Глава 9-10

За языком следи

Ближе к четырем стала собираться в гости. Написала Оксане, что выезжаю, и поинтересовалась, дома она или нет.

— Не переживай, к пяти буду, — ответила она.

— Вот тебе это надо? — рядом появился Шелби.

— Как-то уже привыкла, что мы пару раз в год с ней встречаемся, — пожала я плечами. — Раньше мы хорошо дружили, и сейчас иногда списываемся и видимся. Она в свое время мне хорошо помогла.

— Это было-было и прошло, — пропел он голосом одной популярной советской певицы. — Отпусти и забудь, то, что было, не вернуть.

Снова запел Томас.

— Что-то ты сегодня слишком активный. Мне угрожает опасность? — поинтересовалась я.

— Нет, мне просто скучно, и хочется посмотреть на женщину, которая смеет указывать тебе.

— Ой, ну вот только не надо. Она меня тоже порой подбешивает, но в целом у нас с ней вполне приятное прошлое.

— Только разное настоящее и будущее, — хмыкнул он.

Товарищ в этот раз был одет в розовый костюм без рубашки.

— Отлично выглядишь, — улыбнулась я, разглядывая Шелби.

— Я сегодня секси-шмекси.

— О да, детка, — рассмеялась я.

Из дома выехала в половине пятого, все равно Оксана опоздает, такой уж она человек. До города добралась быстро, хоть особо и не торопилась. Подъехала к ее дому и стала искать место для автомобиля. Поставила рядом с новеньким белым «БМВ», из багажника которого какая-то дамочка вытаскивала пакеты с продуктами.

— О, Агнета, а я думала, ты меня ждешь, а ты только приехала, — окликнула меня дамочка.

— Привет, как замечательно, когда никто никого не ждет, — улыбнулась я. — Новая машина?

— Да, муж подарил.

— Замечательно.

— Я смотрю, у тебя тоже «новая» машина, — с усмешкой посмотрела Оксана на мое авто.

— Угу, — кивнула я.

Мне почему-то стало стыдно за своего крокодильчика.

— Ты где такой раритет нарыла? — поинтересовалась она. — У меня старое авто осталось, могу тебе продать. И то поприличней будет выглядеть, чем это.

— Это, между прочим, коллекционная модель, — ответила я. — У него движок от первой «Тойоты», — соврала я.

— Да? Ну продай его и купи себе нормальную машину, как у меня.

— Все на таких ездят, а я хочу что-то особенное.

Она фыркнула и стала дальше вытаскивать пакеты из багажника.

— Помоги мне. Бери вон тот и тот пакет, — велела Оксана. — Ты без Катюшки приехала?

— Она на речку укатила, — ответила я, подхватывая пакеты в руки. — А твои пацаны где?

— Один с друзьями гуляет, а второй в Москве с отцом остался.

— Ясно.

— Сейчас еще Ленка должна заскочить, посидим вместе. Тебе надо было ко мне на такси приехать, вина бы выпили, — сказала Оксана.

— У нас такси не ходит, — сказала я.

— Везде такси ходит. Я бы за тебя заплатила.

— Оксана, я живу в сорока километрах от города.

— Да это ерунда. Я вообще живу в ста километрах от Красной площади и не страдаю. Кстати, ты не собираешься обратно возвращаться в город из своей деревни? — поинтересовалась приятельница.

— Нет, меня все устраивает.

— Скучно, наверно? — фыркнула она.

— Нет, мне не скучно.

— Там же нет ни театров, ни кино, ни всяких торговых центров.

— И много я по театрам раньше ходила? — хмыкнула я. — Лет пятнадцать тому назад с бывшим мужем.

— Кстати, как он?

— Без понятия, — пожала я плечами.

— Не звонит и не пишет?

— Неа.

— И даже с дочерью не встречается? — спрашивала Оксана.

— Нет.

— Ну, ты позвонила бы сама.

— Зачем? — удивилась я. — Не вижу смысла навязываться и дочка не горит желанием видеть биологического папочку.

Мы поднялись к ней в квартиру.

