Глава 12

Полет. Что это такое может рассказать лишь тот, кто хоть раз поднимался в небо. Когда необъятная синь ласково улыбается тебе солнечным светом. И снисходительно смотрит, как ты карабкаешься на воздушные горки. Когда время застывает, а пространство наоборот, несется тебе навстречу, опьяняя и кружа голову. Когда кровь поет в жилах от восторга, а сердце заходится от счастья. Когда ты сам, от переполняющих тебя эмоций готов объять весь мир. И со всеми поделиться своим восторгом.

Поначалу мне было страшно. Я боялась свалиться вниз. Боялась замерзнуть насмерть. Боялась, что меня сдует со спины дракона ветром. Но ветра не было. И было на удивление тепло. Словно чьи-то сильные руки бережно обнимали и защищали от всех бед. Не сразу я поняла, что Рэйнард не только осторожничает в полете, но и защищает меня магией. А когда поняла, то сердце защемило от невыносимой нежности.

Меня охватило странное чувство: мне безумно захотелось обнять дракона за шею. Прямо здесь и сейчас. Стиснуть, что есть силы, поделиться теплом своей души. Глупое, несбыточное мечтание. Я это хорошо понимала. Но избавиться от него вот так сразу, по велению разума, не смогла. И потому ограничилась лишь тем, что ласково погладила жесткую крупную чешую, покрывающую шею рядом со мной. В следующий миг дракон подо мной резко ухнул вниз.

Я взвизгнула от ужаса и восторга. Сердце забилось в горле. Кровь буквально вскипела у меня в жилах. Когда полет выровнялся, меня захлестнул небывалый восторг. И я уже сама взмолилась:

 – Еще! Хочу еще!

Рэйнард словно только этого и ждал.

После моей просьбы взлеты и падения, петли и пике сменяли друг друга с головокружительной скоростью. Я смеялась и взвизгивала от восторга, окончательно растеряв весь свой страх перед высотой. А мое сердце билось в такт тому огромному драконьему сердцу, чье биение я, кажется, чувствовала кожей.

Захлебываясь, упиваясь небом, я не заметила, как мы прилетели. Дракон плавно и аккуратно опустился, мягко сложив крылья. И предупредительно отставил в сторону переднюю лапу, приглашая меня спуститься. Спускаться не хотелось. Хотелось еще раз испытать волшебство полета. Рэйнард рокочуще рассмеялся:

 – Мне приятно, что ты так же полюбила небо, как люблю его я. Не волнуйся: это не последний наш полет. Их еще будет очень и очень много. Обещаю. А сейчас спускайся, пожалуйста. И дай мне возможность принять человеческий облик.

После таких слов медлить и дальше было просто стыдно. И я, с трудом разгибая затекшие конечности, осторожно сползла вниз по драконьей лапе.

Пространство вокруг меня дрогнуло. И я, резво, как только могла, обернулась. Уже догадываясь, что увижу. Так и вышло. На меня с восторгом смотрели янтарные драконьи глаза на человеческом лице. Рэйнард шагнул ко мне и обнял за плечи:

 – Далли, я сейчас ощущаю себя самым счастливым во всем этом мире. Умоляю, не обижайся! Но, когда я только увидел на тебе свой браслет, я чуть с ума не сошел от злости. Мне гордится нечем. В тот момент я думал только о том, что не успею увидеть даже, как мой сын встанет на крыло. Что его, несмышленого, некому будет наставлять и защищать. В голове тогда билась только одна мысль: что ты – одаренная. А значит, я не смогу привязать нить твоей жизни к своей. И ты проживешь свое обычную жизнь. И, когда наступит срок, уйдешь за грань. А я сойду с ума. Драконы не живут без своих половинок. И то, что ты моя половинка я знал точно. Почувствовал почти сразу. Но, как последний дурак до последнего пытался расторгнуть помолвку, разрушить связь. Что я только не делал! Кажется, перепробовал все. И мне за это сейчас очень стыдно! Стыдно потому, что не понял сразу, какое сокровище мне досталось!  – Рэйнард взволнованно перевел дух. – Когда я только увидел фреску, а увидел я ее случайно, когда пытался понять, как ты смогла достать мой браслет, меня словно обухом по голове шибануло. Я стоял оглушенный и не знал, что мне делать дальше. Умом я понимал, что Пресветлая выбрала меня для важнейшей миссии – возвращения магии в этот мир. А сердце этому противилось. – Рэйнард прижал меня крепче: – Далли, я заставил себя смириться с тем, что за меня решили какую судьбу я проживу. Уже не шла речь о том, что проживу только твою жизнь. Понятно, что все будет совсем не так, и не важно, что ты магичка. Вернее, ведьма. – Янтарные глаза блеснули. – Но сегодня я понял кое-что другое. Вернее, не понял, а скорее почувствовал: родство наших душ.

