Глава 21–22

В каждом треугольнике один угол тупой

До деревни домчались за полчаса. Водить такую машину было одно удовольствие. Поставила ее в тенек, рядом с соседским домом. Попросила Исмаила помочь вытащить Мирона из автомобиля и доволочь до летней кухни. Волк обернулся человеком, подхватил мужчину под руки и понес его во двор.

— Он же тяжелый, — стала я возмущаться.

— Для меня нет ничего тяжелого, — рассмеялся Исмаил. — Вижу, что все получилось.

— Вроде бы да, не могу точно сказать, — пожала я плечами.

— Зато я могу, — ухмыльнулся он. — Покойника нет, да и чары тоски с ускоренным временем сняты. На разборки Шелби отправила?

— Он сам пошел, — ответила я.

— Он разберется, может еще и поглумится. Гражданин это дело любит.

Исмаил внес Мирона в летнюю кухню и уложил его на диван.

— Свечи поставь, чтобы никакая дрянь не налетела, пока он будет восстанавливаться, — велел защитник.

— Почистить его не мешало бы, — вздохнула я.

— Еще успеется, — махнул он рукой и исчез.

Я помахала немного дымным веничком, поставила две свечи и ушла смывать с себя поездку и энергии кладбища. Привела себя в порядок, перекусила и решила подремать. Только стала проваливаться в сон, как ко мне тут же явился благообразный старичок. Он сел рядом с диваном, снял очки, протер стекла, надел их на нос и посмотрел на меня внимательно.

— Благодарю вас, милая леди, за то, что дали мне свободы от этого молодого человека. Не могли бы вы меня еще отправить на тот свет, а то что-то я тут подзадержался. Сейчас еще кто-нибудь мне работу выдаст. Больно уж много в последнее время колдуют на кладбище. Ну, а вы сами знаете, активные могилы очень нравятся таким товарищам. Ушел бы вовремя, то и внучок мой дел не наворотил, — вздохнул он.

— Сейчас я за косой схожу, — вздохнула я.

— Нет-нет, в вашем доме ничего не получится, только на кладбище, — грустно ответил старичок, — Я же к могиле привязан, да теперь к часам. Будьте так любезны, выполните мою просьбу, а то я уже весь измаялся. Забыли про меня все, а уж столько времени с моих похорон прошло, и сам я уйти не знаю как.

— Что же вы раньше меня не предупредили? — спросила я.

— Ну, так не в том я состоянии был, чтобы нормально общаться. Кому понравится таскаться за незнакомым человеком? И ночью мне спать не хотелось, думал, как бы уйти. Грешным делом стал молодого человека на самоубийство подталкивать. Думаю, вот он чего с собой сделает, за ним жнец придет и меня с собой захватит, так сказать, попутным грузом. Вы вот меня отрезали от него, так и стыдно мне за такие мысли стало. Пусть он на меня зла не держит. Это оттого, что у меня душа измаялась болтаться на этом свете, — вздохнул он.

— Сегодня я к вам не поеду, — предупредила я старичка.

— Постарайтесь тогда завтра, а то там уже гражданка ходит, ищет активную могилку.

— У вас имя редкое, так что не стоит переживать особо.

— Для порчи иногда и имя не важно. Ладно, не буду вас пока беспокоить, отдыхайте. Мне пора, — он повернул руку и посмотрел на свои часы, — Трофейные, — улыбнулся старичок и исчез.

Я перевернулась на другой бок и уснула без сновидений. Проснулась ближе к вечеру, когда в доме собралась вся семья. Народ шумел и гремел чем-то на кухне.

— Чего делаем? — спросила я, заходя в кухню.

— Готовим, — ответил Славка.

Он стоял в фартуке около плиты, макал в кляр кружочки кабачка и бросал их в кипящее масло. Саша отбивал мясо, а Катюшка стругала салат.

— Супер, без меня с голода никто не помрет, — улыбнулась я и утащила жареный кабачок.

— Агнета, имей совесть, — сказал Саня, — Все хотят есть.

— С чем я вас и поздравляю, — хихикнула я и чмокнула его в щеку.

