ГЛАВА 3. Авантюризм — дело заразное

—Итак, будьте, пожалуйста, предельно внимательны. Сейчас я продиктую пятнадцать самых ядовитых трав, а потом разберем свойства каждой. С такими работать можно, потому как их тоже используют в рецептах, но есть свои нюансы в обработке, — голос профессора Цветоса звучал все тише и тише, голова становилась невыносимо тяжелой и стремилась упасть на парту. — Записываем, господа студенты. Бругмансия, цербера, аконит клоубочковый, ложная крапива, ядовитый мох… Студентка Заречная, вам хоть немного стыдно?

Кажется, где-то я это уже слышала…

— Простите, профессор, — встрепенулась я. — Очень стыдно.

— Я заметил, — едко проговорил наш замечательный во всех отношениях куратор и редкий специалист по ядам. — Вот прослушаете сейчас важную информацию, не найдете потом литературу, потому что всего пара книг-то и осталась. Как зачет сдавать мне будете?

— Я знаю наизусть этот список, профессор Цветос, — уныло призналась я, чтобы хоть как-то оправдаться. Вообще не любила хвастаться, но память я имела замечательную. Куратор был нормальным мужиком, но к своему предмету относился трепетно. Да оно и понятно: яды — штука тонкая…

— Продемонстрируете? — вскинул белесую бровь профессор, приглашающе махнув рукой за свою кафедру.

— Издеваетесь? — на всякий случай уточнила я.

— Проверяю, — недобро улыбнулся куратор, тем самым показывая, что издевательство и проверка знаний в его лице — одно и то же.

Пришлось проснуться окончательно. Группа у нас была маленькая, состояла в основном из подобных мне счастливчиков, практически лишенных магической силы. Пока я шла к доске позора, одногруппники сопровождали меня злорадными смешками или сочувственными улыбками — зависело от их отношения.

— Сумах ядоносный, волчеягодник, борщевик, едкий лютик, узкозубчатая лобчатка, клещевина, вредный лунолук, смертотерн, бледная белена, обман-цветок и, пожалуй, дикая орлица. Не путать с садовой. Именно дикая считается опасной.

В аудитории повисла тишина.

— Но ведь это шестнадцать, — возмутилась Анисия. Наша главная зазнайка. И не поленилась же посчитать.

— По поводу дикой орлицы до сих пор ведутся споры, — после небольшой паузы признался профессор. — Хорошо, Камилла, ступайте.

Облегченно вздохнув, я чуть ли не бегом рванула к своему месту. Ненавижу стоять у доски. Но голос профессора, догнавший меня у парты, заставил резко притормозить:

— Спать ступайте.

— Как это? — не поняла я.

— Ну как-то же вы спали за партой пять минут назад, — добродушно заметил куратор. — Вот и повторите. Только у себя в комнате.

Кто-то из моих будущих коллег недовольно крякнул, кто-то хмыкнул, а приятель Ник, вернувшийся утром из своего городка, восхищенно прошептал:

— А что, так можно?

— В чем подвох? — не спешила верить я в душевную доброту преподавателя.

— Камилла, а чем опасен аконит? — вместо ответа получила я новый вопрос.

— Вызывает паралич и приводит к остановке сердца, — не задумываясь, выпалила я.

— Ну вот и ступайте себе. Толку мне от вас, — махнул рукой Цветос. — А мы продолжаем, господа студенты. Теперь подробно остановимся на каждом и запишем свойства…

Пожав плечами, я закинула сумку на плечо и на цыпочках устремилась к двери. Таким своеобразным способом меня за дверь кабинета еще не выставляли. Но зато хоть посплю нормально, а то потом в архив идти отрабатывать. Рука дотронулась до дверной ручки, когда куратор снова меня окликнул:

— Студентка Заречная.

— Да? — с опаской повернулась я.

— Не забудьте приготовить на следующую пару доклад о дикой орлице. Вашим будущим коллегам будет полезно послушать ее отличия от садовой.

Да чтоб его! Нет в этой академии добрых преподавателей! И никогда не будет!

