Глава 7. О личах, истощении и маленьких успехах

В просторной аудитории, где должны были проходить занятия по основам некромантии, столы располагались ярусами, словно в крошечном амфитеатре. Альба оказалась вновь рядом со Свеном и подсевшей к ним перед самым началом пары Амири. Рядом оказался и полный черноволосый парень, представившийся Жаном. Он смотрел на Свена с каким-то обожанием, что ли…

— Что, ждешь когда скелетов, а то и призраков поднять дадут? — усмехнулся рыжий.

Жан, которому этот вопрос и был адресован, кивнул.

— А зря. Первые полгода одна теория будет.

Мечтательности во взгляде Жана поубавилось.

— Вы правда так думаете?

— Еще «милорд» добавь, — осадил его Свен. — На «ты», лебезить перед ван Хатеном можешь и остальными. Не думаю — знаю. Потому что программу читал. И потому что магистра ле Круа хорошо знаю, она у отца диплом защищала. А что, вы думали, что у нас прям сразу практика будет? — рыжий нашел во взгляде девушек подтверждение своим догадкам и усмехнулся. — Зря, зря. У нас вообще ничего кроме левитации и чего-то вроде заклинания подогрева воды или подкормки растений из практики не будет в первом семестре. Может, еще к зиме силу передавать научимся как целители или что-то вроде того. Да и толку сейчас от практической некромантии? Мало того что там все ночью делать надо, так что со сном придется распрощаться, так еще и ни у кого из вас сил даже мышь дохлую поднять не хватит, — «некромант» с сомнением посмотрел на Альбу. — Ну, может тебе и хватит. Не уверен.

— Я не только мышь поднять могу. Думал, может что-то интересное в столичном университете будет с первых дней, — Жан немного скованно улыбнулся. — Так-то я год проучился на некроманта в Кайдене. Академия маленькая, но все же практика с самого первого курса была, с мышами, да и еще много чем по мелочи.

— Кайден… — задумчиво повторил Свен. — Там ван Торрен декан?

Жан кивнул.

— Толковый мужик. А что ты ушел оттуда?

Жан скис.

— Поссорился с одним из преподавателей и сессию не сдал. Сюда на некроманта не поступить, еле-еле прошел по баллам на практическую. А ты правда Пришедшая? — он повернулся к Альбе и задал, казалось, давно лелеемый вопрос.

Жан глазел на нее с каким-то детским восхищением. Как и на Свена. Как и на Амири. Кажется, его просто удивляло все необычное.

— Да.

— И говоришь по-нашему…

— Говорю.

— Переход дарует способность к языкам, — наставительно заметила Амири. — Но все равно так странно не просто читать об этом, а видеть своими глазами того, кого призвала магия. У нас о Пришедших легенды рассказывают. Об их подвигах… и не только, — немного по-детски закончила она.

Альба после речи историка буквально кожей чувствовала, как изменилось отношение к ней группы. На удивление, на лицах Ганса и Дитриха заинтересованности стало чуть больше, а брезгливости меньше. Да и пара парней из их свит посматривала на нее, что на теории, что в библиотеке, что сегодня в столовой. А вот остальные… Кроме Амири, Свена и Жана все остальные смотрели на нее волком. Ну кроме разве что бритоголового Харальда, северянин как был ко всем одинаково радушен, так и остался, да Далии — по лицу девушки с востока ничего было не понять.

Уловив взгляд Ганса, Альба уставилась на аристократа в ответ. Не без злости — если что-то хочет от нее, то пусть словами говорит. Староста ответил на ее взгляд немного насмешливой ухмылкой и отвернулся к своим товарищам.

— Что им всем от меня надо? — не то чтобы Альба собиралась жаловаться Свену на свое положение, но все же интерес боевика с его недругом его не радовал.

— А ты догадайся, — ухмыльнулся рыжий.

— Считается, что ребенок двух сильных магов с большей долей вероятности унаследует дар, — просветила ее сегодня словоохотливая Амири.

— Что? — Альба пришла в ужас от открывшейся «перспективы». — Я не инкубатор! — зашипела она, надеясь, что никто не услышит.

— Да никто и не заставляет им быть, просто теперь некоторые и тебя могут в свои расчеты включить, да и все, — отмахнулся Жан. Потом наткнулся на взгляд Альбы и пояснил: –хоть ты и без рода, но сильного мага бастардом признает по отцу любой род с радостью. Определить уровень развития энергетической системы специально обученный целитель и у младенца может. А дальше сама думай.

У Альбы медленно зашевелились волосы на голове. И почему она не родилась мальчиком…

— Дайте угадаю — приворотные зелья у вас существуют?

— Какие? — не поняла Амири.

— Ну чтобы человек в тебя влюбился.

— Не, — девочка помотала головой. — Любовь — это ведь сложное чувство.

Жан и Свен не удержались от смешка. В исполнении тринадцатилетней это звучало особенно комично.

Альба расслабилась. А зря. Амири продолжила:

— А вот животной страстью воспылать можно и помочь. Это если зелья. А вот если внушение…

— Адепты, говорить на занятии может только один из находящихся в помещении, и сейчас это я, — строгий голос прервал объяснения девочки.

Альба не сразу поняла, что за своими переживаниями проворонила появление в аудитории преподавателя. Молодая черноволосая девушка в черном камзоле и черных же брюках, заправленных в черные сапоги, выглядела несколько недовольной и немного помятой.

— Если хотите высказаться — поднимите руку и ждите, когда спрошу. Итак, для тех, кто был занят своим делами, я — магистр Женева ле Круа. Сразу обозначу — я не в восторге от необходимости вести пары так поздно и ложится спать уже засветло, так что если вы не сумеете появиться в аудитории до звона колокола, то можете на занятие вообще не приходить. Опозданий не терплю. Если я могу прийти сюда, проработав всю ночь, то вы должны хотя бы вовремя из своих постелей вылезти. И второй важный момент — в ближайший семестр мы с вами работаем над теоретическими основами некромагических плетений. Я прекрасно понимаю, что все это не слишком интересно непрофильным специалистам, а профильные, — ее глаза задержались на Свене, — здесь не учатся. Но программа есть программа, и будьте добры ее освоить. После сессии с теми, кто продолжит обучение, мы перейдем, собственно, к практической стороне вопроса. Пока же на лекциях я буду говорить, а вы — слушать, а на семинаре будем говорить по очереди. Сегодня у вас две пары, и обе лекции, семинар проводить пока нет материала. Но к следующему занятию прошу подготовить эссе на тему теоретических и практических различий между работой с живыми, неживыми и немертвыми объектами. Хотя бы на уровне вашего понимания вопроса. А чтобы было о чем писать, прочтете соответствующие главы из рекомендуемых мной книг и послушаете сегодняшние лекции. Итак, начнем мы с фундаментальных особенностей некромагии, или некромантии, как ее принято называть.

Альба, чувствуя, что запястье после вчерашней писанины не пришло в себя до конца, предпочла больше слушать, записывая только самое основное из сказанного женщиной. На удивление, магистр ле Круа рассказывала ничуть не менее понятно, чем явно куда более опытная в преподавании де Вейн.