— Мама, там этот твой все спит, — сказала Катя.

— Ну, пусть спит. Он нам сейчас совершенно не нужен.

Ужинали все вместе во дворе, в беседке. С удовольствием пожевала отбивных и жареных кабачков с чесноком и помидоркой. Попили чай, обсудили все новости и каждый пошел заниматься своими делами. Саша отправился в огород, ребятня по своим комнатам. Я посмотрела на коробку с посылкой для Матрены и решила ей позвонить.

— Здарова. Чего надо? — сердито спросила старушка.

— И вам не хворать. Ты посылку у меня вчера забыла.

— Потом заберу, мне сейчас некогда. Как освобожусь, так звякну.

— Ну ладно, — удивилась я.

Бабка Матрена уже бросила трубку.

— Вот же деловая колбаса. Потом, так потом.

Я опять вспомнила зачетную лампу из магической лавки. Эх, надо все же выделить денежку для себя любимой и купить эту интересную штуковину. Представила, куда ее поставлю и как она будет здесь смотреться.

— О чем мечтаешь? — поинтересовался у меня появившийся из воздуха Шелби.

Он вылавливал из банки оливки и закусывал их дольками лимона.

— Лампу хочу красивую.

— Алладина? — со смехом спросил он.

— У нас тут уже был как-то один товарищ Джинн, больше не надо. Настольную лампу. Я ее видела в магической лавке.

— Ясно.

— А как ваши успехи? — полюбопытствовала я.

— Коллега по работе наказан и выпорот, — отчитался Шелби.

— Прямо выпорот? — с сомнением я посмотрела на демона.

— В иносказательном смысле.

— Ну и где там собака порылась? Банальная зависть?

— Нет, маниакальные завихренья в голове на почве неразделенной любви.

— Чего? — не поняла я, — Мирону у него бабу, что ли увел?

— Типа того. Она так любила Мишу, что прыгнула в постель к Мирону, — хмыкнул Шелби, закусывая лимончиком очередную оливку, — С косточками они вкусней.

— Недавно?

— Неа, три года тому назад.

— Э-э-э, вот он тормоз, только сейчас очухался.

— Он не тормоз, а медленный газ, — фыркнул Томас. — Этот крендель сказал, что Мирон увел у него девушку, а потом типа ее бросил, так, как она хотела замуж и детей.

— И он ему решил отомстить? — спросила я.

— Типа того, само все получилось.

— Нда, вокруг ходит куча баб и куча мужиков, а они в своем треугольнике разобраться не могли, словно все вокруг вымерло, — покачала я головой. — Все равно, убивать человека из-за этого как-то неправильно.

— Ну, он потом раскаивался.

— И что дало его раскаяние? Еще неизвестно, удастся вернуть Мирону назад нормальную морду или так и будет до самой смерти в таком виде ходить. Хорошо, хоть внутренние органы не состарились, — поморщилась я.

— У него бабки есть — операцию сделает. На седалище кожа не стареет.

— Какая жалость, и как обидно, — хохотнула я, — Лучше бы было наоборот, вся опа в морщинах, а лицо гладенькое.

— Какие глупости, Агнета, у тебя в голове, — рассмеялся он.

— Ты хоть расскажи, как ты этого Мишу наказал?

— Я его наказал этой ветреной девицей. Хотел Машу, вот так пусть и живет с ней на здоровье, — Шелби гаденько захихикал, — Пусть радуется, что легко отделался.

— Угу, обделался легким испугом, — хмыкнула я.

— Ну, да, за порчу на смерть положена либо тяжелая болезнь, либо смерть, — серьезно ответил Томас.

— А ты ее к нему приворожишь что ли? — спросила я.

— Нет, просто у нее на данный момент больше кандидатов нет, а замуж то хочется, — подмигнул он.

— Ну, может после твоего посещения, он на нее и не посмотрит, — засомневалась я.

— Посмотрит, потому что решит, что все это ему привиделось в хмельном бреду. Все будет, так как высшие силы решили. Это для них обоих теперь наказание.

— Интересное чувство юмора у Высших сил.

