ГЛАВА 5.

Синега исподтишка наблюдала за Антоном, который раздевался, готовясь к схватке (орки сражаются полуголыми), и неожиданно поймала себя на том, что любуется парнем, что он ей на самом деле нравится. Даже очень нравится. И когда это началось, удивилась она самой себе.

Пожалуй, с первой встречи. Только тогда, на берегу Быстрой, она ещё этого не осознала, а сейчас поняла: Антон ей понравился сразу и никуда от этого не денешься.

В последние дни они постоянно были вместе. В Нариче вместе ходили по магазинам и лавкам, оценивая и присматривая нужные вещи и товары. Вместе вели переговоры о поставках. Вместе делали заявки и подписывали документы (Синега имела на это право). Конечно, здорово помогало то, что Антон был сыном местного высшего лорда, что его в Нариче знали практически все (по крайней мере, все нужные люди его знали).

Но всё же находились такие дельцы, которые сами хотели торговать со степью или хотя бы поставлять товары их компании. Они не выдавали адреса поставщиков и производителей, затягивали разговоры, настаивая на своём участии. Однако, Валерия строго наказала с такими не связываться: дело только начинается и испортить его недобросовестными партнёрами будет ошибкой. Она требовала от Синеги заключать прямые договора поставки с производителями товаров и услуг. Этому приказу Антон с Синегой и следовали.

Благодаря их активности уже через неделю на столе Валерии лежало несколько магически заверенных договоров о поставках кухонной утвари, постельного белья, удобной обуви, артефактов чистоты и стирки, строительных материалов и ещё много другого.

Но тут пришло известие от кагана, что выбрано место поединка и всё готово для его проведения. Местом был назначен пустырь на окраине Гента. Так как учитывалось, что придут не только местные орки из Гента, но и прибудут со своими юртами степняки из дальних стойбищ. Всё же события такого уровня в степи случались редко. А здесь вон что: дочка верховного шамана в качестве приза между орком и человеком-магом! Ясно, что интерес к событию был огромный.

Судьями и наблюдателями стали верховный шаман и шаманы родов, а также каган и военные вожди родов. Солидное мероприятие намечалось.

Вся команда Валерии выехала в Гент, но кроме них поехали родители Антона, хозяин Долины – Реган Гимметвин, отряд боевых магов из двадцати человек. И возглавлял всю эту компанию, конечно, Александр. Сына Валерии пришлось оставить в поместье, но она не волновалась. За эти дни Лера успела убедиться, что к Максику тут относятся очень внимательно и бережно. Малыш понравился обитателям Долины своей серьёзностью и рассудительностью. Слуги не считали за наказание приглядеть за мальчишкой, а няня считала своего подопечного просто подарком. Это радовало Леру, но она и побаивалась как бы всеобщая любовь не избаловала сынишку, поэтому регулярно напоминала ему о правилах поведения в чужом доме и сын, кажется, понимал её.

И вот теперь все они были в Генте, заняли почётные места рядом с наблюдателями и судьями. Ждали. Синега ждала особенно.

Сейчас она твёрдо могла сказать, что желала победы Антону. Но… Да, Антон силён, мускулист, развит, однако Улазаш не хуже. Синега перевела взгляд на противника своего официального жениха. Усмехнулась про себя: вполне может так статься, что жених у неё после этого боя сменится. А она этого уже не хочет.

– Нега! – окликнул её Улазаш, перехватив направленный на него взгляд. – Смотри и жди меня! Я возьму тебя сразу после боя!

– Ну, это мы ещё посмотрим! – ощерился Антон. – Нежка! Мы с тобой пятнадцать лет друг друга ждали! Не думаешь же ты, что я так просто тебя отпущу?! – и он дурашливо послал ей воздушный поцелуй, окончательно взбесив этим Улазаша и смутив Синегу, которая совсем не привыкла к открытому проявлению чувств.

– Щщ-е-нок! – Улазаш сплюнул под ноги и, агрессивно погрозив Антону кулаком, отошёл к своим людям.

