Глава 47–48

По трудам и награда

Исмаил гнал гражданок до самого дома. Велела ему тетушек с их двора не выпускать, дабы они не смогли повлиять на ход ритуала. Вечно эти порчельники пытаются помешать убрать всю гадость, знают, что им все обратно полетит. Непонятно, на что люди надеются, когда гадости другим делают. Наверно, думают, что все им с рук сойдет или они вправе решать, кому жить надо хорошо, а кто обойдется? Хотя, скорее всего, считают, что жить все кругом должны плохо, тогда они себя счастливыми почувствуют.

Марина дрыхла в летнем домике, а я занималась своими домашними делами. Вокруг меня ходил Шелби и ворчал, что я слишком добрая и надо быть эгоисткой.

— Не мешай мне лепить салаты, — отмахнулась я от него. — Мы можем с тобой на следующей неделе сгонять в Башкирию, в какие-нибудь Мурадымовские пещеры. Можно вообще всей семьей съездить.

— За покойниками ехать в Башкирию? — Томас посмотрел на меня скептически.

— Я понимаю, что можно сгонять на кладбище, в больницу или морг, но хочется обыкновенную рутину превратить в маленькое приключение, — ответила я.

— Тебе мало приключений? — хмыкнул он. — Ты хотела покоя и тишины, но даже тут, в глуши, ты ухитряешься найти себе какое-то приключение на всю твою обширную жопэ.

— Уметь надо, — хмыкнула я. — И, кстати, не такое уж у меня большое седалище. В старые вещи еще влезаю. А покой нас ждет на том свете, и то я не уверена.

Оценивающе посмотрела на беса.

— Ты будешь веселым призраком, — хохотнул он.

Нашу беседу прервала Марина. Она влетела в дом с бешеными глазами.

— Там, там, — она показывала в сторону летней кухни, — Бух, бам, огонь, дым.

Стала махать она руками. Мы побежали вместе с ней в домик. На столе догорал воск вместе с каменным подсвечником, который лопнул на несколько кусков.

— Н-да, — задумчиво сказала я.

Благо я подсвечники всегда ставлю на жестяной поднос, чтобы в случае чего не было пожара.

— Это о чем говорит? — спросила Марина, — Обряд пошел по одному месту?

— Не знаю, может, это так весь негатив с тебя собрался и бабахнул, — ответила я, — Надо бы еще глянуть, что там с нашими кумушками.

— Думаешь, им уже обратка пошла? — с сомнением поинтересовалась Марина.

— Кто нам мешает сходить и посмотреть. К тому же, я гляжу, ты вполне бодро передвигаешься.

— Ой, точно, ничего не болит, — она покрутилась туда-сюда, наклонилась в разные стороны, — Хорошо-то как. Пошли, посмотрим, что там у теток.

Вынесла на улицу на подносе догорающий воск с подсвечником, оставила его под знакомым деревом. Затем убрала на кухне все салаты и заготовки для них в холодильник и отправилась вместе с Мариной к соседкам.

— А у тебя что, завтра день рождения? — спросила Марина, когда мы вышли за ворота.

— Есть такое, — кивнула я.

— И сколько тебе исполнилось?

— Тридцать шесть годиков, — кокетливо ответила я.

— Ого, а я думала тебе лет тридцать. Хорошо выглядишь.

— Спасибо, — улыбнулась я, — Ты мне льстишь. Но можешь продолжать, мне это нравится.

— Нисколько, — серьезно ответила Марина, — Смотри, там что-то дымится. Блин, там же дома наши рядом.

Мы побежали с ней по улице. Действительно, из окон одного дома валил черный дым, да такой густой, словно там жгли покрышки. Марина вытащила телефон из кармана, включила его и набрала номер пожарной части. Оператор пообещала, что пожарка скоро прибудет на место.

— Вторую смотреть будем? — поинтересовалась я.

— Думаешь, и ей тоже что-то прилетело? — спросила Марина.

— Посмотреть-то надо.

Эта соседка жила напротив Марининого дома. Калитка у нее была открыта, и мы спокойно вошли во двор. Дверь в дом была распахнута, и оттуда несло явно не ромашками, а может и ими, но растущими около общественного туалета. В избе кто-то стонал.

Зашли внутрь. Запах стал невыносимым. Я заткнула нос пальцами.

— Она не убирается тут что ли? — спросила я, — И ходит в туалет прямо в доме?

— Ну да, туалет у нее в доме, — кивнула Марина, — А вот и дверь от него.

На полу лежала дверь с картинкой писающего мальчика. Из темного проема туалета снова послышался стон.

