ГЛАВА 9. Дружеские посиделки

Следующий эксперимент тоже закончился плачевно.

— Ками! Ками, очнись! Не пугай меня так, соседка!

Странное ощущение. Соседкой меня называл только Дик Рассел, а этот голос совершенно незнакомый. Слишком грубый и резкий. Я попыталась подняться, но со стоном опустилась обратно. Почему так нещадно болит голова? Как будто по ней настучали чем-то тяжелым.

— Так, ребята, несем ее в лазарет.

Точно! Меня отбросило к стене воздушной волной, и я хорошенько приложилась об нее головой… Надеюсь, рецепты на память все еще помню. Начнем с самого простого. Успокоительная настойка. Итак, корень валерианы размельчить, натереть. Успокой-траву залить кипятком и выждать час, а затем слить отвар в котел.

— Чего она там бормочет? — вконец испугалась Таша и, обхватив мое лицо своими мягкими ладонями, ласково спросила: — Ками, подружка, ты как?

— Это она рецепт бормочет, — быстро уловил суть Морок. — Значит, с ней все в порядке.

— Не уверен, — пробурчал рядом все тот же бас, и сильные руки аккуратно приподняли мою голову и заботливо устроили на чем-то мягком. Я открыла глаза. Мужчина, склонившийся надо мной, был хорош собой, зелье прекрасно справилось со своей задачей, но старый Дик Рассел мне нравился больше. И только взгляд преобразившегося друга оставался таким же: острым и внимательным.

— Я больше никогда не буду варить зелья… — вырвалось у меня.

— Эко тебя приложило, — сочувственно протянул Ник. — Может, правда в лазарет?

— Нет, — вяло отмахнулась я, устраиваясь поудобнее на пиджаке, который подсунул Дик. — Лучше расскажи давай, как ощущения?

Да, мы воспользовались советом Таши и напоили Рассела зельем преображения. Все это провернули в комнате Лучик, так как ей по служебному положению полагалось просторное помещение. Глупцы, конечно. В следующий раз (если он вообще случится) надо подстраховаться и авантюры проводить где-нибудь в подземельях некромантов, а то итог печальный…

Поначалу все было нормально. Дик вручил мне завещание (да, я проверила, реально все пункты прописал), взял склянку с зельем и заперся в ванной. Через десять минут оттуда вышел двухметровый красавец мужчина в треснувшей по швам рубашке и штанах в облипочку. И пока ребята остолбенело его разглядывали (а я, не удержавшись, даже потрогала), с ним начали происходить странные вещи. Он вдруг в ужасе сжал кулачищи, пытаясь сдержать силу, но не получилось. Ника просто сбило с ног, а меня отбросило к стене. Будто магия закипела и выплеснулась наружу.

— А сейчас магический фон восстанавливается, — прислушался Дик к своим ощущениям. — Ками, прости, я не хотел. Давай тебя поднимем.

Как стеклянную вазу, меня бережно подняли с пола и аккуратно уложили на Ташину постель.

— Все нормально, — попыталась улыбнуться я. — Хорошо хоть комнату не подожгли, а то тогда бы точно попались. Слушай, а кроме всплеска магии было что-то еще? Желание убить кого-нибудь? Или что-то ценное украсть?

— Понимаю, к чему ты клонишь, — фыркнул Рассел, — но нет. Внешне я другой, что сильно пугает, магия однозначно усилилась, но проверять не будем, а еще я чувствую необычную уверенность в себе и непреодолимое желание…

Тут он резко замолчал.

— Ник, записал? — дотошно уточнила я. — А чего ты замолчал? Рассказывай, рассказывай давай! Знаешь, там, на балу, я тоже сильно хотела танцевать, как зашла в зал. Но потом я увлеклась выставкой, а затем ты со своей подружкой, и все…

— Да это так, — почему-то нахмурился маг. — К делу не относится. Кстати, ребята, я тут кое-что вспомнил. Помните, когда безумная Шарли запульнула в меня шаром предсказаний?

— Мы вообще-то из-за этого сейчас над тобой и экспериментируем, — заметила Таша, а я мысленно отметила, что мне нравится это его обращение «безумная Шарли». Звучит так, словно она его больше не интересует. — Что ты ей такого сделал?