Антон только заразительно расхохотался на это и тоже отошёл к магам, чтобы подготовиться. Испуганным или озабоченным он совершенно не казался. По традиции перед поединком проходили «показательные» соревнования молодых орков по стрельбе из лука, по метанию ножа, по традиционной борьбе, чтобы подогреть интерес к основному событию, и чтобы продлить удовольствие.

Однако, особо на эти состязания внимания всё же не обращали. Каждый род хотя и подбадривал своих бойцов, но в основном для приличия. Все ждали главного события, поэтому часа через два площадка уже освободилась. Что за это время передумали соперники и как на их нервах отразилось такое замедление, никого не интересовало.

Но вот раздался глухой удар в бубен, и верховный шаман объявил:

– Начинается бой между вождём Улазашем и магом Антоном за право назвать Синегу своей женой. Вызов бросил Улазаш. Антон вызов принял. Синега по договору и закону – невеста Антона, но в случае победы Улазаша станет его женой сегодня же. Бой!

Синега бросила вопросительный взгляд на отца: неужели он поддержит Улазаша? Но шаман успокаивающе кивнул ей и обратился взглядом на импровизированную арену. Синега тоже перевела взгляд на противников. Шутки кончились.

Оба мужчины были серьёзны и собраны. Оба были босиком и из одежды имели лишь простые полотняные штаны. Талии обоих были перетянуты поясами. В этой борьбе брать соперника можно было только за пояс и стараться повалить его спиной на землю. Можно было использовать подсечки, подножки, толчки. Но шиком считалось поднять соперника за пояс над собой на вытянутых руках и, перевернув, бросить спиной на землю. Запрещалось использовать магию и любую помощь со стороны.

По внешнему виду мужчины мало уступали друг другу, но всё же было заметно, что Алазаш более крепок, имеет вид опытного воина и такие схватки проводит не впервой. Антон, хотя и силён, но более мягок что ли. Так казалось Синеге и она сильно волновалась за жениха.

Противники ухватили друг друга за пояса и столкнулись плечами, пытаясь сбить равновесие. Но ни один даже не шелохнулся и не отступил ногой в сторону. Оба упёрлись в землю, кажется, напрочь. Видно было, что на лицах обоих мужчин уже появился пот, напряглись шейные жилы и вздулись буграми мышцы рук и ног.

Никто не хотел уступать. И не из-за неё, Синеги, понимала девушка. Из-за своих амбиций и мужской гордости. А она… Она только повод. Не Синега, так по другой бы причине рассорились, они сразу друг другу не понравились. Бывает.

Только на миг Синега прикрыла глаза, а на площадке что-то произошло. Взорвался хор голосов, яростных криков и свиста. Вообще-то такие бои бывают очень быстрыми, три- пять минут. Но бывает длятся часами. Сейчас оба парня припали на колено и пытались уже из такого неудобного положения перебороть противника. Не получалось. Орки, стоящие вокруг, поддерживали Улазаша, а маги подбадривали Антона, но видно было, что они откровенно сомневаются в его победе из-за нечестной игры Улазаша. Он уже два раза нарушил правила, но шаманы ему ничего не сказали и поединок не остановили.

Только Синега начала сокрушаться и жалеть о проигрыше Антона, как случилось неожиданное. Антон вдруг резко вскочил на обе ноги и рывком поднял Улазаша за пояс. Однако, перебросить через себя, как планировал, у него не получилось. Но Антон не сдался, он провёл резкую неожиданную подсечку и Улазаш всем своим немалым весом грохнулся на землю. Но не на спину! И у него ещё был шанс выкрутиться и не дать уложить себя на лопатки. Антон этого шанса ему не дал.

С лицом, искажённым дикой яростью, парень навалился на орка буквально распластав того по земле. И замер. Оба исчерпали все силы. У Улазаша не было даже сил пошевелиться, чтобы выбраться из-под Антона: из разбитого носа текла кровь, вывихнутая рука лежала плетью. У Антона тоже не было сил подняться, но всё же, покачиваясь, он медленно встал сначала на колени, потом на ноги и оглядел круг.

– Нет вопросов? – пошатываясь, спросил одновременно у всех. – Так и запишем: Синега – жена Антона, – и, сделав шаг в её сторону, неожиданно рухнул на землю, показав всем торчащий из спины короткий болт арбалета.

