Глава 9-10

Не поедешь сама — отвезут

Через сорок минут после того, как уехал Дмитрий, мне позвонил Олег.

— Привет, Агнета. Как дела? — выпалил он.

— Привет. Нормально. Что-то случилось? — поинтересовалась я.

— Да тут у меня один товарищ сидит, кажись, твой клиент, — сказал он.

— В смысле, кто-то из твоих знакомых? — не поняла я.

— Нет. Подъехала машина к приюту и стоит. Ну я в окно глянул — стоит, ну ладно, мало ли что. Потом мне как-то неспокойно стало, сама знаешь, какой у нас контингент бывает, вдруг опять кто-то своего дружка выискивает. А мне тут стрельба и поножовщина ни к чему. В общем, я вышел к товарищу и по стеклу ему стучу, дескать, чего тебе тут надобно. Он стекло опустил и говорит, что заблудился и не знает, как ему уехать из нашей деревни.

— Заблудился? — удивилась я. — У нас три улицы и четыре переулка. Где тут блудить?

— Вот и я примерно так же отреагировал. А он смотрит на меня как-то странно, и понимаю, что мужик какой-то потерянный, что если ему сейчас направление показать, то неизвестно куда он уедет. Вот такие товарищи еще в аварии попадают. В общем, я его к себе пригласил, и теперь он у меня чай в кабинете пьет, — объяснил мне Олег.

— Ясно, — кивнула я. — И дальше что?

— Так он сказал, что приезжал к тебе, и ты ему много чего рассказала про его состояние, и он теперь и верит, и не верит, и не знает, что ему делать. Я ему в общих чертах про свою жизнь поведал до тебя и после тебя.

— Звучит как-то неоднозначно, — хмыкнула я.

— Не переживай, ничего такого страшного я не сообщил, — рассмеялся Олег.

— Я на это надеюсь.

— Но вы ведь с Александром на самом деле мне помогли и подарили мне возможность начать жизнь с чистого листа.

— Как пафосно звучит, — усмехнулась я.

— Ой, Агнета, не надо умалять свои заслуги. Если бы не вы, я бы уже давно помер где-нибудь в канаве.

— Так-то я знаю, что умница и красавица, — рассмеялась я. — И чего ты мне предлагаешь?

— Не знаю. Может, заберешь его? — спросил Олег.

— Ну нет, я ни за кем бегать не собираюсь, человек должен сам понимать, что ему нужно. Если он совсем дезориентирован, то оставь его у себя пока, пусть переночует. Может, за ночь чего надумает.

— Агнета, ну он приличный человек, как я его со своими подопечными оставлю? Ты же видела, кто у меня там проживает.

— Молча. У тебя же там есть медпункт? — поинтересовалась я.

— Ну есть.

— Там его и положи. Или отправь его ко мне, но сама я за ним не поеду, — помотала я головой.

— Хорошо, я тебя понял. Пусть в приюте побудет.

— Вот-вот, — согласилась я. — Только лишнего чтобы не болтал.

— Я ему скажу, — ответил Олег.

— Если что, звони.

— Обязательно.

Вечером мне написала жена Дмитрия — Оксана. Снова просила найти ее мужа.

— Я переживаю за него. Куда он мог деться? Мать его говорит, что ничего не знает. Может, я к вам приеду, и вы по фото посмотрите, куда он мог пропасть?

С одной стороны, меня мучила совесть, и я женщину прекрасно понимала. Пропал муж, просто исчез без объяснений, душа может на части от непонимания и боли разорваться. А с другой стороны — если он ей не объяснил, значит, не посчитал нужным, и это уже не мои проблемы. Сейчас она мне тут совершенно не нужна, чтобы мне всю работу испортила. В общем, я решила, что пусть сами без меня разбираются. Написала только, что он жив, здоров, но где он находится, я сказать не могу.

— Я буду дальше искать специалиста, который мне вернет мужа в семью, — написала она.

— Вы бы лучше эти деньги на совместный отдых с детьми и мужем потратили. Пользы было бы больше.

— Но муж-то сбежал. С кем мне ехать? — спросила она.

— Так мало ли, может, он устал или почуял что-то неладное. Вы с ним хоть разговариваете, спрашиваете, как его самочувствие, чем он живет, что он любит, что ему снится? — поинтересовалась я.

— Да он как-то не жалуется, — ответила Оксана.

— То есть вы хотите с ним гармонизировать отношения, но даже не интересуетесь им? — удивилась я.

— Я вас поняла, всего вам доброго и спасибо, что сказали, что с мужем всё в порядке.