Терминов все еще было много, но все же хотя бы часть информации в голове Альбы оседала. Например, она уяснила, что в этом мире некромагия чаще всего называется некромантией из-за неточностей перевода записей одного старого волшебника-теоретика. Рассказывала магистр и о том, как вообще зародился и развивался этот вид магии, и судьба тех, кто плел черные магические нити, была непростой. Например, некромантам не повезло активнее всего схлестнуться с церковью, которая за пределами королевства в прошлом имела большое влияние, и именно маги этой специальности были на нелегальном положении фактически до Второй Войны с Нелюдьми. Последняя была выиграна во многом благодаря деятельности Повелителей Смерти, могущественных заклинателей мертвых, в одном из сражений ожививших на стороне людей и союзной нечисти несколько десятков тысяч павших воинов… С тех пор некромагов не ограничивали в практиках, если они, разумеется, не преступали никаких законов. Не ограничивали, но все же сторонились. Не только неодаренные, но и другие маги настороженно относились к Повелителям Смерти, прирожденным некромантам, которых было легко опознать по неизменно-черным глазам.

Свен помахал всем рукой, пока магистр описывала эту часть прошлого и настоящего некромантии. Аристократы, явно знавшие все это, остались невозмутимы, а вот некоторые из горожан были удивлены и, казалось, даже напуганы информацией о том, кем оказался их однокурсник.

В нынешнее время некроманты были близко связаны и с судебной системой, и с похоронными обрядами. В ведении некромагов находился контроль кладбищ, особенно тех, которые из-за близости расположения источников большого количества магической энергии могли доставлять неприятности. Нужно было из года в год ставить обереги, плести сложные узоры для замеров плотности нитей, устанавливая при необходимости блокираторы, которые не давали бы мертвым подняться. Из делать все эту нужно было регулярно, десятилетиями, а потом все равно упокаивать нежить, потому что в дни затмения плотность нитей магии вдруг стала больше, или кто-то умер и родственники на некроманте или серебре сэкономили, или еще что… В общем, та еще работа.

На второй паре лекция продолжилась. Магистр, позевывая, зарисовала им таблицу видов немертвых с их особенностями.

Альбе, просматривавшей записи, на миг стало страшно. Магия — магией, но жить в мире, где скелеты, зомби, умертвия, призраки, полтергейсты, высшие духи, личи, банши, гримы, какие-то тремокостяки и еще множество других существ поднимались из могил желая одного — питаться чужой жизнью… Брр. Мороз по коже.

Только к концу пары преподаватель добралась до личей, высших и крайне опасных немертвых, которые появлялись или из-за неправильного оживления погибшего, или произвольно в момент смерти могущественного мага, которого привязывали к этому миру специальным ритуалом.

Это было пугающе. По-настоящему пугающе. Но какие открывались возможности…

Вечная жизнь. Перенос сознания в мертвое тело. Кстати, можно было и в чужое тело перенести разум, если очень захотеть, выкинув настоящего хозяина прочь. Да и вообще сам факт вот такого вот посмертного существования доказывал возможность работы сознания отдельно от мозга...

— Есть вопросы? — до конца пары еще оставалось время, но магистр закончила давать общую классификацию и теперь с пытливым интересом осматривала группу, прислонившись к кафедре.

У Альбы вопрос был. И даже почти по существу занятия. Наверное. Все молчали, и она, помявшись, все-таки подняла руку.

В глазах некромантки промелькнула искра интереса, и магистр кивнула.

— Спрашивайте. Только назовитесь для начала.

— Альба Синегорская. Может быть это будет несколько некорректно, но все-таки… У личей есть сознание, разум и свободная воля. Да, их тела один раз умерли, но… В чем тут будет разница между ними и живыми, побывавшими близко к смерти?

Магистр посмотрела на нее тяжелым, каким-то испытующим взглядом, явно что-то про себя решая. Но, что бы она ни решила, ле Круа в лице не изменилась.

— Вопрос интересный. Да, для неподготовленного, а порой даже и для подготовленного наблюдателя отличий лича от человека, если первый осторожен и умен, не будет. Но все же мы говорим «поднятие», а не «оживление», и «немертвый», а не «живой», когда описываем ритуалы, создающие этих существ. Кто может мне ответить — почему?

Дитрих, заместитель старосты, поднял руку, и после кивка магистра представился и предположил:

— Разложение? Сколько ни маскируй — тело все равно разрушается.

Ле Круа покачала головой.

— Физические вместилища высшей нежити не разрушаются со временем. Так что нет, личи не гниют. Еще варианты? Ван Хатен?

— Личи могущественны и являются природными некромантами даже если до смерти были магами других направлений.

— Верно. Но природных некромантов у нас не одна сотня, и вполне живых. Еще варианты?

— Филактерия, — с места предположил Харальд.

— Впредь поднимайте руку. И — нет, есть ритуалы где филактерия не используется. Сложные, но существующие. Еще?

— Энергетическая система лича разомкнута, — отрапортовала Мария.

Магистр кивнула.

— Именно. И что это значит человеческим языком?

— Им нужна магическая энергия.

— В целом верно. С одним важным уточнением — немертвым постоянно нужна чужая сила, чужая магическая энергия. Даже архиличи физически неспособны существовать без притока энергии извне, причем речь идет не о природной силе, а о переработанной. Всегда. В этом есть принципиальная разница, между, например, тяжелораненым, спасенным могущественным целителем или оживленным некромантом, и тем, кого некромант поднял уже как немертвого. В первых двух случаях будет необходима передача энергии, о которой вам расскажут на занятиях по целительству, но эта передача ограничена по срокам. Тяжелораненый или выздоровеет, или умрет. Оживленный может пить силу проводившего оживление не один год, особенно если вовремя не были использованы определенные плетения, но все же и эта потребность сходит на нет. Непременно сходит. А вот немертвые всегда нуждаются в чужой силе. И магической силе, и жизненной. Поэтому они стоят вне закона и подлежат немедленному уничтожению. Их жизнь — заемная. Всегда. Выпитая, отобранная у других. И любой, кто пойдет этим путем, недостоин ничего кроме окончательного уничтожения и забвения. Усвойте это раз и навсегда.

С некромантии Альба выходила в задумчивости. Лекция ей понравилась. А вот новости что о возможном интересе к ее «племенным свойствам», что о наличии тут целого бестиария самой разной злобной нежити не радовали. И если нежить была далеко, то вот дворяне учились с ней в одной группе. Альба много читала о больших возможностях аристократии раньше, в своем мире. Но как обстояли дела здесь? Никто ей же приказать не мог ничего сделать, так? Или все-таки…

Испортив себе аппетит бесплодными раздумьями, она перед парами по целительству решила пристать с расспросами к Свену. Не то чтобы Альба ему безоговорочно доверяла, но, по крайней мере, хоть какая-то отправная точка. Де Стен был аристократом, но он хотя бы был нормальным и ни с кем особо не кучковался. Расспрашивать что-то у целой компании дворян Альбе не хотелось.

— Слушай, — она говорила негромко, благо сидели они позади класса, да и многие еще не пришли из столовой, — насчет того что Жан говорил… Ну, о бастардах.

Свен склонил голову, показывая свое внимание, и Альба продолжила:

— В общем, в моем… на моей родине такого нет. У нас вообще нет аристократии. И если… в общем, если что, то любой человек у нас может пойти в полицию, ну в стражу, чтобы его защитили.