Разом наступила тишина, а потом начал нарастать гул голосов и суета. Вокруг Антона появилось много людей и орков. Целитель их отряда уже склонился над ним и аккуратно, но быстро убрал болт из раны. Антон был пока в сознании, но мог в любую минуту потерять его. Мария и Андариан стояли рядом с ним и тревожно осматривали сына на предмет магического воздействия или яда.

Сила Андариана Гимметвина рвалась на свободу, покрывая площадь и заставляя людей и животных склонять головы и оставаться на месте. Архимаг был в ярости. Мария поддержала мужа, накинув на всю площадку ментальную сеть, которая не позволила ни одному живому существу покинуть это место. Она не зря была деканом ментального факультета и сильнейшим менталистом королевства.

– Кто?! – рыкнул Андрей, нисколько не опасаясь недовольства кагана и орков вообще: сейчас он был в своём кровном праве.

Площадь молчала, насупившись и глядя исподлобья. Но ответ всё же прозвучал быстрым удаляющимся цокотом копыт в степи.

Синега, осмотрев короткую стрелу арбалета уверенно произнесла:

– Стреляли издалека, болт усилен шаманским заклинанием, неядовитый. До ваших подарков арбалетов в степи ни у кого не было, – осуждающе добавила она.

– Ну, ты ещё скажи, что сами виноваты, – неожиданно резко перебила будущую невестку Мария. – Не ожидала от тебя, – разочарованно бросила она.

Синега густо покраснела, но не сдалась:

– Я только хотела сказать, что арбалетов всего пять и кому принадлежит тот, из которого стреляли можно легко определить, предъявив остальные четыре.

Андрей требовательно взглянул на кагана. Дать такую команду самостоятельно он не мог: для орков он никто. Шаман и лекарь в это время пытались залечить рану Антона, так как маг в этом деле не преуспел. А вот верховный шаман, отец Синеги, сумел нейтрализовать враждебное шаманское заклятье, которое попало в кровь Антона вместе со стрелой и теперь залечивал рану, от которой вскоре практически не осталось следа, кроме небольшого шрама. Но Антон в себя так и не приходил.

– Урагаш?! – нетерпеливо спросил Андрей.

Будучи сильным магом, он привык, что правильные магические заклинания ставят раненых на ноги на раз. Поэтому боевые маги имеют много шрамов, но продолжают сохранять отменное здоровье. И сейчас он рассчитывал, что сын сразу встанет на ноги, каким бы трудным не был бой. Но Антон по-прежнему был без сознания.

Урагаш только молча покачал головой и распорядился перенести Антона в свою юрту.

– Буду обряд делать, лечить буду. Не мешайте! – грубо ответил он всем сразу и скрылся в своей юрте.

Как бы не был разозлён сейчас Андрей и как бы не переживала Мария, они вынуждены были признать, что шаман прав. Ни один маг из королевства не мог вылечить Антона от шаманской магии.

Интересно, что орки, присутствующие на поединке, не торопились расходиться и как-то само по себе разделились на два неравных лагеря. Большая часть поддержала верховного шамана и осудила поступок неизвестного. По представлениям орков он поступил подло, стреляя в спину.

Меньшая часть сгрудилась за спиной Солонги, это были в основном её родичи. Те считали, что людям нечего делать в степи и стрелявший просто выразил свою точку зрения. Зато теперь наглядно видно, что не все орки за сотрудничество.

Каган, вожди и шаманы, которые во время боя сидели на центральном месте, теперь оказались как бы посередине. От того, в какую сторону шагнёт сейчас Рарег зависело будущее договора со степью.

Однако, Рарег поступил хитро: он подошёл прямо к Андрею, захватив с собой всех вождей и тем самым показав, что всё произошедшее – частный случай и на взаимоотношения степи и королевства влияния не оказывает.

Видно было, как сурово поджала губы Солонго, недовольная таким решением, но на виду у всех остереглась выражать протест.

Андрей моментально оценил всю расстановку сил, а Маша продолжала удерживать ментальную сеть, не давая никому покинуть площадь.

