Глава 11–12

Не одна Дарина с проблемами

Не успел Славка закрыть калитку за дознавателем, как к воротам подкатила старенькая серебристая «Хонда». Из нее вышла полная тетка с уставшим лицом и опухшими ногами. За рулем остался сидеть усатый мужичок.

— Эй, малой, погодь дверь закрывать, — крикнула она Славе и помахала ему рукой. — Это твою бабку Агнетой зовут?

— Мачеху, мою мачеху зовут Агнета, — сердито отозвался он.

— Ой, прости, я как-то на своей волне и не подумала, что там может быть вполне не старая женщина. А ты ее позвать не можешь?

— Могу, но она все равно не придет, — он посмотрел на нее исподлобья.

— Почему? — удивилась тетка, переминаясь с ноги на ногу.

— Потому что она не ходит, — ответил Слава.

— А как бы мне ее увидеть? Я мать Дарины.

— А-а-а, ясно, ну идемте.

Он пропустил ее во двор, закрыл калитку и пошел вперед. Женщина засеменила за ним следом.

— Мама Агнета, ты еще на кухне? — поинтересовался Слава, заходя в дом.

— Да, я еще здесь, пытаюсь справиться с этим пыточным инструментом, — ответила я, пристраивая костыли. — А что? Наш дорогой дознаватель что-то забыл или потерял? — со смехом спросила я.

— Это не дознаватель, это мать Дарины приехала, — вздохнул Слава.

— Я к ней выйти не смогу, веди ее в дом.

— Уже привел.

— Тогда пусть снимает верхнюю одежду и проходит в кухню. Чайник еще горячий, — сказала я.

Слава кивнул и жестом пригласил женщину следовать за ним. Она сняла пальто, аккуратно повесила его на вешалку и, немного смущаясь, прошла в кухню.

— Здравствуйте, — сказала она, останавливаясь у порога. — Я мать Дарины. Меня зовут Галина.

Я пыталась приладить костыли в угол рядом с диваном.

— Здравствуйте, Галина, — ответила я, кивнув. — Садитесь, пожалуйста. Чайник ещё горячий, сейчас кто-нибудь из детей нальет нам чай.

Галина села за стол, её руки нервно теребили край платка, который она держала на коленях.

— Спасибо, — устало сказала она.

Катя налила чай в две кружки и поставила одну перед ней. Я окинула женщину внимательным взглядом: отеки, лишний вес, распухшие ноги, одышка, волосы гладко зачесаны и собраны в хвост, косметики практически нет, только губы слегка тронуты помадой морковного цвета.

— Как вы меня нашли? — поинтересовалась я. — Я вам адрес по телефону не давала. Дарина оставила мои координаты?

— Нет, в последнее время она не говорила, куда и зачем едет. Поэтому мы с ее мужем приняли решение, что нужно за ней следить. В автомобиле лежит простой телефон с родительским контролем.

— А если он разрядится?

— Меняем его на аналогичный раз в неделю, — вздохнула Галина. — Так что всегда знаем, где находится ее автомобиль.

— Но не она сама, — хмыкнула я.

Она подняла кружку и отпила немного чая.

— В последнее время она сама не своя. Лекарства не помогают. Мы пробовали ее уговорить лечь в клинику, но она не соглашается. Пару раз ее муж ловил за тем, что она ест таблетки.

— Надо было после этого вызывать скорую, тогда бы ее определили куда надо, — покачала я головой.

— Не хотели. Она же популярна, мало ли что где потом напишут, а она страдать будет.

— На этой теме тоже можно поднять неплохую популярность.

— Она не хотела такой популярности, — вздохнула Галина. — Я так понимаю, что вы знахарка?

— В какой-то степени да, — кивнула я.

Она поморщилась и потерла шею, а затем виски.

— Какой день голова болит, сил никаких нет. Наверно, перенервничала. Хотела что-то спросить и всё забыла с этой головной болью, — Галина посмотрела на меня с надеждой, словно я смогу напомнить ей о чем-то, что она забыла.

— Наверно, про Дарину, — ответила я.