— Ничего не поделаешь, — пожал Шелби плечами и закинул пустую миску в пространство.

Я вдруг представила, что она вывалилась сейчас где-то в другом городе. Шел себе человек и бац ему на голову пустая миска. Даже хихикнула от представившейся картинки.

— Больше вопросов нет? — спросил Томас.

— Подожди. Ко мне сегодня приходил во сне старикан, тот, что за Мироном ходил и попросил отправить его на тот свет. Боится, что его опять в работу впрягут, — вспомнила я.

— Когда поедем на кладбище?

— Наверно, завтра.

— Океюшки, — кивнул Шелби и исчез.

— Вот и замечательно.

Перед сном я заглянула к Мирону. Как только я зашла поменять свечи, так он сразу открыл глаза.

— Я что уснул?

— Угу.

— Это все от недосыпа. Хорошо, что вы, Агнета, за руль сели, а то бы не хотелось вырубиться на дороге.

— Я же знала, — улыбнулась я.

— Скажите, а что-то будет за это Михаилу? И мне хотелось бы знать за, что он так со мной? — с беспокойством спросил Мирон.

— Так-то будет, но не переживайте, он не помрет. Все его претензии касаются некой Маши, — ответила я.

— Маши? А она-то тут причем? — не понял Мирон.

— Это у вас нужно спросить, что там у вас за история, с тремя углами.

Он на меня смотрел непонимающим взглядом.

— Я же его спросил, что у него с этой дамой. Он ответил, что они просто друзья. У нас был корпоратив. Мишка пришел с барышней. Ничего так девица, вполне себе приятная во всех отношениях. Он перебрал с алкоголем и барышня попросила отвезти их домой. Говорит, вы пожалуйста, сначала меня забросьте, а потом его. Дескать, не хочу участвовать во всем этом. Не любила девочка пьяных. Я в принципе, вообще не пью, решил сделать доброе дело. Сначала, отвез ее, а потом забросил его домой. Она дала мне свой номер, чтобы я позвонил, когда Мишу доставлю в квартиру. После звякнул ей, отчитался.

— А потом все закрутилось? — спросила я.

— Отнюдь. Месяца два прошло после этого события. Она мне позвонила и поздравила с 23 февраля. Я как раз с девушкой расстался. Маша предложила сходить в этот день в ресторан. Сказала, что с того корпоратива они с Мишой и не виделись. Я потом у него еще на работе уточнил. Он отмахнулся, дескать, они просто с ней друзья, и ничего с ней серьезного не было. Так, что в этом плане у меня совесть чиста. Может они между собой что-то там не поделили, но я тут ни при чем.

— Видно причем, — многозначительно сказала я, — Вам еще сколько предстоит чиститься и чиститься. Еще неизвестно, вернется к вам ваша внешность или нет.

— Я мужчина, мне не так важна внешность, как женщинам. Главное, что вы убрали эту всепоглощающую тоску, хоть спать могу нормально. А то уже думал, что нужно в психушку собираться, а тут оказывается дело совсем в другом. Если бы я знал, что все так сложится, даже на эту Машу не посмотрел, — Мирон покачал головой.

— Ладно, уже не важно. Вы как, спать или ужинать? — спросила я.

— Есть, что перекусить? А то я сегодня только завтракал.

— Да, есть жареные кабачки, огурцы, помидоры, сыр, отбивная осталась, колбаса, сало, сыр, варенье и еще что-то, чего я не помню, — ответила я.

— Если можно, то кабачки с помидорами и отбивнушку. Все расходы я возмещу.

— Конечно, куда вы денетесь, — хмыкнула я, — У меня же ключи от вашей машины. Сейчас все принесу.

Собрала ему на поднос еду и отнесла в летнюю кухню.

— Поужинаете, посуду оставьте в беседке на столе, или у себя, — сказала я, ставя все на стол.

— Хорошо, — кивнул он.

— Спокойной ночи, приятных снов.

— И вам. Спасибо за все, — улыбнулся Мирон.

— На здоровье.

Я вышла из летней кухни и отправилась домой к своей семье.