— Сказать, что он козел, — выдала Оксана.

— Ты думаешь, он этого не знает и для него это будет новостью? — спросила со смехом я.

— Я все равно этого не понимаю.

— А мне на это наплевать, — улыбнулась я.

— Я бы на твоем месте из него всю душу вытрясла.

— Вот как будешь на моем месте, так и посмотрим, — снова улыбнулась я.

— Ладно, пошли на кухню, ставить чайник. Ты есть будешь? — поинтересовалась Оксана.

— Я хочу пить, — ответила я.

— Есть компот и молоко. Ты, кстати, там себе корову еще не завела?

— Нет.

— Почему? Ты же в деревне живешь, — удивилась приятельница.

— Зачем?

— Мне бы сливок с маслом привезла, — хохотнула она.

— Ради этого стоило завести корову, — с сарказмом ответила я.

— А куры у тебя есть?

— Есть куры и козы.

— Обалдеть. Козье молоко полезное. Ты продаешь? — поинтересовалась Оксана.

— Нет, сами пьем, да сыр козий делаю.

— Он же воняет козлом.

— Я козлов не дою, — начала я хохотать, — Все только с молока, а не с другого чего.

— Ну ты вообще, как в голову-то такое пришло, — начала она смеяться вместе со мной.

Потом мы сидели пили чай и болтали.

— Я вот иногда тоже думаю, бросить все и вернуться в родной город. Деньги у меня есть, работу я себе найду, не проблема. Правда, тут не будет таких зарплат, как в Москве, но все дешевле, чем там.

— Угу, — кивнула я.

— Ты, наверно, в деревне в калошах ходишь?

— Конечно, я в них даже сплю и ем, и моюсь тоже в них, — хохотнула я. — Думаешь, что если я в деревню переехала, так сразу одеваться стала, как бабулька древняя? Вон народ в кроксах ходит, те же калоши, только дорогие, и не стесняется ничуть.

— Вот ты сравнила, — фыркнула она.

Стали разговаривать про детей, и тут она меня ухитрилась укусить.

— Взяла бы Катюху и отправила в Питер учиться. Хотя там столько на это денег нужно. Я своего перевела, там образование лучше.

— Я рада за тебя.

Тут пришла ее приятельница Лена. Мы были с ней знакомы, несколько раз виделись до этого.

— Ленок, как у тебя на личном фронте? — спросила ее Оксана.

— Ты же прекрасно знаешь, как у меня на личном, — мрачно ответила женщина.

— Ну, может, помирились со своим.

— Он так и пьет, не хочу его назад в свою жизнь пускать.

Лена стала жаловаться на свою жизнь. В разговор я не вникала, а думала о том, что мне нужно будет еще к маме заскочить, если я в городе.

— Ой, Ленка, взяла бы и сделала ремонт, — донеслась до моего уха фраза Оксанки.

— На что? Мне за сад заплатить надо, в школу старшую собрать, еще и мама заболела, как назло.

— Мне бы твои проблемы, — отмахнулась от нее Оксана.

— Да, забирай, — в сердцах ответила Лена, — Вечно у тебя все лучше всех. Ты зачем нас каждый раз собираешь? Зачем выспрашиваешь, как мы живем? Чтобы что? Посочувствовать или показать нам наше ничтожество? А то же мы не знаем, что хуже тебя живем. Проблем моих хочешь? Бери все, я не жадная.

Завелась Лена и стала кричать. Она расплакалась, вскочила со своего места и рванула в коридор. Через пару минут за ней захлопнулась дверь.

— Вот вечно она приезжает со своим негативом. Хорошо, что ты не такая, — возмущенно сказала Оксана, — У самой в жизни бардак, а виноваты посторонние люди.

— Зря ты так с ней. У Лены и так пошла темная полоса в жизни, а ты еще и масла в огонь подлила, — покачала я головой. — Обидела ее.

— На обиженных воду возят, — фыркнула она.

— Я тоже поеду, к маме еще обещала зайти.

— Ну чего ты, посиди еще немного. Сейчас еще Васька придет.

— Ну вот, тебе скучно не будет.

