был.

— Да тут такое дело, — я чувствовала, что он пытается подобрать слова. — Мне опять кое-что кажется, но я точно еще не устал от работы. Может, это все мне померещилось, я вот даже не знаю, как мне об этом говорить, — мялся он.

— Давай словами через рот. Мне можно сказать всё, даже если тебе показалось и померещилось.

— В общем, к нам пришла работать одна врач. Операции она не делает, а следит за лечением пациентов. Ну вот, и как-то я заметил, что она, как бы это сказать-то, ну, она ухудшает состояние больного.

— Вампир что ли? — спросила я с удивлением.

— Типа того, — ответил Глеб.

— Почему ко мне обращаешься? Там вроде свои силы имеются в больнице, которые всё это дело регулируют.

— Эти силы к тебе и обращаются, — в динамике послышался скрежет, а голос Глеба изменился.

— Вот ведь святые ёжики, — вздохнула я, — вы ее выкинуть что ли в окно не можете? Вас там целая армия. Чем занимаетесь?

— Я тебе уже говорил, что штат у нас немного подсократили, — ответил мне владелец ледяного голоса. — А ты у нас вроде как мастер-универсал.

— Ага, и швец, и жнец, и на дуде игрец.

— Да-да, именно, — обрадовался ледяной ангел. — Так когда ты к нам приедешь? Давай сейчас.

— А давай не давай, — возмутилась я.

— Ты мне должна, — напомнил он.

— Я помню, а еще я почистила вашу больницу от душ, а тебе помогла пережить время без носителя. Так что не надо в меня тыкать долгом. И вообще, думаю обратиться к вашему начальству, чтобы пересмотрели договор. Я думаю, что я за всё рассчиталась, и кое-кто просто мухлюет.

— Ну-ну, — скептично заметил ангел. — Попробуй, если получится.

— Ладно, завтра я посещу ваш замечательный больничный мир. Кто меня встретит?

— Как обычно — мы с Глебом.

— Что хоть за тетка? — поинтересовалась я.

— Обычная такая, тянет с больных силы, вроде немного, но сама знаешь, когда человек идет на поправку, для него каждая капля на вес золота. А у нас не психиатрия, чтобы энергия бурлила через край и сшибала всех с ног, у нас люди лежат тяжелые, особые.

— А она всю твою работу портит, — усмехнулась я.

— Вот да, ты совершенно права. К тому же она прикасается к тем, кто только поступил и должен быть отправлен на операцию. После ее манипуляций человек становится «грязным».

— А что вы ее не выкинете? — повторила я свой вопрос. — Вас же там много.

— Агнета, я уже тебе ответил, почему, — устало произнес ангел. — Завтра увидимся.

— Хорошо, тогда до завтра.

Рано утром мне позвонил снова Глеб, но разговаривал по телефону не он, а опять ангел.

— Ночью она дежурила и убила одного пациента. Он после операции был, а она хватила лишнего, и всё, — сказал он грустно.

— Да уж, мне очень жаль. Значит, она сегодня не работает? — спросила я.

— Работает. Она почти круглосуточно тут находится.

— А она точно человек?

— Точнее некуда, — подтвердил он.

— Ты хоть скажи мне, что от меня требуется? — спросила я.

— Либо убрать ее, либо отобрать у нее способности.

— Нормальненько так, — поразилась я. — Ты в курсе, что за «убрать» мне светит статья.

— Найди способ, — ответил ангел и отключился.

— Найди способ, — передразнила я его.

— Агнета, кто звонил? — спросил сонным голосом Саша.

— Глеб.

— Что-то у него случилось?

— У них в отделении завелся вампир, — будничным тоном ответила я.

— Ого. Тебе наточить колья и подарить бусы из чеснока? — со смехом спросил он.

— Вот ты знаешь, осиновый кол убивает не только вампира, но и обыкновенного человека, это так, к сведению, — заметила я.

— Хорошо, я понял, обойдемся без осинового кола. А святая вода?

— И от святой воды им плохо не становится, — вздохнула я, одеваясь.