Я не выдержала и поправила:

 – Биение одного сердца на двоих.

Рэйнард мгновение недоверчиво смотрел на меня, а потом расплылся в шальной и счастливой улыбке. Как мальчишка, которому подарили настоящий меч:

 – Ты тоже почувствовала это?

Я кивнула. И робко добавила:

 – Это невыразимое чувство. От него все небо хочется объять.

От моих слов Рэйнард словно с ума сошел. Рассмеявшись, открыто и от души, он подхватил меня на руки и закружил. Я испугалась, и едва успела схватиться за его плечи, чтобы не потерять равновесие. Но через секунду меня тоже захватил тот бурный восторг, с которым Рэйнард меня кружил. Я сначала робко улыбнулась хохочущему мужу, а потом и рассмеялась сама.

 – К демонам Альродориэля с его глупостью и надменностью! Мы с тобой будем счастливы и вдвоем! Очень счастливы! Я все для этого сделаю!

Рэйнард поставил меня наконец на ноги и потянулся к моим губам. Но не к месту упомянутый второй муж испортил мне все настроение, и я увернулась от поцелуя. Дракон нахмурился:

 – Далли?.. Что случилось?

Чувствуя себя полной идиоткой, я все же призналась, передернув плечами:

 – Аль.., тьфу ты! Не могу выговорить его имя! – Признание вырвалось из груди вместе с раздражением. Даже упоминание об эльфе бесило. – Рэйнард, – я просительно заглянула в глаза дракону, – а мы точно не сможем никак от него избавиться? От моего второго супруга?

Вот тут мой ректор помрачнел. Даже как-то плечи опустились:

 – Нет, Далли. Если мы хотим жить, придется как-то мириться с его существованием. Я сомневаюсь, что у нас выйдет «долго и счастливо» без Альродориэля. Божественный гнев – это последнее, что я хотел бы для тебя. – Рэйнард вздохнул. – Придется как-то его уговаривать. Не представляю, как. Особенно, после нашего побега.

Я тут же вскинулась:

 – В Вечный лес не вернусь! Хватить с меня заносчивых эльфиек и их надменного правителя!

Печальная улыбка, скользнувшая по губам Рэйнарда, подсказала мне насколько инфантильным было мое высказывание.

 – Ты вполне можешь постоянно жить тут. Это мой замок, мое гнездо. Правда, тут большую часть года холодно, в отличие от Вечного леса. Но если тебе тут понравится, то я буду только рад. Ты не обязана постоянно жить у эльфов. Хотя, периодически там появляться придется.

Услышав про «мое гнездо», я с любопытством огляделась. И только сейчас заметила, что мы находились на плоской крыше. Со всех сторон нас окружали облака.

Рэйнард обнял меня за талию:

 – Пойдем. Тебе уже давно пора поесть и привести себя в порядок. Я представлю тебе прислугу. Выберешь себе постоянную камеристку. Потом сможешь брать ее с собой в Вечный лес. Чтобы не только эльфийки тебя окружали.

Я хихикнула. Хотя упоминание о эльфийской резиденции резануло по сердцу. Мне категорически не хотелось туда возвращаться. А еще я упорно гнала от себя мысли о холодных руках правителя эльфов на моем теле, наивно мечтая о том, чтобы пройти инициацию только с моим первым мужем. Потом уже ладно, вздох невольно вырвался из моей груди, если очень нужно, то как-то потерплю. Хоть и противно мне это.

Рэйнард уловил мой вздох:

 – Далли, что не так? Что с тобой?

Озвучить свои мысли не смогла. Всегда считала себя смелой. И с девчонками без смущения обсуждала интимные проблемы. Но тут почему-то стало до ужаса неловко. И я сказала совсем не то, о чем думала:

 – Надеюсь, Альрик сюда не доберется. Я если доберется, то попозже, уже когда его злость на нашу выходку схлынет. Он же не сразу сможет узнать где мы?

Рэйнард, придерживая меня на повороте лестницы, хмыкнул:

 – Хорошо ты его имя сократила, однако! Альрик! Только в лицо его так не называй – лопнет от злости. И да, если будет бесится, то не сможет сразу найти тебя. А если успокоится, то мгновенно почувствует. Особенно, если ты будешь испытывать сильные эмоции. Это особенность браслетов, что нас связали.