Рыжий взглянул с сочувствием.

— Да ладно тебе переживать об этом. Никто себе сильно лишнего позволять не будет. Ты — адептка, и студентка Зеленого Университета. Ты можешь рассчитывать на помощь Совета Архимагов и, собственно, помощь преподавателей.

— Которые сами аристократы, — убито закончила Альба.

— Почему? Не все, далеко не все. Очень многие «де», «ре», «ле», «ван» — не более чем красивые фамилии, не у всех из них не то что земля и влияние, а вообще титул есть. Приставку часто сохраняли даже после того, как дворянства лишали. Да и вообще нормальные маги в первую очередь о магии думают, а не о родах, власти и наследниках. Совет, как и Суд Архимагов, имеет контакты с короной, да и влияния немало. Так что все знают, что если против мага закон нарушить, то этого магическое сообщество так не оставит. Даже если у тебя нет рода и титула, а у обидчика есть, то у него есть и враги, которые тебе всегда готовы помочь недруга утопить. Да и вообще, если что случится и ты, как Пришедшая, защищая свою честь и достоинство, кого-то покалечишь или даже прибьешь, то ничего за это не будет особо, так что расслабься. Просто не стоит лезть в дрязги аристократов без особого на то повода, и проблем не будет.

Не то чтобы это очень вдохновляло… Но хотя бы внушало надежду. Некоторую.

Альба поблагодарила Свена. И ведь не сказать что повод для беспокойства был реальный... Но, увы, излишняя мнительность всегда была ее спутником. Альба давно приняла что она из тех людей, которые садясь в самолет думают о том, как будут если что выпрыгивать из аварийного выхода и выживать в тундре. Иронично, что в некоторых действительно сложных ситуациях ее сознание словно бы прояснялось, и действовала она довольно быстро и без лишних эмоций. Будто какая-то часть разума ждала подобных событий, и только во время них чувствовала себя нужной, а остальное время просто придумывал страшилки…

Ну или постоянные дурацкие сны делали ее еще менее уравновешенной. Альба уже начала жалеть, что не приобрела в лавке кипятильный амулет — чай всегда помогал ей расслабиться и отвлечься от всего ненужного. Но оставалось только ждать пару по стихийной магии и надеяться, что с воду там правда покажут как нагревать, и у нее это получится лучше, чем с перьями.

Целительство вел неожиданно чернокожий мужчина, полностью закутавшийся в бирюзовую мантию, представившийся магистром Фаве. Говорил он густым басом, медленно, образно, и несколько монотонно. Впрочем, Альба слушала его во все уши. В отличие от других преподавателей целитель начал знакомство с предметом не с истории или особенностей плетений, а с рассказа о том, что каждому магу стоило знать: о магическом истощении.

— Я не хочу задавать вам на первом же занятии доклады, но надеюсь, что вы откроете учебник и ознакомитесь с первыми двумя главами до следующего занятия. Хочу напомнить, что целительская магия работает и с магическими, и с физическими травмами, и изучать основы мы будем в полном объеме и в той, и в другой области. Отдельно стоит говорить про травмы ментальные, но там целая область, на границе нашей магии и менталистики, и пока я оставлю ее за скобками, — Фаве неспешно прохаживался между рядами парт. Широкие одежды мага развевались, и это, вместе с ощутимым запахом трав и масел, делало его похожим на какого-то древнего жреца. — И если про физические травмы мы с вами поговорим на второй паре, то о магических пойдет речь прямо сейчас. Итак, кто мне скажет, какой вид магических травм наиболее распространен?

— Повреждения ауры, — уверенно ответил Ганс.

Фаве покачал головой.

— Среди всех, кто идет путем боевого мага или служит Гончей — да, разумеется. Но я сейчас говорю о вообще всех магах.

— Рикошетные заклятия? — это уже Мария предложила вариант.

— Ближе, но нет.

— Истощение, шоковое и длительное, — уверенно сказала Амири.

— Да. Именно. Прекрасно, адептка, — на секунду Фаве окинул ее почему-то расфокусированным взглядом. — Книги или личный опыт?

— Два поколения целителей в родственниках, — емко ответила Ами.

Фаве кивнул, кажется, с некоторым сочувствием во взгляде.

— Безусловно, в каждом из направлений магии есть свои характерные травмы. Стихийники часто ходят в ожогах, алхимики страдают от отравлений, маги природы на физическом уровне зависят от времени года и погоды за окном, боевики рискуют получить повреждения ауры… Продолжать можно до бесконечности. Уверен, преподаватели по специальностям ознакомят вас со своей спецификой. Но есть универсальная проблема всех магов, в особенности магов молодых — истощение. И, как правильно заметила юная леди, истощение может быть двух типов: шоковое и длительное. В первом случае речь идет об одномоментном вливании в плетение такого количества энергии, которое или равно, или превышает накопленный резерв. То есть вы отдаете или все, что имеете, или больше, выбирая в последнем случае еще и собственную жизненную силу. Происходит это чаще всего при большом эмоциональном напряжении. В нормальной ситуации ваш разум сам ограничивает поток вливаемой энергии, но в стрессовой, когда выживание важнее, этот механизм игнорируется. Симптомы тут довольно сильно зависят от индивидуальных особенностей. Резкая потеря сил после колдовства, озноб, холодный пот, боль в груди, осложнение дыхания — первые и очевидные признаки. При любом из них вам необходимо обратиться к целителю или к любому из преподавателей. Сильное истощение чревато потерей сознания, а сверхсильное — летальной остановкой дыхания, сердцебиения и деятельности мозга. Как вы понимаете, ограничения, наложенные на использования магии без контроля преподавателей, есть не просто так. Хроническое, или длительное, истощение во многих вопросах коварнее шокового. Почему? Тут все просто. Резкое истощение имеет причину, заметно и магу и окружающих, и если не дошло до серьезных симптомов, то лечится хорошей дозой самого распространенного восстановительного зелья Рисского или другими аналогами. Когда вы научитесь передавать магическую энергию друг другу, то шокового истощения избежать станет довольно легко, как и справляться с его последствиями. На следующем занятии я покажу вам, как диагностировать резкую потерю сил, и не только ее, у окружающих, а после будем работать с освоением простого трансфера. Пока же продолжим рассматривать длительное истощение. С ним все намного сложнее. Картина смазана, симптомы проступают через разные промежутки времени, и причина тут — не одно конкретное колдовство, а постоянное выбирание резерва со скоростью большей, чем он способен восстановится. Разумеется, вы можете ощущать усталость после целого учебного дня — это нормально. Если нет болевых симптомов, разумеется, вы можете нормально дышать и не падаете в обморок. Но если усталость накапливается, и организм постоянно тратит хоть немного больше чем восстанавливает, или, как часто бывает на фоне стресса, восстанавливает меньше обычного, а тратит привычные объемы ресурсов, то последствия будут ровно те же самые, что в случае шокового истощения. Опасные последствия. Но так как многие маги накопленные симптомы игнорируют, то часто обращаются за помощью тогда, когда магическая система начинает выгорать из-за постоянного вытягивания сил из ауры.

В кабинете повисло мрачное молчание. Судя по виду того же Ганса — он с этим точно был знаком не только из учебников.