Обломали все

Утро ко мне явилось на кухню в виде Саши с ведром огурцов и ведром помидор.

— Утра доброго, любимая, — он меня поцеловал нежно в щеку.

— Что-то оно какое-то не очень доброе, — скосила я глаза на эти ведра, — Ты кого-то ограбил?

— Нет, прошелся по нашему огороду и вот собрал, — улыбнулся он, — Хотел переросшими огурцами и кабачками угостить нашу живность и так увлекся, что набрал и там два ведра вот этого.

— А кабачки где? — скептично поинтересовалась я.

— Сейчас принесу еще тазик.

— Утро обещает быть томным, — хмыкнула я.

Через несколько минут на кухне стояли ведра с огурцами и помидорами, таз с кабачками и пакет с перцем.

— Ударное утро, однако, — хмыкнула я.

— Да, я решил тебе помочь, — улыбнулся Саша, — Ладно, я побежал на работу.

— А ты, Золушка, не забудь убраться, постирать, перебрать крупу, пересадить цветы и вылечить гражданина от порчи, — вздохнула я.

— Глаза боятся, а руки делают, — поцеловал он меня в недовольную моську.

Саша уехал на работу, а я осталась рядом с этим огородным безобразием.

— Вот тебе и волшебная жизнь, — почесала я затылок, — И никого не волнует, что нужно отправить на тот свет дедульку, а также почистить от последствий порчи Мирона. На тебе огурцов с помидорами, и кабачков сверху с перцем впридачу. Хошь их закатывай, а хошь так жуй.

Рядом появился Шелби, как обычно элегантно одетый в майку и треники, аккуратно не причесан, в кепке и с папиросиной во рту.

— Ты чего такой красивый? — спросила я, — На кухне не курить!

— Да что-то скучно стало, вот решил разнообразить образ, — ответил он и присвистнул, оглядев овощное ассорти, — О, как вам тут привалило.

Томас сжевал папироску, выдернул из ведра огурец, обтер его об штаны и с удовольствием захрустел.

— Погнали на кладбище? — спросил он, жуя.

— А с этим всем что делать? — с тоской спросила я.

— За день не испортится, — авторитетно заявил он.

— Огурцы подвянут.

— Ну, замочи их.

— Точно, сейчас я их помою, попки отрежу и залью водой.

На кухню зашла сонная Катюшка. Она поздоровалась с Шелби и выставилась на урожай.

— Откуда это счастье нам привалило? — спросила она.

— Это дядя Саша решил нам помочь и собрал утречком вот это всё.

— Какая радость, — скептично заметила дочь.

— Не то слово. У тебя нет никаких дел сегодня? — поинтересовалась я.

— Вообще-то я собралась с девчонками на речку сгонять.

— Нет у нее никаких подружек, — сказал Славка, заходя в кухню. — Она с Васькой Овчинниковым встречается.

— Я же просила тебя не рассказывать, — зашипела на него Катя.

— Чудесно. Вам троим даю задание: перемыть банки и замочить огурцы, — скомандовала я.

— Кому троим? — спросил Славка и зевнул.

— Тебе, Кате и Ваське, — ответила я.

— Васька этого делать не будет, — насупилась Катя.

— Почему? — спросила я.

— Он скажет, что это женская работа.

— Тогда нам такой зять не нужен, — ответила я.

— Мама, ну я же не собираюсь за него замуж, — возмутилась дочь.

— Он еще никто, а уже делит на женскую и мужскую работу. Лентяям в доме нет места!

Славка тихонько захихикал, а Катя сердито развернулась и ушла из кухни.

— Все меня слышали, так что я побежала. Ничего сложного в замачивании огурцов нет, вы справитесь, — сказала я и отправилась собираться.

Перед выходом заглянула к Мирону, который уже проснулся и делал зарядку.

— Утро доброе, — поприветствовал он меня.

— Доброе, — согласилась я, — Завтрак на столе в беседке. Сгоняю по делам, приеду и буду заниматься вами.

— Может вас нужно куда-то отвезти? — спросил он.