Я широко раскрыла глаза, представив, что взбешенный эльф вываливается из портала прямо перед нами и вздрогнула. Рэйнард сразу все понял:

 – Не бойся. Вреда он тебе причинить не сможет. А на слова старайся не обращать внимания. Боюсь, Альродориэль уже не изменится. – И тяжело вздохнул: – Я очень давно не сталкивался с эльфами. Не представлял, что Альродориэль такой сноб. Теперь не представляю, как его уговаривать на консумацию брака. Да и вообще…

Рэйнард безнадежно махнул рукой, как бы показывая, что считает это дело невыполнимым. А я рискнула наконец робко поинтересоваться:

 – А без него нельзя? Я бы предпочла в первый раз только с тобой…

Жар плеснул на щеки, и вся моя смелость куда-то улетучилась. Договорить я не смогла. Но Рэйнард все понял и так. И горечь его ответа странно контрастировала с теплотой улыбки:

 – Боюсь, что нет, родная. В первый раз мы абсолютно точно должны быть втроем. Причем, понимая, что делаем. И добровольно. С последним у Альродориэля большие проблемы. – Рэйнард распахнул передо мной очередные двери и тепло улыбнулся: – Мы пришли.

В большой комнате прямо перед нами толпились люди в разномастной одежде. Их было так много, что у меня мигом пошла кругом голова и появилась трусливая мыслишка о побеге. Реализовать ее я не успела. Рэйнард, по-прежнему обнимающий меня за талию, сделал шаг вперед, увлекая меня следом и громко объявил присутствующим:

 – Знакомьтесь: это моя супруга и ваша госпожа –  леди Адалия. Служа ей, вы служите мне!

Слова веско упали в неспокойную тишину. Женщины, как одна присели перед нами в книксенах. Мужчины низко поклонились. Причем один в переднем ряду, всклокоченный и чумазый, в поклоне едва не уронил какой-то сосуд, похожий на колбу из лаборатории. Только в несколько раз больше. Я закусила губу, чтобы смехом не испортить торжественности момента. И внезапно меня осенило.

Я знаю, как решить проблему с моим вторым мужем.

– Ворлан. – Вперед вышел высокий сухощавый мужчина в черном камзоле, с седыми висками и снова поклонился. – Дорогая, – Рэйнард посмотрел уже на меня, – Ворлан – наш дворецкий. А Джихха, его супруга, экономка. С ней будешь решать все хозяйственные вопросы.

Затем мне перечислили имена всего не маленького штата прислуги в драконьем доме. Я с изумлением поняла, что прислуживают Рэйнарду люди. В основном, не одаренные. Но пару слабеньких магических искр я заметила тоже. В завершение знакомства Рэйнард сухо уведомил дворецкого и экономку:

 – Ворлан, у нас есть третий супруг. – Мой дракон поморщился, как от зубной боли. – Эльф. Я настрою на него портал и защиту. Но, когда он появится, где бы я ни был, сообщать мне немедленно. Джихха, – Рэйнард нашел взглядом супругу дворецкого, – леди Адалии совсем не понравилось эльфийское гостеприимство. Ей даже не дали нормально отдохнуть.

 – Милорд, – Джихха тут же сделала пару шагов в нашем направлении, – не волнуйтесь, леди тут будет лучше и уютнее, чем дома у родной матушки. Камеристок мне выбрать на свое усмотрение? Или у леди уже есть кто-то?

Мне было неуютно от того, что меня обсуждали в моем присутствии так, будто меня тут и не было. Но Рэйнард только хмыкнул:

 – У леди есть только фамилиар – змея. Поэтому в первую очередь моей супруге будут прислуживать девушки, которые их не боятся. А в остальном, леди Адалия посмотрит на вас, и сама определит кого хочет видеть рядом с собой. И да, в будущем при необходимости камеристки будут перемещаться вместе с моей супругой в Вечный лес. Так что девушки должны быть с характером, умеющие за себя постоять. Но при этом воспитанные.

Джихха опустилась в книксене:

 – Все будет исполнено, милорд!

 – Хорошо. Дорогая, – на меня тепло глянули янтарные глаза, – иди с Джиххой и отдыхай. Мне пока нужно заняться защитой дома. На случай, если Альродориэль одумается, и уже сегодня нас навестит. Позднее мы вместе поужинаем. Не возражаешь?

Я кивнула без особого энтузиазма. Толпа людей вокруг меня не вдохновляла. Я помнила слова Рэйнарда о своем якобы изменившемся статусе, но прямо сейчас предпочла бы остаться одной и обдумать пришедшую в голову идею.