— На определенных этапах опытные целители могут помочь пострадавшему, но это долго, сложно и порой не приводит к нужному результату. Так что не стоит доводить до потери магии, она всем вам нужна. Кроме того, существуют несколько типичных симптомов, служащих поводом для обращения к целителю. Рассмотрим их.

Альба слушала в оба уха. Впрочем, все оказалось просто и сводилось к одному: при любых непонятных ощущениях обращайтесь к целителю или кому-то, сведущему в диагностике. Боль, сыпь, покраснения, зуд, пятна на коже, отсутствие сна, сонливость, плохой аппетит, слишком хороший аппетит, подавленное настроение, радостное настроение, нейтральное настроение… Все что угодно могло быть признаком истощения или и вовсе чего-нибудь смертельного. Или не быть... Это как листать книгу с описанием болезней — очень быстро находишь все их у себя.

Проняло даже проучившегося уже год Жана. Амина, посмеявшись над его несчастной физиономией, посоветовала не переживать без повода.

— Мелочь — это мелочь. А если что и правда не так — вы это почувствуете. Лучше не забивать себе голову или сходить лишний раз к целителям, они не кусаются.

Альба усмехнулась про себя. Интересно, а ее сны с этим джипом считаются за симптом? Хотя это скорее к «ментальным травмам». Да и вообще врачей она не любила, а этот магистр, даром что маг, тоже врач. Не любила и все, с детства. Никаких травм и боли, просто какой-то странный страх, порожденный, наверное, какой-то очень старой неудачной процедурой или обследованием.

Словно подтверждая, что целитель тоже врач, всю вторую пару магистр Фаве рассказывал про оказание немагической первой помощи, и тут Альба ничего нового для себя не узнала. Ну кроме того что прямая передача энергии может помочь справиться не только с истощением. А так анатомия у людей с ее родины и местных была одинаковой, и приемы для оказания первой помощи — тоже. Судя по всему, по уровню развития местная медицина ничем не уступала той, которую разработали в ее мире без магии.

Остаток дня прошел в попытках справиться с заданиями по бытовой магии. Увы, листья летать куда нужно не желали, в теории же Альба немного продвинулась за счет сегодняшних лекций и взятых в библиотеке учебников.

Второй день прошел, определенно, куда лучше первого.

Теперь Альбе снились джип, листья и гоняющиеся за ней аристократы.

Основы физической культуры в среду оказались немагическими. Вообще. Их вел полноватый усатый мужчина по имени Курт, который магом не был, и делать тут нужно было ровно то же, что и на обычной физкультуре. Как поняла Альба, через пару недель будет формирование команд для арканбола и вламага, и те, кто окажется в числе участников, смогут рассчитывать на отдельные тренировки с использованием если не всех, то хотя бы части своих магических навыков. Остальным же предлагалась довольствоваться активностью, густо замешенной на беге, беге и еще раз беге, с небольшим количеством упражнений на гибкость. Ну и парой игр с мячом, которые здесь напоминали какую-то диковинную смесь регби и футбола. Альба бегала довольно неспешно. Недосып, преследующий ее с самого появление здесь, сказывался. Но все же возможность заняться чем-то простым и понятным радовала. Даже если это был просто бег.

Магия природы, которую вела миниатюрная рассеянная шатенка Диана Фойет, оказалась весьма знакомой по школьным годам. Не в лучшем смысле. Судя по всему, магистр «зеленой» магии была уверена, что без тщательной теоретической подготовки студенты уничтожат все вверенные им живые учебные пособия, так что две она пары просто читала с листа лекции о классификации растении и животных, подозрительно напоминающей что-то подобное из уроков биологии. Кажется, этот вид магической науки был направлен на умение взаимодействовать с самыми разными представителями животного и растительного мира. Увы, пока речь шла почти исключительно про флору, а Альбе это было не слишком интересно. Биология в школе определено не была ее любимым предметом. Благо, пока им практика не светила — и ладно. А то еще со своей силой разозлиться и вырастит какую-нибудь гигантскую мухоловку вместо нормальной… Приятной неожиданностью стало то, что пары по магии природы проходили в кабинете, густо заставленном растениями, и ряды диковинных горшков со своими зелеными обитателями неплохо подходили для отвлечения внимания от откровенно скучного рассказа магистра.

Ритуалистику вела дородная северянка, тетка Сигурн, Ноя Аскольда Свенсен. Предмет оказался во многом аналогичен черчению, с той лишь разницей, что здесь не было нелепых шрифтов и надписей, а чертежи использовались ни для строительства домов, а как альтернатива представлению перед внутренним взором сложных узоров. Здорово было слушать магическое назначение каждой из простых фигур, использовавшихся в ритуальном начертании плетений, и правила вписывания их друг в друга. Очень здорово. И совершенно не здорово оказалось получить задание подготовить сообщение про все основные правила построения ритуальных рисунков, в котором все эти принципы вроде «две одинаковые фигуры разных размеров друг в друга без посредничества третьей не вписываются» необходимо было рассмотреть с точки зрения магической теории…

Ну и бонусом — для сдачи экзамена нужно было научиться рисовать все фигуры ровно с первого раза. Альба и в школе-то от черчения шарахалась как от чумы, а теперь ее рука, которая бунтовала все сильнее с каждым написанным конспектом, точно не благодарила за попытки медленно и вдумчиво, напрягая запястье, рисовать ровные линии.

До вечера Альба читала книги, надеясь подготовиться к завтрашнему занятию по теории магии, поставленному на замену менталитике. Даже плетения основные постаралась зарисовать, правда вышло ну очень небрежно. Ладно, может быть хотя бы тут ее при всех отчитывать не будут…

Альба промаялась с рукой почти всю ночь, под утро задремав и оказавшись в компании джипа, пугающего мужчины из города и каких-то мутных образов, совершенно не выспавшись.

Благо, в столовой с утра можно было выпить кофе. Или его аналог, но «переводчик» уверял, что это именно «кофе». В голове немного прояснилось. Осталось два дня — и можно будет отдохнуть на выходных.

— Эй, Альба, как жизнь? — рядом оказалась Сигурн с подносом в руках.

Альба улыбнулась, видя знакомое лицо, и указала на соседний стул.

— Что, как учеба? Интересно, а? — Сигурн поглощала тушеную капусту с какой-то гигантской скоростью.

— Интересно, — искренне отозвалась Альба.

Ей действительно нравилось изучать магию. Это было что-то новое. Завораживающее. Волшебное, в конце концов. Да, ей не удавалось этот чертов лист направить куда надо, но ведь он ей подчинялся. Подчинялся! Да и все остальное притягивало внимание. Ну, кроме истории, конечно. И магии природы. Пока по крайней мере. Вот если бы там о том, как с котами, например, разговаривать рассказывали, тогда бы был любимый предмет, а так — ерунда.

Еще бы проблем с теорией и письмом было меньше, и спать бы нормально…

— Как тебе Аскольда? Была пара?

— Была. Ритуалистика понравилась, — честно улыбнулась Альба. — Только чертить не выходит как надо.

— Ой, да научишься, ни у кого не выходит нормально. Я вон по сей день не могу так, чтобы Аскольде нравилось, и ничего. Ты это, заходи вечером ко мне, если хочешь. Поедим пирожков, попьем чаю, Харальд ваш лютню обещал принести. Соберутся мои товарищи, попоем, пообщаемся. Что скажешь? Никакого вина, но хоть развеешься, а то выглядишь так, словно спишь в день по часу.