– Каган, – резко и без всякого уважения произнёс Андрей. – Синега права, определить кто стрелял не составит труда. Даже если настоящий владелец арбалета передал его во временное пользование, мы легко узнаем это. Я требую всех владельцев арбалетов сюда! Ты не имеешь права отказать мне ни по закону степи, ни по закону королевства. Антон – мой сын и мне нанесена кровная обида. Требую справедливости или я её добуду сам! – угрожающе закончил он.

А вот эта угроза уже взбесила кагана, и он собрался ответить тем же, но его перебила Мария.

– Нашла! – громко воскликнула она. – Я нашла того, кто отдал этот приказ! – и её палец указал на Сурбека, стоящего рядом с матерью.

– Врёшь, человечка! – сразу вскинулся тот. – Ты просто мстишь за сына.

– На тебе нет ментальной защиты, орк. Я читаю тебя, как открытую книгу, – небрежно ответила Маша.

Сурбек судорожно схватился за горсть амулетов на шее. Он только что перед поединком отдал ментальный амулет Улазашу, опасаясь Антона (орки знали, что тот менталист) и не веря, что маг будет соблюдать правила.

– Гаррах! – выругался Сурбек и непримиримо набычился.

– Ты оцениваешь людей по себе, Сурбек, – холодно заметила Мария. – Мой сын никогда не поступит подло, а Валерия, про которую ты так грязно думаешь, никогда не была продажной женщиной. Она очень порядочный и добрый человек. Не все поступают так, как твоя молодая жена, или ты сам, отправив на Землю флэшку с фальшивым содержанием, – без страха уколола его Мария, и Сурбек насупился ещё больше.

Выяснилось недавно, что его молодая жена с помощью знахарки вытравила ребёнка у орчанки, которую Сурбек хотел взять в жёны по любви (брак с первой женой был по расчёту), и придала этому действию вид несчастного случая. Однако, девушка не выжила и умерла в страшных мучениях. Развестись же с женой было невозможно: её родня имела большой вес в каганате. Преступление вскрылось случайно из подслушанного разговора. С тех пор мир покинул семью Сурбека.

То, что Мария так легко узнала об этом разозлило Сурбека ещё больше, а сведения про флэшку раздосадовали, заставив признать свою неумелость в земных технологиях. При этом он ещё больше уверился в том, что мать права и магам в степи совсем не место. Нечего им узнавать всякие тайны, простые и сложные. Орки сами разберутся со своими делами. Плохо, что конкретно этот случай уже не скроешь, как они с матерью хотели сделать раньше. Теперь все заинтересуются, что же такого сделала Норинге. Плохо!

Сурбек требовательно обратился взором к отцу, ожидая поддержки. Но каган тоже решил показать характер. Он и без вмешательства Марии понял, кто стоит за покушением. Понял и планы своей оппозиции: рассорить его с людьми и отменить договор о мире. Но также, как и верховный шаман, Рарег понимал, что вариться в собственном соку оркам уже невыгодно и договор с людьми необходим. Плохо, что этого не понимала Солонго, которая обладала огромной экономической властью и не хотела её терять или делиться с пришлыми. Ведь теперь все торговые потоки пойдут не через неё, а через эту совместную орочью-людскую фирму, которую возглавляет хрупкая людская женщина, а у неё на подхвате совсем не ставленник Солонги, а независимая дочь Урагаша.

Как много проблем высветил сейчас этот поединок и как остро встал сейчас вопрос об их немедленном решении. Если каган сейчас спустит жене демарш, он потеряет уважение нукеров и вслед за этим потеряет власть. И, глядя на решительно настроенных людей, половина из которых были сильнейшими магами, каган принял единственно верное решение.

– Горбаш! – позвал он начальника своей охраны. – Солонгу, Сурбека и Улазаша в яму! По одному! Всех, кто их поддерживает в холодную юрту. И чтобы ни один не сбежал. И так позора много.

– Каган, нукера Жандыга нет здесь, – тут же доложил Горбаш.

– Я послал его в стойбище, – вскинулся Сурбек. – Это мой нукер!

– Глупый ишак! – с сожалением оценил своего старшего сына Рарег за это признание.