Рэйнард сделал шаг ко мне поближе и взял меня за руку. Горячее дыхание дракона опалило кожу, когда он поднес мою ладонь к губам:

 – Я уже скучаю, родная.

Вопреки принятым правилам, губы Рэйнарда коснулись впадинки на ладони, а не тыльной стороны. И меня словно молнией пронзило.

Пока я глупо хлопала глазами, прислушиваясь к необычным ощущениям, Рэйнард уже отступил от меня и кратко приказал слугам:

 – Все свободны. Ворлан, ты идешь со мной.

Слуги улетучились практически мгновенно и почти бесшумно. А меня окружили шесть крепких румяных девиц и, предводительствуемые Джиххой, повели куда-то на верхние этажи.

А потом были роскошные покои из нескольких комнат, на которые я смотрела округлившимися глазами. Знала уже, что мой дракон не прост, но такой роскоши я все равно раньше не видела никогда. Огромная ванна, полная горячей, магически подогретой воды и ненавязчивое внимание щебечущих девиц. Постепенно наглые и бесцеремонные эльфийки в моем сознании отодвигались на второй план, и я смогла наконец расслабиться, нежась в горячей воде с ароматическими маслами. Девушки сновали туда-сюда, помогая мне промыть волосы и кожу, подавая полотенца и косметические средства. Между прочим, не хуже, чем в лавке у моей матушки. Нужно будет узнать, где дракон все это богатство берет.

Посреди этой тихой и приятной суеты неожиданно раздался визг. Посланная разузнать в чем дело девушка вернулась с округлившимися глазами. Оказалось, что Джихха взялась собственноручно сменить постельное белье на королевских размеров кровати. И в тот момент, когда она расправляла простыни, над кроватью открылся портал. Прямо на руки Джиххе свалилась Лисса. Вместе с моими вещами.

Вещам и фамилиару я обрадовалась. Перед почтенной экономкой извинилась. Наверное, я что-то сделала не так, так как Джихха, да и некоторые девушки смотрели на меня странно, с недоверием. Но это не помешало им выудить меня из ванной со всем почтением.

Потом двое из служанок в четыре руки занялись моими волосами. Остальные четверо споро колдовали над моими ногтями на руках и ногах. Я слегка порозовела, когда вспомнила, как девушки деликатно намазывали мое тело какой-то голубой, резко пахнущей пастой. Такой уход мне был в новинку. И когда пасту смыли, я с удивлением разглядывала свою нежную и гладкую, без единого волоска кожу.

В соседнем помещении тихо позвякивала посуда. Наверное, там накрывали к ужину стол. У эльфов поесть мне так и не удалось. И я неожиданно ощутила зверский голод. Но твердо решила дождаться Рэйнарда. Дракон ведь сказал, что поужинаем вместе. Раз накрывают, уже скоро.

Тем не менее, появление Рэйнарда в комнате я пропустила. Просто вдруг неожиданно девушки перестали расчесывать мои волосы и стало очень тихо. Я чуть повернула голову, ища причину, и увидела его на пороге комнаты.

С распущенными по плечам волосами, в простой белой рубашке, черных брюках и мягких домашних туфлях, Рэйнард выглядел не менее величественно, чем в ректорской мантии перед толпой адептов. Неожиданно я поймала себя на том, что любуюсь этим статным мужчиной и тяжело сглотнула. Как-то все уж слишком быстро. А ведь совсем недавно я ректора рассматривала только как преподавателя. Да и дракон еще несколько дней назад искал способ разорвать нашу помолвку. А теперь он стоит в домашней одежде на пороге спальни. А я откровенно любуюсь им. Куда повернула моя судьба? И почему я этого не заметила?

 – Девушки, заканчивайте. Далли, я жду тебя к ужину в гостиной.

Рэйнард повернулся и исчез в соседней комнате. Служанки принялись торопливо, но без излишней спешки наводить на меня последний лоск.

Мне заплели пышную косу. Набросили на плечи кружевное безобразие под названием «пеньюар». Увидев в зеркало, что одежка практически ничего не скрывает, я протестующе замотала головой. Не смогу в таком виде сесть за стол! Служанки покорно сменили прозрачную тряпочку на домашнее платье глубокого карамельного цвета с очень провокационным вырезом на груди и разрезом по левой ноге. Но даже несмотря на то, что белья под платье мне не предложили, мне все равно было уютнее в платье, чем в пеньюаре, а карамельный цвет ткани неожиданно хорошо подчеркнул мои глаза и волосы. Девушки довольно заулыбались. Одна из них взяла со столика флакончик и, открыв его, пробкой прикоснулась несколько раз мне за ушами, в вырезе платья и к запястьям. В воздухе поплыл пряный, будоражащий аромат парфюма.