— А как же с ними бороться? — спросил он.

— Не знаю, Саша.

Он отправился на кухню ставить чайник, а я пошла в сарайки кормить и доить коз. Пока возилась со скотинкой, Саша приготовил нам завтрак.

— Тебе чем-нибудь помочь? — спросил он.

— Нет, я сама попытаюсь разобраться. Не переживай за меня, всё будет хорошо, — успокоила я его. — Если что, то у меня есть команда, которая мне поможет.

— Да, команда твоя — будь здоров, наваляют, мало не покажется. Одна Матрена чего стоит. Бабулька задаст жару любому, — усмехнулся он.

Мы с ним обсудили всех моих подруженций и пришли к выводу, что наша команда способна предотвратить любое бедствие магического характера, да и не магического тоже.

— Все же хорошая ты у меня, Агнета, столько народа вокруг себя собрала, и все добрые и порядочные люди, — Саша обнял меня и прижал к себе.

— Да, я такая, — улыбнулась.

Он меня поцеловал.

— Все, иди на работу, а то обниматься и целоваться можно бесконечно, — я от него немного отстранилась.

— Конечно, это же приятней, чем гонять хулиганье, дерущихся бабушек и вампиров, — рассмеялся Саша.

— Я даже спорить с тобой не буду, — улыбнулась я и снова поцеловала Сашу. — А теперь беги спасать деревню от воришек чугунных собачьих мисок.

— А ты больницу от вампиров.

— Обязательно.

Саша уехал, а я отправилась наверх собираться.

— Ну и чего мне брать от вампиров? Полынь, чертополох или, как советовал Саша, осиновые колья? — спросила я Прошку, который флегматично умывался.

Он поднял на меня голову, посмотрел внимательно и продолжил свое занятие.

— Замечательно, и ты не знаешь. А где Шелби?

Кот опять на меня посмотрел, развернулся и ушел.

— Вот и ты меня покинул, милый друг, — вздохнула я.

— И чего я тебе был нужен? — услышала я знакомый голос за спиной.

Шелби попивал кофеек из маленькой фарфоровой чашечки. На голове у него красовалась ярко-розовая сетка для волос. Сам он был одет в полосатый серый шелковый халат и такие же штаны.

— Доброе утро, — я посмотрела на него.

— Доброе, — согласился он со мной. — Так чего ты меня искала?

— Мне Глеб звонил, вернее, не совсем Глеб, а его ангел. У них в больнице промышляет гражданка, которая тянет несанкционированно силы из больных.

— Опять этот ледяной засранец, — проворчал Шелби и поморщился. — Скинули бы ее из окна, и всё, дел-то на две минуты. А потом сказали, что сама вышла в окно.

— Так он сказал, что штат сократили, и теперь некому такими делами заниматься, — сказала я.

— Ты ему веришь? Что-то я сомневаюсь в его словах, что-то тут нечисто.

— А то с ним было когда-нибудь чисто, тот еще прохиндей, — хмыкнула я. — Еще светлой сущностью себя величает. Так чего брать от энергетических вампиров?

— Надо смотреть по ситуации. А вообще надень на себя монисто, которое тебе подарила Мара. Там много блестящих монеток, которые будут отражать всё от тебя и отвлекать внимание гражданки.

— Надену, мне не жалко. На куртку его надевать или на пальто? — улыбнулась я.

— Сейчас на улице грязь, какое пальто. Надевай на себя куртку и сапоги резиновые.

— Понятно.

— И возьми на всякий случай косу, а то там вполне могут быть покойники бесхозные, — предупредил меня Шелби.

Он допил кофе и закусил чашкой.

— Машину прогревать? — спросил он.

— Прогревай, — кивнула я.

— Сей момент, — сказал он и исчез.

— Ну вот хоть в этом от него польза.

Ко мне заглянула Катя.

— Доброе утро! Ты куда собираешься в такую рань? — спросила она меня, зевая.

— Поеду вампиров гонять в больницу к доктору Глебу.

— Я тоже хочу, — снова зевнула она.

— Рано еще, ложись спать.