— Я не говорила, что с ним всё в порядке, я сказала, что он жив и относительно здоров, то есть не травмирован и не в больнице. А про порядок я не говорила.

— Не важно, — написала она и вышла из чата.

— Ну и фиг с тобой, золотая рыбка, — буркнула я. — Нарисовали себе образ и пытаются живого человека подогнать под него. Хоть бы внимательно на него посмотрела, может, при ближайшем рассмотрении он вообще ей не понравится, и не стоит он того.

Рядом появился Шелби.

— Агнета, у нас копятся покойники, — он потряс перед моим носом списком. — Ты сказала, что примешь этого товарища и поедешь в больницу. Ты его приняла, но что-то я не вижу тебя во всей амуниции и с косой в руках.

— На ночь глядя я никуда не поеду, — хмыкнула я.

— А ты на ночь и не гляди, — парировал он. — Смотри, у высших сил своеобразное чувство юмора, не поедешь сама — отвезут.

— У них его вообще нет. Я помню прошлый раз, — поморщилась я, как от зубной боли.

— Ну вот, так что не затягивай. У мужика не такое уж и критическое состояние, поживет еще немного с порчей.

— А если эта звезда найдет еще какую-нибудь белую ведьму и наведет очередной приворот? — с тревогой спросила я.

— Ой, это же надо искать, процесс это не быстрый, прежде чем ей попадется действительно профи своего дела. Один день у него и у тебя точно есть, — покачал он головой.

— Ладно, я вас поняла, завтра сгоняем в очередную больницу. Может, тоже себе найдем подмену, как с этим Жекой Петровичем.

— Всё зависит от твоего ораторского мастерства, — подмигнул Шелби.

— Да, жнеца мы нашли, а вот патологоанатома больница потеряла, — вздохнула я.

— Ну такова жизнь, нам с тобой меньше работы, — пожал он плечами и довольный исчез.

К ночи у меня разболелся бок, да так, что аж глаза на лоб полезли. Никакие таблетки мне не помогали.

— Да поеду я, поеду завтра, только отпустите, — стонала я, держась за бок.

Но никто не желал меня отпускать. Боль уже растеклась по всему животу. Саша бегал вокруг меня и не знал, что ему делать. Не выдержал и вызвал скорую помощь. На удивление, они приехали очень быстро, словно проезжали мимо нашего села и решили сюда завернуть. Эх, накаркал Шелби. Фельдшер меня осмотрела и велела срочно собираться.

— Не поеду я в больницу, — прошептала я.

— Надо, надо, милочка, а то помрете еще тут. Берите вещи, а я пока оформлю все бумаги, — сказала она.

Саша велел мне не спорить и стал собирать сумку с вещами. Он усадил меня в скорую помощь, а сам поехал следом за ней на «Ниве».

— Я тебе говорил, что нельзя ничего откладывать и спорить с ними тоже бесполезно, — прошипел Шелби, оказавшись рядом со мной.

В этот раз он нарядился в больничный голубой костюм и с тревогой смотрел на меня.

— Не мешай мне болеть. Надеюсь, оперировать меня не будут, — хмыкнула я.

— Это всё зависит от результатов УЗИ и анализов, — сказала мне фельдшер. — Я вам ничего не могу обещать. Решать будет ваш лечащий врач. Но лучше полежать в больнице ночь, чем потом помереть у себя дома. Вы ведь еще молодая женщина. У вас вот дети есть и муж. Так что помирать вам рановато.

— Да, смерть в мои планы пока не входит, — усмехнулась я.

— Вот и отлично, — ободряюще улыбнулась фельдшер. — Не переживайте, у нас отличные врачи и хорошие больницы.

В кармане я нащупала связку ключей с брелоком — косой.

Темно туточки и как-то зябко, как в склепе

Домчались мы довольно быстро до больницы. Привезли меня в областную и усадили в приемном покое, ждать свою очередь. А бок-то болит и не отпускает. Рядом Саша суетится, переживает за меня.

— Агнета, ну как же так? Что же ты у меня совсем разболелась?

— Ой, Саша, не ной, без тебя тошно, — сердито сказала я.

— Что же они там так долго?

Он сорвался со своего места и побежал в кабинет врача узнавать, когда меня примут.

— Сказал, сидите, ждите, — вышел он оттуда.

— Ну, ждем, — сморщилась я вся от боли.

Мимо проплыла старуха в байковом халате и показала мне язык. Я погрозила ей кулаком. Рядом отирался какой-то дядечка, который громко кашлял и синел прямо на глазах. Затем завалился на пол и стал корчиться от боли, задыхаясь в кашле и плюясь чем-то черным. Н-да, помахать бы косой, вот только рядом не только мертвые, но и живые люди.