Я блаженно прикрыла глаза. Аромат был тонкий и лишь слегка щекотал ноздри, но при этом кровь словно запела у меня в жилах. А я неожиданно ощутила себя красивой и желанной.

Когда я открыла глаза, справившись с неожиданно нахлынувшими ощущениями, то увидела у своих ног мягкие даже на вид туфельки без задников. А все девушки, как одна, присели передо мной в книксене, хором желая мне приятного вечера. Мгновение. И я остаюсь одна.

Робость мгновенно овладела мной. Я медленно всунула ноги в туфельки, оттягивая тот момент, когда нужно будет идти в соседнюю комнату к ожидающему меня там дракону. Все воодушевление внезапно схлынуло, оставляя за собой только нерешительность, опасения и маленькую капельку страха. Неизвестность почему-то пугала. Я впервые в жизни оставалась с мужчиной наедине. Совсем наедине. Когда побег совершенно немыслим. Умом я понимала, что Рэйнард не причинит мне вреда. Но сердце все равно трепетало, не желая верить в то, что я дорога дракону. Сердце боялось, что его разобьют.

 – Далли?..

Тихий голос супруга заставил резко обернуться. Рэйнард не дождался меня и теперь снова стоял на пороге в обманчиво-расслабленной позе.

 – Далли, что-то не так?

С трудом сглотнув, я покачала головой. Говорить сил не было.

Несколько тягучих, томительных мгновений Рэйнард молча меня рассматривал. А я не знала, куда девать глаза и руки под его взглядом. Потом дракон молча скользнул ко мне. Именно скользнул! Одно плавное размытое движение, и вот уже Рэйнард стоит так близко ко мне, что на моем теле все несуществующие волоски становятся дыбом.

Сердце замирает в ожидании чего-то. А мужчина медлит, изучая, приглядываясь, принюхиваясь. Впервые в жизни мне не стыдно. Я ощущаю себя красивой и желанной.  Но растянувшееся мгновение уверенности не добавляет. Я с трудом, нервно облизываю внезапно пересохшие губы. И тут же замечаю, как взгляд мужчины прикипает к моему рту. И я словно распадаюсь на две неравные половинки.

Одна половинка, меньшая, поет и танцует от радости, что я желанна, что я интересна великолепному мужчине, стоящему впритык ко мне. Так близко, что я не могу не заметить начало изменений его глаз, нервный трепет ноздрей, не могу не ощущать на себе его дыхания. Рэйнард издает едва слышный звук. Не то стон, не то рык. От неожиданности вздрагиваю. И реальность вокруг меня тоже вздрагивает. А все потому, что Рэйнард жадно сгребает меня в объятия. Мне кажется, или мужчину, моего супруга, просто трясет? Как странно и непривычно это звучит – мой супруг.

Обдумать эту мысль до конца, сродниться с нею, я не смогла. Рэйнард обрушил на меня ураган мелких, нежных и не очень поцелуев. Сначала я опешила. А дракон жадно меня целовал куда придется: в глаза, щеки, лоб, нос, губы. Куда дотягивался. Сильные руки стискивали меня все сильнее.

Наконец, когда я уже начала задыхаться и не на шутку перепугалась, Рэйнард замер, тяжело дыша и уткнувшись мне в ямочку над ключицей. Я застыла, не зная, как реагировать, что сказать. Нежданный страх перехватывал горло и не давал дышать. Особенно, когда Рэйнард низко и глухо прорычал мне в плечо:

 – Демонов Альродориэль! Из-за его глупой гордости и нежелании принимать свершившееся теперь и мы с тобой должны страдать!

Я глупо хлопнула ресницами. Страх отступил, притаился, рваное дыхание мужчины посылало по всему моему телу начиная от плеча толпы горячих мурашек. Мысли в голове словно в кисель превратились. И я не придумала ничего лучше, кроме как поинтересоваться:

 – Почему?

Рэйнард тяжело вздохнул и на мгновение задержал дыхание. Словно упиваясь моим запахом. А потом неохотно отстранился и заглянул мне в глаза:

 – Пророчество, Далли. В первый раз мы обязательно должны быть втроем. В противном случае мне страшно даже предположить, что ждет нас и этот мир. Но явно что ничего хорошего. Впрочем, – дракон проказливо и как-то порочно мне улыбнулся, – если стол накрыт к обеду, но есть еще нельзя, то мы можем насладиться хотя бы ароматом приготовленных блюд.