— Сначала у нас состоялся неприятный разговор, а потом шар сказал ей, что моя любовь не она, вот девушка и разозлилась, — отмахнулся Дик, но меня взволновали эти слова. Даже дышать перестала. — Впрочем, я про другое. Шар легко перелетел за контур, и никаких сигналок не сработало.

— Ты хочешь сказать, что контур был снят еще до того, как началось выступление и в зале выключился свет?! — Мой партнер подскочил со стула и начал ходить по комнате. Он всегда так делал, когда решал какую-то задачку. — Вполне вероятно, что это могло быть задумано заранее.

— Да куда глядели смотрители, это же их работа! — возмутилась Лучик.

— А стражи Ночного патруля? — в свою очередь возмутился Ник. — Я ведь лично видел двоих как минимум возле входа.

— Да тише вы, — поморщилась я и, приняв сидячее положение, задумчиво выдвинула дикое, притянутое за уши, но в то же время логичное предположение: — Ребят, а вдруг наш пунш по самой дурацкой случайности выпили те, кто заранее решил украсть артефакты? И мы своим зельем только сыграли им на руку?

В комнате наступила тишина. Каждый обдумывал и строил свои предположения. Каждый начинал понимать, что обычный вечер превратился в целое дело, которое страсть как хотелось расследовать.

— Надо рассказать все Цветосу и составить план, — заявила Таша. — У меня столько предположений… Я начинаю подозревать студентов из других академий, да и список есть. А еще знаете, я тут подумала…

— Остановись, — взмолился Ник. — Я тут тоже подумал. Рассел, а где ты сегодня ночевать будешь? Эффект только к утру пропадет.

— Да, думаю, мой сосед по комнате очень удивится, если вместо Дика Рассела к нему заявится какой-то незнакомый качок, — задумчиво согласился боевой маг.

— Всевышний… — простонала Таша.

Действительно, об этом мы как-то не подумали. Надо, наверное, начинать это делать. Полезно иногда…

* * *

Зельеварня заиграла новыми красками, когда мы сдвинули все парты в одну сторону, расстелили на полу шерстяные одеяла, бессовестно стащенные из кладовой (их иногда использовали для выращивания особо теплолюбивых растений) и начали раскладывать из корзины еду, притараненную Ником. Маланья, главная повариха в столовой, испытывала особую симпатию к худощавым людям и никогда не жадничала. Стоило только Мороку посетовать, что он не успел на ужин (что было чистой правдой, ведь мы в это время пытались незаметно провести Дика из комнаты Таши в пустую зельеварню), как сердобольная женщина быстро соорудила ему гору бутербродов и налила в кувшин сладкого чая.

— Когда я сюда переводился, то и понятия не имел, что мне будет так весело, — заметил Дик, с удовольствием уплетая третий бутерброд и запивая его чаем из большой стеклянной колбы (не было здесь другой посуды, а просить у Маланьи стаканы было бы подозрительно). — В лесу мне ночевать приходилось, в гостиничном доме, на полигоне как-то раз… Но в помещении, где есть теплица, всюду расставлены котлы и растут тыквы — впервые.

— Ну не могла я оставить тебя в своей комнате! — Таша, как всегда, все воспринимала в укор. — Ректор все равно уехал, завтра у меня нет работы, поэтому с удовольствием составлю вам компанию.

— А я тем более, — подхватила я, стараясь говорить как можно убедительнее. — Пусть у меня нет соседок, но есть крайне любопытная комендантша. Знал бы ты, сколько раз она меня ночью в коридоре ловила. Да и пар завтра мало, поэтому ничего страшного, если мы всю ночь не будем спать.

— Комендантша есть конечно, но она вообще не любопытная, — хихикнул Морок, которого я мысленно вычеркнула из своего короткого списка друзей. — Иначе бы Камилла по ночам зелье здесь не варила. Соседка у нее была, но они не поладили, и Камилла ее выселила. Просто подруга боится, что все девчонки начнут судачить о ее личной жизни. Почти два года тишина, а тут сразу такой мужчина!