Ну, положим, она и правда спала в день по часу... Но отвлечься от учебы казалось и правда хорошей идеей.

— Спасибо, я постараюсь прийти.

Сигурн подмигнула.

— Учеба — учебой, но и развлекаться надо, а то так и зачахнешь над книгами. Ладно, бывай, мне еще отчет, вельвы его побери, в очередной раз переписывать.

Северянка хлопнула Альбу по плечу, от чего та едва не свалилась со стула, и убежала куда-то по своим делам. Пришедшая же подхватила торбу и отправилась на пару по стихийной магии, заранее опасаясь того, что там могло поджидать.

Как оказалось — зря. По крайней мере, писать почти ничего не пришлось, кроме списка литературы. На парте у каждого обнаружились стаканы из глины, полные воды, и стояли они там не просто так. Обе пары неожиданно оказались практическими.

— Итак, адепты, — занятие вела средних лет дама с восточным именем Чандра, которая на вид казалась самой обычной жительницей королевства, разве что волосы имела черные, а глаза темные и чуть-чуть раскосые. — Если вам нужна по моему предмету теория, то берите учебники, чье название на доске, и списывайте ее оттуда, не маленькие. Я рассчитываю, что эти учебники вы будете хотя бы читать. По ним же будет теоретическая часть зачета. Но здесь и сейчас у нас будет практика, практика и еще раз практика. Магия стихий — наиболее практико-ориентированное направление из всех. Если хотите заниматься высчитыванием необходимой скорости порыва ветра для того чтобы получить нужную силу потока при использовании плетения «Разрезающий ветер», то дело ваше. Но в целом теория вам не слишком поможет. Стихия, с самых первых, самых древних попыток использовать ее — это эмоции. Здесь ваша сила и ваши чувства важнее правильности плетений. Но, тем не менее, узор для кипячения воды на доске, — мел нарисовал довольно простую схему нитей, казавшуюся Альбе похожей на какой-то растрепанный узел. — Для разведения огня применять не советую, сил немерено потратите. Для поджигания другой узор используется, его разберем позже. Это же плетение подходит для нагревания жидкостей и, при должном умении — для нагревания твердой пищи. Применение на людей запрещено — кожу спалите или вовсе убьете, если сил вбухаете много. Хотя, конечно, убить сможете только когда магистрами, не меньше, станете, но все равно эксперименты не проводить. Согревать одежду тоже пока не пытайтесь, рано еще. Сейчас воссоздаете мысленно плетение перед собой, представляете себе как закипает вода в стакане перед вами — и вкладываете силу. Плетение длительное, пока результата не будет — держите представление и питайте узор. Холодную воду набираете в уборной, новые емкости, если кому понадобятся, выдам. Приступайте.

Альба посмотрела на кружку. Как «вливать силу» она представляла плохо, несмотря на прочитанное и услышано за последние дни. Кажется, суть была в том, чтобы разом мысленно представить результат, который должно было обеспечить плетение, и словно бы «подтолкнуть» узор этот результат воплотить. Что ж, надо пробовать. Злость тут вряд ли поможет, кажется.

С первого раза не вышло, не получилось представить узор. Вторая попытка тоже закончилась неудачей, стоило Альбе попытаться подумать о кипящей воде, как на отвлеклась от простого плетения перед глазами. Не вышло из третьего. Но она пыталась. И еще раз. И еще. На седьмой, кажется, попытке, Альбе удалось сделать все как нужно. Из живота поднялось тепло, прошло по руке и словно бы впиталось в переплетение красно-синих нитей перед внутренним взором. Узор ярко вспыхнул и полетел к кружке сам собой.

В тот же миг от воды пошел пар. Плетение угасло.

Альба заглянула в кружку — по воде шли пузырьки. Мелкие, но шли. Осторожно попробовала пальцем для верности. Горячая, но точно не кипяток. Значит, не получилось правильно.

Она решила повторить попытку во второй раз — мелкие пузырьки, не больше. Третий — аналогично. Вода не кипела, хоть ты тресни, хотя и нагревалась.

— Поддерживайте образ, — довольно мягко посоветовала Чандра, все это время наблюдавшая за Альбой. Видя недоуменный взгляд адептки, преподавательница пояснила: — не нужно представлять себе сразу кипящую воду. У вас не хватает сил мгновенно ее в кипящее состояние перевести, да и не нужно это. Поэтому, кстати, у подавляющего большинства дело далеко не продвинулось. Представляйте процесс закипания. Процесс, а не один результат. Представляйте и поддерживайте этот процесс до его логического завершения.

Альба попробовала. На воображение она никогда не жаловалась, как вода закипает видела много раз… Теперь тепло из живота по руке пробежало куда быстрее. И его было больше. И…

И спустя пару секунд кипящая вода выплеснулась на парту, едва не попав на руку.

— Вот так. Только силы вкладывать нужно меньше, у вас половина жидкости паром стала, — прокомментировала случившаяся магистр. Она отошла к доске, оглядывая группу, и продолжила: — забыла предупредить — господа адепты, не применяйте это плетение на жидкости в закрытых емкостях. Полностью закрытых, я имею в виду.

— А что будет? — полюбопытствовала Амири.

— Ты кидала когда-нибудь запаянную банку с солениями в костер случайно? — ответил ей Свен.

— Именно, — магистр кивнула. — Замучаетесь осколки собирать, пораните себя и окружающих. Что ж, продолжайте. А вам, адептка, я рекомендую все-таки пробовать вкладывать меньше энергии. Не нужно торопиться с непременным быстрым закипание, держите плетение десяток-другой секунд, так расход сил будет равномернее.

Альба кивнула, приняв во внимание совет.

До конца пары, правда, у нее так и не получилось справиться с этой задачей. Вода закипала без проблем, но все еще слишком интенсивно. В последний раз было получше, ничего почти не выплеснулось, но у Альбы не было уверенности — это успех или просто усталость. Было ощущение, что она за эту пару пробежала километров в несколько раз больше, чем за вчерашнее занятие физкультурой.

На перемене к ней подошла магистр Чандра.

— Адептка Альба Синегорская, верно? Вы можете не присутствовать на следующей паре. С заданием вы справились, пусть и с огрехами, а вот продолжать попытки кипячения не стоит, сил вы тратите много, а привычки к этим тратам пока нет. Продолжите — заработаете истощение. Можете почитать учебник в библиотеке или просто отдохнуть.

Альба поблагодарила преподавателя и покинула кабинет. Просто смотреть на старания остальных сладить с водой смысла не было, и полтора часа можно было провести с пользой. Отдохнуть, конечно, хотелось, но заснет сейчас — проспит остальные пары. Часы-то у нее были, но будить они не умели. Так что Альба, взяв еще две чашки кофе в столовой, отправилась в библиотеку.

Чтение учебника по основам стихийной магии было не то чтобы прям увлекательным занятием, но все же общую суть Альба уловила. В целом стихийная магия, кстати, самая древняя из всех известных человечеству, была полной противоположностью бытовой — здесь эмоции решали все. Правда, как работать с землей и камнем из «уверенности», а с водой из «гибкости» Альба не понимала, но огонь и «порывистость, ярость» ей нравились.