* * *

— У тебя плохое настроение? — грустно заметила Таша, с тоской поглаживая потрепанный журнал. Не удержавшись, я заглянула ей через плечо, чтобы прочитать название. Потертая надпись гласила: «Список прогульщиков и перечисление наказаний».

— Сожги это немедленно, — попросила я. — И вообще, со мной-то все понятно — я после лазарета выспаться нормально не могу. А ты чего такая смурная?

— Испытательный срок заканчивается через неделю, — призналась девушка.

— Получается, тебя можно поздравить с официальной работой?

— Я же говорю — через неделю, — вздохнула Таша. — Мне все нравится. Город милый, в академии весело, работы много, но я справляюсь. Есть одно «но»…

— Светлый Джеймс Полярский? — догадалась я, в какой раз подивившись такому странному имечку. О чем только думали родители ректора, так обзывая сына?

— Ага, сложный человек. Не угодишь ему.

— Ничего-ничего, он без тебя все равно не справится, — попыталась подбодрить я девушку. И тут в голову пришла одна мысль: — Таша, а если ты секретарь, хоть и на испытательном сроке… Это получается, у тебя есть доступы ко всем кабинетам и бумагам?

— К чему ты клонишь? — моментально заподозрила неладное моя новая подруга.

— Да не, просто восхищаюсь. Такая молодая, красивая, а уже главный секретарь. Далеко пойдешь.

— Чего надо? — потребовала Таша.

— Дело одно посмотреть хочу.

— Обокрасть кабинет? — в священном ужасе прошептала девушка.

— Заметь, это ты сказала про кражу. Я всего лишь предложила посмотреть.

— Камилла! На грех толкаешь!

— Да что ты все заладила? Обокрасть, грех. Всего-то надо один документ глянуть краем глаза.

— Нет! — категорично отказалась Таша участвовать в моей авантюре. — У меня еще испытательный срок не вышел.

— Ну и ладно, — пожала плечами я. — Одна справлюсь. Не впервой.

Поздней ночью в назначенное место Таша пришла гораздо раньше меня. Она оделась так, будто мы не в кабинет тайком решили прокрасться, а убивать кого-то собрались. Или грабить.

— Только не говори, что за голенище сапога ты спрятала кинжал, — хихикнула я, разглядывая новый образ главного секретаря. Необъятный черный плащ с капюшоном напоминал форму некромантов, которую они использовали для своих обрядов на кладбище. Но особое восхищение вызвали длинные сапоги и черные кожаные перчатки.

— Зачем мне оружие, когда есть магия? — нервно ответила девушка, постоянно озираясь.

— А вот хвастаться мне здесь не надо, — проворчала я. — Пойдем давай, параноик ты мой.

— Станешь тут нервной. — Девушка подобрала полы слишком длинного плаща — будто бальное платье, честное слово. — Пока ждала тебя, мимо меня раз десять кто-то да проходил. А дядечка вахтер, который не должен пропускать студентов из общежития по ночам, спит себе, представляешь?

— Он всегда спит, — отмахнулась я. — Не обращай внимания.

— А почему тогда студенты не спят?! — с таким искренним недоумением спросила Таша, что я заподозрила неладное.

— Спят конечно. Вот я сегодня днем отсыпалась, сам куратор разрешил… Таша, а ты в своем закрытом пансионе только училась, и все?

Таша приехала к нам из столицы Австении, где училась в частном магическом пансионе. Ее редкий солнечный дар требовал особого подхода в обучении. Появился он неожиданно и рано. Моя напарница с тоской призналась, что в четырнадцать лет ее жизнь круто изменилась.

— Ну да, — удивилась подруга. — А что еще надо было делать?

— Дай подумать… С мальчиками встречаться, на танцы бегать, уроки прогуливать, а потом всей комнатой за одну ночь учить и сдавать успешно сессию?

— Не пробовала, — задумчиво откликнулась Таша.

— У тебя была тяжелая юность, — признала я. — А куда мы идем, кстати? В кабинет к ректору?

— Зачем?! — ужаснулась секретарь. — Нам нужен отдел кадров, все личные дела студентов хранятся там.

— Дверь взламывать будем? — обрадовалась я.

— Да зачем?! — побледнела Таша. — У меня есть все ключи, и я умею снимать защиты.