— Я к тебе в гости приеду на следующей неделе, — пообещалась Оксана.

— Калоши приготовь, а то вдруг куда вляпаешься, — усмехнулась я.

— Обязательно, — улыбнулась она.

Я вышла из квартиры Оксаны. На площадке меня ожидал Шелби.

— Ну и как сходила? — поинтересовался он.

— Как обычно, — хмыкнула я.

— Зря она ту тетку обидела. Огребет же проблем по самое не балуйся. Там такие всполохи были из квартиры, что я даже залюбовался.

— Ну что же, не буди Лихо, пока спит тихо, — пожала я плечами. — Сама себе злобный Буратино.

Она никогда не признается

Оксана ко мне так и не приехала, да я ее особо и не ждала. Перед отъездом написала, что собирает вещи.

— Я забыла отдать подарок для Катюшки. Приедь, забери, — написала она. — Только быстро, я ночью улетаю. Мне еще нужно собраться и ничего не забыть.

— Я не смогу к тебе сейчас приехать, — ответила я. — Ты вроде говорила, что улетаешь через две недели.

— Да, пришлось поменять билеты. Надо срочно быть дома.

— Ничего такого не случилось?

— Нет, мелочи жизни, все живы и здоровы, — ответила Оксана.

— Тогда ладно. Спокойного вам перелета.

— Спасибо.

Рядом торчал Шелби и жевал мороженое.

— Кажется, неприятности у нее уже начались, — хмыкнул он.

— Что поделать, — пожала я плечами.

— Смотри, прибежит к тебе и будет просить о помощи.

— С чего ты взял? — усмехнулась я. — Ты думаешь, кто-то из моего бывшего окружения знает, чем я сейчас занимаюсь? У меня даже мама ничего такого не подозревает. Я ни к кому не лезу, ничего не рассказываю про себя, не хвастаюсь и не предлагаю помощь. Мне не нужны клиенты, я не собираюсь продавать или раздавать свой дар и свои умения. Или ты за год общения со мной еще толком не изучил меня?

— Неужели ты не захочешь помочь ей?

— Шелби, ты ли это? Откуда в тебе проснулась жалость к людям? Ты же вроде всегда за наказание, — фыркнула я. — С чего я должна ей помогать? Сама попросила чужих проблем, за язык ее никто не тянул. И вообще, как ты себе это все представляешь? Когда мы раньше с ней дружили, я ничем таким не занималась.

— Агнета, успокойся, завелась. Я просто предположил, а ты уже погнала лошадей на водопой, — отмахнулся Томас.

— Каждый человек сам кузнец своего счастья и своих проблем тоже. Я не собираюсь никого лечить и учить, и бегать ни за кем не буду, предлагая свою помощь. Все сами нагребли себе проблем, теперь пусть разгребают.

Через пару недель понадобилось мне сгонять в город. В большом торговом центре я встретила Лену. Выглядела она весьма неплохо, можно даже сказать, что отлично. Мы поприветствовали друг друга.

— Вот, ребятню собираю к школе, — сказала она.

— Замечательно. Хорошо выглядишь, — сделала ей комплемент.

— Спасибо. Ты тоже.

— Как мама? — поинтересовалась я.

— Мама пошла на поправку. Я так рада, думала, что придется собирать деньги на дорогостоящую операцию, кредиты брать, занимать.

— У нас вроде все операции делаются бесплатно, — удивилась я.

— Ага, вот только в очередь нужно встать. Хочешь быстрей — плати. Не успел вовремя, можешь попрощаться с родным человеком. Анализы перед операцией собрать быстро — тоже деньги. Но чего уж говорить, все вроде приходит в норму.

— Да уж, — вздохнула я. — Я рада, что у тебя все налаживается.

— Вот знаешь, как будто кто-то волшебной палочкой взмахнул и все резко изменилось. Я ведь от Оксанки тогда выскочила такая обиженная, мне так горько было и обидно от ее слов. Думаю, ну за что она так со мной. Да что уж говорить про меня, она со всеми так. Еще обижается, что с ней никто не хочет общаться, — вздохнула Лена.