Э? Не поняла…

Рэйнард усмехнулся, нежно, предвкушающе, обещая темный рай одной своей улыбкой. Одной рукой он обнял меня за талию и привлек к себе. Крепко. Так, что я животом ощутила твердую выпуклость немаленьких размеров. А другой рукой ласково провел кончиками пальцев по моей щеке:

 – Не бойся. Наш союз благословила Пресветлая. А значит, мы подходим друг другу идеально. И пусть из-за спесивого эльфа мы не можем соединиться до конца. Зато уже сейчас мы можем доставить друг другу некоторое удовольствие.

Не совсем до конца понимая, что мне предлагают, я все же ощутила вот то же странное состояние, что уже посещало меня несколько раз в присутствии дракона. Точно знаю – мои глаза расширились, а дыхание сорвалось, и стало мелким и частым. Сердце заколотилось, как безумное. А кончики пальцев закололо от желания прикоснуться к мужскому телу. Я облизнула пересохшие губы и осторожно положила ладонь Рэйнарду на грудь.

Под моими пальцами бешено колотилось сильное сердце. Я слегка погладила прямо поверх ткани рубашки, желая его успокоить. Пальцы запутались в завязках. А янтарные глаза полыхнули огнем. Одно неуловимое движение дракона, и рубашка уже летит куда-то в сторону. А Рэйнард хрипло шепчет, прикрыв полыхающие глаза:

 – Еще…

И я снова осторожно касаюсь горячей гладкой кожи. Мужская грудь под моими пальцами идеальна. Словно вырезана резцом умелого скульптора. Меня захлестывает восторг. И мне уже мало того, что я нахально поглаживаю это совершенное тело всей ладонью. Мне хочется большего. Хочется попробовать ее на вкус. Где-то глубоко внутри меня рождается изумление: откуда такие странные, дикие желания? Но я попросту отмахиваюсь от здравой мысли и жадно припадаю губами к так манящей меня коже.

Распробовать вкус мне не дали. Под моими губами и ладонями в груди Рэйнарда родился рык. Вибрирующий, требовательный, заявляющий права собственности на меня. Пьянящий восторг ударил мне в голову. И все смешалось. Реальность и мечтания перепутались между собой, стирая границы, распахивая ворота в божественные чертоги.

Я не поняла, как и когда Рэйнард сдернул с меня мое домашнее платье. Просто в один прекрасный момент он на мгновение оторвался от моих губ. А в следующее мгновение я ощутила прикосновение прохладного воздуха к обнаженной коже. А его глаза из огненных стали полуночно-черными. И я запоздало вспомнила, что белья на мне нет. Попыталась прикрыться руками. Но меня уверенно привлекли к себе, а жадные губы втянули в рот горошинку соска. Рэйнард уже проделывал это со мной. Но прошлые ощущения, когда я была наполовину одета, не шли ни в какое сравнение с тем, что творилось со мной сейчас.

Реальность плыла и раскачивалась. Я жадно хватала ртом воздух. Внутри меня все сжималось в сладком спазме, требуя чего-то неизвестного мне. Потребность была так велика, что я даже попробовала попросить, сама не зная чего:

 – Рэээйнааард…

Не зная, что сказать, я просто вцепилась в его плечи ногтями, царапая совершенную кожу.

Мужчина выпустил терзаемый им сосок и, глядя на меня слепыми темными глазами, улыбнулся:

 – Мне нравится, как ты на меня реагируешь. Сейчас…

Кажется, меня подхватили на руки и куда-то понесли. Я плохо осознавала, что происходит вокруг, полностью поглощенная новой для меня, неизведанной жаждой. В следующий миг спине стало прохладно. Горячие руки дракона исчезли. Стало пусто и одиноко. И я протестующе захныкала.

 – Сейчас, родная, потерпи немного.

В следующую секунду я ощутила знакомые уже губы на своей шее. По телу пробежали миллионы крошечных электрических разрядов. И я сначала просто задохнулась, а потом жадно хватанула воздух ртом. А сладкая пытка продолжалась. Мужские губы прокладывали себе путь вниз, к груди. Твердые пальцы пробежались по мягким холмикам, сжали податливую плоть. И под голодный, неистовый полустон-полурык каждую вершинку обвели языком, приласкали, а потом жадно втянули в рот.

Кто-то громко и надрывно стонал и всхлипывал. Я? Не знаю. Я не могла осознать и обдумать все до конца. Перестала ощущать себя единым целым. Распалась на миллион отдельных, вибрирующих от наслаждения клеточек. Потому что Рэйнард наконец оставил в покое мою грудь и проложил дорожку из быстрых горячих поцелуев ниже. А когда его язык коснулся впадинки на животе, я дернулась и хрипло застонала.