— И к чему тогда этот образ? — покачала я головой. — Правильная такая, мне бы тебя не испортить…

— Ты уж постарайся.

За милой болтовней мы быстро и без происшествий поднялись на верхний этаж и остановились возле нужной двери.

— Прошу, — хмыкнула я, уступая место знающему человеку.

Тихо проникнуть в пустой кабинет и зажечь самый тусклый магический светлячок труда не составило, а вот найти дело Дика Рассела оказалось сложнее. Если бы не Ташина педантичность, справились бы быстрее, но девушка так строго на меня посмотрела и велела ничего не трогать, что я прониклась и послушалась. Да и чего уж там, аккуратность во мне проявлялась только при варке зелья. В кабинете бы обязательно остался бардак, а это могло навести на ненужные подозрения и расспросы. Промелькнула мысль, что новую подругу категорически нельзя пускать в мою комнату. Увидит хаос на столе, еще убираться заставит.

— Нашла! — наконец воскликнула секретарь, и папка оказалась у меня в руках. Нервно грызя ногти, я внимательно скользнула взглядом по маленьким буквам. Итак, Дик, что же тебе здесь понадобилось?

— Ну как успехи? — через пару минут спросила Таша, с любопытством пододвигая поближе светлячок.

Успехов, увы, не было. Личное дело нового ученика академии было скудным. Специализация — боевая магия, третий курс, причина перевода — личные обстоятельства. Негусто.

— И ради этого я нарушаю правила? — возмутилась Таша.

— А я тебе предлагала самой как-нибудь глянуть, а не ночью сюда приходить, — попыталась защититься я. — Зато будет что вспомнить!

Таша хотела было высказаться, но тут за дверью раздались чьи-то голоса. Мы испуганно замолчали.

— Если нас поймают и меня уволят, я тебя убью! — прошептала Таша.

— Если ты не замолчишь и нас поймают, то я тебя тоже убью, — огрызнулась я.

За дверью кто-то рассмеялся, потом в дверь что-то врезалось, кто-то ойкнул, зашипел, а затем компания тихо удалилась.

— Боевые маги балуются, — предположила я. — Пойдем скорее.

Но добраться без приключений до своих комнат не удалось. На нижнем этаже мы нос к носу столкнулись со странной процессией людей в черных плащах и едва успели завернуть за угол.

— Ой, — схватилась за сердце Таша.

— Спокойно, — чувствуя, как подруга начинает сползать по стеночке, я подставила ей плечо. — Это некроманты. Видишь, зомби за собой ведут? Видимо, практика какая. Тихонечко переждем.

— Мне плохо…

— Накапай себе капелек перед сном, я одолжу.

Выглянув в коридор и убедившись, что он опустел, мы, крепко взявшись за руки, продолжили путь. Стало напряженно и страшновато. Увы, на этом наши злоключения не закончились. Длинная фигура в белом выплыла неожиданно и врезалась аккурат мне в плечо.

— Призрак, — прохрипела я, в панике совершенно позабыв, что призраки бесплотны, и намереваясь третий раз в жизни упасть в обморок.

— Спокойно! — быстро сообразила Таша, на этот раз подставляя свое плечо. — Это не призрак, это, кажется, предсказательница в трансе…

— Смотри под ноги, — скрипучим голосом не то попросила, не то предсказала фигура в белом, затем промычала что-то нечленораздельное, откинула назад длинные черные волосы и поплыла… то есть пошла себе дальше по коридору. Догонять ее желания не возникло. Но под ноги я на всякий случай посмотрела.

— Надеюсь, мы больше никого не встретим. — Таша снова схватила меня за руку. — Давай сначала я тебя до комнаты провожу, а потом ты меня?

— Давай, — легко согласилась я, но, подумав, осторожно заметила: — Только я не вижу здесь логики.

Впрочем, до своих комнат мы все же дошли. Таша жила совершенно в другом крыле среди немногочисленных приезжих преподавателей и других сотрудников академии. Я проводила ее до главного хода, подождала, когда она скроется за дверью, а потом побрела к себе. Ночное приключение вызывало улыбку, хотя тайна перевода старого друга так и не была раскрыта.