— Да, наверно, про нее.

— Я сейчас вам адрес напишу, в какую больницу ее увезли.

— Да, хорошо бы, — она снова потерла виски. — Как невовремя эта головная боль.

Ее лицо перекосилось сильней прежнего. Она попыталась взять кружку в руки, уронила ее, разлив чай, и свалилась на пол. Ее тело содрогалось в судорогах.

— Слава, Катя, — позвала я детей. — Быстро сюда. Нашатырь и переверните ее на бок. Я вызову скорую. Еще мне этого не хватало для полного счастья.

Над женщиной кружилась довольно плотная черная воронка.

— Проклятье? — подумала я. — Или еще что-то. Сейчас это не важно.

Слава перевернул ее на бок. Катя стала вытирать все со стола.

— Там у нее муж на улице в машине сидит, — сказал Слава, когда я стала набирать номер скорой помощи.

— Позови его, — я сбросила звонок. — Нужны все данные на нее, а у меня ничего нет.

Пасынок выскочил на улицу, а Катя принесла нашатырь и сунула в нос женщине.

— Мама, что это за чернота над ней? — спросила она.

— Не знаю, похоже на проклятие. Мать, наверно, частично с дочери на себя перетягивает, хотя может и наоборот, или это вообще ее личная беда. Ладно, сейчас не до этого. Вроде приступ прошел. Возьми подушку с дивана и подложи ей под ноги. Пусть кровь к голове прильет.

Славка вернулся вместе с усатым дядькой. Тот уже вызывал скорую помощь.

— Господи, Галинка, ну как же так, — бегал он вокруг нее.

Он все объяснил диспетчеру, сел рядом с ней на колени и стал аккуратно похлопывать ее по щекам.

— Я ей говорил, что мы лучше с Семеном съездим, а она уперлась — поеду сама, — причитал дядька. — И теперь вот чего. Галинка, ну давай, моя хорошая, приходи в себя.

— А Семен — это муж Дарины? — спросила я.

— Нет, это ее брат, наш сын. А муж ее с детьми уехал в гости к родителям.

— А как же хозяйство?

— Мы с матерью и сыном остались на хозяйстве, а тут вот такое приключилось, — он растерянно посмотрел на меня.

Галина тяжело вздохнула и захлопала глазами.

— Где я? — она попыталась встать.

— Лежите-лежите, — строго сказала я. — Не надо пока делать лишних и резких движений.

Галина послушно легла обратно, но её глаза были полны страха и растерянности. Она смотрела на мужа, потом на меня, словно пытаясь понять, что произошло.

— Что... что случилось? — прошептала она, голос её дрожал.

— У вас был приступ, — спокойно объяснила я. — Нужно дождаться скорой.

— Приступ? — она с трудом подняла руку и коснулась своего лба. — Я ничего не помню.

— Галинка, я же говорил, что тебе нужно остаться дома, — сказал её муж, продолжая держать её за руку. — Сейчас доктор приедет и осмотрит тебя.

— Мне страшно, — сказала она с испугом.

— Нам тоже, — ответила я. — Надеюсь, ничего такого нет, но все же следует дождаться врача.

— Я хотела съездить еще к Дарине в больницу.

— Успеете, — ответила я. — Можно же позвонить, уточнить все у врача. Сейчас нужно о себе позаботиться.

— Вы хоть расскажете нам, что тут произошло с Дариной. Почему она оказалась в больнице? — спросила Галина, лежа на полу.

— У меня в том домике, где я принимаю пациентов, оказалась неисправной печка. Может, голубь попал в дымоход, может, еще что-то.

— Но на ней ничего нет? — поинтересовалась она.

— Ну как сказать, — вздохнула я.

— То есть это не психические отклонения? — спросил отец Дарины.

Они переглянулись с Галиной.

— Честно, я не успела толком ее посмотреть, — ответила я.

— Но там что-то есть? — он глянул на меня задумчиво.

— Ну есть, — сдалась я.

— Слава богу, а то мы думали, что у нее совсем кукушка уехала, — обрадовался он.