— Предложение заманчивое с учетом жары, но не нужно. Вы еще не в той форме, чтобы меня куда-то сопровождать, еще наловите кого-нибудь на свежие пробои. Также не рекомендую выходить за пределы поместья, в целях вашей же безопасности, — сказала я.

— Вы можете взять мою машину.

— Я не вписана в вашу страховку.

— Она у меня открытая, — улыбнулся Мирон.

— Все это здорово, но у меня есть свое авто, и оно меня вполне устраивает, — ответила я, — Там есть книги, так что вам есть чем себя развлечь. Если хотите, то можете посолить огурцы, или кабачки, или помидоры.

— Посолить? — он с удивлением на меня посмотрел, — Не думал, что молодые этим занимаются.

— Вы огород мой видели?

— Видел, — кивнул Мирон.

— Вы думаете, что моя семья это все съедает за лето? — с усмешкой спросила я.

— Честно говоря, я про это вообще не думал, — рассмеялся он, — Просто в моем окружении никто соленьями и вареньями не занимается, кроме мамы и родственников старшего поколения. Вот я и удивился, не обижайтесь на меня, Агнета.

— Ну, значит я такая единственная и уникальная, — улыбнулась я, — Не скучайте и не выходите за ворота. Здесь вы в безопасности, — снова повторила я.

— Я вас понял, — кивнул Мирон. — Удачи в вашем деле!

— Надеюсь, все пройдет без всяких бяких, — махнула ему рукой и направилась в гараж.

Там меня уже ждал Шелби и крокодильчик.

— Прямо так мило-мило, какие сюси-пуси, — закатил он глаза и стал ржать, аки сивый мерин.

— Бе-бе-бе, — показала ему язык, открыла ворота и завела свою тарантайку.

На заднем сиденье автомобиля уже лежала коса. Я плюхнулась на сиденье и выгнала крокодильчика из гаража.

— Погнали? — спросил Шелби.

— Закрыть надо.

За нами захлопнулись ворота.

— Тогда погнали, — кивнула я, — Интересно будет ли работать коса в таком режиме? Нам-то на нее в последнее время задания не давали.

— Вот сегодня и проверим, а то что-то мы с тобой совсем засиделись. Вспомнят про меня в «отделе кадров» и паек мне урежут, и опять придется думать о пропитании, — вздохнул он. — Помнишь, куда ехать?

— Угу. Я думаю, что дедок нас сам на кладбище встретит.

— Все равно надо быть уверенным, а то прошляемся почем зря.

— Разберемся, — махнула я рукой.

Томас прибавил музыку, и мы оставшийся путь с ним ехали молча. Добрались до места довольно быстро. Заехали на кладбище и оставили машину на парковке. Оставила гостинца для Хозяина и Хозяйки и направилась в сторону могилы.

— О, смотри, вот они уже тут как тут, — хмыкнул Шелби, тыча кривым пальцем в двух кумушек, которые внимательно проходили мимо захоронений.

Тетушки периодически останавливались, к чему-то прислушивались и шли дальше. Они усиленно делали вид, что не замечают друг друга, а просто ищут своих родных.

— Сегодня день для кладбищенского колдовства? — спросила я.

— Просто таких стало больше.

— Скоро покойников на всех колдующих не будет хватать, — проворчала я, — Уже и народа меньше стало рождаться, потому что часть мертвяков на земле торчат, не дают им спокойно уйти, всё работать заставляют.

Вдруг одна из гражданок остановилась, затем развернулась и быстрым шагом направилась по тропинке.

— Учуяла что-то, — хмыкнул Шелби.

— А давай к ней прилетит птица Обломинго? — предложила я.

— Хочешь помешать ей? — удивленно приподнял одну бровь Томас. — Это как бы не наше с тобой дело.

— Да пусть проводит ритуал, я не против, — хитро улыбнулась я. — Мы просто уберем покойника с могилы.

— Чип и Дейл спешат на помощь, — хохотнул Шелби. — А пойдем.