Но тут суматоха с арестами стихла, так как из юрты шамана вышел Уразаш и обратился почему-то не к Андрею, а к Марии, видимо, вспомнив, как яростно она защищала всегда сына.

– Антон под заклятьем. Само заклятье я снял, но оно уже проникло в тело и теперь нужно время, чтобы его развеять. Сейчас он ничего не слышит, не видит и не чувствует. Это продлится несколько дней. Буду лечить сам. Можешь ждать здесь, можешь ехать в Долину.

– Ещё чего! – резко оборвала его Мария. – Конечно, здесь!

Шаман только коротко кивнул и сразу же вернулся в юрту. А Мария повернулась к мужу, чтобы обсудить положение.

– Мне кажется, Андрюш, вы с Александром можете ехать, дел полно и в королевстве, и на Земле, а я дождусь выздоровления Антона. Оставьте нам только охрану, хотя бы человек десять. Что-то я теперь не очень доверяю «гостеприимству» орков. Оливии там передай, что я её люблю, но бросить Антона сейчас не могу. Она у нас умная девочка и всё поймёт.

– Да-да, – невольно улыбнулся Андрей краешком губ, вспомнив непоседливую дочь. – Боюсь я, после такого заявления она немедленно кинется вам на помощь. Ищи её потом в степи. Но не беспокойся, – обнял он жену, – что-нибудь придумаю. А вот Александр останется с вами. Ему это задание лично король дал. Да это и к лучшему: сильный маг вам тут не помешает, а опытный придворный с большими полномочиями – тем более. Он может выдавать разрешения и подписывать документы практически по любому вопросу. Сама знаешь его положение при короле.

– Знаю, – согласилась Маша. – И рада, что Алекс остаётся с нами. Но и охрана тоже, – напомнила она мужу.

– Само собой, – тот коротко поцеловал жену и начал раздавать указания к отъезду. Они и так задержались в степи больше положенного.

* * *

Синега проводила глазами отряд уходящих магов и посмотрела на Валерию. Теперь она стала здесь самой главной. Она и Александр. Валерия главная в фирме и её делах, Александр – в охране, защите и взаимодействии с королевством.

Валерия твёрдо встретила вопросительный взгляд помощницы и распорядилась:

– Все возвращаемся в офис. Готовимся к открытию. Работу никто не отменял. Синега, найди людей для сборки модуля-склада. Ставить его будем на нашем участке на окраине, чтобы было удобно приезжим. Александр, у меня к вам будет просьба…, – она повернулась к магу, и Синега поняла, что пора уходить.

– Александр, что если дом, который предоставили мне орки превратить в наше представительство? Нам с сыном хватит нескольких комнат на втором этаже, а весь первый я могу отдать под управление филиалом. Я понимаю, что орки могут выделить нам отдельный дом для этого. У них мало пока желающих покидать степь и обживать город. Но, думаю, что при нынешних условиях нам лучше всем держаться вместе. И с охраной легче будет, и с работой тоже.

– А вам самим не будет ли неудобно? – спросил советник. – Всё же чужие люди в доме и не один день, а надолго и каждый день.

– Я попрошу наших строителей сделать нам отдельный вход со двора. Дом же модульный, как я поняла, так что дополнить проект будет несложно. А, может, получится вообще отделить небольшую часть дома в оба этажа для нас. Тогда всё будет прекрасно. Строители сейчас в Генте, а с Яливентой и Данилой я договорюсь.

– Это хороший вариант, – согласился советник. – А дежурного к Антону будете назначать?

– Буду! – решительно тряхнула головой Лера. – Уразашу я доверяю, но его окружение я не знаю, поэтому регистратор будет постоянно писать происходящее в его юрте.

– Регистратор – это хорошо, – согласился советник. – Механические и электронные устройства здесь будут работать даже лучше, чем магия, но советую обязательно поставить в известность шамана о них, иначе будет скандал.

– Это я понимаю, – согласилась Лера.

За разговором они не заметили, что уже довольно далеко отошли от юрты шамана и движутся в сторону города, а маги и члены делегации следуют за ними в отдалении. Александр оглянулся и, увидев эту картину, приостановился, неторопливо оседлал своего коня, который терпеливо шёл за ним даже без повода, поднял к себе ошарашенную Валерию, и как ни в чём не бывало продолжил путь. Маги вслед за ним слаженно взметнулись на своих коней и кавалькада, поднимая пыль, рванулась к Генту.