 – Шшшшш…

Горячее дыхание опалило кожу на животе. Голова шла кругом. Но опомниться мне никто не дал. Губы скользнули ниже. Туда, где голубая паста сегодня удалила все, до единого, волоски. А и без того нежная кожа стала неимоверно чувствительной. Когда язык Рэйнарда в первый раз скользнул по мягким складочкам я выгнулась дугой в сильных руках.

***

 – Далли, тебе нужно поесть!

Мы давно уже сидели за столом. И Рэйнард не выдержал, начал собственноручно что-то накладывать мне на тарелку. А я не смела поднять на него глаза. При воспоминании о том, что произошло в спальне некоторое время назад, душа трусливо пряталась где-то в пятках. А самое неловкое было в том, что мне понравилось. И когда Рэйнард касался меня обнаженной кожей, по моему телу словно молнии проскакивали.

 – Далли, ну что такое? Все снова остыло? Сейчас позову служанок, чтобы заменили!

В голосе Рэйнарда слышалось искреннее беспокойство и решимость выполнить намерение. И я вскинулась:

 – Нет-нет! Не нужно служанок!

Мне показалось, что в глазах Рэйнарда застыло недоумение. Но определить точно эмоцию при мимолетном взгляде у меня не получилось. А дольше смотреть не смогла. Потому что вспомнила, как он смотрел на меня там, в спальне, когда я его неумело ласкала.

Когда сильные руки Рэйнарда легли на мои бедра и уверенно развели их в стороны, заставив раскрыться, я потерялась в темноте своих желаний. Отчаянно хотела чего-то, что не могла описать словами. А когда Рэйнард длинным вкусным движением лизнул меня там, открывая до конца уже раздвинувшиеся складочки, я прикусила губу и лишь глухо застонала. Но это не помогло. Потому что уже через минуту, позабыв о том, что в доме мы не одни, я в голос стонала и требовала большего. Каждое нежное, массирующее движение, казалось, подталкивало меня ближе к пропасти. Кажется, я даже парила над ней некоторое время. Пока Рэйнард не отыскал у меня внизу какую-то особенно чувствительную точку. Пара мягких массирующих движений языка, и я все-таки сорвалась с высоты вниз. Стыдно, но Рэйнарду пришлось меня удерживать на месте, потому что я билась как рыбка, попавшая в сети. А мой хриплый крик был слышен, наверное, даже за пределами дома. Но тогда я этого не осознавала.

Когда сладкий дурман в голове и нега во всем теле развеялась, я увидела, что лежу в объятиях Рэйнарда и на губах мужа блуждает загадочная и очень гордая улыбка. Под моей щекой размеренно билось его сердце.

Прислушиваться к сердечному ритму и изучать совершенную кожу оказалось почему-то легче, чем смотреть супругу в глаза. Этим я и занялась. Тем более, рельеф его груди привлекал меня давно. Очень хотелось узнать какое у него тело. Но откровенно пялится было вроде неудобно. И я решила хотя бы одним пальчиком проверить: а есть ли кубики? Так и сделала. Только вот стоило моему любопытному пальчику соскользнуть с груди на подтянутый живот, как Рэйнард затаил дыхание.

Дракон не шевелился, позволяя мне изучить его тело, и я осмелела. Сначала кончиками нескольких пальцев прошлась по чуть подрагивающей под моими прикосновениями коже, а потом погладила всей ладонью. Тактильные ощущения оказались неожиданно приятными, Рэйнард мне не мешал, и я уже смелее огладила ладонью его живот и соскользнула на крепкое бедро лежащего мужчины. А потом… Потом моя рука наткнулась на то, что матушка со смехом называла «вверительными грамотами кандидата в любовники», а девчонки с придыханием шептались о «мужском достоинстве» и его размерах.

Меня долго мучило любопытство после того, как я подслушала разговор матушки и ба, но задать вопрос не рискнула. Наверное, зря. Строение человека на уроках лекарского дела давало только сухое и непонятное описание мужского члена. А матушка никогда не отказывалась отвечать на мои вопросы. Какими бы неудобными они не были. И вот теперь, осмелев от безнаказанности, я осторожно изучала на ощупь чуть подрагивающий под моей рукой, покрытый бархатистой кожицей огран.

Из груди Рэйнарда вырвался длинный хриплый вздох, напугав меня и заставив торопливо отдернуть руку. Я испуганно вздрогнула и запрокинула голову, чтобы посмотреть в лицо дракону. На меня смотрели затуманенные янтарные глаза:

 – Еще! Далли, погладь еще!