— Помогите, — донеслось оттуда.

— Баб Маша, что стряслось? — спросила Марина, не решаясь заглянуть в темноту.

— Я сидела себе на унитазе, а тут бум, и что-то там внизу взорвалось, и поднялось все фонтаном, и фаянс раскололся подо мной. Я вся изрезалась, — со слезами в голосе отозвалась соседка.

— Эх, вот бросить вас тут, засранок этаких, но ведь человечность во мне сильней, — вздохнула Марина, набирая номер скорой помощи.

— Была бы человеком, не ходила бы к этой ведьме, — прошипела баба Маша.

— Ну, нормальненько, они на меня порчу навели, им все обратно вернулось, а я еще и нелюдь. Да я тебя сейчас там еще и притоплю, чтобы в своем добре и захлебнулась, — стала возмущаться Марина.

Я вытащила ее за руку во двор.

— Не буду я скорую ей вызывать, — зло ответила она и сбросила звонок. — Пусть помрет от заражения крови, гадина такая, — ее всю трясло от злости. — Это, значит, я виновата, что с ней произошло, а не ее шаловливые ручки.

— Ну, пусть помрет, — согласилась я и вывела Марину за калитку.

К нам подъехала знакомая «Нива».

— Что там произошло? — спросил Саша, выглядывая в окно машины и показывая на соседний дом, из которого валил черный дым.

— Не знаю, мы вызвали пожарных. Сами не стали заходить, мало ли что там, — ответила я. — А вот у бабы Маши произошло извержение туалетного вулкана, пока она восседала на фаянсовом троне. Вызови, пожалуйста, скорую.

— Напакостили кумушки? — поинтересовался он.

— А то, — хмыкнула Марина. — На всю деревню воняет.

Саша вызвал скорую помощь и пошел в дом. Подъехала пожарка. Крепкие парни ринулись в задымленный дом. Через пару минут вытащили на улицу хозяйку без сознания.

— Что там произошло? спросила я.

— Она что-то готовила, и это взорвалось и начало дымить, — ответил мне один из пожарных.

Мы с Мариной переглянулись.

— Я так понимаю, что все это произошло тогда, когда у тебя подсвечник бабахнул? — задумчиво сказала она.

— Скорее всего. Кстати, ты мне должна подсвечник, — ответила я. — А то с такими ритуалами не напасешься никакого реквизита.

— Пошли ко мне, сейчас я тебе выдам подсвечник и хороших конфет к завтрашнему празднику.

Отправились к ней домой. Марина усадила меня в зале, а сама пошла куда-то в чулан. Я подошла к окну и стала смотреть, что там происходит на улице. Скорая приехала и стала возиться с той, что надышалась дыма. Саша их стал звать в дом к бабе Маше. Фельдшер зашел внутрь и тут же вышел. Позвали бравых пожарных ребят.

— Любуешься? — поинтересовалась Марина, заходя в комнату.

— Угу, — кивнула я. — Вот так обратка прилетела. Быстро очень. Обычно она не с такой скоростью раскручивается.

Она поставила около дивана два больших пакета.

— Там дорогие конфеты, хорошие консервы, бутылка шампанского. В общем, продуктовый набор к твоему празднику. Знаю, что ты берешь деньгами, но вот я решила сделать тебе приятное. Просрочки нет, все свежее, и твои любимые конфеты. В благодарность за работу, — сказала Марина.

— Ого, обалдеть, запомнила, значит, что мне нравится, это очень приятно. Маришка, я побегу. Мне еще салаты доделать нужно, ну и мясо замариновать.

— Ребятня твоя не помогает? — спросила она.

— Помогает, но сама понимаешь, конец года в школе. Особо их не напрягаю, пусть учатся, к экзаменам готовятся.

— Помочь донести до дома? — спросила она.

— Я сейчас Сашу попрошу подвезти, — ответила я.

— А я тогда на работу побежала. Хоть часа два поторгую, а то сегодня никакой выручки не было с этими злыднями. Бабка Шура, надеюсь, не померла, а так, напугалась.

Вышли мы вместе с ней на улицу. Бабка Шура вся чумазая в саже сидела на земле, причитала и охала.

— Вон, вон они, ведьмы идут. Это они во всем виноваты. У меня теперь вся мебля и занавески закопченные, и ремонт теперь надо будет делать. Маринка, я к тебе больше в магазин не приду никогда и ничего не куплю.

— А я тебе больше никогда ничего не продам, — плюнула около бабки Марина.

— Идемте, бабушка, в скорую помощь, нужно в больницу поехать, — аккуратно стали поднимать бабу Шуру пожарные.