Что ж, теперь она хотя бы без чая не останется. Главное крышку с чайника снимать, а том мало ли… Интересно, а кофе растворимый или какой-то его аналог тут продается? Вроде как около главного корпуса есть лавочка для студентов. Цены там наверняка кусаться будут… Но все же, все же.

На общую теорию магии, стоявшую сегодня вместо менталистики, Альба шла уставшей, но немного довольной собой. У нее получилось выполнить задание. Получилось использовать свои силы на что-то полезное. С первого раза. Ну, почти с первого… Но получилось же. При том, как она видела, в течении первой пары по стихиям только у нее и вышло добиться нужного результата.

— Смотрите, вернулась как ни в чем не бывало, — кто-то из городских при виде нее скривился.

Альба предпочла не отвечать. Что бы ни произошло на паре без нее, это «что-то» кажется, часть группы почему-то разозлило.

— Они тебя съесть готовы, — усмехнулся Свен, когда Альба протиснулась к своему привычному месту рядом с ним. — Хорошее воспитание так и прет.

— Что случилось пока меня не было?

— Магистр тебя в пример поставила, — усмехнулся Жан, прислушавшийся к разговору. — Ну эта курица, которая Мария, и вспылила, что мол она три года с братом впахивала чтобы тут быть, а тебе все так досталось, и избыток магических сил в том числе.

— На что магистр ей предложила заткнуться и работать. Ну и почитать в нужных книгах про условия Перехода, — подвел итог Свен. — Разумеется, наша умница теперь дуется еще больше.

Альба только вздохнула.

— Я могу ее понять.

Свен фыркнул.

— Она считает, что всем все достается просто так, а ей одной пахать приходится, да и все. Не видит, что у каждого своя обувка. Если ты на ее брата посмотришь — совершенно ведь другой человек, просто за сестру держится.

— Но они правда старались чтобы сюда поступить. Мечтали. Учились в школе на отлично. Прилагали немало усилий для сдачи экзаменов. А мне действительно все так досталось.

Свен фыркнул.

— Ты за это отдала жизнь и всех, кто в этой жизни был. В нашем роду хорошо знают цену, которую платят Пришедшие за свой шанс в новом мире. Все маги знают, просто не все ее понимают. Что, кстати, тебя на паре-то не было?

— Магистр сказала, что не стоит мне больше тратить магию.

— Истощение? — подала голос Амира. — Хочешь, энергией поделюсь?

— Да нет, не надо, — Альба произнесла это почти испугано.

Магистр-целитель говорил, что передача сил от мага к мага может быть и для передающего опасна, особенно если он неопытен в таких делах.

— Да брось, мне самой интересно, получится или нет. Не построю контакт для передачи — значит просто не выйдет ничего.

— А ты умеешь? — заинтересовался Жан. — Все, кроме целителей, передавать силу учатся только на старших курсах. Вроде раньше менталисты быстро этот навык могли освоить, но сейчас-то их обучение очень ограниченное. Хоть может и нас тоже на первом курсе обучат, там вроде как ничего сложного в целом.

— Отец учил, — чуть улыбнулась Амири. — Но пока я только с ним и пробовала. Ну так что? Давай?

Альба не горела желанием стать подопытной в каком-то эксперименте. Но Амири явно хотела проверить собственные силы, а парни сгорали от любопытства, так что она решила уступить.

— Ну давай. Что делать?

— Просто руку протяни. И не сопротивляйся передаче.

Ладонь Амири сначала была самой обычной, потом чуть потеплела, и это тепло словно бы начало…

— Адептка Синегорская, что вы себе позволяете?

Альба подпрыгнула, вырывав от неожиданности руку из хватки сокурсницы. Амири странно вздрогнула и побледнела, неловко вернувшись к себе за парту.

Пришедшая удивленно смотрела на подошедшую к ним магистра де Вейн, метавшую громы и молнии.

— Воспользовались доверием ребенка! Нужно что-то — идите к целителям, и не с вашим резервом пить силы как клещ! Возмутительно! Как низко можно было пасть…

— Я сама… — пискнула было Амири, но магистр ее не слушала.

— Вы — ребенок, а она — взрослая. Немедленно к декану! Синегорская, кому говорю!

Альба, опешив от такого напора, почти сбежала из кабинета, прижимая к себе вещи. Она так и не поняла, что именно сделала. Но вслед хорошо слышала язвительный шепот Марии:

— Тебе тут не место!

Альба на нетвердых ногах отправилась к декану. Она толком не понимала, что именно сделала не так, но, очевидно, что-то сделала. Увы, магистра Айвор на месте не оказалось, у нее уже началась пара, и Альба села за стол около деканата. На теорию магии ее обратно точно не пустят, так что придется подождать. Она, подумав, вытащила учебник по стихиям, который принесла из библиотеки. Надо же чем-то себя занять. Идти в общежитие не хотелось. Откровенно говоря, Альба боялась что ляжет спать на минуточку, проспит все и попадет в неприятности еще большие, чем сейчас.

Но спать хотелось. Если закрыть глаза вот только на мгновение… Нет, спать она не будет. Просто опустит голову на книгу. На секундочку…

Она сидела на пассажирском сидении. Маршрутка летела сквозь дождь. Поворот. Вот слева проходит один грузовик вот второй, вот из-за последнего вылетает джип, летит прямо в лоб, и она ничего не может сделать. Просто сидит и смотрит. Ругань, крики, джип все ближе…

Альба резко подпрыгнула, просыпаясь. Рука дернулась в сторону, сбрасывая откуда-то взявшийся рядом термос… Который подхватила чужая ладонь.

— Тихо ты, — пробасил Жан. — Это не отрава.

Рядом обнаружились и Жан, и Свен, и Амири. Последняя выглядела грустной и немного испуганной, хотя и бодро уминала бутерброд. Парни, наоборот, казались вздыбившими шерсть бойцовыми зверями. Ну или кем-то менее грозным, но все равно нахохлившимся.

— Ты выпей, будет полегче. И бутерброд ешь.

— Спасибо, ребят. А что вы… — Альба полезла в карман за часами, — тут делаете?

Пара еще идет. Она проспала-то всего минут десять.

— Декана ждем, — пояснил Свен. — А ты ешь, резкий разрыв при передаче силы — это паршиво.

— Ешь, у меня еще есть, — Жан показал на вместительный рюкзак. — Не обеднею с одного бутерброда.

— Спасибо, — с еще большим чувством сказала Альба. Есть правда хотелось. К тому же Свен откуда-то достал простые глиняные стаканы… Знакомые стаканы.

— Потом верну в кабинет, там-то сейчас пары нет, — рыжий разлил что-то похожее на чай.

— Так почему вы здесь?

— Не сошлись во мнениях с преподавателем, — лаконично ответил Свен. — Эта де Вейн запаниковала не по делу, а потом, вместо того чтобы ошибку признать, начала всех во всем обвинять, а я это не люблю. Так что мы попытались ей доказать, что она зря на тебя взъелась, а когда не удалось — сами к декану отправились. Вот и все.

Бутерброд и травяной чай немного отогнали сонливость.

— Мда, так себе вы обе выглядите, надо признать, — мрачно заметил Свен. — Как зомби.