Рука Рэйнарда взяла мою ладошку и положила на его пах, чуть прижала. И я, завороженная этими затянутыми поволокой глазами, сомкнула пальцы на мужском члене. Рэйнард длинно, рвано вздохнул, откидываясь на подушки. И слишком явно наслаждаясь моими действиями.

 – Далли! Ну где ты витаешь?

Явный укор в голосе мужа заставил меня устыдится.

 – Ешь давай! А не то сам буду кормить с ложечки! – Рэйнард хитро усмехнулся. – Правда, в этом случае не могу дать гарантии, что наш ужин не закончится тем, с чего начался.

Я торопливо схватила ложку и наклонилась над тарелкой. Но Рэйнард все равно успел заметить предательскую краску у меня на щеках.

 – Далли?! – Изумление в голосе супруга было настолько густым, что его можно было намазать на хлеб вместо джема. – Ты… ты стыдишься того, что между нами произошло?!

Я мотнула отрицательно головой. Впрочем, несколько погрешив против истины. Я стыдилась. Но не того, как ласкала и изучала тело Рэйнарда, нет. Мне даже понравилась власть над его телом. Как он рвано стонал, когда я осторожно проводила кончиком языка по его члену. Как мелко дрожало его тело перед тем, как вырвался на свободу жемчужный фонтанчик его семени. Меня очаровала бесконечная признательность и обожание в мутных от страсти янтарных глазах. А стыдилась я своего поведения, своих криков. Наверняка, все слуги в доме знают в подробностях, что происходило в этой спальне. Недаром же служанки, призванные заменить остывшие блюда, так хитро и весело смотрели на меня.

 – Далли-Далли! Какой же ты в сущности еще ребенок!

Рэйнард поднялся со своего места и сел рядом со мной, обнимая за плечи, давая возможность спрятать у него на груди пылающее лицо. Как оказалось, супруг все понял правильно. И, щадя мою чувствительность, тихим голосом на ухо принялся объяснять, что он очень рад тому, что я так на него реагирую, на его ласки. Что это не только нормально, но и правильно. А когда я только заикнулась о слугах, по-доброму рассмеялся. И велел не забивать голову ерундой. Мол, стены в его замке толстые, двери крепкие, никто ничего услышать не мог. А смотрят так служанки потому, что у нас сейчас по всем правилам медовый месяц, и все знают, что это такое, и что происходит в это время.

Я постепенно расслабилась в его руках, пригрелась. И была совсем не против, когда Рэйнард начал перемежать свою лекцию короткими сладкими поцелуями. И вскоре мы уже целовались во всю.

Первым опомнился мой супруг. Оторвался от моих губ и, хотя я была совсем не против продолжить, чуть отодвинулся. Всмотрелся с некоторым сожалением в мое лицо, вздохнул и приказал:

 – Ешь, а то позову служанок, чтобы принесли теплое.

Я представила, как мы оба выглядим: в расхристанной одежде, встрепанные, с припухшими губами и тяжелым дыханием, и торопливо схватила ложку. Рэйнард же ужинать не торопился. Он налил себе полный бокал вина и мрачно уставился на рубиновую жидкость. Словно не знал, что с ней сделать.

Положив в рот пару ложек уже остывшего жаркого, я отодвинула тарелку и заглянула мужу в лицо:

 – Рэй… Рэйнард, что не так? Я сделала что-то не так?

Муж тепло улыбнулся моей тревоге:

 – Все хорошо. Вот только, – новый тяжелый вздох вырвался из его груди, – я не знаю, сколько я так протяну. Разрядка – это хорошо. А то я уже с ума сходил. Но мне этого отчаянно мало. Ты еще не знаешь, каково это: полное единение и наслаждение от этого. А я еще и обрел свою половинку, свою пару. Я отчаянно хочу соединиться с тобой. Но пророчество… Демонов Альродориэль! Не представляю, какие аргументы могут заставить его принять наш брак. А самое главное, – Рэйнард отставил в сторону нетронутый бокал с вином и повернулся всем корпусом ко мне, – он понимает, что этот брак крайне необходим всему нашему миру. И он бы его принял, если бы вторым и третьим супругом были эльфы. А так, жена – ведьма, человечка, второй супруг – давний кровный враг, дракон. И он от этого бесится. Слишком, чересчур уж гордый. До глупости гордый. Не может себя заставить добровольно признать этот брак, принять его. Вступить в брачные отношения. А если он не сможет смириться и принять нас…

Рэйнард как-то устало потер лицо обеими руками. А я решилась. Осторожно коснулась руки супруга:

 – Рэйнард, у меня, кажется, есть способ помочь нам всем.