— Это сколько мне теперь нужно денег потратить на ремонт, — причитала она.

— Скажите спасибо, что не задохнулись и живы остались. Зачем же вы резиновый коврик рядом с плитой постелили? Вот он у вас и задымился и завонял. Да и скороварка ваша старая, взорвалась, — сказал ей пожарный.

Кумушек загрузили в скорую помощь и повезли в больницу. Я подождала, когда Саша совсем разберется, и мы вместе поехали домой.

— И зачем они всякую порчи друг на друга наводят? — задумчиво спросил он.

— Потому что скучно жить, а тут хоть какое-то событие.

— Ага, найти себе на пятую точку приключение. Бабка Маша долго будет спать на животе. Из больницы приедете еще, и убирать вот это все придется и новый унитаз ставить.

— И ремонт делать, — хмыкнула я. — Позавидовали на чужие деньги, и попали на свои, еще и здоровьем пожертвовали. Неизвестно, как еще эта гарь на организме скажется.

— Все же вы вовремя появились, а то бы и задохнулась старушка.

— Н-да, — я задумчиво посмотрела на закопченные окна бабки Шуры. — Вот тебе и хлопушка.

Подарки для именинницы

Утро было суматошным. Я делала вид, что крепко сплю, когда мои домочадцы с топотом носились по дому, дабы сделать мне деньрождевый сюрприз. Они старались не шуметь, громким шепотом переговариваясь между собой. Дверь в комнату скрипнула, и они ввалились всей толпой. Пришлось открывать глаза и изображать из себя только что проснувшегося человека.

С подносом в руках стоял Александр. Позади него топтались детки. На подносе стояла большая чашка с чаем, тарелка с омлетом, тарелка с бутербродами и кривой лебедь из салфеток.

— Поздравляем с днем рождения! — хором прокричало любимое семейство, и к потолку взвились воздушные шарики.

Оказывается, детки мои за спинами держали некоторое количество воздушных шаров. А я-то думала, что это за странные звуки. Оказывается, вон оно что. Саша поставил мне поднос на колени и убежал куда-то. Через пару минут втащил в спальню огромный цветок в кадке.

— Это что? — поинтересовалась я.

— Это вьющаяся роза, — объяснил он.

— Ух ты. Давно такую хотела. Ее нужно на улице сажать или для дома?

— Нет, это уличный цветок.

— А почему в кадке? — спросила я.

— Продавец сказал, что так красивее.

— И дороже, — кивнула я. — Но подарок просто отличный. А цвет какой?

Саша на минуту задумался.

— Я не помню. Кажется, розовый, — ответил он смущенно.

— Ну ладно, сюрприз будет, — улыбнулась я.

Славка с Катей тоже куда-то ушли, а затем вернулись. Катюшка подарила мне картину — девушку с волком, а Славик — низенькую табуретку.

— Чтобы в огороде возиться, — сказал он. — А еще на нее можно вставать, чтобы доставать всякие штуки с верхних полок.

— Ого, суперская штука, мне нравится, главное, нужная, — обрадовалась я.

— Сам сделал, — гордо ответил паренек.

— Молодец, — кивнула я.

Катину картину тоже похвалила и велела повесить ее тут же в спальне. Народ еще потолкался в комнате, а потом все вместе пошли завтракать на кухню. Дети вместе с Сашей наперебой рассказывали, как они ездили за шариками и прятали их в кутузке. Утром рано все встали и собрались за ними. Вот, значит, вчера какая у них подготовка была к экзаменам.

— Мама, а там еще в каждом шарике лежит купон на желание, — сказала Катя.

— Это как? — не поняла я.

— В общем, там лежит такая записочка, по которой ты можешь исполнить желание. Например, поехать в торговый центр за покупками или в кино.

— Какая интересная штука. Настроение повышающая, — улыбнулась я.

Я радовалась тому, что домочадцы довольны своими подарками. Это так приятно, когда тебе хотят угодить и думают о тебе, стараются сделать удивительный и нужный подарок.

Позвонила мама, поздравила с днем рождения, пожелала кучу всего приятного и интересного. Звонили родственники, старые приятели и приятельницы, знакомые и клиенты. Я даже не знала, что столько народу знают и помнят про мой праздник. В прошлом году у меня телефон молчал, пару человек только поздравили смс-ками, да мама позвонила, ну и еще всякие компании и прочие рекламные граждане, но они не считаются.

К обеду народ стал подтягиваться. Помогли накрыть стол, поставили шашлыки. К сожалению, Сашу вызвали на работу, и он уехал. Однако пообещал к обеду вернуться.