Альба спохватилась.

— Ами, я тебе повредила? Прости, я не хотела. Правда…

— Знаю, — юная целительница чуть улыбнулась. — Резкий разрыв передачи — неприятная штука, да и я после практики по стихиям не должна была это предлагать, на самом деле. Нничего страшного не произошло. Да и не стала бы этот магистр-теоретик вопить как резаная, я бы завершила контакт, и все.

Альба с некоторой беспомощностью посмотрела на больше соображавших в магии парней.

— А что вообще не так? Ну в смысле магистр Фаве говорил быть аккуратнее, но вроде мы ничего такого не сделали. Или это запрещено?

Свен возвел глаза к потолку.

— Вообще — нет, конечно. Передача сил часто применяется в магии, особенно когда кто-то начинает сложное воздействие, и теряет на нем силы, рискуя или в шок улететь, или просто нужное не сделать. Но эта паникерша почему-то решила, что ты Ами заставишь весь резерв влить, а это летальным исходом чревато.

— Я… заставляю?

«Некромант» нахмурился.

— Вроде того. Есть, скажем так, способы вытянуть энергию без согласия того, чья это энергия. Объект — субъектные воздействия так называемые. И вот они полностью запрещены.

Некоторое время все молчали. Потом Амири неожиданно спросила Жана:

— Ты учился на некроманта. Расскажи, как там?

— Эм… — парень даже растерялся, смотря на Свена в поисках поддержки.

— Да говори как есть, тоже мне тайна, — отмахнулся рыжий. — Да и некромант из нас ты больше, чем я.

— Ладно. В общем, первое — приходится работать ночью. Потом — грязно. Но интересно. Однажды мы оживили кошку, мышей, и устроили салочки. Потом их к девочкам отправили. И еще…

Рассказывал Жан поначалу скованно, но потом, видя заинтересованную аудиторию в лице обеих девушек, начал добавлять все более и более ярких подробностей. Голос его окреп, и на моменте с пантомимой танцующего скелета сдержать улыбку было просто невозможно.

Так их и застала пришедшая в деканат за минуту до колокола декан Айвор де Мар.

— Так, первый курс. У вас сейчас пара ведь, — она оглядела всю четверку и нахмурилась, осмотрев девушек. — Адептки Синегорская и Миран — как истощение успели на четвертый день заработать, еще и такое?

— Нас выгнали с пары, — ответил Свен.

— Меня выгнали, — уточнила Альба. Скрывать что-то было бессмысленно, все равно преподаватель свою версию расскажет.

— Тааак. Ладно, заходите, — де Мар поманила всех четверых в деканат.

Декан кивнула сидевшей за столом секретаря Сюзанне и повела всю четверку в свой кабинет. Он в целом не отличался от того помещения, которое видела Альба этажом выше, когда отводила девочку Мию в деканат факультета теоретиков. Только тут стульев для посетителей было больше, и набор книг на полках был другим. Ну и никакого пергамента с чертежом ритуала.

— Садитесь. Но прежде чем я услышу вашу историю, — магистр достала откуда-то из стола четыре кружки и объемистую флягу. В две кружки налила по чуть-чуть, а в две — до половины. — Держите, господа первокурсники.

Почти не наполненные кружки по воздуху отправились к юношам, а те, где жидкости было больше — девушкам.

— На ночь все равно разведите риску. Я понимаю, что стихийная магия берет много, но как вы сумели получить истощение, и еще и разозлить магистра де Вейн так, что она выгнала вас с занятия?

— Ну, у меня получилось вскипятить воду на первой паре стихий, — Альба, которой теплая жидкость немного придала сил, как и бутерброды до этого, начала первой. — Со второй меня магистр Чандра отпустила, сказав что все равно больше не нужно пытаться, и так сил много ушло.

— А я узнала об этом перед парой теории и предложила передать свою энергию, — Амири тоже чуть повеселела после настоя от декана. — Меня отец учил. Интересно было. И получилось. Почти…

— Магистр де Вейн не разобралась ни в чем, набросилась на Альбу, и передача разорвалась, — продолжил Свен.

По лицу декана пробежала тень удивления и какого-то сочувственного понимания.

— Меня послали к вам, — Альба чуть плечами пожала.

— А мы попытались рассказать, как все было на самом деле, и в том же направлении отправились, — подвел итог Жан. Он в кабинете у декана заметно присмирел и выглядел даже немного напуганным.

— Ясно. Так, все четверо — отдыхать. У вас все равно только одна пара сегодня на подмену. Задание возьмите на завтра у однокурсников. И перед сном риску — обязательно. Это зелье у вас есть?

Все кивнули.

— Хорошо. Идите. И, Амири, без крайней необходимости все-таки пока не используйте свои целительские таланты.

— Да, декан.

— Все, свободны.

Они выбрались из корпуса вчетвером.

— Ну хоть у кого-то голова на плечах есть, — усмехнулся Свен. — Впрочем, я много про магистра Айвор слышал. Она декан всего три года, но порядок старается поддерживать, и вообще человек хороший. Известный игрок во вламаг, кстати.

— А за кого выступала? — заинтересовался Жан.

Свен ответил. Жан задал уточняющий вопрос... Альба потеряла нить рассуждения где-то после десятой ничего не значащей пока для нее фамилии.

Жан и Свен обсуждали вламаг и достижения в нем и их декана, и каких-то других известных только парням, магов на всем пути до общежития

— Вот и хорошо, что все хорошо закончилось, — негромко пробормотала Амири, когда они поднимались по ступеням.

Девочка-подросток с какой-то грустью смотрела на общающихся ребят. Альба задумалась — а каково ей? Вроде и взрослая по магии, в университете учится, и со сверстниками ей наверняка не интересно, но и в старшие в свои компании едва ли берут.

В голове появилась идея.

— А вы все ведь в общежитии живете, верно? Есть планы на вечер?

Парни переглянулись и пожали плечами. Амири уточнила:

— Никаких. Соседка скорее всего опять к своим уйдет, так что буду читать учебники. А что?

— Да есть одна идея. Только скажите где живете, чтобы я по общежитию не бегала, если выгорит.

Жили они все вчетвером в одном корпусе, что радовало.

Сигурн, выслушав предложение Альбы, согласилась без расспросов.

— Потеснимся. Пусть приходят, вместе веселее.

Вечером в небольшую комнату, где было множество вещей с руническими вышивками, неожиданно соседствующих с милыми резными безделушками и какими-то ретортами, набилось немало народу. Были тут, кроме четверки первокурсников и самой Сигурн, и соседка третьекурсницы, худая, мрачная и совершенно лысая Гайра, и Харальд, подмигнувший Альбе, и еще трое северян, и русоволосый старшекурсник-некромант, и еще две девушки в платьях и с черными косами, и какой-то незнакомый магистрант-бородач. Говорили, северяне на удивление, на языке королевства, лишь изредка сбиваясь и обращаясь друг к другу на гортанном наречии Фрихии. Альба жест оценила.