— Тишина, значит? — заинтересовался вдруг Рассел, бросая на меня любопытный взгляд.

— По правилам академии девочкам нельзя никого приводить в свои комнаты по ночам, — пробурчала я, хватаясь за моментально покрасневшие щеки. — А с тобой, Морок, я больше не дружу.

— И давно ты стала жить по правилам? — изумилась Лучик, и я мысленно вычеркнула из своего списка и ее. Теперь там остался только мой младший брат. Дик тоже под вопросом. — А соседка тебе чем не угодила?

— Она без спроса таскала мои запасы трав, — призналась я, вспомнив, как застукала за этим делом травницу Нану. Ох и здорово мы тогда с ней поцапались, весь этаж слышал. — Так, давайте представим, что у нас просто дружеские посиделки? И это идеальный шанс понять, сколько именно действует зелье. Как ты себя чувствуешь, кстати?

— Словно лабораторная крыса, — признал очевидное Рассел. — Когда мы проворачивали это в твоем сарае, я не задумывался о последствиях, а сейчас подумал: вдруг я останусь таким на всю жизнь?

— Слушай, я бы на твоем месте не переживала. — Лучик оценивающе посмотрела на Рассела. — Все девчонки будут твоими.

— Мне не нужны все, — открестился Дик и снова… Зачем там проникновенно смотреть-то? Что за намеки, в самом деле?

— Да перестань паниковать, все будет хорошо. Если страшно, хоть сейчас прими антидот. — Я полезла в свою сумку, чтобы достать маленькую склянку, и вручила ее другу детства.

— Нет уж. — Рассел мягко отвел от себя ладонь. Рядом с его ручищей моя кисть казалась кукольной. — Изучи все до конца, госпожа Ками, так и быть.

— Потом потребуешь что-нибудь взамен? — подозрительно прищурилась я.

Когда мы были соседями, Дик всегда безвозмездно помогал мне, он ни разу не попросил что-то сделать для него. В деревне ему было скучно, а рядом со мной весело. Это я зря ляпнула, потому что, судя по сдвинутым бровям красавчика, мои слова его задели.

— Может, и потребую, — тем не менее заключил он. — Ну что, так и будем сидеть и смотреть на меня? Как насчет фантов?

Сначала мы играли в фанты, потом просто болтали о пустяках и выпытывали у Дика причину, по которой он сменил перспективную столичную академию на… (не, у нас тут тоже очень даже хорошо, но все-таки это небольшой город, и здесь не такие возможности). Дик отшучивался, рассказывая что-то про первую любовь, а я чувствовала, как слипаются глаза. В какой-то момент я проснулась от того, что кто-то аккуратно тормошил меня за плечо.

— Я не сплю! — Я моментально села и, часто-часто моргая, попыталась разглядеть разбудившего меня человека.

Таша, свернувшись клубочком, мирно сопела рядом со мной. Ник, обхватив тыкву, словно плюшевого медведя, негромко похрапывал возле теплицы. Передо мной сидел Дик, и при неярком свете светляков, что кружились у потолка, я видела его широкую улыбку.

— Ты стал прежним, — с несказанным облегчением прошептала я. — Как давно?

— Минут двадцать назад, — ответил Рассел. — Было жалко тебя будить, но уже светает.

— Значит… — Я посмотрела на старые настенные часы, висевшие возле кладовой, и, быстренько подсчитав, резюмировала: — Действие одной большой склянки рассчитано на восемь часов. Неплохо! Безболезненно прошло?

— Заметил, что рубаха больше не жмет, — фыркнул Дик. — А так бы и не понял даже.

— Это хорошо, Дик… — Я неловко замялась, не зная, правильно извиняться или благодарить. В нашей семье все всегда было просто: если накосячил — то будь добр исправить это действием или подарком. Старшие братья всегда отводили меня в лавку с травами, где я вдоволь закупалась за их счет, я в ответ начисто переписывала их лекции или делала скучные и нудные доклады, которые мог написать каждый. С Ником было куда проще: просто помоги ему подготовиться к зачету. Что сказать Дику? — Спасибо за все. Ты был не обязан нам помогать, и я…

— Я рад, что нахожусь здесь, Ками.