— Ну я бы так не радовалась, — ответила я.

— Вы же ей поможете? — спросила с надеждой Галина.

— На данный момент времени — нет, — помотала я головой.

— Она же в больнице лежит, вот как выпишется, тогда и поможете, — утвердительно сказал дядька.

— Я сейчас вам обещать ничего не буду.

— Почему? — удивился он.

— У меня проблемы со здоровьем, это раз, а во-вторых, я еще не решила, хватит у меня сил справиться с этой гадостью или нет.

— Но у вас же дар, и вы должны помогать.

— Должны, — хмыкнула я. — Я за свет, и за газ, и за воду вот должна, счета еще не пришли, еще налог заплатить. Дочь вот у меня пока несовершеннолетняя, сын, вот им должна, козы там, куры у меня, собака, коты. Мама еще. Вот в этом списке вас я как бы не наблюдаю.

— Игорь, прекрати, — подала голос снизу Галина. — Если человек сможет, то поможет, а если нет, то будем думать дальше сами. И так спасибо огромное за то, что мы знаем, что наш ребенок не сумасшедший.

Через полчаса приехала скорая помощь и забрала Галину в больницу. Муж ее обещал в скором времени забрать машину Дарины.

Не влезай — убьет

— Катя, Слава, помогите мне, пожалуйста, перебраться в спальню, — попросила я детей. — Не могу я больше на кухне торчать. Или давайте в зал. Там диван большой и удобный.

Они подхватили меня с двух сторон под руки и повели в большую комнату. Я устроилась на диване в подушках. Катя мне притащила ноутбук.

— Карты надо? — спросила она.

— Нет, не хочу, — помотала я головой. — Вы с ужином справитесь?

— Яичницу мы пожарим, — кивнул Славка.

— Вот и отлично. Если что, то там в морозилке есть котлетки, отбивные, пельмени.

— Бабушка еще манты передавала, — сказал Слава.

— Ну вот, еще и манты есть.

— Но мы будем жарить яичницу.

— Жарь. В морозилке есть помидоры свежие.

— Мороженые, — рассмеялась Катя.

— Совершенно верно, разберетесь, — кивнула я. — Всё, ребятки, я сегодня больше никого не принимаю.

— Ну ладно, — пожал плечами Слава. — Вечереет уже, скорее всего, никто и не придет, кроме отца.

— Хорошо бы, а то этот год так весело начался.

Дети разошлись по своим комнатам, оставив меня одну. Не успела я включить ноутбук, как у меня зазвонил телефон. На экране высветилось — Глеб.

— Доброго вечера, — сказал он бодрым голосом.

— Доброго, — кивнула я.

— Как самочувствие?

— Бодрячком, — ответила я.

— Нога болит?

— А как ты думаешь?

— А как болит? — поинтересовался он.

— Ноет.

— Но не дергает? — уточнил Глеб.

— Нет, — помотала я головой.

— Это хорошо. Ты в курсе, что тебе завтра надо будет приехать ко мне на перевязку?

— Чего? — нахмурилась я.

— Того, милая, я тебя резал? Резал. Зашивал? Зашивал. Надо посмотреть, как оно там заживает, и обработать.

— А можно я как-то там сверху фурацилином полью и всё? — предложила я.

— Угу, лучше спиртиком для полного счастья.

— Спирта нет, есть самогон.

— Ну вот им самое то будет, — хмыкнул Глеб.

— Я так понимаю, что ты шутишь? — мрачно спросила я.

— Совершенно верно. Давай, красота моя, приезжай ко мне, и всё сделаем по высшему разряду.

— Вот только я не за рулем.

— Саша твой за рулем. Давай, не отмазывайся. Не приедешь, я к тебе Иру тогда отправлю, — хохотнул он.

— Не надо мне твою Иру, да и вообще чего человека гонять туда-сюда.

— Агнета, давай не капризничай. Хочешь ходить нормально на двух ногах?

— Хочу, — кивнула я.

— Тогда я тебя завтра жду, — Глеб сказал таким тоном, что возражать было бесполезно.