Мы последовали за кумушкой следом. Она довольно шустро передвигалась среди памятников, крестов, надгробий, оградок и могил. Еле поспевали за ней. Вдруг она резко остановилась около одного из памятников, я чуть на нее не налетела. С фотографии на нас смотрела миловидная девушка лет девятнадцати.

— То, что надо, — прошептала себе под нос гражданка. — И имя совпадает.

Она обернулась на меня и сердито посмотрела. Я пошла дальше.

— Как мы к ней подкрадемся? — тихо спросила я у Шелби.

— Обойди участок с другой стороны. Она же не поймет, что ты против нее что-то замышляешь, просто ищешь своих родных. А там просунешь через оградку косу и заберешь бедняжку.

— Точно, — кивнула я. — Вот только почему-то девушку я не видела.

— Потому что ты на нее и не смотрела. Обернись и глянь на могилку внимательно.

Сделала, как сказал Шелби. Картина перед моим взором предстала безрадостная: бедняжка в панике и ужасе металась по участку. Мадам ведьма всё готовила к ритуалу.

— Я хочу уйти, — шептала покойница. — Отпустите меня, пожалуйста. Я не хочу причинять людям зла.

Я решительно развернулась и потопала обратно.

— Простите, а что вы собираетесь делать на этой могиле? — спросила я гражданку.

Та на меня злобно посмотрела, схватила свою сумку и выскочила с участка.

— Ты ей всё испортила, — хмыкнул Шелби.

— Допорти ей всё окончательно, — поморщилась я.

— Мне не хочется связываться.

— И не надо, пусть она там платье порвет или пакет с добром за что-нибудь зацепится, ну или на крайний случай ногу на корешках подвернет, — пожала я плечами, расчехляя свою косу.

— Добрая ты, Агнета, — хихикнул бес.

— Я не добрая, я справедливая, — ответила я.

Шелби исчез. Я осталась стоять напротив несчастной девушки.

— Ну что, идем? — спросила я.

— Вы не похожи на смерть, — удивилась она.

— Ну да, я и не смерть, просто провожатая, — пожала я плечами. — Так ты пойдешь или как?

— Да-да, иду, конечно, иду, — кивнула девушка. — Не хочу больше тут оставаться.

Она сделала шаг мне навстречу. Я махнула косой, и барышня сразу исчезла.

— Спасибо, — прошептал ветер в кронах деревьев.

Откуда-то донесся громкий вопль и нецензурная брань. Рядом появился довольный Шелби.

— Чего там? — спросила я.

— Я ей подставил подножку, и она упала на заброшенную могилку прямо носом в покосившийся памятник, — хихикнул он.

— Ну и правильно, — кивнула я. — Так ей и надо. А пластиковыми цветочками голову ей не украсил?

— Нет, не догадался, — грустно вздохнул Шелби.

— В следующий раз не забудь, — назидательно сказала я.

— Обязательно, а теперь пошли деда искать.

Снова вышли на центральную дорогу, прошли несколько метров, завернули на тропинку и оказались рядом с нужной могилой. Дедулька сидел на лавке и смотрел на свои часы.

— Вовремя ты пришла, — он кивнул в сторону тропинки.

По ней торопливо шагала другая кумушка.

— Эх, — вздохнула я. — Им тут вареньем, что ли, намазали?

— Давай, быстрей отправляй меня, а то я тут что-то уже засиделся. Даже после смерти поработать успел, — усмехнулся он. — Ты только внучка сильно не наказывай, по глупости он это сделал.

— Я тут не судья, — пожала плечами. — Готов?

— Готов, как Гагарин и Титов, — поднялся старичок со своего места.

— Тогда поехали!

Я махнула косой, и покойник исчез. Кумушка притормозила, глянула на меня, развернулась и засеменила на выход.

— Чует кошка, чье мясо съела, — хмыкнул Шелби. — Соображает тетка.

— Может хоть здесь не всё потеряно, — сказала я.

— Не знаю, не знаю, — пожал он плечами.

— Да и пофиг, проблемы индейцев шерифа не волнуют, — фыркнула я. — Погнали домой.

— Вот тут я вынужден с вами согласиться, — заржал бес и очутился у меня в автомобиле.