— Я уже взрослая, — надулась Катя.

— Да я сама ни разу не видела их вживую, — поморщилась я.

— Чего шумите? — из своей комнаты выглянул Славка.

— Тебя будим, а то на школьный автобус опоздаешь.

— А ты куда собралась? — спросил он меня.

— В больницу.

— Ты заболела или беременна? — удивленно спросил он.

— Нечисть поеду гонять.

— Я тоже хочу, а можно я с тобой? — попросился пасынок.

— Нет, ты поедешь в школу зарабатывать хорошие оценки, — хмыкнула я.

— Отстой, — закатил он глаза, — А ты меня довезешь? А то я, кажется, на автобус уже опоздал.

— Быстро собирайся.

— Ура!!!! — заорал Славка и убежал в туалет.

— А меня не берешь, — обижено надула губы Катя.

— Могу и тебя в школу отвезти.

— Мама, ты чего забыла? Я там больше не учусь.

— Нет, не забыла. Я Славку повезу в школу, а не на свои разборки.

Через десять минут я выруливала на трассу. Славка непринужденно болтал и вываливал на мою голову все свои познания в области разной больничной нечисти.

— Ты где такого нахватался? — поморщилась я.

— Так в книгах читал, в кино видел и в игрушках разных.

— Ясно. Когда-нибудь я расскажу тебе, как на самом деле обстоят дела, — вздохнула я, — Но не сейчас.

— Я понял, — кивнул Славка, — Все же хорошо, что отец с тобой познакомился. Ты классная мачеха.

— Я рада, надо значок мне еще выдать с такой надписью.

— Конечно, — рассмеялся он.

Мы немного поговорили о всякой мистике, и я его довезла до школы.

— Удачи тебе! — помахал мне мальчишка рукой.

— И тебе, — кивнула я.

До города я добралась довольно быстро, а вот в нем пришлось поторчать в пробках. Около больницы уже тусовался разный народ. Позвонила Глебу.

— Я приехала.

— Да сейчас, — ответил он и сбросил звонок.

Через пару минут он вышел в приемный покой.

— Привет, — кивнул он, — Неплохо выглядишь, только на ноги нужно надеть бахилы и на плечи накинуть белый халат, ну и куртку сдать в гардероб.

— Хорошо, — пожала я плечами.

Он принес мне бахилы и халат, забрал куртку и повел наверх.

— Только будь с ней осторожна, — сказал Глеб.

— Ну мне хоть надо понять, с кем я имею дело.

Мы поднялись к нему в отделение и зашли в ординаторскую. Он посадил меня на диванчик и решил угостить чаем.

— Все разошлись по пациентам, — сказал Глеб.

— А ты?

— А у меня на души кошки скребут. Операция была простейшая, я таких сотню сделал, никто еще у меня не умирал. Понимаешь? А тут как появилась она, так всё пошло по одному месту, — жаловался он.

В кабинет зашла приятная женщина в медицинском костюме.

— Глеб Алексеевич, почему посторонние в ординаторской? — строго сказала она.

— Это Агнета. Она не посторонняя. Она моя бывшая пациентка, вот забежала меня проведать.

— Ваша пациентка? — На лице мелькнуло хищная улыбка. — Интересно.

Она уселась рядом со мной.

— Меня зовут Ольга Павловна, я один из лучших лечащих врачей этой больницы, конечно, после Глеба Алексеевича. Как ваше самочувствие?

Женщина взяла меня сочувственно за руку и стала спрашивать о моем самочувствии, о других болезнях и прочие вещи. От ее голоса веяло каким-то умиротворением, беспокойства не было, казалось, я утопаю в ее внимании, как в каком-то розовом киселе. Она всё говорила и говорила. В какой-то момент у меня стало припекать грудь. Я дотронулась до этого места и почувствовала под пальцами раскаленные монеты.

— Простите, но мне надо идти, — промямлила я.

В тумане увидела разъяренное лицо ледяного ангела.

— Мне надо идти, — прошептала я.

Встала со своего места, пошатнулась, упала на диван и отключилась.