А я — что ты находишься рядом со мной. Фразу, которую я хотела произнести вслух, пришлось проглотить, потому что Дикий произнес ее первым. Мы неловко замолчали. Вернее, неловко было только мне, потому что Рассел продолжил внимательно за мной наблюдать, а затем и вовсе протянул руку ко мне, будто собирался…

Дверь в помещение внезапно отворилась, и все магические светлячки, встрепенувшись, взмыли к потолку, заставив нас с Диком поморщиться от света. Рядом, тихо выругавшись (необходимо это запомнить, а потом предъявить секретарю), сонно заморгала Таша. Ник так и продолжил обниматься с тыквой.

— И как это понимать? Вас что, выгнали из общежития? — Профессор Цветос обвел хмурым взглядом импровизированные кровати и вопрошающе уставился на нашу компанию. Мы переглянулись.

— Эксперимент немного затянулся, — пояснила я, подавив зевок. — Зато мы выяснили, сколько по времени действует зелье. Вот! Молодцы, правда же?

— Просто поразительная тяга к истине, — поглаживая бородку, признал куратор. — Если б не устроили катастрофу на балу, цены бы вам не было.

— Может, это и не мы, чего вы так сразу…

— Доказательств еще нет.

Даже Морок во сне что-то пробормотал в знак своего несогласия.

— Спорить с вами в такую рань я точно не собираюсь. — Профессор Цветос вдруг совсем не по-профессорски зевнул. — Я пришел собрать цветы лугянки, она только с рассветом бутоны распускает.

— Мы не препятствуем, куратор, — заметила я. — Вы же нас не будете за что-то наказывать?

— За что-то обязательно буду, — с несчастным видом вздохнул Цветос, — но не сегодня. Вали… то есть идите, пожалуйста, досыпать, господа студенты.

Долго нас уговаривать не пришлось. Шустренько собрав одеяла, мы только поспешили к двери, как возле порога нас снова окликнул преподаватель:

— Ребята, стойте.

Неужели передумал? Сейчас опять какой-нибудь доклад заставит делать.

— Морока заберите, пожалуйста.

Ох ты ж, прости, друг.

Ник по-прежнему сладко обнимал тыкву. Никакие шум и свет ему не мешали.

— Профессор, а может… — Напарник продолжал сладко спать даже после трех попыток его разбудить, и я осмелилась неуверенно предложить куратору оставить его здесь. Авось к обеду сам проснется.

— Это уже перебор, Заречная, — спокойно заметил Цветос, продолжая собирать бутоны. На нашу компанию он нет-нет да недобро косился.

— Тогда, Дик, отдаю тебе эту почетную миссию. Ты у нас маг, ты его и буди! — Я не придумала ничего лучше, кроме как переложить сложную задачу на мужские плечи.

— И с каких это пор быть магом так непочетно? — вздохнул Дик и начал закатывать рукава рубашки.

Через пару минут мы дружно вывалились из моей любимой зельеварни с тыквами. Таша постоянно зевала, Рассел довольно улыбался, мокрый Ник недовольно бухтел, а я над ним хихикала. Профессор Цветос никак не прокомментировал шоу с побудкой Морока, которое устроил Дик, но в конце запер за нами дверь.

— Наверное, мы его немного достали, — мило заметила Таша, на что Дик лишь фыркнул. Мол, да не то слово.

— Какие планы на сегодня? — зевнув, уточнила я. — В музей все вместе, или я одна схожу на разведку?

— Я с тобой, — хмуро бросил Ник, продолжая обижаться.

— Посмотрю, что у нас там с расписанием сегодня, — тяжело вздохнула секретарь, вспомнив о своих трудовых обязанностях.

— Я бы составил вам компанию, — помедлив, предложил Дик, и мое сердце радостно встрепенулось. — Только после тренировки. Где-то в три.

— Тогда в пятом часу жду всех желающих в академическом парке возле лавочки с елками. Да не опаздываем! — сказала я и, выслушав ехидное «как прикажет госпожа Ками», шустро развернулась и направилась в свое крыло. Урвать бы еще пару часов сладкого сна, эх…