Всё это Синега видела, слышала, оценивала и принимала, как должное. Она понимала, что сейчас в своих предостережениях Валерия абсолютно права. Орки не оправдали доверия и дали повод сомневаться. Плохо. Но она, Синега, такого повода никому не даст. Она сделает всё, что просит Лера, но она и не оставит Антона. Если день будет посвящён делам фирмы, то вечер и ночь – жениху. То есть – мужу, поправила себя Нежка. Ведь по закону степи Антон – её муж с сегодняшнего дня. А то что у неё не было в этот день правильных красивых обрядов, правильных степных нарядов и их с Антоном новой правильной юрты – не самая большая беда.

Синега заглянула в юрту отца, увидела, что мать Антона по-прежнему рядом с ним, ничего не изменилось и молча вышла. Седлая свою лошадь, она уже выстраивала свою дорогу: к кому заехать в первую очередь, к кому во вторую, чтобы быстрее и точнее выполнить распоряжения начальницы. А к вечеру она вернётся. Обязательно.

* * *

С этого дня Гент изменился и ритм его жизни ускорился. В степь со стороны королевства постоянно шли караваны. Окраина, где расположилась миссия из королевства, быстро обустраивалась. Возникли ангары для грузов, огороженная площадка для юрт, огороженный выгул для лошадей. Всё это возводилось из современных лёгких, но прочных материалов, собиралось быстро, как конструкторы лего и держалось надёжно, как и традиционные юрты орков.

К ангарам, дому миссии, к центральной площади Гента теперь вели широкие базальтовые дороги, построенные королевскими магами. Строители и дорожники из королевства развернулись не на шутку и в считанные дни преобразили полудеревенскую столицу орков во вполне узнаваемый молодой строящийся город. «Магия», – одобрительно признавала Валерия чудеса и скорости иномирного строительства.

Она уже вполне обустроилась в своём доме. Строители отделили её часть от остальных помещений и это оказалось очень удобно. У них даже появился свой собственный внутренний дворик в несколько соток, где по её просьбе маги земли высадили и привели в законченный вид различные растения, а дизайнер создал детскую площадку и несколько романтических беседок. Валерии понравилось настолько, что у неё даже начала мелькать мысль о переезде в Гент на постоянное место жительства.

В самом Генте они открыли магазин на центральной площади, в котором можно было приобрести как имеющиеся товары, так и заказать по каталогам. Медленно, с недоверием и опаской, с осторожностью, но орки потянулись к этой новой для них жизни.

И всё у Валерии складывалось хорошо, кроме личной жизни. Здесь был полный караул со всех сторон. Во-первых, с мужем. Валерия, как и собиралась, немедленно составила заявление на развод, воспользовавшись магоинтернетом Зелёной Долины.

Хозяева поместья давно установили прочную современную связь с Землёй, так как сами работали там, но жили подолгу в Долине. Так что Валерии осталось только заполнить формы на сайте и ждать ответа.

Естественно, что просто так их не развели раз есть ребёнок, а один из родителей против развода. Против, понятно, был Дмитрий. Он устроил в ЗАГСе и суде целое представление, как рассказывала потом Яливента, с целью создания имиджа несправедливо обиженного, но не удалось.

Не то чтобы муж на самом деле переживал о разводе. Нет. Просто он хотел напоследок как можно более уязвить Леру, досадить ей, а заодно попытаться оставить ни с чем. Опять не вышло. Яливента, Данила, да и сам Андариан – глава корпорации пользовались в их городе огромным авторитетом. Ялика наняла умелого адвоката, который стал представлять интересы Валерии, и все попытки Дмитрия и его защитника опорочить супругу потерпели крах. Их развели таким стремительным образом, что газеты не успевали реагировать на новости. Валерии даже не пришлось переходить для этого на Землю.