— У тебя же еще не все гости собрались. Еще Мара с Юрой и Яночкой не пришли, и веселая старушка Матрена где-то застряла. Только мои приехали. Думаю, за час успею все дела порешать, — поцеловал он меня.

Через полчаса подкатила Матрена со своим Коловершей. У бесенка в лапках был огромный букет с разными цветами.

— Сам выбирал, — рассмеялась бабанька, — Так и не выбрал, все приволок. Ну что, старая перечница, с праздником тебя! На год ближе к смерти! — хохотнула она.

— Как-то это некультурно так поздравлять именинницу, — вмешался дядя Паша, отец Саши.

— Почему же? Когда начинаешь понимать, что жизнь конечна, то стараешься жить на полную катушку, чтобы все успеть сделать. Не обязательно пить и гулять, и употреблять, как не в себя, всякую дрянь. Я вот купила себе гитару, всю жизнь мечтала научиться играть на гитаре.

— И как? — спросила я.

— Нормально все, на «Ютубе» много роликов, учусь. Может, на столетие еще сбацаю себе Мурку и станцую тот самый жопотрясный танец.

— Тверк, — рассмеялась Катюшка.

— А чего ты ржешь, надо же в жизни все попробовать. Я еще хотела с парашютом спрыгнуть, — задумчиво сказала она.

Матрена достала шикарный рюкзак со стразами и перьями и вручила его мне.

— Носи на здоровье, и бабушку Матрену вспоминай. Туда почти ведро картошки помещается, — уточнила она.

— Круто, с таким рюкзаком можно куда угодно путешествовать, — улыбнулась я.

— Конечно, — деловито ответила Матрена и стала изучать гостей.

— А где эта семейка с девочкой, у которой все растет?

— Сейчас приедут, — ответила я.

— А то у меня никак тыква всходить не хочет. Надо, чтобы она волшебным пальчиком ткнула в нее.

Коловерша уселся около Прошки и сосредоточенно его расчесывал гребешком. Через несколько минут я обнаружила своего кота в мелких хвостиках и ярких резиночках. Вот же маленький проказник. Помнится, они в прошлый раз курники со стола утянули и стрескали вдвоем. Так что я думаю, Прошка не особо расстроился такой новой прическе.

Ольга, Мишина жена, испекла огромный медовый торт. Его убрали в летнюю кухню, в холодильник. Надеюсь, его никто там не понадкусывает и не утащит к себе в норку.

Приехала Мара с Юрой и с Яночкой. Привезли мне еще один розовый куст, флюгер в виде черного кота на крышу и пару изящных подсвечников из камня. Все подарки нужные и замечательные.

— Где твой припадочный с козлиной бородкой? — поинтересовалась Матрена.

— Батюшка?

— Он самый, — кивнула она.

— Не знаю, обещался прийти, — ответила я.

— А нормальные мужики будут?

— А вот пришедшие тебя не устраивают? — рассмеялась я.

— Мало, — скептично заметила Матрена.

— Олег с Глебом опаздывают.

— Вот у тебя народищу, как на свадьбу, — оглядела она гостей.

Услышала тарахтение «Нивы», пошла встречать Сашу. Вышла за ворота и обалдела. Он помогал выбираться из машины моей маме.

— Вот, привез, — радостно сказал он, — Главный подарок для тебя.

— Ого, — только я и смогла ответить.

— Катюшка меня уговорила, — улыбнулась мама, — Я вот нарядилась, пакет с вещами взяла, парадную трость. Саша сказал, что обратно меня отвезет, как только надо будет.

— Агнетушка, ты же знаешь, верная примета: если выпил, то обязательно какой-нибудь коллапс на работе случится. Так что я пить лучше не буду, — улыбнулся он.

— Мама, как я рада, что ты приехала. Идем, я тебе дом покажу и со всеми познакомлю, — обняла я ее и поцеловала в щечку, — Наконец-то выбралась из своей скорлупки.

— Я потом посмотрю на твой дом. Вот, я тебе шаль красивую связала, чтобы сидеть летними вечерами в беседке и не мерзнуть, — протянула она мне пакет с подарком.

Развернула и накинула на плечи. Шаль была просто огромной, красной с кистями по низу — красота невероятная.

— Я тоже такую хочу, — сказала Матрена, выглядывая из-за калитки, — Меня Матрена зовут, а тебя как?

— Мария, — ответила мама.

— Ну что, Маша, пойдем за стол, а то вы так и будете торчать за воротами.

Матрена подцепила маму под руку и повела ее в беседку. В течение пятнадцати минут собрались и другие гости. Все расселись за столы праздновать мой день рождения.