— Не ездила бы, — пожала я плечами.

— Так она мне обещала вещи отдать после ее мальчишек. Я подумала, хоть небольшая помощь будет. Пацаны же растут, мне не покупать все эти джинсы да школьные рубашки.

— Младший же у тебя в саду, — вспомнила я.

— Последний год в саду. Записала его на подготовку. Теперь ему тоже всё надо, как и старшему. Поменьше, конечно, но тоже накладно.

— Ну да, Оксанка на вещах не экономит.

— Вот-вот, думаю, сама в Китае похожу, а мальчишки в качественных вещах. Но в этот раз не смогла от нее обиду проглотить. Сидела около подъезда и ревела.

Лена почему-то улыбнулась, а перед моими глазами вдруг поплыли картинки. Вот она сидит около подъезда и плачет. Вот в порыве вскакивает с лавки и сбивает с ног какого-то мужчину, который тащит в руках не только пакеты с продуктами, но и коробку с пирожным. Ручки у пакета рвутся, и всё разлетается по асфальту. Коробка опрокинулась и упала на крышку.

— Простите меня ради Бога, я сейчас вам помогу всё собрать, — лепечет Лена.

— Куда? Пакет-то порвался, — сокрушенно вздыхает мужчина.

— У меня есть с собой, — Лена достала из сумочки аккуратно свернутый пакет.

— Пирожные теперь на выброс, — снова вздохнул он.

— Не надо на выброс. Можно же ложкой с крышки всё собрать. Вид, конечно, у них уже не очень, но вкус-то остался прежним. Можно по креманкам разложить и сверху присыпать шоколадной крошкой.

— Но это же месиво, — махнул он рукой, — Пойду выкину, вон помойка рядом.

— Не выкидывайте, мне отдайте, мальчишки мои съедят, — с жалостью сказала Лена.

Мужчина так и остановился с коробкой в руках. Он внимательно посмотрел на женщину.

— Вы плакали? — спросил он.

— Немного.

Видение вдруг рассеялось, я так и не смогла досмотреть, чем же все закончилось.

— Агнета, ты меня слышишь? — дернула Лена меня за рукав.

— Что? — не поняла я.

— Говорю, ты знаешь, что старший сынулька у Оксанки учудил?

— Нет, — помотала я головой.

— Они пацана какого-то ограбили с дружками?

— Зачем? — удивилась я. — Там вроде нет проблем с финансами. Родители купят всё, что захочешь.

— Развлекались так детки.

— Понятно, почему она так срочно уехала, — вздохнула я.

— А мне вот премию дали, первый раз за три года, и муж бывший расщедрился — десять тысяч подкинул, — радостно сказала Лена, — И в долги не надо залезать, чтобы ребятню в школу собрать.

К нам подошел мужчина из того самого видения.

— Леночка, мы вот с мальчишками рюкзаки уже купили, — сказал он и улыбнулся. — Идем?

— Да-да, Гоша, идем.

Она застенчиво улыбнулась и посмотрела на меня.

— Приятно было поболтать, Агнета. Мы пойдем. Еще нужно все для физкультуры купить.

— Пока-пока, может еще увидимся, — махнула я рукой.

Прошло-то всего ничего, а у Лены такие перемены в жизни. Написала сообщение Оксане, спросила, как у нее дела.

— Все отлично, — ответила она и прислала фото из театра, — Муж подарил билеты и вот такой браслетик с бриллиантиками.

— Браслет шикарный, — отправила ей сообщение.

— А твой мужчина тебе дарит цветы и подарки?

— Да, он купил два десятка бройлеров и сам за ними ухаживает, а еще поставил новый забор на заднем дворе.

— У тебя свои деревенские радости, — подколола она меня.

— Конечно, — согласилась я. — У каждого свое счастье.

На этом наша переписка закончилась.

— Она никогда не признается, что в ее жизни творится бардак, — хмыкнул Шелби.

— Естественно, — согласилась я, — Чтобы никто не злорадствовал. Она так долго строила свою сказку, и никому не позволит заглянуть за ширму.