Сумеречная больница в розовом киселе

Глаза открываю, а вокруг меня сумрак, в котором мелькают разные тени. Вроде и тихо, а все равно чувствуется какое-то перешептывание и шуршание в воздухе. Именно чувствуется, а не слышится. Я напрягла зрение и увидела перед собой ледяного ангела. Вот только он не был таким жутким и устрашающим, как всегда. Передо мной стоял потерянный старикан с поникшими серыми крыльями и тусклыми глазами.

— Она подобралась ко мне через пациентов Глеба и медленно меня истощает, — проговорил и потряс головой, как старенький дедушка.

— А где твои гориллы? — удивленно спросила я.

— Она их уничтожила.

— Вот такая маленькая хрупкая женщина смогла уничтожить твою охрану? — поразилась я.

— Маленькая и хрупкая? — рассмеялся грустно он и тут же зашелся в кашле. — Ты просто не видела, как она выглядит на самом деле.

— Ну да, она меня как-то сладкими речами заговорила и зачаровала.

— Вот-вот. Она сначала заговаривает, а потом утягивает в свое царство и начинает качать из людей энергию. Кстати, если я погибну, то умрет и Глеб, а потом и вся больница придет в упадок.

— Почему? — удивилась я. — Ты же не один такой здесь.

— Вообще один, но есть и другие сущности, которые тоже помогают лечить людей. Она расправится со мной, а потом примется за них.

— Слушай, а вот это всё происходящее — это не фантазии кисельного монстра? — поинтересовалась я.

— Нет, это сумеречная больница. Ты уже в ней как-то пару раз побывала. Твое монисто отправило тебя сюда. Идем, кое-что покажу, — поманил он за собой.

Мы с ним вышли из кабинета и направились по больничному коридору, заглядывая в каждую палату. Практически все помещения были опутаны липкой розовой паутиной, похожей на импортную жвачку.

— И даже если человек выписывается из больницы, то все равно остается у нее на поводке, и его энергия питает это существо. На данный момент она сейчас пытается наладить с тобой связь, но твое монисто этому мешает — пережигает эти ниточки.

— А она здесь тоже есть? — спросила я.

— Да, — кивнул ангел. — Идем.

Дошли с ним до операционного блока. Он распахнул двери.

— Смотри, — кивнул Ангел на операционный зал.

Почти весь потолок занимала грязно-розовая пульсирующая субстанция, от которой шли в разные стороны тонкие и толстые нити.

— Ох и не фига себе жвачка, — только и смогла я сказать.

— Если бы это была жвачка, — горько вздохнул он.

— А где твое начальство, вернее, тот, кто курирует больницу? Почему допустило такое безобразие? — строго спросила я.

— Нехватка кадров, его перевели в другое место, а нам пока никого не назначили.

— Вот безобразие какое, — покачала я головой. — Как ты думаешь, как можно от этой дряни избавиться? — поинтересовалась я, рассматривая гадость на потолке.

— Не знаю, может, ты что-нибудь придумаешь? — пожал он плечами.

— Ну коса у меня только для покойников. Хотя постой, — задумчиво сказала я, — она ведь у меня теперь не просто коса, а убирает всякую нечисть, которая покусилась на жнеца. Вот только у этой гадости ни головы, ни ног нет, где ее рубить-то?

— А ты ее так покромсай на части, — предложил Ангел.

— А если их станет много? Это как в сказке — отрубил одну голову, а стало их две, отрубил две — стало четыре. Тут надо подумать.

— Подумай, — вздохнул он.

Я отцепила от монисто одну монетку и аккуратно ей подрезала одну из ниток. Розовая субстанция выпустила несколько ниток, которые стали ощупывать пространство вокруг, как маленькие усики у сома. Она затряслась, завибрировала и поползла в сторону.

— Смотри, какая умная гадость, — с изумлением сказала я.

Подбросила наверх монетку, которая бухнулась в вибрирующую массу и оставила в ней приличную дыру. Из субстанции вниз упало множество ниток, которые стали переплетаться между собой, образуя розовую сетку.