— Сколько народа-то, — сказала девушка, которая сидела рядом и раскачивалась из стороны в сторону, — Вот и приспичило мне заболеть.

— А вы, простите, живая или мертвая? — спросила я.

— С утра точно живой была, — поморщилась она от боли, — А сейчас, находясь здесь, я даже сказать не могу.

— Агнета, не приставай к больным людям, — одернул меня Саша.

— Саня, ты бы ехал домой, не цеплял тут заразу. Меня и без тебя тут оформят, — вздохнула я, — Неизвестно сколько времени нам тут сидеть придется. Езжай, завтра рано тебе вставать.

— Ты точно без меня обойдешься? — спросил он.

— Точно, — кивнула я.

Он сначала вскочил, затем снова сел рядом со мной.

— Нет, я побуду с тобой. Поддержу тебя морально.

— А со мной муж не поехал, — вздохнула девушка, — Остался с дочкой.

— Сколько лет вашей дочери? — спросила я.

— Три года.

— Ой, маленькая еще.

Из соседнего кабинета выглянула знакомая физиономия и позвала меня на прием.

— О, Агнета, тебя уже вызывают, — обрадовался Саша.

— Ну да, этого и следовало ожидать, — проворчала я, заходя в кабинет.

— На что жалуемся? — спросил Шелби.

— Бок болит, сил нет, — ответила я, устраиваясь на кушетке.

— А я тебя предупреждал, — хмыкнул он.

На Шелби красовался голубой врачебный костюм, шапочка и повязка на лице.

— Оформляй меня быстрей, да я пойду работать, а то тут покойников как грязи, — сказала я.

Он уселся за стол, открыл журнал, включил компьютер и быстро принялся писать, одновременно занося мои данные в базу.

— Ну ты даешь, — присвистнула я.

— Так я же демон, а не хухры-мухры тебе, — хмыкнул он.

— Боль сними с меня, — попросила я, — А то я ни о чем думать не могу, только о животе.

— А это уже не ко мне, — помотал он головой, — Это к ним.

Шелби показал пальцем наверх.

— К хирургам что ли? — хмыкнула я.

— Нет, к высшим силам.

Он дописал что-то в карточке и вручил ее мне в руки.

— Иди на третий этаж. Карту отдай медсестре. Она тебя в палату определит.

— Ясно, — кивнула я, — Ты это, потом подходи ко мне.

— Обязательно, как же я все пропущу, — хмыкнул Шелби.

В кабинет заглянула тетка в белом халате.

— О, дохтур, а вы чего пациентке карту вручили? У нас так не положено. Вы новенький что ли?

— Старенький, — хмыкнул Шелби.

— А, это ваша знакомая, — догадалась тетка, — Ну идем со мной, а карту давай сюды, нечего там носом шарится.

Томас хихикнул, а мне пришлось идти за гражданкой. Я помахала Саше рукой, девушке пожелала крепкого здоровья и направилась в небольшой кабинет, на котором написано было «Гардероб».

— Ты туточки переодевайся. Есть кому пуховик твой отдать? — спросила тетка.

— Муж в коридоре сидит, — ответила я.

— Ну вот и отдай ему всё, а то потом выписывать будут, придется тебе гардеробщицу искать.

— Хорошо, — кивнула я.

— Одежа у тебя есть своя?

— Так я в домашнем и приехала, — ответила я.

— И тапки обуй. У нас тут в тапках надо ходить, — она строго посмотрела на меня.

— Обую, — усмехнулась я.

Тетка вышла из кабинетика, а я осталась одна. Быстро переобулась и вышла в коридор. Передала верхнюю одежду Саше, сказала, что меня кладут в больницу.

— Агнета, может надо было к Матрене съездить или к Маре? Они бы тебя подлечили.

— Ой, рано мне еще к Маре обращаться, — замахала я на него рукой, — А Матрена тут не поможет.

— Так она же хорошая бабулька, знающая, — сказал он.

— А что у вас там за бабулька, — вытянул шею мужичок, который ждал своей очереди около кабинета.

— Не вашего ума дело, — ответила я грубо и строго посмотрела на Сашу.

Он пожал плечами.

— Всё, беги, как устроюсь, так сразу позвоню, — сказала я.

— Скорей выздоравливай, моя хорошая, — Саша меня обнял и поцеловал.

— Хватит тут миловаться, — хмыкнула тетка, проходя мимо меня, — Шмотки бери и топай за мной.