Прошёл всего месяц, а Валерия была теперь свободна и самостоятельна. Она перевезла сына к себе в Гент, наняла ему местную няню и разрешила играть с местными ребятишками. Счастью сына не было предела, и он даже не вспоминал о смартфоне, носясь с орчатами по степи, выливая сусликов, стреляя из детского лука и учась метать настоящие ножи. Воля!

В чём-то он безусловно превосходил своих степных сверстников, но во многом они превосходили его, и Максим с удовольствием учился новому образу жизни, заодно, обучая и орчат правилам цивилизации: мытьё рук, пользование столовыми приборами, ношение людской одежды. Да и многое чего было у них взаимно востребовано. Так что отца он не вспоминал, а если и вспоминал, то с обидой.

Здесь в степи отца ему заменил Александр, который с удовольствием проводил время со своим маленьким подопечным и его друзьями, при этом, никак не намекая Валерии на своё отношение к ней и Максу. Но она это чувствовала. Чувствовала и не знала, что делать. Только-только Лера освободилась от одних отношений: тяжёлых, унизительных, болезненных. И впрягаться в новые была не расположена. Хотя, честно говоря, Александр вызывал огромное уважение, и она испытывала к нему искреннюю благодарность.

Вот и сейчас у неё выдалась редкая минутка покоя и Лера сидела в беседке, увитой красивым плющом, и наблюдала за сыном. Александр что-то показывал ему и объяснял, а сын внимательно и с интересом слушал. «Наверное, про магию объясняет», – подумала Валерия. У Максика, да и у неё самой обнаружилась магия и с её разрешения, советник начал заниматься с сыном магическими тренировками.

Ничего опасного Лера в этом не видела, даже, наоборот, приветствовала. Раз уж им повезло оказаться в магическом мире, то неплохо было бы понимать и знать законы жизни этого мира. Она не заметила, как успокоенная мирной картиной, задремала на широкой лавке, уронив голову на мягкий валик. Очнулась внезапно от мягкого касания чужих рук к своим волосам.

– Лера… Лера, проснись, пора.

– Куда? – спросонья не поняла женщина.

– У нас встреча назначена. Приехали с дальнего рудника с образцами камней, – напомнил советник окончательно проснувшейся Валерии.

А она с удивлением обнаружила, что голова её лежит вовсе не на подушке, а на коленях сурового архимага, который ласково гладит её волосы и убирает непослушные пряди за ухо. «Что, чёрт возьми происходит?!» – не поняла Лера и рывком села на лавке.

– Извини! – смутилась она, глядя в смеющиеся глаза советника.

– О! Не стоит, мне только приятно, – с подтекстом ответил этот… нехороший человек и, поднимаясь с места, подал ей руку. – Пойдём, через пятнадцать минут нас уже ждут в кабинете.

Лера, которая собиралась отбрить мужчину за вольные действия, тут же подобралась и заторопилась в офис. Навешать словесных «плюшек» Александру она пообещала себе попозже. Как-то так незаметно получилось в этот месяц, что вежливо-отстранённое «вы» между ними сменилось на дружеское «ты». Лера уже не вздрагивала и не напрягалась внутренне при встрече с советником, а, наоборот, улыбалась и спешила поделиться успехами, ну или неудачами.

Вообще, все люди в Генте невольно чувствовали себя одной командой и стали ближе друг другу, так что ничего особенного Лера здесь не видела. Но подсознательно понимала, что между ней и советником что-то происходит. Но нужно ли ей это что-то, она для себя ещё не решила.

Не было у неё к Александру такого крышесносного влечения, как когда-то к Дмитрию, не теряла она голову от взгляда советника и не замирало сердце, когда он брал её за руку. «А, может, я уже просто постарела и гормоны не играют больше в моей крови», – с грустью иногда размышляла Лера, глядя на этого красивого, мужественного, серьёзного и ответственного мага.

А Александр, глядя на любимую женщину, благодарил судьбу за этот подарок. За то, что они встретились, за то, что она оказалась именно такой, как ему мечталось. За то, что не зря столько лет он ждал свою единственную и нужную ему женщину. И он нисколько не сомневался, что как только она отпустит прошлые отношения, позволит себе новые чувства, так и «заметит» его: Александра. И оценит по достоинству его преданность. Он не сомневался. И не собирался терять так давно ожидаемое счастье.