— Мне кажется, что нам стоит отсюда быстро свалить, — поторопился ангел к выходу.

— Это тебе только кажется, — улыбнулась я и расчехлила свою косу.

Ангел выскочил за двери, а я осталась наедине с этой гадостью.

— Сама веселиться, а меня не зовет. Так нечестно, — услышала я знакомый голос Шелби.

— Я отрезаю от нее куски, а ты их ешь, — предложила я.

— О, люблю повеселиться, особенно пожрать, — хохотнул он, потирая огромные лапы.

Шелби находился в своем демоническом обличии.

— Не обожрись только, — проворчала я, быстро расправляясь с розовой сеткой.

— Мне это не грозит, я бездонный, — хмыкнул он.

Огромная вибрирующая масса не стала ждать, когда мы разберем ее на составляющие, плюнула в меня приличным куском розовой гадости. Я успела отпрыгнуть в сторону, а Шелби поймал ее в лапы и запихнул в пасть.

— А теперь ответный удар, — сказал он, жуя.

Он подпрыгнул и часть сущности содрал с потолка обоими лапами.

— Подрезай! — скомандовал он.

Я отрезала от нее приличный кусок. Она взвизгнула и ринулась в сторону соседнего блока. В дверях ее встретил ледяной ангел. Он сделал то же самое, что и Шелби, оттянув часть массы вниз. Ее тоже отрезала. Розовая сущность шмякнулась на нас сверху. Однако поглотить нас не смогла. Шелби подпалил ей бок, а ангел заморозил ее вокруг себя.

— А ты, старичок, ничего так еще весьма в форме, — заметил он ангелу.

Об меня же «милое» создание обожглось и порезалось. Почикала я ее, как ученица парикмахера, за считанные минуты вкривь и вкось. Шелби дожевывал последний кусок и искал.

— Вот знаете, между устрицей и лягушкой я выбрал бы кусок баранины, — сказал он. — Дрянь редкостная — эта ваша розовая субстанция, к зубам прилипает и уже в горле стоит.

Он громко откашлялся.

— Еще бы знать, кто ее хозяин, — хмыкнула я.

Шелби даже жевать перестал, а задумчиво посмотрел на меня.

— А вот в этом ты совершенно права, милая ведьма Агнета. Кто-то же позволил всему этому случиться, — покачал он головой. — А тебе, добрый ледяной друг, надо бы обзавестись новыми гориллами, иначе ты долго в больнице не протянешь.

— Может, кого-то из местных завербовать? — спросила я.

— Покойников? — предложил Шелби.

— Да можно и их.

— Я не люблю покойников, у них энергия смерти, — насупился ангел.

— А ты их не ешь, — хмыкнул Шелби. — На первое время и покойники сойдут, вот только из них охрана слабая, только людей пугать, а вот другие сущности обойдут их на раз-два.

— Агнета, а может, ты ко мне пойдешь в охрану? — спросил ангел.

— Я совсем с дуба рухнула? — спросила я его. — У меня пока нет жара, чтобы мозги спеклись.

— Я так, спросил, — потупил он взор.

Томас исчез и появился через несколько секунд, таща за собой какую-то мелкую бесню.

— Вот, охраняйте этого господина, и вам будут плюшки.

— Какие? — спросил мелкий.

— Я вас не сожру, — заржал Шелби громко.

— А, ну это хороший довод, — согласился тот, что покрупней.

Ангел только усмехнулся и исчез из операционной. За ним пропала бесячья компания.

— Убирай свою косу и пошли уже из этих сумерек, — сказал он мне.

Сложила косу, поправила на себе монисто и, подхватив под руку демона, шагнула из окна операционного блока. В одно мгновение очнулась на больничной койке.

— Я даже и не сомневалась, — пробормотала я.

Рядом на соседней кровати лежала вся в проводах и трубках Ольга Павловна. Хотелось встать со своего места и отключить ее.

— Не стоит, — хмыкнул Шелби. — Здесь уже без нас разберутся.

— Надеюсь, — кивнула я, перевернулась на другой бок и задремала.