— Саша, люблю, целую. Присмотри за ребятней, — я еще раз поцеловала его.

Я последовала за теткой. Мы загрузились с ней в лифт и поехали на нужный этаж. Вдруг он дернулся несколько раз и остановился.

— Вот ведь гадство, — поморщилась лифтерша, которая сидела в лифте, — Последнюю неделю нормально работать не хочет. Неизвестно сколько мы еще тут проторчим.

Она открыла панель и стала там ковыряться. Двери лифта распахнулись между этажами. Тетка, которая меня сопровождала, принялась креститься. Лифт потихоньку поехал и остановился с открытыми дверями. Свет из него освещал часть темного коридора.

— Если долго всматриваться в темноту, то темнота начнет всматриваться в тебя, — хмыкнула я.

— Это что за этаж, а, Валь? — спросила тетка лифтершу.

— Вроде должен быть третий, — ответила та хриплым голосом.

— Не похож чей та. Темно туточки и как-то зябко, как в склепе.

— А я знаю, — пожала Валя плечами.

Она то ковырялась в панели, то крестилась, то читала молитву. По телу побежали мурашки, а из коридора потянуло холодом.

— Вот сколько раз бываю в сумеречной зоне, но все равно никак к ней привыкнуть не могу, — поморщилась я, вытаскивая из кармана домашнего костюма ключи.

— Сумеречная зона? — переспросила меня тетка, облизнув пересохшие губы.

— Ну да, там, где обитают всякие призраки и разная местная нечисть. Не желаете прогуляться? — спросила я.

— Нет, мы лучше здесь побудем, — помотала она головой и принялась яростно молиться.

— Не хотите, как хотите. За вещичками присмотрите? И это, лифт, пожалуйста, пока не чините, я все же планирую вернуться.

Перед дверями резко появился Шелби во врачебном костюме.

— Доброго ночера, девочки, — улыбнулся он, — Как ваше ничего?

Он распахнул за спиной огромные кожистые крылья.

— Ой, — пискнула тетка.

Лифтерша отвернулась в угол и стала молиться.

— Ну ты чего людей пугаешь? — сердито сказала я.

— Мне так хотелось эффектно появиться, — хмыкнул он.

— Ну очуметь просто.

— Ладно, Агнета, хватит базарить, идем работать.

— Алга, ёпта, — сказала я, выходя из лифта и расчехляя свою косу, — Вот только я ничего не взяла с собой из защиты.

— Монисто я тебе принес, ну и кастет, — сказал Шелби.

Тут же на моей шее появилось монисто, на пальцах кастет, а в руках огромная коса. Сверху кто-то спланировал и опустился передо мной. Белая тень превратилась в лысенького старичка с белой бородой и в белом халате.

— Доброй ночи, — сказал он, — И кто к нам пожаловал? Представьтесь, пожалуйста, нелюди добрые.

— Я жнец, а это моя охрана, — ответила я. — А вы, собственно, кто?

— А я присматриваю за этим местом, Михайло Потапыч я, бывший главврач, ныне покойный.

— Очень приятно, — кивнула я.

— А вы наш постоянный жнец или на замену прибыли? — поинтересовался старикан.

— У меня работа сдельная, — ответила я.

— Как жаль, что не на постоянку, — вздохнул он, — Хотя там им наверху видней. Эх, пришлют одного раз в месяц в лучшем случае, а они тут копятся и безобразничают. Вон лифты и оборудование ломают.

— Все вопросы к вышестоящему начальству, — ответила я.

— Погодите, милочка, а вы, кажись, живая, да еще и человек, — старик с удивлением на меня уставился, — И у вас болит бок.

— Еще как болит, — поморщилась я, — Меня вот к вам направили.

— Вы не против будете? — спросил он меня и кивнул на больной бок.

Я посмотрела на Шелби, тот пожал плечами.

— Валяйте, — кивнула я.

Старикан ткнул пальцем в бок, что-то подцепил и потащил на себя. В руках у него появилась маленькая змейка.

— Н-да, — рассматривал он ее, — Чудеса.

Он запихнул ее к себе в рот, прожевал и улыбнулся.

— Питаться же надо чем-то здесь, — пояснил он.

— Лишь бы всем во благо было, — пожала я плечами и прислушалась к себе.

Ни в каком месте боль не ощущалась.

— Ну что вы, милочка, стоите, идемте. Живым тут долго находиться нельзя, — он поманил нас за собой пальцем, — Да и лифт вас ждать не будет.

Я тяжело вздохнула и направилась за ним следом.