— Ты же сказал, что только через пару недель к тебе приходить на контроль.

— Не мог я тебе такого сказать. Я говорил, что гипс у тебя на ноге не меньше месяца держать будем.

— Ладно, не буду с тобой спорить, — нахмурилась я. — Саша придет домой, я его обрадую.

— Как твоя подопечная? — спросил меня Глеб.

— Когда мы домой приехали, ее уже не было.

— Ушла?

— Нет, дети вызвали пожарных, а те — скорую помощь. Увезли ее в больницу с отравлением угарным газом, — пояснила я.

— В реанимацию?

— Угу, — кивнула я.

— Как всё серьезно.

— Да, — вздохнула я. — Но, надеюсь, всё обойдется. Она вроде бы молодая, крепкая. Думаю, врачи справятся.

— Ну, это такое дело, и мы не боги, — сказал Глеб. — А теперь давай не отвлекайся. Завтра в двенадцать утра жду тебя у себя в кабинете. Не опаздывай.

— Хорошо, доктор, — с легкой иронией ответила я. — Буду как штык.

— Вот и отлично. До завтра, Агнета.

— До завтра, — кивнула я и положила трубку.

Я включила ноутбук, решив отвлечься на что-нибудь легкое, но мысли все равно возвращались к загадочной семейке. Не успела я отправить одну семью домой, как тут же нарисовалась другая. Посмотрела на экран телефона, и Матрена что-то молчит. Забыла что ли про меня? Я написала ей сообщение с вопросом. Через пять минут она мне прислала фотографию с раскладом. Я приблизила картинку и стала внимательно рассматривать. Не успела толком рассмотреть, как затрезвонил телефон.

— Видела? — спросила меня Матрена.

— Видела, — кивнула я. — Но только толком не рассмотрела.

— Сама разберешься или тебе объяснить?

— Так-то я догадываюсь, но ты же гадалка, а не я, — усмехнулась я.

— Кто бы говорил, — фыркнула она в трубку. — Вот что, мать, не лезь ты в это дело, не суй свой любопытный нос, а то получишь по самое не балуйся. Там вот прямо красным по белому написано: «Не влезай, а то убьет!» Видишь?

— Вижу, — вздохнула я. — Но как же, ее же ко мне не просто так прислали.

— Да, дорогая моя, не просто так. Высшие силы нас учат не только за все хвататься, но иногда и думать, прежде чем что-то делать. Вот ты, мадам гадалка, иногда от этого страдаешь, слишком импульсивная и жалостливая. Тобой двигает сердце и жалость человеческая, а не ум, логика и расчетливость. Вот это дело для этого тебе и дали, чтобы научить на все смотреть трезвыми и ясными глазами.

— Да жалко как-то людей, — вздохнула я.

— А себя не жалко, а кухню разрушенную не жалко? Скажи спасибо, что малой кровью обошлась. И вообще, чего ты их жалеешь, ты же не знаешь, что там за причина такая, что Дарину эту накрыло так, — отчитывала меня Матрена.

— Не знаю, мне не дали посмотреть. А ты по картам ее не посмотришь?

— Я тебе бессмертная что ли? Я не Дункан МакЛауд, у меня не десять жизней, как у кошки, — возмутилась она. — Тем более меня она не просила об этом. Подожди-ка, я чего-то не понимаю, что ты там говорила — жалко людей? Я чего-то не знаю? Вроде эта Дарина одна у тебя была.

— Маманька ее с папанькой приезжали сегодня, — ответила я.

— Ага, вот оно что, — протянула Матрена. — Ну, тогда все понятно. На родителях чего висит?

— На мамаше какая-то черная воронка. Она у меня тут то ли приступ словила, то ли просто плохо стало, в общем, в обморок упала. Вот чего это может быть?

— Да шут его знает, может собственные грехи тянут, может кто подключку поставил, может проклятье какое, а может она от своей Дарины ту гадость перетягивает. Это же смотреть надо, диагностику проводить, а так я тебе ничего сказать не могу. Но все равно не суй туда свои шаловливые ручонки. Понятно? — строго сказала бабушка.