Сигурн пела неожиданно хорошо. Душевно. Альба не знала языка, но получала огромное удовольствие от живой музыки. Одна песня, другая, третья… Мелодии уносили куда-то в мир сражений, северных ветров и бушующего, но прекрасного холодного моря. Мир жестокий, опасный, но чем-то неуловимо близкий, проникающий в самое сердце. Пели и на языке королевства, о магии и любви. Незнакомые песни с приятным мотивом. Потом выяснилось, что Свен умеет играть на лютне. Он даже спел дуэтом, неожиданно с Гайрой, с которой, как оказалось, был знаком еще до поступления…

Альба вернулась к себе глубоко за полночь. Выпила зелье и завалилась спать. Сейчас ей удалось быстро оказаться на любимой поляне, и весьма и весьма немало. Чертов джип ворвался в сон лишь под утро, ненадолго потеснив откуда-то пришедший образ зеленоватого северного океана с плывущем вдалеке драккаром.

**

Айвор, сидя за своим столом, мрачно просматривала докладную записку. Маргарита де Вейн была отличным теоретиком. В общем-то, она была лучшим теоретиком чем преподавателем, но в целом объяснять теорию умела неплохо. И да, понять ее эмоции можно было, особенно после того как сама Айвор предупредило подчиненных о реальности Охотников. Кто-то, конечно, не поверил, как тот же Вар Вранн, но все же. А вот де Вейн, человек достаточно мягкий и к сложным ситуациям не приспособленный, поверила. И, похоже, слишком сильно, коль обвиняла в вытягивании силы Пришедшую, а после побоялась признать свою ошибку, разобраться в ситуации. И в итоге проблем у всех стало больше.

А есть еще несданная практика третьего курса и алкогольная диверсия пятикурсников, ухитрившихся утащить с кафедры алхимиков оборудование и собрать перегонный куб. Ладно хоть комендант сдала любителей спиртного раньше, чем они успели осуществить свой план по спаиванию всего этажа бормотухой собственного изобретения. Айвор сама училась в университете, жила в общежитии и прекрасно помнила, что происходит, если студенты-маги напиваются и теряют контроль. А если учесть, что именно набодяжили Вагнер и компания, то в потере контроля всеми дегустаторами их напитка можно было не сомневаться. Хотя продукт хороший получился.

И это без все равно выползавших накладок с расписанием, правки программ, некоторые из которых учебная часть вернула с замечаниями, и десятков самых разных бумаг, вечно всплывающих в начале учебного года. А еще нужна настройка артефактов для отбора в команды спортивные, в том числе и у первокурсников. И когда этим заниматься?..

В дверь постучали. Айвор быстрым телекинетическим импульсом открыла ее, не вставая со стула. Небольшие преимущества бытия магом.

На пороге обнаружилась расстроенная Анна де Валей. Что, прокляли кого-то что ли? Да нет, тогда бы подруга просто послала бы кого-то сюда, да и все.

Анна села на один из стульев для посетителей. Кудряшки на ее голове растрепались, и выглядели словно бы поникшими.

Хозяйка кабинета налила в чашки, которые хранила в столе, кое-чего крепкого, нужного как раз для таких случаев, и навела дополнительный слой антипрослушивающих чар. Де Валей она знала давно, и что бы ее ни привело в такое состояние духа — это было серьезно.

— Ты помнишь Фреда? — без предисловий начала Анна, отпив коньяка. — Рыжего практика, который у нас еще вел выпускной?

Айвор напрягла память.

— Тлековски который? Не слишком хорошо, но — да, помню. Он вроде как после выпуска из магистратуры как и Теор пошел к Гончим, только у нас остался, а не в глушь отправился.

— Ну, положим, у Гончих он пару лет пробыл, а остальное время занимался частными поручениями.

Что Анна не сказала бы дальше, это определенно будет что-то не очень радостное.

— И?

— И. Я с ним общалась иногда. В паре дел помог, и вообще человек хороший был.

А еще, — Айвор напрягла память, — до нынешнего супруга Анна встречалась с Фредом. Недолго, но встречалась.

— В общем, мы иногда общались. И недавно мне пришло письмо от его жены.

Декан практиков подняла бровь.

— Мы с ней были знакомы, — пояснила Анна. — Она знала, где я работаю, и написала мне. Фреда убили.

— Соболезную, — Айвор с рыжим знакома не была, но подруге сочувствовала.

— А еще перед смертью он вроде как по просьбе одного высокопоставленного клиента искал того, кто тянет силу. Охотников.

Айвор прищурила глаза.

— Это правда?

— Его жена не очень в курсе, на самом деле. Бумаги он хранил в офисе, который сразу после смерти сгорел дотла. Никакой информации о том, что он накопал и кто был заказчиком нет.

— Отлично, — Айвор разлила еще коньяка. — Думаешь, это связано с нашим делом?

— Да. Я осторожно узнала у Трины, дипломницы, которая мне принесла интересные ритуальные рисунки, та не менее осторожно расспросила своего отца — особый отдел присматривал за Фредом. Они знали, что он копался в нераскрытом деле с вытягиванием силы. Пасли осторожно, чтобы если что улики не пропали, но не успели ничего сделать, и теперь локти кусают. А еще у них появился новый эпизод. Девочка из Академии Целителей. В прошлом году пропала за три дня до начала семестра. Долго не могли ее смерть с остальным связать, но недавно материалов все-таки хватило. Приезжая, с какой-то глухой деревни на западе. Потенциал хороший, развитие быстрое, не как у твоей Миран, но все же. Исчезла. Не так давно нашли тело, по реверсу — тот же самый ритуал, хотя четкого слепка и нет.

Айвор побарабанила пальцем по столу.

— Не думаешь, что нас в тупик заводят? Какой-то словоохотливый отец у твоей дипломницы.

— Нет. Он, как я поняла, Трине это все рассказывал, надеясь, что она бросит обучение и обручится с одним его приятелем. Мол, девушкой-магом быть опасно и все такое.

— Словно Охотники убивают только девушек… Паршивые новости.

— Вот и я о том же, — Анна допила залпом коньяк и после длительной паузы, явно немного повеселев, продолжила: — Ладно, это просто выбило меня из колеи. Просто подумала что и тебе в свете всего этого расследования стоит знать, пусть и нет никакой конкретики тут нет, может потом важно будет. Давай лучше дальше о чем-то более приятном. Слышала, твои попытались самогонку сделать на бестыжнике?

— Почему попытались? Сделали.

Брови Анны взлетели вверх.

— Как так? Он же магически не инертен?

— Вагнер сдал мне схему. Смотри…

Охотники были забыты. До поры — в конце концов студенты тут, рядом, и их выходки требуют внимания куда больше, чем призрачная угроза непонятно от кого. Но все же у обеих деканов было не самое лучшее настроение. Айвор уже давно медленно и осторожно вела это расследование, и успела выяснить, что общим факультетам предстояло со всем разбираться самим. Остальные были слишком заняты своими проблемами и академическими достижениями.

Кстати, о них.

— Анна, а ты собираешься заявку на новый грант подавать?

— Теперь уже и не знаю, — помрачнела Валей. — Хотела как раз на ритуалах этих, но это не то, что нужно публиковать. Нужны другие реверсивные узоры.

— Есть у меня тут гипотеза…

Айвор еще летом в Кафаце услышала одну интересное выступление тамошних магов и все никак до того не находила времени им поделиться с подругой.

Разошлись они глубоко за полночь, изрядно навеселе — но с примерным планом предстоящих исследований.