— Да, — задумчиво ответила я.

— Чего, девица-красавица, задумалась?

— Да я вот думаю, а что там тогда у детей творится?

— Родителей двое, там может отцовский род их от этого прикрывает. На отце Дарины что-нибудь было? — спросила она.

— Я не заметила, — помотала я головой.

— А муженек не соизволил приехать?

— Они сказали, что он вместе с детьми к своим родителям уехал.

— Н-да… — многозначительно сказала Матрена. — Хотя, знаешь, чужая душа — потемки. Может, они уже устали от ее выходок. Мы же не знаем.

— Ну, да, не знаем, — согласилась я.

— Я по твоему голосу слышу, что ты не особо-то торопишься моим советом и рекомендацией воспользоваться, — хмыкнула Матрена.

— Просто интересна причина, — ответила я.

— Любопытство сгубило кошку. А то будет, как в той страшной сказке.

— В какой?

— Танцевала девочка на граблях в красных башмачках и стерла себе ноги по самую жопу, вернее колени, а уж сколько раз она от граблей по голове получала, не сосчитать.

— Нет такой сказки, — буркнула я.

— Я так понимаю, что твой личный консультант до тебя еще не добрался? — поинтересовалась она.

— Вообще-то, он любит такие вещи, — сердито ответила я.

— Ему невыгодно, чтобы ты травмы получала и помирала. Так что любовь к безобразиям не отменяет факт его благоразумия, — хмыкнула Матрена.

— О, как ты, бабушка, загнула.

— Вот полезешь туда, тебя еще не так загнут, могут и мясом наружу вывернуть.

— Фу, Матрена, у меня же бурная фантазия, — фыркнула я.

— Так почему твой зубастый лангольер тебе еще мозги не вправил? — спросила она.

— Я же весь день на кухне, и народ около меня туда-сюда ходит. Вот он и не появляется.

— Ясно, передай ему, что Матрена требует, чтобы он с тобой серьезно поговорил. Агнетка, у меня таких подружаек еще ни разу не было, что-то не хочу я тебя хоронить, — шмыгнула она носом.

— Ну вот еще, нашла из-за чего плакать. Я помирать пока не собираюсь, — хмыкнула я.

— Вот и не смей, а то некромантов позову, чтобы они тебя воскресили, будешь зомбей ходить. Ты меня поняла? — строго сказала Матрена.

— Поняла-поняла, — улыбнулась я.

— Ну вот и умница, давай, покедова, и периодически смотри на картинку с картами.

— Обязательно, — кивнула я. — Пока-пока, Матрена.

Я снова взглянула на ноутбук, но сосредоточиться не получалось. Мысли все равно возвращались к Дарине и ее родителям. Но я понимала, что Матрена права: на данный момент времени мне не стоит туда соваться.

Через некоторое время на кухне послышался запах жареной яичницы. Катя и Слава явно справлялись без меня. Я улыбнулась, глядя на экран ноутбука. Дети выросли самостоятельными, и это радовало.

— Мама Агнета, кушать! — позвал Слава из кухни.

— Иду! — крикнула я в ответ, осторожно спуская ногу с дивана.

На кухне меня ждала простая, но аппетитная картина: на столе стояла тарелка с яичницей, рядом — нарезанные кусочки сала и кусок хлеба. Катя уже наливала чай.

— Ну как в ресторане, — улыбнулась я, садясь за стол.

— Скажешь тоже, — пожал плечами Слава. — Яичница, конечно, не твоя, но съедобная.

— Спасибо, ребята, — сказала я, беря вилку. — Вы молодцы.

Мы поужинали в тишине, изредка перебрасываясь парой фраз. После ужина Катя со Славой помыли посуду и разошлись по своим комнатам. Я вернулась на диван, решив немного отдохнуть перед сном. Рядом с больной ногой устроился Прошка.

— Где там у нас Шелби затерялся? — пробормотала я, включая очередной сериал.

Мне хотелось обсудить с ним сегодняшний день.